Готовый перевод My Heart is Sand: General Bai Yu / Генерал Белый Нефрит: Песчаные узоры судьбы: Глава 12

Ши Ханьчжан тяжело вздохнул.

Тань Фэйюй произнес:

— Скажи-ка «весна пришла».

Ши Ханьчжан охотно подыграл, но с совершенно каменным лицом отчеканил:

— Грянул гром над небесами.

Тань Фэйюй расхохотался:

— А-ха-ха-ха-ха!

Затем он продолжил:

— А теперь скажи «колеса судьбы пришли в движение».

Ши Ханьчжан выдал:

— Полевые мыши начали вращение.

Тань Фэйюй согнулся пополам от смеха. Другие туристы на передних сиденьях экскурсионного автобуса даже обернулись и бросили на него взгляд, как вдруг услышали, как Ши Ханьчжан невозмутимо добавил:

— А теперь произнеси на кантонском диалекте «у каждой страны есть свой гимн».

Бумеранг вернулся к своему владельцу, и Тань Фэйюй морщил нос:

— Ай-яй-яй.

Ши Ханьчжан ткнул его пальцем в руку:

— Быстрее давай.

В конце концов Тань Фэйюю пришлось кукарекать — эта фраза на кантонском звучит как бесконечное кудахтанье. Причем он повторял это не один раз: первые пару раз он не мог договорить фразу до конца, потому что каждый раз начинал хихикать. Ши Ханьчжан остался крайне недоволен и заставил его закончить начатое.

Еле-еле справившись с испытанием, Тань Фэйюй перевел дыхание. Видимо, его мозги еще не до конца переключились, и с языка сорвалась привычная шпилька на кантонском:

— Какая же ты зануда.

Ши Ханьчжан не понял смысла, но уловил чуть протяжные, мягкие нотки на конце, прозвучавшие почти как каприз.

Он спросил:

— Что это значит?

Тань Фэйюй продолжал улыбаться:

— Хвалю тебя.

Ши Ханьчжан переспросил:

— Правда?

Тань Фэйюй моргнул:

— Честное слово.

Ши Ханьчжан кивнул:

— Ладно, поверю.

...

Осмотрев крепость Суоян и ненадолго задержавшись у водохранилища Шуанта, к вечеру они добрались до центра Цзяюйгуаня, где отведали местной знаменитой жареной баранины. Позже они еще раз вывели собаку на прогулку, и, когда небо совсем потемнело, оба наконец отправились в отель оформлять заселение.

Номер оказался стандартным: две кровати, а стена в ванной была самой обычной — никакой матовой стеклянной перегородки, что заметно принесло Тань Фэйюю облегчение.

Ши Ханьчжан сказал, что сначала примет душ, а Тань Фэйюй достал ноутбук. Собака уселась рядом, наблюдая, как он подключает шнур питания и настраивает Wi-Fi. Его слова о том, что нужно найти способ издать «Крупицу Бога», не были пустым звуком: сегодня в машине, когда выдалась свободная минута, он расспросил об этом нескольких знакомых. Конечно, он не говорил, что собирается делать это сам или что пока планирует выпустить лишь одну книгу. Легенду он придумал такую: друг открыл новую издательскую студию, куда он перешел работать, и теперь они хотят обсудить долгосрочное сотрудничество по выпуску книг, поскольку у них на руках есть немало отличных тем. Все это делалось для того, чтобы окружающие не сочли их шарашкиной конторой.

В конце концов, в поездках свой статус человек создает себе сам.

Желающие действительно нашлись и попросили прислать более подробную аннотацию книги и заявку на тему.

Тань Фэйюй отыскал презентацию, сделанную на прежнем месте работы, и принялся ее переделывать. По ходу дела он заглянул в приложение Сяохуншу, собираясь поискать информацию об авторах — хотя биографию можно было попросить и у самого писателя, так вышло бы даже быстрее. Однако, полистав ленту, он снова забыл, зачем вообще зашел туда: на главной странице ему попалась та самая песня, о которой Ши Ханьчжан говорил сегодня утром.

Алгоритмы больших данных пугали своей точностью, словно они подслушивали их разговоры.

В сердце Тань Фэйюя шевельнулось любопытство, и он переключился на сайт Bilibili, вбив в поиск ключевые слова: научно-популярный формат, советский рок, жажда перемен. На экране высыпалось множество видеороликов. Просматривая эти превью, его взгляд зацепился за блогера с ником Старый Камень.

С таким забавным ником это ведь не может быть сам Ши Ханьчжан?

Тань Фэйюй кликнул на профиль, бросил взгляд в сторону ванной и, словно воришка, натянул наушники.

...Прислушавшись, он понял, что это действительно голос Ши Ханьчжана.

Выйдя на время из видео, он зашел на главную страницу Старого Камня.

Черт побери, больше двухсот тысяч подписчиков, и у многих роликов сотни тысяч просмотров! И после этого он утверждал, что занимается блогом просто ради развлечения и его никто не смотрит? Какое жуткое проявление скромности.

Все оказалось именно так, как тот и говорил: в основном там были музыкальные научно-популярные видео — от историй происхождения определенных музыкальных стилей до рассказов о легендарных музыкантах, всего было вдоволь. Пару дней назад вышло свежее видео на тему «В поисках новых возможностей для местной музыки в дуньхуанских песнопениях и танцах», и название действительно выглядело как научная статья... Тань Фэйюй бегло просмотрел его: изложение стройное, но не скучное, автор то и дело неожиданно отпускает шутки, заставляя зрителей улыбнуться. У Тань Фэйюя чуть не обострилась профессиональная болезнь: если перенести этот материал в текст, слегка отредактировать, то получится готовая подборка для подачи заявки на тему. И как можно было бы назвать книгу...

Из ванной донесся кашель, и Тань Фэйюй торопливо закрыл Bilibili, переключившись на WeChat и делая вид, что просто копается в телефоне.

Однако Ши Ханьчжан еще не вышел, а Тань Фэйюй заметил новое уведомление в разделе Моментов — его утренний пост висел уже давно, и все, кому положено было поставить лайк или оставить комментарий, уже отметились.

Тань Фэйюй зашел внутрь и увидел комментарий от Ши Ханьчжана: Очень точное описание. Я даже загуглил, что такое цветовая модель CMYK.

CMYK — это стандартная цветовая модель, используемая при печати. По сравнению с цветовой гаммой экранов электронных устройств, к которой все привыкли, она выглядит менее насыщенной, точь-в-точь как то утреннее тусклое небо.

Пока он изучал видеоканал Ши Ханьчжана, тот, судя по всему, изучал кажущиеся бессмысленными публикации в его Моментах.

Глава 10

Тань Фэйюй повернулся к черно-белой собаке, заглянул ей в глаза и украдкой ущипнул пса за морду. Пес вытянулся по струнке и покорно позволил ему это сделать, лишь в глазах читалось легкое недоумение.

Айя.

До чего же хорошо.

Тань Фэйюй разжал пальцы, потрепал песика по голове, снова взял в руки телефон и ответил на комментарий Ши Ханьчжана: Ты же вроде в душ пошел, почему в телефоне залипаешь [смайлик подглядывания].

Ши Ханьчжан вышел прямо из ванной и ответил:

— Я уже помылся.

Тань Фэйюй обернулся на голос, черно-белая собака тоже с высунутым языком подбежала к хозяину. По идее, в комнате было так тепло, что нормальный мужчина после душа мог бы ходить с голым торсом или по крайней мере в одной футболке. Однако Ши Ханьчжан был одет с иголочки: поверх пижамы наброшена тонкая куртка, и если бы не влажные пряди волос, ни за что не догадался бы, что этот человек только что вышел из ванной.

А Тань Фэйюй-то надеялся посмотреть на мокрого мускулистого парня, но в итоге не получил ничего. Разочарованный, он отвернулся, чувствуя все возрастающее раздражение — словно от него защищались, как от вора, хотя озвучить эту мысль вслух он, конечно, не мог.

Подумаешь, в самом начале дотронулся разок! Тогда сознание было затуманено, и никаких ощущений он толком не запомнил.

Этот человек говорил, что хочет показать свои сильные стороны перед ним, но главную свою силу прятал наглухо.

Ши Ханьчжан спросил Тань Фэйюя, не собирается ли тот мыться. Тань Фэйюй покачал головой: на самом деле он подумал, что если зайдет в ванную сразу после него, там наверняка еще клубится его парфюм и тепло, это же просто неловко! Но вслух ответил:

— Подожди немного, я сейчас занят.

С этими словами он действительно с головой ушел в работу, застучав по клавиатуре.

Закончив приводить в порядок страницу с биографией автора, Тань Фэйюй потянулся и с запозданием заметил, что в комнате стоит абсолютная тишина. Повернув голову, он увидел Ши Ханьчжана: тот сидел на краешке кровати, скрестив ноги и углубившись в чтение книги, а пес примостился рядом на полу и уже посапывал во сне.

Приглядевшись, он понял, что это та самая книга, которую Тань Фэйюй подарил ему несколько дней назад.

Тань Фэйюй развернулся на стуле лицом к Ши Ханьчжану, уперся локтями в спинку и произнес:

— Ты и вправду распаковал ее и стал читать?

Ши Ханьчжан поднял глаза от страниц:

— Ты же подарил мне книгу, почему бы мне ее не читать?

— И то верно.

Вообще-то, если подумать, это было не так уж и обычно... Раньше Тань Фэйюй часто дарил людям книги, но далеко не все получатели действительно их открывали. Конечно, он не совал книги кому попало: замечая, как кто-то случайно делится в соцсетях выписками из прочитанного, он решал, что у человека есть привычка к чтению, и после подарка всегда получал самые искренние слова благодарности. Но однажды, заглянув в гости к одному другу, он увидел среди сувениров на книжной полке книгу, которую подарил тому два года назад — она до сих пор была запечатана в заводскую пленку.

Разумеется, чтение — дело во многом зависящее от судьбы. Бывает, что у человека не складываются отношения с конкретной книгой: прочтя аннотацию или перелистнув пару страниц, он теряет интерес, либо же его затягивают суровые будни, так что попросту не остается времени распаковать подарок, а со временем о нем и вовсе забывают. Все это Тань Фэйюй прекрасно понимал, но из-за подобных случаев действительно перестал раздаривать книги налево и направо.

Включая даже ту книгу, что он преподнес Ши Ханьчжану. Честно говоря, он и сам толком не знал, о чем она; даря ее, он меньше всего рассчитывал, что партнер станет ее читать — скорее, книга должна была послужить средством передачи скрытого послания.

Тань Фэйюй поинтересовался:

— Интересно? О чем там?

— Только начал, еще не понял, на сказку похоже, — ответил Ши Ханьчжан, переворачивая книгу, чтобы взглянуть на обложку. — Но судя по оформлению — не она.

— Тогда продолжай читать, — Тань Фэйюй поднялся на ноги. — А я пойду в душ.

Выбирая сменную одежду, он украдкой сунул маленькую игрушку на самое дно чемодана, в потайное отделение.

...

В одиннадцать часов вечера, когда все дела были закончены, Тань Фэйюй залез под одеяло. Ши Ханьчжан спросил, собирается ли он спать, тот ответил утвердительно, выключил свет, и комнату окутала тишина.

Ночь... возможно, уже полночь? Тань Фэйюй осторожно подтянул телефон и, прищурившись, взглянул на часы: всего одиннадцать двадцать.

Погасив экран, он попытался уснуть снова.

Повернулся на другой бок.

Еще раз перевернулся.

Ши Ханьчжан, который по идее должен был мирно спать на соседней кровати, то и дело без спроса вторгался в мысли Тань Фэйюя.

Как ни смешно, но, расцветши так поздно, в свои почти тридцать лет он метался и глупил, словно какой-нибудь школьник. И хотя днем они с Ши Ханьчжаном вроде бы неплохо сблизились, ночевать под одной крышей — это совсем другое дело. Тут неизбежно возникало ощущение взаимного вторжения в личные границы друг друга.

Стоило только вспомнить, что Ши Ханьчжан спит совсем рядом, как сон мгновенно улетучивался.

К тому же, когда валишься с ног от усталости, но уснуть не удается — это поистине мучительно.

Качество сна у него и без того было средним, часто приходилось прибегать к помощи различных вспомогательных средств. Но если встать сейчас и выпить мелатонин, не разбудит ли он остальных? Он немного досадовал: стоило заранее достать таблетки, ведь он думал, что после бессонной прошлой ночи и долгой дневной дороги вырубится без задних ног.

Тань Фэйюй тихонько вздохнул.

Стоит потерять сон, как в голову лезут всякие глупости, и он снова помимо воли начал возвращаться к мыслям, на которые днем не хватало времени.

Он влюбился в Ши Ханьчжана с первого взгляда и искренне верил, что тот тоже испытывает к нему хоть какую-то симпатию. Но теперь, слегка поразмыслив, он начал подозревать, что все это могло быть просто иллюзией.

Их откровенные разговоры наверняка объяснялись тем, что Ши Ханьчжан воспринимал его лишь как попутчика — точно так же люди с близкими и друзьями стараются держать лицо, зато в интернете пускаются во все тяжкие. А забота... возможно, просто из-за хорошего характера. Если же временами тот смущался — так, наверное, оттого, что он натурал, и пристальное внимание другого мужчины вызывало у него дискомфорт...?

http://bllate.org/book/35649/4409425