Он протянул руку и принял его.
Примерно через двадцать минут машина привезла их в больницу, где сейчас лежал Ли Цинцзюнь.
Е Итуань наконец-то смог воочию увидеть самого старейшину Ли.
Тот находился в одноместной палате. Старик лежал на больничной койке и глубоко спал, лицо его было измождённым, а к телу было подключено множество приборов.
Возле его кровати стояли цветы и корзины с фруктами. Ли Яньчуань тяжело вздохнул и с грустью произнёс: Это прислали студенты моего отца. Перед самой автокатастрофой отец был полностью погружен в работу в научно-исследовательском институте. Он говорил, что одно из его исследований вот-вот совершит прорыв, но как назло, именно в этот момент... В глазах Ли Яньчуаня блеснули слёзы.
Фуд Минчэн произнёс: Дедушка Ли всегда был таким.
Возле кровати дежурил сын Ли Яньчуаня — Ли Дуань. Молодой человек был примерно ровесник Фу Лин и был знаком с Фу Минчэном. Сказав пару слов, он перевёл взгляд на Е Итуаня и спросил: Папа, а это кто?
Ли Яньчуань ответил: Это врач, который сможет спасти твоего дедушку. С этими словами его взгляд, полный надежды, устремился на Е Итуаня: Господин Е, вы сможете спасти моего отца?
Е Итуань ещё ничего не успел ответить, как вперёд вышел Ли Дуань. Всё это казалось ему невероятным: Врач? Серьёзно? Такой молодой врач?
Ли Яньчуань: Не мешай. Господин Е сказал, что пока твой дедушка дышит, он сможет его вернуть с того света.
Ли Дуань потерял дар речи. Будучи молодым, горячим и прямолинейным человеком, он тут же выпалил: Папа, ты совсем с ума сошёл? Я понимаю, что ты отчаянно ищешь спасения, но это? Спасти человека, пока у того теплится дыхание — ты где вообще откопал этого мошенника?
Ли Яньчуань: Что ты мелешь? Господин Е, не обращайте на него внимания, он ещё ребёнок и ничего не понимает.
Ли Дуань: Какое зелье тебе подмешали, раз ты так заговорил? Подожди-ка, а этот парень... кажется, до боли знакомый. Очень знакомый... Ли Дуань напряг мозги, пытаясь вспомнить, и вдруг завопил: Да блин, это же та ручная птичка А Лин! Ты ведь по фамилии Е? Е-подлизывала? Ты же Е-подлизывала, верно? Переоделся, и я чуть не признал!
Лицо Ли Яньчуаня мгновенно переменилось: Как ты разговариваешь?! Если не умеешь держать язык за зубами, то лучше заткнись!
Ли Дуань: Черт, пап, это же тот самый подлизывала, который бегал за А Лин! Все так и зовут его — Е-подлизывала. Ты понятия не имеешь, что он творил, родной отец даже отрёкся от него и выгнал из дома...
Парень нёс полный бред, извергая самые неприятные слова. Ли Яньчуань и в страшном сне не мог представить, что тот начнет молоть такое, и его лицо помрачнело. Отец и сын тотчас же затеяли ссору.
Е Итуань остался глух к их перепалке.
Глядя на доживающего свой век старика на больничной койке, Е Итуань испытывал крайне сложные чувства.
В постапокалипсисе он был знаком с Ли Яньчуанем.
А этот самый старейшина был известен как «отец Базы Наньань». К тому моменту, когда сам Е Итуань попал в постапокалиптический мир, старик уже много лет как был мёртв. Из рассказов Ли Яньчуаня он знал, что отец погиб именно во время этой операции.
Одно из исследований старика при жизни казалось крайне узконаправленным и чуждым для большинства, но после наступления апокалипсиса оно обеспечило Базу Наньань миниатюрным искусственным солнцем, укрывшим под своей сенью сотни тысяч человек.
База Наньань оставила яркий след в десятилетнем опыте выживания Е Итуаня в постапокалипсисе: он действительно ощущал там те проблески порядка и безопасности, которые были присущи эпохе до конца света.
Если бы старейшина Ли остался жив, если бы его исследовательский проект продвинулся ещё глубже — пала ли бы в конце концов База Наньань? Удалось ли бы её удержать? Смогло ли бы то искусственное солнце осветить всю Землю?
Ни у кого не было ответа на вопрос «что, если».
Но находясь здесь и сейчас, Е Итуань наконец понял смысл слов Системы о том, что «будущее можно изменить».
Его мысли внезапно оборвались, потому что перепалка между Ли Дуанем и Ли Яньчуанем накалилась до предела: Ли Яньчуань прибегнул к железобетонному аргументу о том, что взрослые сами разберутся, а детям не стоит лезть. Ли Дуань рассвирепел ещё больше и, выкрикивая: Проваливай отсюда, чёртов лжец!, бросился вперёд, намереваясь вытолкать Е Итуаня за дверь.
Однако он даже не успел коснуться Е Итуаня, как его руку обвило бордовое хлыстище.
Рукоять кнута была в руке Е Итуаня: тот слегка взмахнул запястьем, и Ли Дуаня отбросило прямо в дальний угол.
Е Итуань смотал хлыст обратно, даже не взглянув на Ли Дуаня, и посмотрел на Ли Яньчуаня: Не переживайте, всё в порядке.
Камень с души Ли Яньчуаня упал, и, позабыв о сыне, он принялся раболепно кивать Е Итуаню, заискивающе глядя на него: Спасибо вам, господин Е! Затем, вспомнив о чём-то, он торопливо добавил: Господин Е, вам что-нибудь нужно? Нужна ли медицинская карта моего отца? Или какое-то специальное оборудование? Только назовите, всё что угодно! Если хотите сначала обсудить оплату — пожалуйста, скажите прямо, я согласен на любые условия, абсолютно любые! Вы голодны? Хотите пить? Что мне сделать прямо сейчас?
Сорокалетний мужчина потирал руки, нервничая точь-в-точь как ребёнок, ожидающий, пока учитель объявит результаты экзамена.
Е Итуань ответил: Ничего не нужно.
Подумав ещё о чём-то, он добавил: Ах да, есть одно дело. Я бы не хотел, чтобы кто-то посторонний знал о том, что произошло сегодня, и камеры наблюдения здесь я тоже немного выведу из строя, надеюсь, вы не против?
Ли Яньчуань решительно произнёс: Сегодня ничего не происходило, и никаких камер здесь отродясь не было.
С этими словами он сам набросил на объектив камеры кусок одежды.
Е Итуань бросил короткое «хорошо», подошёл к койке старейшины Ли и накрыл его лоб ладонью.
Его слова о том, что можно спасти человека, пока тот дышит, не были пустой хвастливостью — это была чистая правда. Он обладал Деревянной способностью, а лечение и исцеление как раз и являлись её прямым профилем.
Верно, хоть он и был свирепым, жестоким и прекрасно умел драться, по своей сути он также являлся целителем.
За десять лет апокалипсиса его уровень культивации достиг S-ранга, и пока у него хватало энергии, любого живого человека можно было вытащить с того света. Случай со старейшиной Ли был не самым сложным для лечения.
Энергия Деревянной способности через ладонь влилась в мозг старика. Е Итуань отчётливо ощущал царившие там повреждения; ему требовалось лишь окружить их своей силой, терпеливо и постепенно растворяя недуг — точно так же, как он исцелял бесчисленное множество людей прежде...
Буквально на глазах нахмуренные брови старика разгладились, а иссохшая кожа вновь обрела лёгкий здоровый румянец.
Наблюдая за происходящим, Ли Яньчуань мысленно повторял лишь одно слово: чудо.
Ли Дуань, отброшенный к стене, до сих пор пребывал в полной растерянности. Поднявшись на ноги, он продолжал орать: Пап, ты совсем рехнулся? Этот мошенник же хочет угробить деда! Пап, ты...
Его слова оборвались на полуслове, потому что он увидел, как дедушка на больничной койке внезапно открыл глаза.
Старик был ещё очень слаб, но взгляд его был ясен, разум чист. Он задержал взгляд на Е Итуане, а затем обратился к сыну: Яньчуань, это кто? А, Сяо Фу тоже здесь. Что со мной?
Е Итуаню ответил: Старейшина, вам нужно отдохнуть, ложитесь спать.
И правда, немного клонит в сон, — пробормотал старик и снова погрузился в сон.
Ли Яньчуань бросился вперёд, глядя на отца, осторожно касаясь его лба и руки, и от переполнявших его эмоций не находил слов.
Е Итуань сказал: Можете позвать врачей, пусть осмотрят его. Впрочем, будет лучше сменить больницу.
Тогда поедем в больницу Корпорации Фу, — тут же принял решение стоявшего рядом Фу Минчэн и принялся звонить, чтобы всё организовать.
Ли Дуань сделал пару шагов ближе, всё ещё не веря своим глазам: Дедушка, дедушка... этот мошенник...
Не успел он договорить, как собственный отец отвесил ему звонкую пощёчину.
Ли Яньчуань строго прикрикнул: Какой к чёрту мошенник?! Какой ещё мошенник, мать твою! Это мой названный брат, а с сегодняшнего дня — твой дядя Е! Быстро зови дядю Е!
Е Итуань: Да не стоит... Лучше дай мне сто тысяч юаней.
Ли Яньчуань: Братец Е, прими меня в братья! Или, может, тебе больше по душе стать моим приёмным отцом? Я на всё согласен! Ты можешь прямо сейчас стать моим названным батей, папочка Е!
Е Итуань: Серьёзно, не надо, тебе действительно лучше просто отдать мне сто тысяч.
Ли Яньчуань: Папочка Е, теперь ты мой отец!
Е Итуань: ...Прекрати, ладно. Черт с ним, пусть будем братьями. Здравствуй, старший брат Ли.
Ли Яньчуань: Какой я тебе старший брат, зови меня просто Яньчуань! Брат Е, я обязан звать тебя братом Е! Причитая на ходу, он с глазами, полными слёз, отвесил Е Итуаню глубокий поклон: Брат Е, спасибо за спасение жизни! Я ведь чуть было не остался сиротой.
Он упёрся на своём и решил звать его не иначе как «брат Е», и отговорить его было совершенно невозможно.
Глядя на него, Е Итуань почувствовал, как к горлу подступает ком.
В постапокалипсисе у него были неплохие отношения с Ли Яньчуанем. Обладавший Способностью стихии земли, тот участвовал вместе с ним в вылазках на задания, а в свободное время возводил для Е Итуаня и Сяо Лю стены, чтобы те могли поупражняться в лазании. Вот только судьба самого Ли Яньчуаня оказалась незавидной. Когда Базу Наньань захватили, он вместе с Ли Дуанем защищал её до самого конца и погиб в той битве.
Ли Яньчуань снова заговорил: Сначала я помогу отцу переехать в другую больницу, а потом разыщу тебя, и мы как следует поболём, хорошо?
Е Итуань: Ладно, иди занимайся.
Они обменялись контактами. Вскоре медицинский персонал помог увезти старика, члены семьи Ли удалились следом, и вокруг снова остались только Е Итуань и Фу Минчэн.
В палате мгновенно стало тихо.
Фу Минчэн перевёл взгляд на Е Итуаня.
Деревянная способность Е Итуаня была полностью исчерпана и теперь восстанавливалась лишь черепашьими темпами. Для него это истощение оказалось колоссальным: он выглядел слегка ослабшим, а его кожа стала ещё более бледной, лишенной всякого румянца.
Если перед Ли Яньчуанем Фу Минчэн играл роль надежного младшего товарища, то сейчас на его лице вновь застыло апатичное выражение, словно ему было смертельно скучно от всего происходящего.
С ленивой ноткой в голосе он протянул: Маленький господин Е поистине заставляет взглянуть на себя по-новому. Дядя Ли — мой благодетель, а дедушка Ли заботился обо мне в детстве, я очень благодарен тебе и задолжал тебе огромную услугу... И всё же, как тебе это удалось?
При виде старого знакомого из эпохи апокалипсиса Е Итуань испытал сильное потрясение, его нос защипало, и он чуть было не расплакался. Сейчас же, сдерживая эмоции, он ответил глухим, простуженным голосом: Меньше знаешь о том, о чём не следует спрашивать. Еще слово — и мне придётся тебя прикончить. Таких, как ты, я могу уложить пачку по пятьдесят штук за один вдох.
Это заявление было чистой воды выдумкой. Фу Минчэн и он виделись-то всего пару раз, однако Е Итуань прекрасно знал и был уверен, что тот не из болтливых. К тому же он это говорил преимущественно в шутку.
Кто бы мог подумать, что Фу Минчэн одарит его долгим взглядом.
Этот бледный и демоничный на вид мужчина внезапно усмехнулся.
Он произнёс: А ведь ты хотел убить меня ещё тогда, верно?
http://bllate.org/book/35648/4409288
Готово:
