Шэнь Юй, стоя у машины, ошарашенно смотрела на Су Цинъе. Она указала на Гу Цзиньян, которая всё еще находилась на веревочной лестнице, и прошептала:
— Невестка там.
Су Цинъе высадила её на полпути, так что в Феррари оставалась только она сама. Су Цинъе отстегнула ремень безопасности, повернулась и отклеила видеорегистратор, прикрепленный к лобовому стеклу.
Открыв дверь, она длинным шагом вышла наружу. Бросив напоследок тревожный взгляд в сторону Гу Цзиньян, она получила от Шэнь Юй кивок в ответ, после чего закрыла машину и подняла руки вверх.
Полицейские, окружившие машину, увидев, что она вышла с поднятыми руками, опустили оружие. На самом деле, они держали пистолеты наготове лишь из опасения, что у этих представителей «золотой молодежи» может быть при себе огнестрельное оружие.
Один из них завел руки Су Цинъе за спину и собирался надеть наручники, когда она внезапно произнесла:
— Надеюсь, вы осознаете ответственность за то, что сейчас меня сковываете.
Полицейский заколебался. Если бы она действительно протаранила ту машину, из-за чего Ламборгини перевернулась, то надеть наручники было бы оправдано. Но сейчас общественное мнение в интернете было под контролем, информация была полуправдивой, и никто не мог сказать наверняка, что произошло на самом деле.
Если она не виновата, а Ламборгини перевернулась сама, то, надев на неё наручники, он тем самым подтвердит её статус подозреваемой и окончательно закрепит травлю в сети. В таком случае, позже девушка и её семья обязательно подадут на него в суд — в конце концов, для девушки репутация важнее всего. К тому же, здесь полно журналистов, и каждое движение фиксируется камерами, причем многие СМИ ведут прямую трансляцию.
Подумав об этом, полицейский убрал наручники и сухо произнес:
— Тогда, мисс, будьте любезны проехать с нами в участок. Мы составим протокол и разберемся в ситуации.
Последние слова он буквально выдавил из себя сквозь зубы.
Су Цинъе кивнула. Она достала мобильный телефон и холодно сказала:
— В таком случае я имею право позвонить своему опекуну. До приезда моего адвоката я имею право хранить молчание.
Не обращая внимания на выражения лиц полицейских, она набрала номер, закрепленный в верхней части списка контактов, и приложила телефон к уху, не сводя глаз с женщины на веревочной лестнице.
Звонок был принят мгновенно. Су Цинъе молчала, на том конце тоже царила тишина. Слушая дыхание собеседницы, Су Цинъе внезапно улыбнулась и произнесла:
— Спускайтесь поскорее, сестрица Гу. На улице прохладно, легко простудиться.
В её холодном голосе скрывалась редкая, едва уловимая нежность.
У Гу Цзиньян пересохло в горле. Она смотрела на человека, окруженного полицией, который по-прежнему сохранял спокойствие и невозмутимость.
— Хорошо.
— Тогда побеспокою вас, сестрица Гу, найдите для меня адвоката. Конечно, если вы сами приедете забрать меня домой, я тоже буду рада.
Из телефона донесся холодноватый, но мягкий голос:
— Хорошо, это не составит труда.
Разве может быть трудно, когда речь идет о тебе?
Су Цинъе тихо ответила:
— Тогда я буду ждать вас, сестрица Гу.
Шэнь Юй с шоком наблюдала за тем, как Су Цинъе вела этот разговор, и буквально лишилась дара речи. Ей понадобилось немало времени, чтобы закрыть отвисшую челюсть. Боже мой, эта невестка — просто чудо, раз способна заставить Цин-е говорить так нежно. У Шэнь Юй мурашки бежали по коже, особенно от того, как та произносила сестрица Гу — так ласково, что, казалось, голос сейчас растает. А что она сказала перед звонком? Опекун? Небеса, дайте ей кирпич, чтобы она об него ударилась!
Убрав телефон в карман, Су Цинъе бросила равнодушный взгляд на ошарашенную Шэнь Юй и села в полицейскую машину.
Гу Цзиньян, глядя, как машину с Су Цинъе увозят, ускорила спуск по лестнице и последние несколько ступеней просто спрыгнула.
— Неве... директор Гу, здравствуйте, — Шэнь Юй пробилась сквозь толпу к Гу Цзиньян. Она не могла не признать: у Цин-е отличный вкус. Невестка оказалась невероятно красивой, с ясными глазами, и даже без капли макияжа выглядела ослепительно.
Особенно когда она спустилась с вертолета — это было так круто, что приковало взгляды всех присутствующих. Даже сердце самой Шэнь Юй дрогнуло.
Гу Цзиньян лишь кивнула. Эту яркую и привлекательную женщину перед собой она явно не знала. Доставая телефон, чтобы позвонить адвокату, она из вежливости спросила:
— Вы кто?
— Я подруга Цин-е, Шэнь Юй. Она попросила меня присмотреть за вами, — объяснила Шэнь Юй.
— Цин-е? Вы имеете в виду Сяо Е?
— Да.
В этот момент Гу Цзиньян дозвонилась до адвоката и сразу объяснила ситуацию:
— Да, городской полицейский участок. Её забрали одну, я не могу найти себе места.
— Не волнуйтесь, мисс Гу, я сейчас же отправляюсь в участок. Если вы сейчас на месте происшествия, пожалуйста, проследите за тем, чтобы полиция должным образом собрала улики.
— Хорошо, я поняла. Спасибо.
— Не стоит благодарности.
Гу Цзиньян повесила трубку. Полиция как раз фотографировала Феррари Су Цинъе, а спасательная команда в овраге всё ещё искала двух человек из Ламборгини.
У въезда стояла скорая, вокруг была натянута сигнальная лента, журналисты пользовались случаем, чтобы фотографировать и брать интервью у очевидцев гонки.
У Гу Цзиньян разболелась голова. Она позвонила в отдел по связям с общественностью и потребовала любой ценой подавить негативный резонанс.
Глядя, как Гу Цзиньян безостановочно отвечает на звонки, Шэнь Юй не могла не позавидовать — невестка действительно всем сердцем предана Цин-е. Узнав новости, сразу прилетела на вертолете, теперь вот нанимает адвоката, давит тренды... мало кто способен на такое.
Вдруг Шэнь Юй стало неловко, и она тихо проговорила:
— Директор Гу, вообще-то...
Гу Цзиньян как раз закончила разговор. Услышав запинки в голосе Шэнь Юй, она почувствовала, что ничего хорошего не услышит. Её настроение, и без того скверное, испортилось окончательно, и она холодно спросила:
— Что вообще-то?
— Вообще-то, в нашей машине есть видеорегистратор. Тот парень, Ли Хао, перевернулся сам. Цин-е, когда выходила, забрала регистратор с собой. Когда покажем его полиции, всё сразу встанет на свои места.
Шэнь Юй выпалила это на одном дыхании и осторожно взглянула на помрачневшую Гу Цзиньян. Она начала лихорадочно перебирать в уме, не сказала ли чего лишнего — почему у невестки такое лицо, будто назревает буря?
Гу Цзиньян глубоко вздохнула, выключила телефон и на мгновение лишилась дара речи. Она здесь места себе не находила от беспокойства, а Сяо Е всё предусмотрела заранее, и никакой нужды так волноваться не было.
Она не знала, злиться ли на себя за то, что потеряла самообладание, или за то, что ничем не может помочь, или за то, что Шэнь Юй сказала об этом только сейчас, когда она уже почти всё устроила.
— Дай мне ключи от своей машины, — Гу Цзиньян сделала глубокий вдох.
Шэнь Юй поспешно отдала ключи и указала на припаркованный у обочины темно-серый Мазерати.
— Постой здесь, пока они не закончат сбор улик, а потом отгонишь машину в участок, — бросила Гу Цзиньян, направилась к Мазерати, ловко открыла дверь и села за руль.
Едва она вставила ключ в зажигание, спасатели на носилках вынесли найденных людей. Лицо одного было накрыто белой тканью — судя по виду, он был мертв. На других носилках лежала молодая женщина, вся в крови, тяжело раненая и едва дышащая.
Медики с тревожными лицами почти бегом внесли их в машину скорой помощи.
Не раздумывая больше ни секунды, Гу Цзиньян завела двигатель и рванула в сторону полицейского участка.
Она неслась на полной скорости, проскочила несколько красных сигналов светофора, но из-за городских пробок до участка добралась лишь через полчаса.
Припарковавшись, она быстрым шагом направилась ко входу. Через несколько метров её окликнул мужчина средних лет.
— Мисс Гу, сюда.
Это был адвокат Ли Цзянвэнь, с которым она говорила по телефону. Он повел её вперед, и по пути Гу Цзиньян спросила:
— Адвокат Ли, какова ситуация?
— Из больницы пришел отчет о пострадавших. Один погиб, один тяжело ранен. Тот, кто был за рулем, не пристегнулся и скончался на месте. Тот, что на пассажирском, был пристегнут, но из-за тяжести травм скончался сразу по прибытии в больницу.
— А что с Сяо Е? — задала Гу Цзиньян главный вопрос, который её волновал.
— Мисс Су сейчас в комнате для допросов. Полиция опрашивает свидетелей, до неё самой пока не дошли. Адвокат Ли помедлил и добавил: — Кстати, мисс Гу, я не смог дозвониться до вас ранее, хотел узнать, как там со сбором улик.
Гу Цзиньян только сейчас вспомнила, что выключила телефон. Она поспешно достала его и включила снова.
— Я всё проверила. У машины Сяо Е поврежден только задний бампер, перед цел. Ламборгини перевернулась сама.
— Полиция уже уведомила семьи погибших. Боюсь, они предвзято отнесутся к мисс Су. Да и ситуация с обсуждениями в сети сейчас крайне неблагоприятная, — Ли Цзянвэнь на мгновение задумался, прежде чем продолжить: — К тому же, я узнал у полиции, что в машине мисс Су было двое, но когда она вышла, пассажира не оказалось. Полиция сейчас ищет этого человека.
Как только телефон включился, посыпались уведомления. Гу Цзиньян перевела его в беззвучный режим и ответила только на самые важные сообщения.
Они подошли к комнате для допросов. Дверь была плотно закрыта. Гу Цзиньян нахмурилась и с сомнением спросила:
— Сяо Е там одна?
— Там двое полицейских.
Гу Цзиньян глубоко вздохнула и холодно произнесла:
— Сколько ещё ждать, пока дойдет очередь до Сяо Е?
— Мисс Гу, думаю, скоро. Я здесь уже около получаса.
Ли Цзянвэнь тоже не мог войти в комнату, а полиция допрос не начинала, так что ему оставалось лишь ждать снаружи.
— Тогда побеспокою вас, адвокат Ли, узнайте, пожалуйста, сколько времени это займет.
— Хорошо, мисс Гу.
http://bllate.org/book/35320/4364115
Готово:
