Готовый перевод If It Hadn't Rained That Day / Если бы в тот день не было дождя: Глава 5

Как и предсказывал Бо Цзиншуан, Си Сун покачал головой:

— Больше не буду, я в последнее время худею, нужно следить за углеводами.

— Хорошо. Тогда выпей немного супа, я приготовил сладкий суп из снежной груши и лилии, он полезен для легких.

Бо Цзиншуан налил ему пиалу, затем сел сам и мягко произвел:

— Не стесняйся.

Сердце Си Суна слегка ёкнуло.

Он ничего не ответил и действительно не стал церемониться с Бо Цзиншуаном: уткнувшись носом в тарелку, он молча принялся уплетать свиные ребрышки в кисло-сладком соусе с такой скоростью, что Бо Цзиншуан даже не успел спросить, подходит ли ему соль.

Лишь когда перед Си Суном выросла целая гора костей, Бо Цзиншуан наконец воспользовался паузой, чтобы сказать:

— Не подавись, сделай глоток супа.

Только тогда Си Сун осознал, что ведет себя несколько неподобающе.

Тогда он вытянул салфетку, вытер рот и, изображая элегантность, маленькими глотками принялся за суп.

Нарезанная соломкой снежная груша от долгого тушения на медленном огне таяла во рту, а лепестки лилии стали невероятно мягкими и нежными. Стоило слегка придавить их языком, как они распускались во рту легким ароматом, а в послевкусии ощущалась сладость пропитанного леденцовым сахаром сиропа — в холодный осенний день это, без сомнения, было лучшее блюдо для желудка.

Хотя Си Сун по-прежнему субъективно не испытывал к Бо Цзиншуану особой симпатии, этот обед вышел на редкость уютным и приятным: блюда оказались не слишком калорийными, но при этом позволили Си Суну насытиться.

Когда-то Бо Цзиншуан завоевал большую часть его сердца именно благодаря такому прекрасному кулинарному мастерству.

— Посуду можешь оставить здесь. Ты очень помог мне сегодня после обеда, спасибо за труд, ступай домой отдохнуть пораньше.

Говоря это, Бо Цзиншуан собирал со стола пиалы и палочки и направлялся к кухне.

Он уже собирался вымыть посуду, как обнаружил, что средство для мытья закончилось. Выйдя из кухни, чтобы взять новое из шкафчика, он заметил, что Си Сун все еще тихо сидело на прежнем месте — судя по всему, у него шел процесс пищеварения.

Задерживаться он не стал и, как ни в чем не бывало, вернулся мыть посуду.

Однако, выйдя из кухни во второй раз и обнаружив, что Си Сун по-прежнему сидит там же, а на его лице отчетливо читаются растерянность и неловкость, Бо Цзиншуан понял, что что-то не так.

Выглянув из-за угла, Бо Цзиншуан спросил:

— Что случилось?

Рука Си Суна все еще лежала на пустых карманах его хлопковых широких брюк. Помолчав добрую минуту, он с мертвенно-бледным лицом выдавил:

— Я забыл дома ключи.

На этот раз замолчал даже Бо Цзиншуан.

Желая прояснить свою позицию и доказать правдивость этой нелепой случайности, Си Сун добавил:

— Я забыл их, когда уходил. Еще один комплект у Жэнь Цяоцяо, но...

Си Сун глубоко вздохнул.

— Телефон я тоже не взял, связаться с ней сейчас не могу, придется ждать до завтрашнего дня на съемочной площадке.

Оба прекрасно понимали: в данный момент, кроме дома Бо Цзиншуана, Си Сун не сможет найти второго убежища.

Чтобы восходящая звезда кинематографа не заняла завтра первые полосы таблоидов с кричащим заголовком о ночевке на улице, Бо Цзиншуан немного подумал и нашел наилучший выход из сложившейся ситуации.

— У меня, кажется... есть еще одно лишнее одеяло. Если не брезгуешь, пока поспи на моей кровати.

— А ты где будешь спать?

Планировка квартир в этом жилом комплексе представляла собой одну комнату с гостиной, и простором они не отличались. Если Бо Цзиншуан уступит ему кровать, у него оставался единственный вариант — спать в гостиной.

Си Сун задал этот вопрос прекрасно зная ответ, хотя и сам не понимал, зачем это делает. Словно пытаясь развеять неловкость — ту самую неловкость от того, что на третий день после неожиданной встречи с бывшим он уже оказывается в его постели.

— Я перекантуюсь как-нибудь ночку, а тебе еще сниматься, не нужно портить форму. — С этими словами Бо Цзиншуан прошел в спальню, открыл свой шкаф и, словно рассуждая сам с собой, произвел: — Да, оно точно есть, подожди минутку, я сменю тебе постельное белье.

Си Сун поднялся с места, желая помочь, но тут же подумал, что вламываться в чужую спальню без приглашения не совсем удобно, поэтому развернулся и снова опустился на диван.

Бо Цзиншуан всегда делал все споро, но на этот раз он провозился в спальне довольно долго. Пока Си Сун сокрушался из-за собственной рассеянности, до его слуха изредка доносились тихие звуки от соприкосновения с гитарой.

Однако, погрязнув в собственной неловкости, он списал все на слуховые галлюцинации и думал лишь о том, как теперь с нормальным выражением лица зайти в спальню Бо Цзиншуана.

Пока он размышлял, Бо Цзиншуан уже застелил постель, приготовив для него даже новую зубную щетку со стаканом.

— Белье я поменял. Новые зубную щетку, пасту, стакан и полотенце я оставил на прикроватной тумбочке. Если понадобится что-то еще, скажи мне.

Он выглядел совершенно непринужденно — так, будто действительно просто оказал небольшую услугу запутавшемуся соседу, позволив тому переночевать у себя, чтобы не скитаться по улицам.

Си Сун сидел на диване и смотрел, как тот стоит перед ним, загораживая львиную долю мягкого света, падающего сверху. Фигура Бо Цзиншуана, погруженная в это теплое сияние, казалось, была окутана легкой дымкой. Эта зыбкая пелена заставила Си Суна на мгновение подумать, будто все это — долгий сон.

— Хорошо, спасибо. — Си Сун поднялся и направился в комнату Бо Цзиншуана.

Вслед ему раздался голос Бо Цзиншуана:

— Отдыхай пораньше.

— Спокойной ночи.

Помывшись, Си Сун вошел в комнату. Не имея при себе даже телефона, он мог лишь опереться спиной о изголовье кровати и дать волю блуждающим мыслям.

Простыни и пододеяльник были свежими: чисто-серо-голубые тона заполняли поле зрения, а свежий аромат жасмина наполнял дыхание — точно такой же запах исходил сегодня днем от пальто Бо Цзиншуana.

Хотя жасмин везде пахнет одинаково, Си Сун вдыхал этот проникающий в душу аромат и находил его невероятно приятным.

Куда более приятным, чем любой другой запах жасмина, что доводилось слышать прежде.

Через стену от него на диване лежал Бо Цзиншуан.

Хоть Си Сун и не планировал этого намеренно, мысли все равно возвращались к нему.

Сможет ли он нормально выспаться этой ночью? Не будет ли ему неудобно на таком маленьком диване? Не ударится ли он во сне рукой о край журнального столика, спровоцировав тендинит?

Рисуя в воображении худшие сценарии, Си Сун в конце концов поднялся с кровати и, повинуясь какому-то порыву, приоткрыл дверь спальни.

Диван располагался по диагонали от входа, и с того места, где стоял Си Сун, отлично было видно лежащего на нем Бо Цзиншуана.

Как он и предполагал, для Бо Цзиншуана диван действительно оказался коротковат: его тело, ростом повыше Си Суна, было свернуто калачиком, выглядя несколько стесненно. Впрочем, Си Сун знал, что Бо Цзиншуан привык спать поджав ноги, так что в такой позе ему было не слишком мучительно.

Стоя на свету, Си Сун смотрел на неподвижную фигуру Бо Цзиншуана в погруженной во тьму гостиной — тот, казалось, уже спал.

Поборов в себе искушение подойти поближе, Си Сун бесшумно вернулся в комнату.

Перед самым закрытием двери он тихонько прошептал так, чтобы услышать мог только он сам:

— Спокойной ночи.

Затем он закрыл дверь, позволив этому лучу света раствориться во тьме.

Едва раздался едва слышный щелчок закрывающейся двери, Бо Цзиншуан тут же открыл глаза.

Все так же свернувшись калачиком, он какое-то время неподвижно смотрел на журнальный столик перед собой. Затем он зашевелился: нащупав под подушкой телефон, он перевел будильник на десять минут раньше и наконец снова смежил веки.

Этой ночью двое людей, разделенные лишь стеной, хранили молчание о главном.

Качество сна у Бо Цзиншуана всегда было неважным. С наступлением утра его будильник прозвонил ровно три раза, прежде чем был безжалостно отключен.

Поднявшись с места, Бо Цзиншуан прислушался: в комнате Си Суна царила тишина. Убедившись, что его будильник не разбудил соседа, он успокоился.

Когда Си Сун неторопливо вышел из комнаты, нос его уловил плывущий по всей квартире аромат выпечки.

Как раз в этот момент из кухни появился Бо Цзиншуан с противнем в руках.

На нем лежали три круглых бриоша, посыпанные сверху крошкой из фисташек.

— С добрым утром, бриоши только что из печи, те два справа — с творожным сыром. Сегодня добавил новый сыр, он отличается от вчерашнего. Попробуй, как на вкус.

При упоминании вчерашнего бриоша, который благополучно угодил в желудок Жэнь Цяоцяо, Си Сун на секунду почувствовал неловкость человека, пойманного с поличным. Однако на его лице не дрогнул ни один мускул: приведя себя в порядок, он сел за обеденный стол.

Бриоши немного остыли, и температура стала идеальной. Пока Си Сун умывался, Бо Цзиншуан успел приготовить чашку кофе и поставить ее рядом с тарелкой. На пенке красовался аккуратный узор в виде тюльпана — по этой безупречной форме сразу было видно высочайшее мастерство Бо Цзиншуана.

Си Сун бросил вороватый взгляд на чашку перед Бо Цзиншуаном: пара кубиков льда, плавающих поверх коричнево-кофейного американо, заставила его желудок слегка сжаться от холода.

Шло столько лет, а его привычки ничуть не изменились.

Когда-то Си Суну постоянно казалось, что некоторые бытовые привычки Бо Цзиншуана напоминают образ жизни белых людей с другого конца океана, и поначалу это приводило Си Суна в крайнее изумление. Но со временем, проживая бок о бок каждый день, он привык к причудливым привычкам Бо Цзиншуана и перестал обращать на них внимание.

Си Сун отломил кусочек бриоша и откусил. Во рту одновременно взорвались ароматы выпечки и насыщенного сыра; нежность творожной массы гармонично переплеталась с ореховым аккордом фисташковой пасты — сладко, но вовсе не приторно.

Его кулинарные навыки стали еще совершеннее, неудивительно, что вчера Жэнь Цяоцяо расточала такие похвалы.

Пока Си Сун был полностью поглощен едой, Бо Цзиншуан неожиданно произнес:

— Выбери что-нибудь из одежды в моем шкафу, в пижаме на улицу не выйти.

Если бы не это напоминание, Си Сун почти забыл бы, в каком щекотливом положении находится.

Запив последний кусочек бриоша оставшейся половиной кофе, Си Сун кивнул.

Появившись на съемочной площадке в худи и куртке Бо Цзиншуана, он сразу же привлек внимание глазастой Жэнь Цяоцяо.

— Эй? Ты новую одежду купил? Чего-то я раньше на тебе ее не видела.

Си Сун решил в первую очередь разобраться с насущной проблемой сегодняшнего вечера.

— У тебя же остался еще один комплект ключей от квартиры? Дай мне на время.

— А, да. — Жэнь Цяоцяо удивленно уставилась на него. — В смысле? Ты что, ключи потерял?

Си Сун вкратце пересказал вчерашние приключения, отчего глаза Жэнь Цяоцяо округлялись все сильнее и сильнее.

— Где ты ночевал? У него дома?!

— Слы ваши амбиции, у тебя вообще инстинкт самосохранения есть? — Жэнь Цяоцяо аж подпрыгнула. — Хозяин квартиры, конечно, не похож на маньяка, но ты вот так запросто завалился к нему жить?! А если бы он пока ты спал, тайком нафоткал тебя голышом, ты как потом собирался карьеру строить?

http://bllate.org/book/35210/4349216