Вскоре выражение его лица вновь сменилось улыбкой, и он мягко произнес:
— Госпожа Ло, неужели вы боитесь, что Фэн — злодей?
Ло Янь, услышав это, невольно моргнула, и в душе её вновь возникло смятение:
— Н-нет, я не это имела в виду… Я прекрасно понимаю, что всё, что делает молодой господин Фэн, продиктовано добрыми намерениями, я просто…
Не дав ей договорить, Фэн Ци прервал её:
— Я понимаю, в каком затруднительном положении вы сейчас оказались. Фэн клянется, что в этой жизни никогда не подведет госпожу Ло.
Ло Янь промолчала. Вместо ответа она перевела взгляд на плавающих в воде рыб, а затем глубоко вздохнула. Она и сама не осознавала, что её сердце уже дрогнуло под влиянием этих слов.
***
В главном зале клубился черный туман, а на позолоченных колоннах извивались драконы, высеченные с таким мастерством, будто в облаках под потолком и в самом деле вились огонь и дым.
На высоком троне восседал юноша. Поверх его роскошных черных одежд, на которых при холодном свете мерцали золотые узоры облаков и пламени, была наброшена белоснежная, как чистый снег, лисья шуба. Он сидел прямо, а от его лица веяло пронизывающим холодом.
Этим человеком был прославленный нынешний глава Секты Бинхо — Юнь Гуй.
Когда-то Юнь Гуй был мягким и обходительным юношей, который, будучи еще простым учеником, всегда держался скромно и учтиво. Лишь после того, как старый глава передал ему власть над всей Сектой Бинхо, подчиненные узрели его истинные, безудержные амбиции.
Никто и предположить не мог, что именно эти амбиции Юнь Гуя приведут Секту Бинхо к столь кардинальным переменам.
Вскоре после того, как он взошел на пост главы, секта, десятилетиями остававшаяся в тени сотен других школ боевых искусств, внезапно перевернула ход событий и в одночасье стала одной из самых могущественных сил в мире.
Сегодня Юнь Гуй был гораздо более сосредоточен, чем в предыдущие дни. Нахмурившись, он медленно взял стоявшую рядом чашку с чаем, отпил глоток и проглотил его. Даже после того, как движение было завершено, его брови оставались сдвинутыми, и лишь спустя долгое время он наконец расслабился.
В этот момент один из подчиненных подошел к трону и доложил:
— Глава Юнь, вчера Мо Сюаньшу была убита Сюй Цзюэ.
Услышав это, Юнь Гуй, чьи глаза до того были прищурены, словно два ивовых листа, внезапно распахнул их:
— Что? Она действительно мертва?
Подчиненный продолжил:
— Должно быть, Сюй Цзюэ раскрыл, что она была лазутчиком. С его характером он непременно развяжет войну между Обществом Умин и нашей Сектой Бинхо. Глава Юнь, ситуация критическая, что нам делать?
Юнь Гуй, выслушав его, с силой швырнул чашку о землю. Она разлетелась вдребезги, словно рассыпавшийся нефритовый цветок.
Вскоре Юнь Гуй глухо спросил:
— Ты выяснил, что произошло позавчера с Хуа Сэ?
Подчиненный поспешно ответил:
— Похоже, по пути его перехватили наемные убийцы, никто из его людей не выжил. Сейчас глава Павильона Морской Луны, кажется, еще не знает о связи Хуа Сэ с нашей сектой. Я полагаю, нужно найти другой способ как можно скорее устранить этого человека.
Услышав это, Юнь Гуй вдруг громко рассмеялся:
— Хорошо, очень хорошо! Уже двое! Двое мертвы! План с Хуа Сэ провалился, Мо Сюаньшу убита… Неужели эти лазутчики совсем не ставят нашу Секту Бинхо ни во что?! — В его глазах промелькнуло нечто безумное, отчего подчиненный невольно вздрогнул.
Помолчав немного, Юнь Гуй продолжил:
— Собирай людей. До рассвета завтрашнего дня Общество Умин должно быть уничтожено.
— Ч-что? До рассвета? — Подчиненный остолбенел, на его лице отразилось полное неверие — он не мог поверить, что Юнь Гуй принял столь внезапное решение.
Обычно все действия секты тщательно планировались в течение долгого времени, чтобы всё прошло безупречно. А сейчас, когда нужно было уничтожить целую организацию — дело огромной важности, — такой приказ казался чересчур поспешным.
Юнь Гуй рявкнул:
— Что? У тебя есть какие-то возражения?
Подчиненный поспешно ответил:
— Нет возражений, никаких возражений! И Сюань подчиняется, подчиняется вашему приказу!
— Что касается главы Павильона Морской Луны Сун Фэна, — добавил Юнь Гуй, — я пока оставлю его в живых. В конце концов, этот мир рано или поздно станет моим. — Сказав это, он вновь одарил присутствующих странной, жуткой усмешкой.
***
Вдали небо постепенно темнело. Тусклые лучи заката пробивались сквозь облака, освещая бескрайние земли. Пролетавшие птицы превратились в редкие силуэты, а легкий ветерок шелестел листвой бамбука перед домом.
Лю Юньмин засунула свиток за пазуху и, подобно ласточке, выпорхнула в окно. Она совершила прыжок вверх, но в этот момент её лодыжку пронзила острая боль — она неловко приземлилась и тяжело рухнула на землю.
— Что происходит? Это, это невозможно! — Лю Юньмин почувствовала неладное. Её охватила паника, но она всё ещё тешила себя слабой надеждой.
Она поднялась на ноги и попробовала прыгнуть снова, но опять упала.
Её лицо мгновенно побледнело — теперь всё действительно было кончено!
Спустя мгновение её глаза расширились:
— Неужели! Это всё из-за той дождливой ночи…?!
С малых лет она обучалась искусству перемещения по крышам и стенам. Дальние прыжки всегда были её сильной стороной — это было не только преимуществом, но и важнейшим навыком, не раз спасавшим ей жизнь.
Но теперь, хотя она могла ходить, в ноге образовалась внутренняя травма. Ей потребуется немало времени, чтобы восстановиться и снова использовать технику легкости для прыжков на дальние дистанции. А ведь она только что получила задание. Выполнить убийство без использования техники легкости было крайне сложно и сопряжено с огромным риском.
Лю Юньмин посмотрела на заходящее солнце. В её обычно дерзком и упрямом взгляде промелькнула тоска, а в длинных, узких глазах, напоминающих глаза феникса, заблестели слезы.
Оглянувшись на Двор Алых Перьев, она решительно покачала головой:
— Нет! Ни в коем случае нельзя, чтобы босс узнал!
С одной стороны, с тех пор как она начала служить Сян Цяньчжоу, он всегда выделял её, особенно хваля за мастерство владения техникой легкости, утверждая, что в этом ей нет равных в мире. Она не хотела его разочаровывать.
А с другой стороны — и это пугало её больше всего — она боялась потерять работу, которой занималась уже много лет.
В этот самый момент в её голове внезапно всплыло имя — Хан Чуфэй!
Затем, словно что-то вспомнив, она лукаво прищурилась:
— Придумала.
Синяя дымка рассеялась, в лесу стало совсем темно, лишь изредка слышались взмахи птичьих крыльев. Ветер пронесся по верхушкам деревьев, заставив листву тихо шелестеть и потираться друг о друга.
http://bllate.org/book/35151/4340806
Готово:
