Двигаясь на сладковатый запах, они вскоре наткнулись на путаницу хаотичных следов. Рядом, прямо на вытоптанной траве, валялись оброненные карточки и прочая мелкая атрибутика.
Фан Цзицзин подошёл ближе, поднял вещи и, внимательно их осмотрев, уверенно произнёс:
— Это вещи пропавшей группы.
Раз направление определено, оставалось лишь идти по следам.
Лянь Цзяшо и Сун Хуай понимающе переглянулись и без лишних слов двинулись дальше.
Когда Фан Цзицзин закончил рассматривать находку и поднял голову, выяснилось, что спутники уже успели уйти вперёд, бросив его одного.
Фан Цзицзин лишь молча вздохнул.
По какой-то нестираемой причине рядом с этой парочкой хозяина и слуги он постоянно чувствовал себя третьим лишним.
Чем глубже троица погружалась в лес, тем гуще становился пряный, дурманящий аромат. Лянь Цзяшо, заранее распознавший в нём галлюциногенные свойства, вовремя активировал защитную маску боевого костюма, поэтому ядовитые испарения на него не подействовали.
Непонятным оставалось одно: откуда вообще в учебном секторе взялся подобный газ?
— Неужели в Академию пробрался кто-то посторонний, чтобы напасть на студентов? — нахмурился Сун Хуай.
Фан Цзицзин тут же отрезал:
— Исключено. Академия — самое безопасное место на планетах Альянса. Подобное просто немыслимо.
Сун Хуай лишь желчно усмехнулся.
Два года назад на него напали как раз здесь, в стенах этого «самого безопасного места». Для человека вроде Сун Хуая, умудрявшегося с самого детства попадать в переделки при каждом выходе из дома, понятия «абсолютная безопасность» не существовало в принципе.
Лянь Цзяшо прекрасно понимал ход его мыслей, но вступать в бессмысленные споры с Фан Цзицзином не видел никакой необходимости, а потому лишь тихо предложил:
— Давайте лучше продолжим поиски.
По мере того как они продвигались в глубь массива, густая туманная дымка и сладковатый чад окончательно застлали всё вокруг. Видимость упала практически до нуля. Куда больше настораживали глухие, давящие звуки, нерегулярно доносившиеся из чащи.
Лянь Цзяшо прежде ничего подобного не слышал. Звук возникал то справа, то слева, непрестанно меняя источник. Словно за пеленой тумана кто-то затаился и подстерегал удобный момент для броска.
Все трое притихли, предельно сконцентрировавшись. Даже Фан Цзицзин, ещё недавно свято веривший в надежность защиты Академии, почувствовал, как к горлу подступает ледяной загривок опасности.
Угроза была совсем рядом и могла обрушиться в любое мгновение.
— Что это за дрянь?.. — шепнул Фан Цзицзин, осторожно отступая и почти прижимаясь к Лянь Цзяшо.
Сун Хуай молчал, до предела натянув жилы. Его тело мгновенно перешло в состояние полной боевой готовности.
Лянь Цзяшо лихорадочно перебирал варианты. Звук казался незнакомым, но рождал странное чувство дежавю.
Они находились в искусственном лесу тренировочной площадки на открытом воздухе. Любой шорох отзывался тихим трепетом листвы. Вслушиваясь в этот шелест, Лянь Цзяшо наконец не выдержал и подал голос:
— В этом секторе водится крупное зверьё?
Сун Хуаю такая мысль даже в голову не приходила: всю жизнь на него нападали только люди, со зверями ему сталкиваться не доводилось.
Фан Цзицзин тоже сперва опешил, но быстро собрался и, припомнив правила, кивнул:
— На тренировочной площадке на открытом воздухе действительно высаживают зверей, но все они прошли искусственную дрессировку. Хоть они и крупные, но полностью подчиняются командам. На испытаниях они никогда не калечат людей.
В его тоне не ощущалось тревоги.
Однако Сун Хуай лишь снова усмехнулся:
— Под контролем? Перед началом состязаний вы тоже твердили, что всё под контролем. И что вышло на деле?
Фан Цзицзин уже собрался вступить в перепалку, когда Лянь Цзяшо перебил его:
— А что, если этот странный запах дурманит не только людей, но и животных?
Лицо Фан Цзицзина мгновенно изменилось. Он открыл рот, но смог лишь выдавить:
— Об этом... я как-то не подумал...
И ровно в этот миг за его спиной взвилась огромная тень и сокрушительным махом рванулась вперёд.
— Осторожно!
Лянь Цзяшо дернулся было на помощь, но Сун Хуай сработал куда быстрее. Вцепившись в Лянь Цзяшо, он в два прыжка очутился перед Фан Цзицзином, сгреб того за шкирку и рывком швырнул в сторону, уводя из-под удара махины.
Лишь избежав смертоносного выпада, они смогли разглядеть нападавшего.
Худшие опасения Лянь Цзяшо подтвердились: перед ними стояло чудовище высотой в два человеческих роста. Межзвёздные твари были куда огромнее и свирепее всего, что Цзяшо видел в своём прежнем мире. Налитые кровью глаза зверя не оставляли сомнений — ни о каком «контроле» речи больше не шло. От подлинной, дикой мощи, исходящей от этой туши, веяло удушливой угрозой.
Не только Лянь Цзяшо — даже Фан Цзицзин и Сун Хуай поседели от ужаса. Они всё ещё оставались подростками, и против твари, превосходящей взрослого человека в несколько раз, их физическая сила выглядела ничтожно.
— Бежим!
Едва опомнившись, Лянь Цзяшо понял: это единственный разумный выход.
Схватив Сун Хуая за руку, он рванул в гущу деревьев. Сун Хуай, в свою очередь, волок за собой Фан Цзицзина. Так, цепью, они мчались прочь.
Но зверь не уступал. Терять добычу он не намеревался: издав глухой, вибрационный рык, он мощными прыжками ринулся в погоню.
Лянь Цзяшо помнил, как в прошлый раз удирал во весь дух, спасая Сун Хуая. Тогда им двигало желание защитить, сейчас — голый инстинкт выживания. Не только собственного, но и тех двоих, что бежали рядом.
Однако тягаться в скорости со взбесившимся хищником оказалось бессмысленно. Уши закладывало от свиста ветра, лёгкие горели. И прежде чем они успели отыскать хоть какое-то укрытие, бежавший сзади Фан Цзицзин с глухим стуком полетел на землю, схватившись за сбитое колено.
— И надо же быть таким непёхом! — успел огрызнуться Сун Хуай.
Лянь Цзяшо тут же рывком поднял упавшего:
— Ты как?!
— Я... — выдохнул Фан Цзицзин, но закончить не успел.
В лицо им ударила смрадная, обжигающая волна. Тварь одним махом перемахнула через них и заступила дорогу, распахнув пасть с оскаленными клыками.
— Прочь! — рявкнул Сун Хуай и, не дав Фан Цзицзину опомниться, отвесил ему сокрушительный пинок.
Фан Цзицзин отлетел, покатился по земле и, вскочив, вспыхнул от ярости:
— Сун Хуай! Ты совсем сдурел?!
Но, когда он увидел, как Сун Хуай в одиночку принимает на себя натиск махины, обвинения застряли у него в горле. Как бы он ни презирал этого заносчивого барчука, тот спасительным пинком вытащил его из пасти зверя, а сам оказался в ловушке.
Убежать не удастся. Оставалось одно — драться.
Подавив липкий страх, Фан Цзицзин бросился на помощь.
А Лянь Цзяшо и раздумывать не стал. Ещё в тот миг, когда Сун Хуай принял удар на себя, Цзяшо рванулся следом. Он — сопровождающий ученика Сун Хуая. Бросить своего подопечного он не мог ни при каких обстоятельствах.
Несмотря на богатый опыт учебных спаррингов, в которых Лянь Цзяшо и Сун Хуай считались лучшими среди сверстников, сойтись в бою с диким зверюгой им довелось впервые.
Схватка вышла отчаянной и суматошной. Попеременно отвлекая тварь на себя и действуя в единой связке, троица продержалась невероятно долго, пока им наконец не удалось свалить чудовище с ног.
Когда гигантская туша с оглушительным гулом рухнула на землю, потеряв сознание, парни в бессилии повалились рядом. Грудь каждого ходила ходуном от дикого утомления.
Пережить бой с чудовищем, казавшимся непобедимым, было сродни чуду. Переглянувшись, они ощутили ни с чем не сравнимое облегчение.
Лянь Цзяшо раскинул руки и, лежа на траве, тихо рассмеялся.
Сун Хуай, лежавший бок о бок с ним, повернул голову на этот звук. Он и сам не заметил, как уголки его губ тронула едва различимая улыбка:
— Чему ты радуешься?
— А разве мы сейчас сработали не на загляденье? — глядя в кроны деревьев, спросил Лянь Цзяшо.
— Так себе. Сгодится, — фыркнул Сун Хуай.
Лянь Цзяшо про себя тут же перевёл: «Раз молодой господин сказал "сгодится", значит, вышло идеально».
В любой другой день Сун Хуай вспылил бы от такой дерзости, но сейчас, выжатый до предела, он лишь промолчал. Понаблюдав за улыбкой Лянь Цзяшо, он тихо добавил:
— Ну... Вы, в общем, неплохо справились.
Рядом подал голос Фан Цзицзин, переполненный эмоциями:
— Впервые в жизни я дрался в такой отличной команде! — Он не сдержал искреннего, громкого смеха.
Сун Хуай тут же скривился:
— А ты чего ржёшь?
Фан Цзицзин оборвал смех и перевёл недоумённый взгляд с Сун Хуая на Лянь Цзяшо:
— Лянь Цзяшо только что тоже смеялся! Почему мне-то нельзя?
— От твоей рожи меня тошнит, — отрезал Сун Хуай.
— Сун Хуай!
Лянь Цзяшо с улыбкой наблюдал за их перепалкой, не собираясь вмешиваться. В голосах обоих больше не слышалось ядовитой вражды — осталась лишь привычная ребяческая пикировка.
Опасное происшествие принесло неожиданно добрые плоды.
Поругаться толком они не успели: прибыла спасательная группа Академии. Ребят немедленно эвакуировали из тренировочной площадки на открытом воздухе, а обезвреженного зверя забрали под контроль.
Несмотря на то что троица отделалась лёгкими царапинами, их всё равно препроводили в медотсек. Вэнь Юй хлопотал вокруг них, обрабатывая ссадины и накладывая повязки. Лишь тогда из отчётов спасателей стала известна подлинная причина случившегося.
Оказывается, одна из команд решила подстроить соперникам пакость и распылила галлюциногенный газ, не учтя, что тот вызовет приступ бешенства у тренировочных зверей.
К счастью, остальные участники вовремя укрылись, и обошлось без жертв. Зверя изолировали, а пропавшую группу нашли живой и невредимой.
Преподаватель, отвечавший за проведение соревнований, вернувшись, выразил Фан Цзицзину и его спутникам благодарность: не обезвредь они взбесившуюся тварь, последствий было бы не избежать.
Впрочем, без выговора тоже не обошлось — за самоуправство и неоправданный риск.
Но для Лянь Цзяшо все эти похвалы и нагоняи не имели ни малейшего значения. Главным было другое: проблема, на решение которой он рассчитывал потратить годы, разрешилась за один день.
Сун Хуай и Фан Цзицзин наконец-то смогли прийти к миру.
Пускай они всё так же подкалывали друг друга и спорили по пустякам, прежней глухой ненависти больше не было.
И их настоящая академическая жизнь только начиналась.
http://bllate.org/book/35324/4587927
Готово:
