Готовый перевод The Demon Lord is My White Moonlight / Белая луна Владыки Демонов: Глава 26

На каменном помосте Цинь Лэ потрясённо всматривался в раскинувшуюся впереди даль.

— Э-э-это... что, море? — пробормотал он, заикаясь от изумления.

Духовная гора высилась в самом сердце Срединных равнин, среди пологих холмов. Ближайшим водоёмом здесь было Озеро Скрытого Дракона, разлившееся в сотне ли к западу. Но даже перенеси его кто-нибудь прямо к подножию пика, оно показалось бы ничтожной лужицей по сравнению с тем, что простиралось внизу теперь.

Нужно было кому-то разведать обстановку.

Му Сиюнь лишь недавно сформировал Золотое ядро и в этой жизни ещё ни разу не поднимался в небо на мече. Впрочем, прошлая его ипостась владела этим искусством в совершенстве. Память души не угасла: контроль над вещами дался ему без малейшего труда. Обнажив клинок, он привычным жестом запечатал пальцы в тайном знаке. Оружие послушно зависло в воздухе. Сиюнь легко запрыгнул на плоскую сторону лезвия и устремился вниз, к подножию горы.

Большинство учеников с горы Цинчэн едва успели достичь стадии Возведения Основания. Полёт на мече манил их сильнее любого сокровища, а уж стремительность, с которой летел Му Сиюнь, и вовсе лишила их покоя. Молодые люди шумно загомонили, подпрыгивая на месте и провожая его завистливыми взглядами. Обе девушки-заклинательницы лишь качали головами, глядя на этот ребяческий восторг. Не заботься они о благородстве осанки, точно закатили бы глаза от стыда за своих непутёвых собратьев.

Разведка не заняла много времени. Вскоре Му Сиюнь повернул назад.

Утреннее солнце едва поднялось над горизонтом, заливая мир расплавленным золотом, когда на фоне зари соткался силуэт заклинателя. Окутанный сиянием, он скользил по небу, словно небожитель, оседлавший ветер. Первые лучи коснулись его лица, окрасив бледную кожу нежным румянцем; под сенью ресниц, густых, как вороновое крыло, таился спокойный, отрешённый взгляд. Ветер трепал чёрные пряди волос и широкие рукава белоснежного одеяния. Казалось, сам бессмертный сошёл с небес, презрев земную твердь.

Сёстры-заклинательницы из Горы Цинчэн дружно вздохнули, словно заворожённые, и, густо покраснев, устремили взоры туда же, куда смотрели их младшие братья.

Едва коснувшись ногами земли, Му Сиюнь пошатнулся. Гу Цинцяо, карауливший рядом, мгновенно подхватил его под локоть. Из-за того что душа Сиюня ещё не до конца прижилась в новом теле, полёт отнял слишком много духовных сил, и он на миг ослабел.

— Как ты? Всё в порядке? — с тревогой спросил Гу Цинцяо, тотчас раскинув божественное чутьё, чтобы проверить, не ранен ли спутник.

— Всё хорошо, — отозвался Му Сиюнь, поджав губы.

Дэн Сянь поспешил к ним, на ходу выпытывая:

— Старший брат Му, ну как там?

Му Сиюнь оглянулся на угасающий костёр. Вокруг него, свернувшись калачиком в самых немыслимых позах, крепко спали измученные крестьяне. Жестом попросив Дэн Сяня не шуметь, он отошёл на несколько шагов в сторону.

— Я летел не слишком далеко, но спуститься с горы больше нельзя. Дороги внизу нет.

— Как нет? Куда она делась?

— Цинь Лэ оказался прав. Всё подножие затоплено. Там теперь бескрайнее море.

Цинь Лэ, чья мимолётная догадка внезапно подтвердилась, ошарашенно ткнул себя пальцем в грудь:

— Н-но как же так?!

Му Сиюнь устремил взор на шумящий неподалёку водопад и нахмурился.

— Эта вода прибывает из какого-то неведомого источника. Духовная гора — Священная гора, существующая обособленно от остального мира. Гора питает воду, вода насыщает гору, и этот круговорот всегда пребывает в строгом равновесии. Если сама гора не меняется, объём влаги не должен расти. Но посмотрите на этот поток. Прежде здесь тёк скромный ручеек, теперь же ревёт полноводный каскад. Вода прибывает слишком быстро, гора физически не способна её впитать. К тому же защитный барьер захлопнулся сразу после того, как мы пересекли границу.

— Получается... — Чжу Ичэн взъерошил и без того растрёпанные волосы, — это как лить воду в цветочный горшок? Если переборщить, земля раскиснет и всё утонет?

— Именно так, — согласился Му Сиюнь, вновь скользнув взглядом по сияющему вдали золотому куполу барьера. — Нам нужно либо пробить купол изнутри, либо отыскать исток этого безумного потока. Иначе...

— Иначе, — закончил за него Гу Цинцяо, помрачнев, — не пройдёт и трёх дней, как Духовная гора превратится в подводный риф.

— Небеса, что же нам делать? — учеников с горы Цинчэн охватило смятение.

— Разве мы сможем пробить такой мощный барьер?

— Откуда вообще взялся этот потоп? Неужели вода так и будет прибывать, пока не скроет пик?

— Спасите... Я ведь плавать не умею!

Вдруг один из них с размаху хлопнул себя по лбу и радостно вскричал:

— Нефритовые жетоны! На наших охранных пластинах вырезаны телепортационные массивы! Мы можем использовать их, чтобы покинуть гору!

Эти слова подействовали на всех как ушат холодной воды. Заклинатели торопливо принялись нащупывать на поясах заветные жетоны. Едва завидев тусклое свечение защитных рун на гладком нефрите, они заметно приободрились.

— Выбраться-то мы выберемся, — задумчиво протянул Дэн Сянь, — но как быть с...

— С чем, старший брат Дэн?

Му Сиюнь и Гу Цинцяо одновременно повернули головы в сторону спящих людей.

— Но как быть с жителями деревни? — негромко произнёс Сиюнь.

Рассвело окончательно. Многие из беженцев уже пробудились. После пережитого ночного кошмара люди выглядели жалкими и изнурёнными: старики сидели ссутулившись, привалившись к валунам, а испуганные дети хлопали глазами, озираясь по сторонам.

Чжу Ли, поднявшись раньше прочих, помог умыться маленькому Ху-цзы. Поглядывая на шепчущихся в стороне заклинателей, староста, похоже, уже начал догадываться о сути их спора. Однако он не спешил вмешиваться — лишь безмолвно застыл поодаль, ожидая решения.

Му Сиюнь и его спутники направились к нему.

— Позвольте спросить, уважаемый Чжу, — обратился к нему Му Сиюнь, — владеет ли кто-нибудь из ваших людей искусством самосовершенствования?

— Откуда у нас такое чудо? — со слабой, горькой усмешкой ответил Чжу Ли. — Простым смертным из глухих дебрей бессмертный дар не положен. Мы ведь обычные охотники да пахари. Спускаемся порой в городок Фуфэн, чтобы выменять шкуры на соль и зерно. Тем и живём, едва сводя концы с концами.

— В городок Фуфэн? — Гу Цинцяо удивлённо приподнял бровь. — Вы сказали — Фуфэн?

— Именно так. Тот самый, что в провинции Нинчжоу.

Провинция Нинчжоу раскинулась на суровом северо-западе, тогда как Духовная гора и Город Красных Листьев находились в далёкой южной Сянчжоу. Между ними лежали тысячи ли непролазных дорог. Как обитатели глухого северного поселения могли очутиться на юге?

— Но почему тогда у вас и ваших людей такой характерный южный выговор? — поинтересовался Гу Цинцяо.

— Вы правы, господа заклинатели, — вздохнул Чжу Ли. — Наши предки действительно пришли из Цзяннани. Изначально деревня Линьси славилась кузнецами, что ковали оружие. Полвека назад, когда разразилась великая битва у Бездны Предела Демонов, наш прежний староста увёл всех жителей на войну. Мы помогали южным кланам ковать мечи и защищать простых людей от демонических тварей. А когда битва утихла, часть кузнецов решила не возвращаться на разорённую родину. Они обосновались в тихой долине на севере. С тех пор минуло много лет, молодые разъехались, кто-то породнился с местными... А те, кого вы видите здесь — последние хранители цзяннаньской крови.

Выслушав этот рассказ, Дэн Сянь почувствовал, как у него голова идёт кругом.

Поблагодарив старосту, заклинатели медленно побрели обратно к обрыву.

— Всё это звучит чересчур запутанно, — вздохнул Дэн Сянь. — Мы никак не сможем проверить его слова. Старший брат Му, что думаешь?

— А зачем им лгать? Какой в этом прок? — тихо ответил Му Сиюнь.

Чжу Ичэн в растерянности почесал затылок:

— Постойте, о чём вы вообще спорите? Разве мы не решаем, как отсюда убраться? Какая разница, откуда родом эти крестьяне?

— Эх ты, голова садовая, — беззлобно усмехнулся Гу Цинцяо, хлопнув парня по загривку. — У нас ровно по одному жетону на брата. Если мы бросим этих бедолаг здесь, то сами улетим без лишних хлопот.

— Бросить?.. — Чжу Ичэн растерянно захлопал глазами, силясь переварить услышанное. — Но как же так?

— Не забывай, где мы находимся, — напомнил Дэн Сянь. — Духовная гора — это сплошная иллюзия. Никто не знает, реальны ли те, кого мы здесь встречаем. Заявления о Нинчжоу звучат слишком подозрительно. Вполне возможно, вся эта деревня — лишь порождение здешних чар, морок, созданный затейливым массивом.

— А если... если они всё-таки настоящие? — с трудом выдавил Чжу Ичэн.

— Именно поэтому нам и не следует сомневаться, — раздался чистый, прохладный голос Му Сиюня. — Долг каждого заклинателя — защищать слабых и спасать жизни. Помнишь, что говорил старейшина клана Не той ночью? Храни верность своим убеждениям и не изменяй собственным правилам лишь потому, что сомневаешься в истинности спасённого.

Договорив, он решительно снял с пояса нефритовый жетон и положил его на плоский валун перед собой.

Гу Цинцяо едва заметно, но тепло улыбнулся. Остальные застыли в изумлении. Порывистый горный ветер ерошил пряди волос у лица Му Сиюня, однако в его тёмных глазах читалась непоколебимая решимость.

Дэн Сянь первым нарушил молчание, раскатисто рассмеявшись:

— Золотые слова! Вот она — истинная широта души настоящего мужа на пути совершенствования!

Взмахом руки он подозвал к себе притихших учеников с горы Цинчэн и без утайки изложил им суть дела. Среди молодых людей тут же поднялся гул голосов.

— Мы должны отдать свои жетоны крестьянам? Но как тогда выберемся мы сами?

— Старший брат, неужели нельзя использовать одну пластину на двоих?

— А вдруг этот потоп скоро прекратится? Может, стоит немного подождать? Глядишь, и выход сам откроется!

Дэн Сянь не проронил ни слова. Он лишь молча и терпеливо ждал.

Постепенно гомон утих. Глядя на присмиревших собратьев, Дэн Сянь спокойно снял свой жетон и опустил его на каменную плиту рядом с жетоном Сиюня.

— Старший брат, я с тобой! — неожиданно подал голос Сяо Кэ — тот самый робкий юноша, который всегда густо краснел при виде старших сестёр. Сделав решительный шаг вперёд, он положил свою пластину поверх остальных.

— И я!

— И меня пишите!

Уже через минуту на камне выросла небольшая горка из полутора десятков нефритовых пластин. В ярких лучах утреннего солнца они мягко мерцали, отбрасывая светлые блики на юные, чистые лица учеников Горы Цинчэн.

Гу Цинцяо негромко хмыкнул:

— Только этот упрямый старый даос Цзинцы мог воспитать подобных глупцов.

В его памяти вдруг ожила сцена из далёкого прошлого: те же зелёные, как бамбук, даосские рясы, те же нелепые пучки на макушках. Тот суровый старик лично конвоировал его на помост для судилища. Даос не выказал ему сострадания, но в его глазах не было и тени злорадства или презрения. Он лишь строго приказал ученикам: «Этот человек предстанет перед судом, но пока вина не доказана, он чист перед законом. Никому не позволено оскорблять его достоинство». Гу Цинцяо помнил эти слова всю жизнь. Тот короткий приказ уберёг его от многих унижений.

Тем временем один из учеников привёл Чжу Ли и вполголоса разъяснил ему, в какой ловушке они все очутились. Староста уставился на груду нефрита перед собой, стремительно бледнея.

— Помилуйте... Как же так можно? — залепетал он, всплеснув руками. — Разве вправе мы забирать ваше спасение? Никак нельзя, господа, никак нельзя!

— Отчего же нельзя? — возразил один из юношей. — Мы — заклинатели. У нас есть духовные силы, мы без труда продержимся на этой вершине ещё несколько дней.

— Всё верно! А вы, как только окажетесь по ту сторону, отыщите старейшин клана Не и других великих орденов. Расскажите им обо всём, пускай они сломают барьер снаружи!

Чувство благородного долга переполняло сердца молодых людей. Они уже ничуть не жалели о принятом решении и теперь наперебой успокаивали растерянного старосту.

— Не нужно отказываться, уважаемый Чжу, — мягко вмешался Му Сиюнь. — Скажите лучше, сколько точно человек спаслось из вашей деревни? Нам необходимо всё рассчитать.

Чжу Ли торопливо подсчитал выживших. Из огня удалось вырваться восьми семьям — всего двадцать один человек. Однако заклинателей с Горы Цинчэн было двенадцать, а группа Му Сиюня насчитывала лишь пятерых. Жетонов у них имелось ровно семнадцать. Даже если отдать все до единого, четырём людям всё равно не хватит места для спасения.

Дэн Сянь озабоченно нахмурился:

— Малыши ведь совсем лёгкие. Может быть, ребёнок сумеет перенестись вместе со взрослым по одной пластине?

С подобным никто прежде не сталкивался, и гарантировать успех затеи не мог никто.

— Про... простите, — раздался тихий, несмелый голос. Цинь Лэ робко поднял руку.

— Сяо Лэ, если хочешь что-то сказать, говори громче, не бойся, — подбодрила его одна из старших сестёр.

— Я... я... я думаю...

Почувствовав на себе взгляды десятков глаз, юноша мгновенно залился краской от смущения. Слова застревали в горле, но он заставил себя сделать глубокий вдох и на одном дыхании выпалил:

— Я знаю, как объединить наши жетоны в единый телепортационный массив! Если всё сделать правильно, силы рун хватит, чтобы перенести абсолютно всех!

http://bllate.org/book/35204/4626579