Готовый перевод The Canary's Amnesiac Counterattack / Амнезия «канарейки»: игра на опережение: Глава 11

У Линь Фэна была привычка подводить итоги работы перед сном, но сегодня вечером его сбил с толку Чэн Тинъи, и Линь Фэн ничего не стал подводить. Услышав настоятельные призывы лечь спать, он встал с кровати, выключил верхний свет, оставил лишь небольшой ночной светильник и забрался под одеяло.

В темноте Чэн Тинъи чувствовал теплое дыхание лежавшего рядом человека, и ему отчего-то казалось, что от этого сердце начинает гореть.

Мысли в голове спутались в один клубок, мешаясь всё сильнее и сильнее. Пока он ворочался, его сморил крепкий сон.

Поза во сне у него была откровенно скверной: стоило ему невзначай задрать ногу, как она оказалась перекинута через бедро Линь Фэна, а рука обняла его так, будто он был подушкой для объятий.

Линь Фэн, отличавшийся чутким сном, тут же проснулся. В полумраке он увидел человека, который всё сильнее прижимался к нему. Не найдя другого выхода, Линь Фэн протянул руку, крепко прижал к себе нагнётшегося и закрыл глаза.

Тот, кто уже видел сны, слегка заворочался, но, не сумев вырваться, успокоился.

На следующий день, проснувшись, Чэн Тинъи обнаружил, что рядом никого нет. Сонно моргая, он приподнялся, огляделся по сторонам, и к нему вернулась память.

Он пострадал. Он находился в больнице вместе со своим парнем.

Парнем...

Точно!

А где же его парень?

Чэн Тинъи откинул одеяло, спустился с кровати, сделал пару шагов, но передумал, вернулся и аккуратно обулся. Заглянув сначала в отдельную ванные комнату и никого там не обнаружив, он повернулся, собираясь выйти наружу.

В этот момент дверь отворилась, и вошел Линь Фэн. Следом за ним шагал незнакомый мужчина, которого Чэн Тинъи, как подсказывала память, никогда прежде не видел.

Они встретились взглядами, и Чэн Тинъи первым набросился с упрёками:

— Куда ты уходил? Я проснулся, а тебя нет, думал, меня бросили.

Да до такого бы не дошло, поистине не дошло.

Брат Чэн, ну ты и капризный.

Шедший следом ассистент молча отвел взгляд.

Линь Фэн отнесся к этому спокойно — в конце концов, это были мелочи. Сделав пару шагов вперед, он произнес:

— Мне скоро нужно на работу, а это твой ассистент, он побудет здесь и присмотрит за тобой.

Вообще-то, по стандартным правилам компании каждому артисту полагался один личный ассистент. Однако это было лишь на бумаге: в реальности положение артистов сильно различалось. У тех, кто чего-то стоил, могло быть по восемь-девять человек, а у тех, кто ничего не стоил, не было никого.

Под началом же Чжоу Фэна три-четыре артиста делили одного помощника на всех.

Если человек не был знаменит, один помощник на него — это был предел.

Теперь же ассистента прислали ухаживать за Чэн Тинъи, а остальных троих Линь Фэн просто перенаправил к другим подопечным.

Он рассудил, что за Чэн Тинъи должен приглядывать кто-то из знакомых.

Чэн Тинъи сдержал улыбку, одарил вошедшего оценивающим взглядом и осведомился:

— Здравствуйте, вы кто?

Тот уже знал о положении Чэн Тинъи еще до прихода сюда.

— Я ваш ассистент Сяо Фэн, полное имя Фэн Ци. Фэн — как в сильном ветре, Ци — как в настольной игре.

— Чэн Тинъи. Ты, должно быть, знаешь меня.

Ассистент Сяо Фэн улыбнулся:

— Знаю, конечно знаю. Брат Чжоу велел вам хорошенько отдохнуть.

А еще — не лазить в интернет и не устраивать глупостей.

Эти слова ассистент благоразумно оставил при себе, ведь здесь всё еще находился этот влиятельный человек.

Только увидев Линь Фэна, он понял, кого именно его брат Чэн так тщательно скрывал: известную в деловых кругах шишку, чей портрет появлялся в новостях финансовой хроники, да к тому же с революционными заслугами предков. Такой человек был совсем не прост.

— Появятся вопросы — звони.

Дал последние указания Линь Фэн, забрал телефон и вышел.

Чэн Тинъи тут же последовал за ним.

— Я тебя провожу.

Линь Фэн не стал возражать. Кто бы мог подумать, что Чэн Тинъи неотступно пойдет за ним до самого лифта и проводит взглядом, пока тот не зайдет внутрь.

— Я ведь могу звонить тебе, когда мне скучно? — после долгих колебаний всё же спросил Чэн Тинъи.

Линь Фэн тяжело вздохнул и кивнул.

Чэн Тинъи озарил всё вокруг улыбкой, в этот момент двери лифта закрылись, и цифры на панели начали свой отсчет.

Стоявший рядом ассистент осторожно напомнил:

— Брату Чэну пора идти на капельницу.

— Ох.

Чэн Тинъи мгновенно растерял всю улыбку. Не удосужив ассистента даже взглядом, он развернулся и направился обратно в палату.

Ассистент Фэн Ци: ?

Погодите-ка, брат Чэн, почему у тебя такое двоякое отношение к людям?

Проводив взглядом удаляющуюся спину Чэн Тинъи, который уходил без малейших колебаний, ассистент глубоко вздохнул и послушно посеменил следом.

Уж он-то обязательно пожалуется, как только к Чэн Тинъи вернется память!

Потерявший память Чэн Тинъи пугающе несправедлив.

Неужели он не заслужил даже простой улыбки?

Вернувшись в палату, Чэн Тинъи застал там медсестру, которая уже приготовилась ставить капельницу. Увидев пять или шесть бутылочек с лекарством, Чэн Тинъи помрачнел еще сильнее.

Никто на свете не любит уколы!

И Чэн Тинъи — тем более.

Заметив возвращение пациента, медсестра скомандовала:

— Подойдите и сядьте вон там.

Чэн Тинъи поплелся к креслу, на ходу пытаясь хоть как-то спасти положение:

— Сестричка-медсестра, я еще не ел, я только проснулся.

Медсестра замерла с иглой в руках, отложила ее в сторону, повернулась к стоявшему за спиной Чэн Тинъи человеку и приказала:

— Сходи купи поесть — что-нибудь легкое. А когда пациент закончит трапезу, зайди ко мне на пост.

— Понял.

Ассистент тут же кивнул и хотел было сорваться с места, но вдруг вспомнил наказ влиятельного покровителя: брат Чэн вчера уже пытался сбежать! Он обязан за ним присмотреть!

Он резко развернулся, сложил руки в умоляющем жесте:

— Сестричка, выручай, присмотри за больным, пожалуйста.

Чэн Тинъи: ???

Погодите, он что, маленький ребенок, что ли?

Медсестра перевела взгляд с одного на другого и наконец кивнула:

— Иди давай.

Ассистент засыпал ее благодарностями:

— Спасибо! Я мигом!

С этими словами он стремглав выбежал из палаты.

Чэн Тинъи поджал губы и с легким смущением посмотрел на медсестру:

— Ну... вы пока располагайтесь где удобно, а я умоюсь.

Минут через десять ассистент вернулся, принеся паровые булочки и пшенную кашу. Расставив всё на столе и еще раз поблагодарив медсестру, он проводил ее до двери и надежно защелкнул замок.

Чэн Тинъи был непривередлив в еде и тут же принялся за завтрак.

— Брат Чэн, как ты сейчас себя чувствуешь?

Знал бы он раньше, обязательно отговорил бы Чэн Тинъи. Какими бы ни были деньги, рисковать ради них собственной жизнью совершенно не стоило.

— Пустяки.

Проглотив ложку каши, Чэн Тинъи покачал головой:

— Через пару дней уже выпишут.

Глядя на забинтованную голову Чэн Тинъи, ассистент счел эти слова крайне сомнительными.

Чэн Тинъи заметил это и почувствовал искреннюю заботу со стороны парня. Раз он его ассистент, значит, они должны быть очень близки.

На самом деле всё обстояло иначе: с этим ассистентом он обступался меньше всего. И их хорошие отношения объяснялись исключительно совместимостью характеров.

У Чэн Тинъи был прекрасный нрав, к людям он относился искренне, и Фэн Ци чувствовал, что они отлично ладят. Именно поэтому, в отличие от остальных, он сам охотно шел на сближение с Чэн Тинъи.

— Рана на голове уже заживает, врачи говорят, понаблюдают еще немного, и если всё в порядке, можно выписываться.

— Главное, чтобы всё было хорошо. Ты даже не представляешь, как я перепугался, когда смотрел ту трансляцию! О боже мой, ты рухнул назад прямо затылком о землю, я чуть в обморок не упал... В интернете сейчас тоже вовсю гуляют новости о тебе, а брат Чжоу велел тебе поменьше сидеть в сети и сохранять хорошее настроение.

— М? — удивился Чэн Тинъи. — Я что, пострадал на съемках шоу?

— Не совсем. Брат Чэн, ты ехал на встречу, когда тебя сбила одержимая фанатка. К счастью, за рулем сидел опытный водитель — обошлось без жертв, хотя полиция сказала, что до столкновения с большим деревом оставалось всего ничего.

— Разве я не малоизвестная сошка?

— Ну... в общем-то, да.

— Странно. С чего бы мне обзаводиться одержимыми фанатами?

Мозги у Чэн Тинъи работали отлично: будь он суперзвездой, бешеная фанатка еще не удивляла бы, но он-то был мелкой сошкой! Было бы нелогично, если бы Линь Фэн стал лгать ему насчет его статуса.

— Этого я не знаю, но брат Чжоу сказал, что, если ничего непредвиденного не случится, на днях эту фанатку уже приговорят к тюремному заключению. Во всяком случае, ни о каком примирении и речи быть не может.

Уж слишком гнусным был этот поступок, едва не стоивший брату Чэну жизни!

— Угу.

Чэн Тинъи кивнул: действительно, о прощении не могло быть и речи.

Пока они беседовали, Чэн Тинъи доел завтрак. Ассистент позвал медсестру, и пациенту поставили капельницу.

Лежа в постели от скуки, Чэн Тинъи некоторое время полистал короткие видеоролики, а затем открыл чат с Линь Фэном.

Он слегка приподнял ноги, положил телефон на колени и принялся набирать текст одной рукой.

Апельсинчик: Братик, ты поел?

В это время на другом конце города, на совещании, телефон Линь Фэна, лежавший на краю стола, тихонько завибрировал.

Докладывавший о делах сотрудник запнулся, но Линь Фэн знаком велел ему продолжать.

Сам же он взял телефон и ответил на сообщение.

.: Поел. Совещание.

Получив ответ, Чэн Тинъи призадумался: стоит ли писать что-то еще, или он лишь помешает чужому совещанию?

Поразмыслив с полминуты, он бросил взгляд на часы, которые вчера красовались у него на левом запястье, уголки его губ изогнулись в улыбке, и он отправил забавный стикер.

Апельсинчик: Хорошоо.jpg

Телефон снова завибрировал. Линь Фэн бросил на него мимолетный взгляд и отложил в сторону.

Совещание затянулось до одиннадцати часов, пока все ключевые отделы не завершили свои доклады. Линь Фэн объявил о закрытии собрания, взял телефон и поднялся с места.

Вернувшись в кабинет, он обнаружил на столе стопку подготовленных к подписанию контрактов. Линь Фэн отложил телефон, взял стоявшую рядом чашку с теплой водой и сделал глоток.

Телефон на столе вновь подал признаки жизни.

Поставив чашку, Линь Фэн взял аппарат и разблокировал экран.

Это было сообщение от Чэн Тинъи.

Апельсинчик: Доброго дня~ Ты еще занят? Я бы хотел позвонить тебе, можно?

Всё такое же вежливое испрашивание разрешения.

Опустив взгляд, Линь Фэн нажал кнопку видеовызова.

Соединение установилось мгновенно. На экране появилось сияющее лицо, и по проводам полился радостный голос Чэн Тинъи:

— Доброго дня, братик!

— Доброго дня, Тинъи.

Услышав такое обращение, Чэн Тинъи тут же сообразил, что что-то не так, и поправился:

— Братик может звать меня Чэн Вторым, Второй — как во втором числе.

— Доброго дня, А-Чэн.

Хотя это было не то прозвище, которое он предлагал изначально, оно звучало куда ближе.

Чэн Тинъи был абсолютно доволен и тут же перешел к другим вопросам:

— Братик уже пообещал?

— Собираюсь.

Как бы Чэн Тинъи ни спрашивал, Линь Фэн отвечал на всё.

— Тогда иди обедай, братик. И не забудь вернуться пораньше после работы, мне одному в палате ужасно скучно.

Ассистент: ……

http://bllate.org/book/34940/4311933