Готовый перевод Three Lives, Azure Clouds, Tribulation / Три жизни, три судьбы: Путь сквозь лазурные облака: Глава 5

Стража, объятая ужасом, отпрянула назад, и один из них, оступившись, свалился прямо в бассейн. Посол из Государства Цзето, дрожа всем телом, упал на колени и закрыл голову руками.

Святейший рявкнул во весь голос:

— Мо Юнь!

Мо Юнь, словно крайне неохотно, ослабил хватку. Его передняя лапа, до этого прижимавшая голову посла, соскользнула, и волосы несчастного тут же растрепались.

Святейший вновь скомандовал:

— Мо Юнь, ко мне!

Зверь издал в горле угрожающее шипение, запугивая посла, но всё же нехотя развернулся и медленно уселся рядом с троном Святейшего.

Посол из Государства Цзето продолжал что-то сбивчиво бормотать, склонившись к полу, но Святейший не понимал ни слова.

Лу Цанъюй обернулся и спросил:

— Где Кан Суоань?

Снаружи послышался голос молодого стражника:

— Позвать переводчика из Ведомства дворцовых построек Кан Суоаня!

Святейший бросил на Лу Цанъюя быстрый взгляд, а затем указал глазами на стражника, который от страха всё ещё не мог выбраться из воды. Лу Цанъюй подошёл к краю бассейна и прикрикнул:

— Живее выбирайся! Чего ждёшь?!

Однако ноги стражника подкосились, и он не мог пошевелиться. Лу Цанъюй взмахнул рукой, и двое других охранников вытащили беднягу из бассейна.

Кан Суоань всё это время ждал снаружи; он слышал яростный рык, всплеск воды и мольбы о пощаде, доносившиеся изнутри. Услышав приказ, он от ужаса чуть не вполз в зал на коленях.

— Переводчик Кан Суоань приветствует Государя, — голос его дрожал.

Святейший спросил:

— Что только что сказал посол?

— Посол был в таком испуге, что лишился дара речи. Он лишь молил небо о защите и просил Государя о милосердии.

— Спроси его: когда поймали Мо Юня? Дрессировал ли его кто-нибудь и кто ухаживал за ним прежде?

Кан Суоань перевёл слова Святейшего. Посол, дрожа, начал сбивчиво отвечать на вопросы.

— Мо Юнь был случайно пойман принцем нашего государства несколько месяцев назад во время охоты, — перевёл Кан Суоань слова Святейшего. — Его никто не дрессировал, принц лично поручил слугам во дворце присматривать за ним.

Святейший удивился ещё больше. Наблюдая за реакцией Мо Юня последние два дня, он решил, что зверя обязательно натаскивали или он вырос среди людей, иначе почему он проявляет к нему такую близость и доверие?

Святейший спросил:

— Его всё время держали в клетке?

Кан Суоань перевёл и это:

— Да, постоянно в клетке. Зверь был настолько свиреп, что никто не смел выпускать его наружу.

Святейший взглянул на Мо Юня, лежавшего у его трона, и произнёс:

— Пусть поднимет голову и посмотрит.

Посол дрожащими руками приподнял голову и увидел, что Мо Юнь, не скованный ни клеткой, ни цепями, послушно сидит подле трона. Он снова склонился в поклоне и начал что-то произносить.

Кан Суоань перевёл:

— Он говорит, что Святой Владыка воистину достоин звания Небесного Хана, что он — Истинный Сын Небес, избранный самими богами, раз даже такие свирепые дикие звери с лёгкостью покоряются ему. По возвращении он непременно доложит своему государю, что Государство Цзето будет верой и правдой служить вассалом на протяжении десяти тысяч поколений и вечно чтить Святого Владыку как Небесного Хана.

Святейший утомился от расспросов.

— Спроси, знает ли он что-нибудь ещё об этом леопарде? Пусть выложит всё как есть.

Прежде чем заговорить, посол трижды ударил челом о пол. Кан Суоань добавил:

— Он просит Небесного Хана даровать ему жизнь.

— Пусть говорит, — позволил Святейший.

Оказалось, что этого леопарда с чёрными пятнами принц встретил во время охоты в предместьях, и зверь сам увязался за его свитой, последовав во дворец. Поначалу он был на удивление кротким, свободно разгуливал по дворцу и никого не трогал.

В то время шли бесконечные стычки с соседями, и принц брал зверя с собой, когда выступал в поход. Однажды, когда отряд принца попал в засаду и был разбит, леопард уцелел и вернулся, принеся в зубах голову одного из врагов.

Но когда принца не было рядом, зверь начал наводить ужас на весь город: то овцу у кого-то съест, то корову загрызёт. Его пытались прогнать, но он всё равно возвращался. Как раз подоспело время готовить дань для подношения, и государь приказал поймать его в клетку в качестве подарка.

С момента заточения нрав зверя резко изменился. Он перестал есть, отказывался от любого мяса, которое бросали в клетку, и целыми днями лишь неистово ревел. Никто не смел приближаться, но и морить зверя голодом они боялись, поэтому кормили его, насаживая куски мяса на длинные шесты, либо, дождавшись, пока он уснёт, подсаживали в клетку живую овцу.

Позже зверь научился притворяться спящим, и стоило открыть засов, как он бросался на людей. По пути сюда он успел исцарапать больше десятка солдат.

Святейший кивнул и жестом велел послу и Кан Суоаню удалиться.

Мо Юнь, по-видимому, был раздосадован присутствием посла; он лениво разлёгся у подножия трона, положил голову на свои лапы и задремал.

Тем временем Лу Цанъюй распорядился сменить воду в бассейне, чтобы Святейший мог совершить омовение. Святейший приказал Лу Цанъюю отныне каждый день выдавать Мо Юню по живой овце.

Лу Цанъюй принял распоряжение, но добавил:

— Мо Юнь всё же не может постоянно находиться рядом с Вашим Величеством.

Святейший задумался. В обычные дни — пускай, но во время больших собраний, проводимых раз в десять дней, это доставит неудобства. Однако, глядя на столь прекрасного и разумного зверя, он не мог заставить себя снова запереть его в тесную железную клетку.

К тому же, неизвестно, когда Ведомство дворцовых построек доставит обещанную клетку. Мо Юнь был послушен только с ним, а если позволить ему бродить по дворцу самому, это ни к чему хорошему не приведёт.

Святейший распорядился:

— Найди и подготовь железную цепь.

Прошло три дня, но Ведомство дворцовых построек всё ещё не закончило работу над клеткой. На четвёртый день управляющий ведомством и два его помощника, уходя утром из дома, прощались с близкими, словно готовясь к казни.

Однако прошло десять дней, а вестей не было. Срок давно истёк, но никто не спрашивал о ходе работ и не призывал к ответу.

Младший евнух Чэнь был в неплохих отношениях с одним из евнухов Внутреннего ведомства, и, устав жить в постоянном страхе, решил разузнать, что происходит. Евнух Чжан лишь качал головой и вздыхал:

— Разве до вас не дошли вести? Святейший уже давно не держит ту тварь в клетке. Зверь-то к нему привязался, а вот нас всех до смерти перепугал. Только вчера во время обсуждения дел во дворце Синцин он искусал одного из чиновников. Святейший тогда… он… ох…

— Что «он»? — спросил Чэнь.

— Что-что… Для Святейшего мы все — лишь пустое место. — Евнух Чжан, снова вздохнув, ушёл прочь.

Младший евнух Чэнь вернулся в Ведомство дворцовых построек и пересказал всё услышанное. Один из помощников мастеров спросил:

— Значит, чиновника четвёртого ранга просто скормили леопарду?

http://bllate.org/book/35458/4383303