Он резко проснулся, отдернул ногу, и цепи зазвенели.
Это вернуло его в реальность.
Гу Таньвэй приподнялся и сжался в комок в темноте. Больше уснуть он не мог и теперь думал лишь о том, как отомстить Цзя Хэ.
На самом деле ему хотелось разорвать того на куски, испить его крови и сожрать его плоть. Ночь наполнялась жаждой убийства, в голове рождались безумные мелодии.
Непрерывные мотивы кружились и буйно разрастались.
Обхватив голову руками, Гу Таньвэй сжав зубы поднялся, достал из сумки нотную тетрадь, которую всегда носил с собой, опустился на колени прямо на постель и торопливо записал рождавшуюся в голове мелодию.
Многие его песни создавались именно так.
Сейчас только музыка могла временно избавить его от мук.
На следующее утро Сяо Цзэ вошел в гостевую комнату и бесшумно приблизился к кровати.
Он окинул взглядом разбросанные по постели нотные листы, а затем перевел взгляд на Гу Таньвэя, который в странной позе спал, уткнувшись лицом в изножье кровати.
Будить его он не стал. Вместо этого Сяо Цзэ подцепил пальцами уголок одного из листов и приподнял его.
Почерк на нотной бумаге был неразборчивым, словно кто-то писал впопыхах, но линии проступали насквозь через всю бумагу.
Мелодия оказалась сложной. Посмотрев на нее какое-то время, Сяо Цзэ приподнял брови, вновь взглянул на спящего Гу Таньвэя, легко щелкнул по бумаге, и та соскользнула обратно на кровать.
Сяо Цзэ не стал будить Гу Таньвэя и не спешил уходить: его взгляд скользнул по белой щиколотке с застегнутым на ней браслетом цепи и поплыл выше. Хотя длинные ноги парня никогда не занимались спортом, они выглядели подтянутыми.
Его взгляд потемнел, он медленно наклонился — и раздался щелчок, освободивший лодыжку.
Наконец-то он отыскал его.
Сяо Цзэ бросил на парня еще один взгляд и, довольный, развернулся и вышел.
Когда Гу Таньвэй проснулся во второй раз, за окном уже стоял яркий солнечный день.
Заметив, что цепь на щиколотке почему-то расстегнута, Гу Таньвэй испуганно оглянулся на дверь, потер лицо, собрал с кровати ноты и поспешно направился в ванную.
Разве пристало гостю вставать позже хозяина дома?
Перед тем как выйти, он взял телефон, пролежавший всю ночь в выключенном состоянии, и после минутного колебания включил его.
Звук входящих уведомлений зашелся в безумной трели, словно в механизме что-то заклинило: на экране высветилось аж пятьдесят пять пропущенных вызовов, и пятьдесят три из них были от Цзя Хэ.
— Совсем с ума сошел... — в ужасе пробормотал Гу Таньвэй.
Он знал, что сейчас он по-прежнему нужен Цзя Хэ, ведь ему предстояло написать для него самый продаваемый альбом, который должен был закрепить за тем статус короля музыкальной сцены.
Благодаря этому Цзя Хэ не только озолотился, но и успешно женился на девушке из богатой семьи.
На этот раз он не получит от него ни единой мелодии, а набросок той главной песни всё еще оставался в арендованной квартире, и его непременно нужно было вернуть.
Поглощенный своими мыслями, Гу Таньвэй открыл сообщения. Цзя Хэ засыпал его бешеным потоком из нескольких десятков новых смс.
Глупышка, ты что, напился? Где ты сейчас, сбрось адрес, я заберу тебя.
Глупышка, ты что-то услышал?
Почему ты до сих пор не отвечаешь, я начинаю сердиться.
Гу Таньвэй, не зли меня, ты же знаешь, каким страшным я могу быть, когда злюсь.
Шерстяная шавка, быстро отвечай мне! Вернешься — забью до смерти!
Вспышки ярости в последующих сообщениях Цзя Хэ стали совсем невыносимыми для чтения, от увиденного Гу Таньвэя даже затрясло.
Гу Таньвэй глубоко вдохнул. Теперь он больше не подвластен Цзя Хэ, он сможет справиться.
Он отбросил телефон в сторону и уверенно вышел за дверь.
...Посмотри на популярность нашего дорогого Сяо Цзэ: ради поздравления с днём рождения фанаты начали раскручивать его еще за неделю! А подарки рекой текут в студию и на съемочную площадку. Вчера они снова оккупировали все экраны и чарты, поклонники дарят спорткары стоимостью по несколько миллионов! Скажи мне, разве это не грандиозно?
Едва Гу Таньвэй переступил порог комнаты, как услышал, как кто-то громко хвастается в гостиной. Завитой дядинька в двубортном костюме тыкал пальцами в экран телефона, показывая что-то сидевшему перед ним крепкому короткостриженому мужчине.
Гу Таньвэй замер на месте — он думал, что в доме больше никого нет.
Оба мужчины явно заметили внезапно появившегося в дверях гостевой молодой незнакомца, и завитой дядинька тут же вскочил на ноги, подбежав к Гу Таньвэю:
— Ты кто такой и как здесь оказался? Неужто фанатик-сталкер?
Гу Таньвэй замахал руками:
— Нет-нет, я не он, меня сюда привел Сяо Цзэ.
Менеджер знал о предпочтениях Сяо Цзэ, поэтому, издав насмешливый звук и решив, что актер привел кого-то на одну ночь, скомандовал:
— Быстро переодевайся и живо за мной! — Если их обнаружат репортеры, будет беда.
— Погодите, я... я не...
Гу Таньвэй не знал, как всё объяснить. Менеджер, окинув его оценивающим взглядом во время очередного понукания, вдруг замер и принялся тереть подбородок:
— Парень, бросай-ка ты свое нынешнее дело, иди ко мне, я сделаю из тебя звезду!
Пусть у Гу Таньвэя и не было той неземной, выходящей за рамки любого пола красоты, что у Сяо Цзэ, но в нем сочетались черты мужчины и юноши, окутанные дымкой меланхоличной задумчивости. В сочетании с его привлекательными и тонкими чертами лица это с легкостью могло вызвать трепет у фанаток-подружек и фанаток-мамочек.
— А? Я...
— Без моего разрешения он никуда не пойдет.
Сяо Цзэ неспешно спускался со второго этажа, застегивая запонки на рукавах пиджака.
На нем был строгий черный пиджак в белую полоску от кутюр с идеальной посадкой. Ему предстояло ехать на пресс-конференцию нового фильма с его участием, и этот костюм был сшит на заказ брендом класса люкс, амбассадором которого он являлся. Он выглядел словно сошедший с живописного полотна аристократ.
Не зря Сяо Цзэ считался мужчиной, с которым мечтает пойти на свидание каждый. Глядя на него с близкого расстояния, Гу Таньвэй всё равно был поражен его красотой.
Вот только кто бы мог подумать, что за этой великолепной внешностью скрывается безумец, любящий запирать людей на цепи?
— Сяо Цзэ, что это значит? Кто он тебе? — громким голосом спросил завитой мужчина.
Сяо Цзэ бросил взгляд на Гу Таньвэя:
— Тебе необязательно знать. В общем, с сегодняшнего дня он будет жить здесь. Больше не удивляйся, когда будешь видеть его.
Завитой мужчина, являвшийся менеджером Сяо Цзэ и носящий имя Сунь Хао, услышав это, вытаращил глаза:
— Жить здесь? — Он едва верил собственным ушам. Да кто из его окружения не знал о патологической брезгливости Сяо Цзэ, который даже гостей приглашать домой не любил? А теперь он согласился делить крышу с каким-то парнем?
http://bllate.org/book/35049/4326340
Готово:
