Мощность недавнего взрыва была немалой, и чем дальше они продвигались вглубь, тем очевиднее становились следы разрушений.
Протолкнувшись через покосившуюся дверь, они вошли во двор и увидели целую кучу обугленных кастрюль, мисок и сковородок, сваленных прямо посредине.
По идее, взрыв произошел на улице, и внутренние помещения задеть не должно было, но его сила явно превзошла все ожидания — даже стены в доме закоптились от дыма.
Сяо Няньюань осмотрелась по сторонам, но по-прежнему не заметила ни единой живой души, не говоря уже о голодном духе, о котором упоминала Лянь Цюшуй.
Ей это показалось странным: обойдя всю улицу кругом, она не увидела никого, кто занимался бы готовкой, ни даже поднимающегося из труб дыма.
Однако картина перед глазами выглядела так, будто кто-то стряпал здесь без перерыва и удалился лишь за мгновение до их прихода.
Загадок Небесного Города с каждым шагом становилось всё больше. Сяо Няньюань небрежно подняла с земли палку и поворошила превратившийся в уголки костер, на дне которого валялись обгоревшие остатки еды.
— И где же голодный дух? — спросила Сяо Няньюань.
Лянь Цюшуй нахмурилась:
— Я же только что своими глазами его видела! Куда он подевался?
— Ты ничего не перепутала?
— С чего бы мне путать! — обиделась Лянь Цюшуй и ткнула пальцем в собственные глаза. — Посмотри на мои глаза, разве похоже, что я могу что-то не разглядеть?
Сяо Няньюань взглянула на нее: глаза у той и правда были очень яркими и чистыми, но это ничего не доказывало — уверенности в том, что Лянь Цюшуй действительно что-то заметила, у нее по-прежнему не было.
Рассуждая здраво, если Лянь Цюшуй смогла разглядеть призрака, у самой Сяо Няньюань не было ни единой причины его не заметить.
Более того, если здесь действительно кто-то устроил взрыв, этот человек должен был находиться где-то поблизости, а не раствориться в воздухе.
— О чем ты думаешь? — не выдержала Лянь Цюшуй, заметив, что Сяо Няньюань долго молчит.
Та задумчиво произнесла:
— Я думаю о том, что если взорвать все дома в округе, может, они наконец соизволят выйти?
Лянь Цюшуй: «……»
Уголки ее губ слегка подернулись, и она недоверчиво уставилась на Сяо Няньюань, подозревая, что ослышалась.
Лицо Сяо Няньюань оставалось совершенно невозмутимым. Лянь Цюшуй потерла уши, решив, что от недавнего грохота ее слух просто временно притупился.
Сяо Няньюань тут же доказала делами, что ей не послышалось: она подошла к стене, затащила оттуда охапку сухих дров и бросила их прямо в костер.
В золе еще теплился жар, и хворост мгновенно задымился черным дымом.
— Разве так можно? — замялась Лянь Цюшуй, собираясь с мыслями. — А если оно и правда рванет?
Сяо Няньюань ответила равнодушно:
— Если они вылезут сами, мне не придется тратить силы на их поиски. Взорвется этот дом или нет, меня не волнует — я просто хочу увидеть местных жителей. Раз уж они прячутся, придется прибегнуть к хитрости.
Поразмыслив над ее словами, Лянь Цюшуй сочла их разумными и перестала возражать, даже напротив — с энтузиазмом принялась помогать таскать дрова.
Сяо Няньюань наблюдала, как Лянь Цюшуй усердно складывает в костер каждую палку, а потом и вовсе тащит домашнюю утварь — деревянные табуретки, глиняные кувшины, всё, что удавалось сдвинуть с места, полетело в общую кучу.
Если громыхнет во второй раз, эти вещи наверняка разлетит на куски, а осколки могут даже пробить стены.
В худшем случае они и впрямь разнесут дом по кирпичику.
Густой дым пополз вверх, и Сяо Няньюань, посчитав процесс слишком медленным, повернулась к спутнице:
— У тебя есть огниво?
Лянь Цюшуй кивнула:
— Конечно.
С этими словами она достала из-за пояса огниво и протянула его Сяо Няньюань.
Та уже собиралась чиркнуть кремнем, как вдруг услышала резкий окрик:
— Стоять!
В тот же миг сверкнула вспышка белого света, целясь прямо в руку Сяо Няньюань, державшую огниво.
Не успела она и глазом моргнуть, как Лянь Цюшуй уже заслонила ее собой и холодно бросила:
— Задумала ее обидеть? У меня спросила?
Из угла вышла маленькая девочка и, сердито надувшись, набросилась на Лянь Цюшуй с обвинениями:
— Ты вообще на чьей стороне? Чего ты ей помогаешь?
Лянь Цюшуй ответила так, будто это само собой разумеющееся:
— Я ее Учитель, разумеется, я на ее стороне.
У Цзинхэ на мгновение растерялась, а затем перевела взгляд на Сяо Няньюань:
— Чего вы добиваетесь?
Сяо Няньюань парировала вопрос:
— Этот вопрос я должна задать тебе. Почему ты от меня прячешься?
У Цзинхэ презрительно скривила губы:
— Ты здесь чужая, разве ненормально от тебя прятаться?
— Ты не просто пряталась. — Сяо Няньюань слегка прищурилась. — Это ведь ты заставила меня свалиться в воду, верно?
— Т-ты что мелешь! Ничего я такого не делала! — испугалась на секунду У Цзинхэ, но тут же попыталась принять оскорбленный и уверенный вид.
Сяо Няньюань хотела продолжить, но Лянь Цюшуй нахмурилась и строго спросила девочку:
— Так это ты столкнула ее в воду?
Придя сюда, она заметила, что Сяо Няньюань вся промокла, и ломала голову над тем, что же произошло, но никак не ожидала, что за этим стоит У Цзинхэ!
Сяо Няньюань озадаченно посмотрела на Лянь Цюшуй, не понимая, почему та вдруг уцепилась за эту мелочь.
Она упомянула о том, что У Цзинхэ столкнула ее, лишь для того, чтобы вывести ту на чистую воду и доказать: прятались от нее вовсе не из-за чужаков, а исключительно ради злой шутки.
У Цзинхэ тоже пребывала в растерянности, не понимая, с какой стати Лянь Цюшуй заговорила об этом.
А Лянь Цюшуй, решив, очевидно, свести старые счёты, шагнула вперед и ухватила У Цзинхэ за ухо:
— Совсем совести нет у такой малышки!
У Цзинхэ взвыла от боли в ухе и разревелась:
— Дерутся! Хулиганка!
Лянь Цюшуй принялась воспитывать девочку высокими моральными принципами, завершив нравоучение грозным резюме:
— Чтобы больше я такого не видела!
Обе принялись шуметь и препираться, из-за чего у Сяо Няньюань начали покалывать виски — ей нестерпимо захотелось бросить их обеих и убраться отсюда подальше.
Крику от этих двоих было больше, чем от целой толпы, в голове у Сяо Няньюань зашумело от звонких голосов. Едва она попыталась придумать, как их унять, как услышала, что У Цзинхэ, повернувшись к ней, выпалила:
— Вы и правда учитель и ученица?
Не дожидаясь ответа Сяо Няньюань, Лянь Цюшуй вздернула подбородок:
— Раз говорю — значит, так и есть. Какое твое дело? Думаешь, я стану тебе врать?
У Цзинхэ поморщилась:
— А хоть одно слово из того, что ты говоришь, бывает правдой?
Лянь Цюшуй нахмурилась:
— С чего это вдруг я лгу?
У Цзинхэ издевательски усмехнулась:
— Ты же только что сказала, что вы знакомы целую вечность.
— Да когда я… — Лянь Цюшуй осеклась на полуслове, внезапно вспомнив, что во время перепалки с У Цзинхэ сболтнула лишнего, заявив, будто они с Сяо Няньюань дружат с самого детства и ближе подруг на свете не сыскать.
Лянь Цюшуй: «……»
Заметив, что Лянь Цюшуй умолкла, У Цзинхэ тут же победоносно заявила:
— Раз у вас никаких особых отношений нет, тогда перестань ее защищать!
— А буду я ей помогать или нет, тебя каким боком касается? — Лянь Цюшуй, злая на выпады девчонки, по-прежнему заслоняла собой Сяо Няньюань. — Пока толком не объяснишь, что ты натворила, с этого места не уйдешь.
— А кто сказал, что я собираюсь отсюда уходить? Это мой дом, убираться отсюда должны вы!
— Хватит с ней спорить, — остановила Сяо Няньюань готовящуюся к новому раунду ссоры Лянь Цюшуй и перевела взгляд на У Цзинхэ. — Ты ведь надеялась, что кто-нибудь придет и выгонит меня?
У Цзинхэ молча вскинула брови — по ее лицу было легко прочесть все мысли.
— Вопрос уже решен, никто меня отсюда не выставит. Раз ты ничего не говоришь, я буду ждать тебя здесь — если только у тебя хватит сил самой меня выпроводить.
Она уже заставила систему пойти на уступку, и та не станет требовать ее изгнания из Небесного Города.
У Цзинхэ нахмурилась, смерив Сяо Няньюань долгим взглядом. То ли поняв в чем дело, то ли просто испугавшись, она посмотрела на нее исподлобья и, больше не заикаясь о выдворении, с тревогой и опаской спросила:
— Чего тебе вообще от нас надо?
Сяо Няньюань произнесла:
— Почему вы все от меня прячетесь?
— Разве ненормально прятаться от чужаков? — У Цзинхэ, не удержав свой детский норов, закатила глаза. — Ты не из наших мест, мы тебе не рады.
— Только мне одной?
У Цзинхэ кивнула:
— Да, именно тебе.
Сяо Няньюань слегка кивнула: раз не рады, так не рады, она всё равно не собиралась задерживаться здесь надолго. Ей лишь требовалось выяснить, был ли знакомый голос тем самым человеком, которого она знала, и на этом ее миссия будет выполнена.
— Кто здесь главный? — спросила Сяо Няньюань у У Цзинхэ. — Пусть выйдет и поговорит со мной.
У Цзинхэ скрестила руки на груди и высокомерно вскинула подбородок:
— Здесь главная я, все вопросы к со мной.
Девочка рассудила здраво: Сяо Няньюань отличалась поразительным упорством, и если не дать ей желаемого, та ни за что отсюда не уйдет; уж лучше поскорее отделаться от непрошеной гонки.
В конце концов, ответить на все заковыристые вопросы Сяо Няньюань она всё равно не сможет, так что можно просто нести всякую чепуху — та всё равно не отличит правду от выдумки, а там глядишь, как-нибудь и пронесет.
Сяо Няньюань со скепсисом посмотрела на девочку: при всем желании У Цзинхэ выглядела лишь ребенком, никак не способным принимать решения, но на данный момент никакой другой возможности пообщаться с местными не предвиделось, да и сама она явно не горела желанием подпускать чужачку к остальным.
Пришлось довольствоваться малым:
— Я только что видела у границы Небесного Города чей-то силуэт. Очень знакомый силуэт. Хотела спросить, нет ли у вас тут кого-то по имени…
— Быть того не может! — не дав ей договорить, перебила У Цзинхэ. — Сегодня все до единого сидели по домам, никто на улицу не выходил. Ты никак не могла никого увидеть на окраине Небесного Города!
— Ты даже не спросила остальных, с чего такая уверенность? — Сяо Няньюань не поверила ей ни единому слову: если в первый раз ей еще могло показаться, то уж во второй-то точно не померещилось.
— Нет, значит, нет! Таковы наши правила, в это время суток никто не смеет выходить на улицу, если только не хочет, чтобы его вышвырнули отсюда! — У Цзинхэ изначально собиралась просто отмахнуться от Сяо Няньюань, но та упорствовала, хотя сама она уже ответила на все честно. Разговор начал ее раздражать, и она недовольно бросила: — Я и так шла тебе навстречу, но если ты продолжишь цепляться, пеняй на себя!
Угрозы У Цзинхэ не производили на Сяо Няньюань ни малейшего впечатления — у нее не было причин бояться ребенка. Однако девочка вроде бы не лгала. Помолчав с минуту, Сяо Няньюань произнесла:
— Ладно, я поняла.
Сказав это, она, однако, вовсе не собиралась уходить.
У Цзинхэ заволновалась:
— Чего ты еще здесь стоишь? Я же ответила на твои вопросы!
Сяо Няньюань невозмутимо ответила:
— Я просто думаю, в каком доме мне сегодня остановиться.
У Цзинхэ вытаращила глаза:
— Ты нарушаешь обещание! Разве ты не говорила, что уйдешь, стоит мне ответить?!
http://bllate.org/book/35394/4374370
Сказали спасибо 0 читателей