Готовый перевод Infinite Game Merchant / Торговец читами в бесконечной игре: Глава 3

Цзя Юэ чиркнул зажигалкой и сквозь клубы дыма посмотрел на Ло Си и Хань Сяои. Ло Си было сложно сказать, что в нем выглядело более изможденным: его взгляд или редкие волосы на голове.

— Человек не обязательно проигрывает из-за неудач, но он неизбежно проигрывает из-за праздности, — произнес Цзя Юэ, и внезапное озарение заставило его переключить внимание на компьютер. — Надо же, я выдал такую глубокую мысль, нужно срочно записать.

— Выход обязательно найдется, — серьезно произнесла Хань Сяои. — Вы слышали легенду? В Подземельях игры «Ковчег» не бывает безвыходных ситуаций. Даже если ты вот-вот погибнешь в Подземелье, если сможешь связаться с «тем самым человеком», у тебя появится шанс выжить на краю гибели. Правда, ценой станет всё, что у тебя есть.

Ло Си поспешно спросил:

— Кто этот «тот самый человек»?

— Если бы я знала, то не просидела бы здесь взаперти целый месяц, — ответила Хань Сяои. — Говорят, он черный торговец, который бродит по самой грани системы и специализируется на продаже читов игрокам «Ковчега». У него есть любые читы, какие только можно представить — нет такого, что нельзя купить. Но они очень дорогие, почти всегда требуют опустошить все твои очки.

Читы? Очки? Черный торговец?

Ло Си вдруг вспомнил, что именно он видел вчера в уборной.

— Позавчера у Старого Чжана было меньше всего знаков. По логике, в черную комнату должен был отправиться он, но вместо него туда попал Дин Цюэ. Я подозреваю, что Старый Чжан купил чит у «того человека», но он уже сошел с ума и покончил с собой, так что ниточка оборвалась.

Это было лишь предположение Хань Сяои, на самом деле всё было не так.

Ло Си взглянул на Цзя Юэ — того самого, кто на самом деле купил чит. Тот спрятался за монитором компьютера и не смел издать ни звука.

Значит, Ли Вэйжань на самом деле тот самый торговец читами? Тогда что же именно купил Цзя Юэ? Почему они оказались просроченными? Есть ли у них еще надежда пройти эту игру?

Тем временем Хань Сяои продолжала рассуждать о призрачных легендах мира Ковчега:

— Хотя покупка чита может стоить всего, что у тебя есть, иметь его при себе в мире Ковчега — это же просто невероятное преимущество! Очки можно заработать, а если потеряешь жизнь — потеряешь всё. Чит — это Золотой палец. Кто может обладать Золотым пальцем? Конечно, только главный герой! Этот торговец — буквально генератор главных героев, он бог «Ковчега»… Если бы я только успела спросить у Дин Цюэ его контакты перед тем, как тот умер! Похоже, мне не суждено быть главным героем…

Ло Си подумал: я, кажется, знаю способ, но этот ваш «генератор героев», боюсь, сам себя спасти не может, ведь он и сам угодил в эту игру с написанием текстов в черной комнате.

Цзя Юэ, чувствуя вину, сжался за компьютером, не смея пикнуть. Ло Си пришлось спросить совета у Хань Сяои:

— Сестра, ты бывала в черной комнате? Что там внутри?

Хань Сяои нахмурилась:

— Этот вопрос сложно объяснить. Ты мангака, должен понимать: творчество берет начало из жизни.

И это правда. Творчество рождается из всех аспектов жизни автора: из его опыта, системы знаний, того, что он видел и слышал. Сам творец — единственный прообраз своих произведений.

Хань Сяои перевела тему:

— Ты знаешь, что такое мир Ковчега?

Ло Си замер. Он был новичком и знал лишь то, что эта игра с написанием текстов — лишь одно из Подземелий мира Ковчега.

Хань Сяои продолжила:

— Мир Ковчега насчитывает бесчисленное множество Подземелий: разрушенных, целых, непостижимых… там есть всё. Ужас — их общая черта и единственный материал для нашего творчества. Для таких ветеранов «Ковчега», как мы, жизнь состоит из бесконечных ужасов и предательств, поэтому тексты, которые мы пишем, и истории, которые мы создаем — это лишь бесконечный страх.

Ло Си переспросил:

— Ты хочешь сказать…

— Именно. Черная комната — это и есть истории, которые мы пишем. Тот, кто попадает туда, проживает всё то, что мы написали, на собственной шкуре.

— И что ты написала только что?

— Я видела, как мастер Цзо Хуай и Ли Вэйжань сидели друг напротив друга, между ними бурлили скрытые течения, и их иссохшие сердца словно напитались весенним дождем, — Хань Сяои сцепила руки, ее лицо выражало меланхолию. — В тот миг я снова поверила в любовь.

— Что? Так что же ты в итоге написала?

— Хи-хи-хи.

*

Свет в комнате допросов делал кожу Ли Вэйжаня мертвенно-бледной, словно снег под уличным фонарем. Синяки, проступающие у ворота рубашки, намекали на то, какие пытки только что перенес этот сероглазый юноша.

Цзо Хуай широким шагом вошел в допросную, бросил на стол только что снятые перчатки и протокол допроса, а затем рывком схватил Ли Вэйжаня за воротник.

— Ты?

Это слово словно было вырвано из самой глотки.

Десять лет погони, все усилия, все жертвы — и вот такой финал. Это явно не входило в его планы, но теперь всё встало на свои места.

Ли Вэйжань сонно поднял голову и посмотрел на безупречный мундир Цзо Хуая, издав насмешливый звук:

— Ха, надо было догадаться, что ты один из них.

В глазах Цзо Хуая промелькнуло смущение от того, что его личность раскрыта, но лишь на мгновение. Он вытер кровь с уголка губ Ли Вэйжаня — слишком грубо, не скрывая дрожи в пальцах. Он вспомнил прикосновение этих губ — их самое нежное и прекрасное воспоминание. Теперь, оглядываясь назад, понимаешь, что это была лишь фальшивая ложь.

Между следователем и шпионом нет места нежности — лишь взаимный обман и предательство.

Зрачки Цзо Хуая сузились. Он перехватил правую руку Ли Вэйжаня, направленную в его сторону, и, вывернув ее, с хрустом сломал запястье.

Ли Вэйжань стиснул зубы, сдерживая боль, лишь глухо застонал, подняв глаза. Под светом ламп допросной ничего не было видно за пределами светового пятна. Лицо оппонента скрывалось в полумраке за стеклами очков, словно он сдерживал какую-то бурю чувств.

Лязг — Ли Вэйжаня швырнули обратно на складной стул.

— Тебе больше нечего сказать?

Ли Вэйжань смотрел прямо на него, упрямство в его глазах пряталось под растрепанными прядями волос.

Подчиненный у двери протянул пистолет и передал приказ:

— Начальство сказало: если не заговорит — кончайте его.

Цзо Хуай, не раздумывая, передернул затвор и приставил дуло к межбровью Ли Вэйжаня:

— Ты не боишься смерти?

Ли Вэйжань знал: он не колеблясь нажмет на курок. Умереть от руки Цзо Хуая — чем не хороший финал?

Он закрыл глаза, на бледных веках заиграл слабый свет.

Руки Цзо Хуая были холодными, как у мертвеца. Они скользили по ранам на шее, а затем запутались в его чуть вьющихся волосах. Он, наверное, не знал, как жалко и прекрасно выглядел в этот момент.

Дуло переместилось к виску. В этот миг Ли Вэйжань почувствовал дрожащее дыхание мужчины. Чувство, близкое к рыданиям, пропитало всё вокруг, словно влага перед проливным дождем.

Это был поцелуй, который так и не случился.

— Господин Цзо, мы ведь только что встретились, не слишком ли мы сблизились? — произнес Ли Вэйжань.

Он наконец обрел самосознание посреди наказания в черной комнате.

Глава 3

Ло Си дочитал этот текст и с бесстрастным лицом захлопнул ноутбук.

Хань Сяои с предвкушением потерла руки:

— Ну как? Давненько не писала романтику, немного отвыкла.

Молодой студент глубоко вздохнул и засыпал ее ворохом вопросов:

— Этот следователь — злодей? Почему он полез целоваться, если это допрос? Разве напарники шпиона не должны прийти его спасать? Шпион такой несчастный: пытки, сломанное запястье… И вообще, как можно сломать запястье одной рукой? Это же невозможно, верно? Сестра, разве может считаться выполненным задание, если роман лишен всякой логики и просто написан ради объема знаков?

Хань Сяои: «…»

— Бессмысленное колочение по клавишам точно не засчитается за слова. Поток сознания тоже не подойдет, — ответил Цзя Юэ. — Но определенная степень отрыва от реальности допустима, к тому же…

Ло Си дернул бровью:

— К тому же что?

— К тому же в мире Ковчега твои представления о реальности и логике рухнут. Случиться может всё что угодно. — С этими словами Цзя Юэ потушил очередной окурок.

Время приближалось к восьми утра, наказание Цзо Хуая и Ли Вэйжаня в черной комнате подходило к концу. Он, похоже, был крайне встревожен — бумажный стаканчик рядом с ним уже был полон окурков.

Ло Си только хотел спросить подробности, как обе двери черных комнат внезапно распахнулись.

Ли Вэйжань с зажатой под мышкой папкой, которую никогда не выпускал из рук, левой рукой придерживая правую, вышел и сел напротив Ло Си с бледным лицом.

Цзо Хуай вышел следом за ним. Увидев, что Ли Вэйжань занял его место, он прислонился к дверному косяку и начал не спеша протирать очки.

— Они оба выбрались живыми! Старый Цзя, господин Ли выбрался из черной комнаты живым! — Хань Сяои подтолкнула локтем сидевшего рядом Цзя Юэ.

— Вижу! Я всё вижу! — Цзя Юэ не осмеливался встретиться с Ли Вэйжанем взглядом.

Ли Вэйжань сказал:

— Я перебил там двадцать три зомби, магазин заклинило шесть раз.

Хань Сяои:

— Это, должно быть, писал Старый Чжан. Он говорил, что как-то в Подземелье его окружили зомби, и он чуть не откинулся. Да, точно, это Старый Чжан.

Ли Вэйжань добавил:

— Еще встретил там извращенного Алхимика человеческого тела, чуть не превратил меня в русалку.

Хань Сяои:

— Это написала я.

http://bllate.org/book/35586/4401095