Готовый перевод Days of a Grass Spirit as a Royal Poop-Scooper on the Cat Planet / Я — кошачья мята! Как травинка заставила Императорского Тигра протянуть лапки: Глава 32

Купив у входа корзину с фруктами, они поднялись в отделение.

В воздухе пахло дезинфицирующими средствами — место, мягко говоря, совершенно не подходило для чуткого кошачьего нюха.

Линь Цзинсяо шагал рядом со своим маленьким растением. Едва переступив порог, он поморщился и уже через пару секунд звонко чихнул.

Звук получился коротким и неожиданно тонким, словно тихий свист.

Идянь удивленно повернул голову. После чиха нос белого тигра заметно покраснел, в уголках глаз заблестели слезинки, а пушистые ушки-помпоны смешно прижались к голове, превратившись в «самолетики».

Его суровое, волевое лицо сейчас выглядело настолько трогательно-беспомощным, что вызывало невольную щемящую нежность.

Принц отвернулся и по-кошачьи лизнул губы.

У Идяня зачесались руки. Не удержавшись, он обхватил мягкое ухо тигра и ласково погладил.

Ушко едва ощутимо дернулось — видимо, от непривычки, — но вырваться из ласковых «лап» маленького духа так и не сумело.

Это едва заметное сопротивление лишь распалило азарт юноши, и он с особым усердием помял пушистый хрящик еще пару раз.

Щеки Линь Цзинсяо вспыхнули. Принц опустил веки, колеблясь между желанием отстоять достоинство грозного хищника и нежеланием лишаться этой ласки. В конце концов, ему до безумия нравилось, когда о нем заботились.

Поразмыслив, он сжал губы и кротко покорился судьбе.

Однако резкий запах лекарств оказался сильнее его выдержки. Не выдержав, тигр снова отвернулся и чихнул. На его хвосте мгновенно встала дыбом вся шерсть.

Хвост описал в воздухе изящную дугу, плавно опустился и кончиком ненавязчиво подкрался к ладони юноши.

Кончик носа сурового зверя покраснел еще сильнее.

Картина выходила настолько трогательной, что у Идяня защемило сердце.

«Похоже, у Большого Тигра аллергия на резкие запахи», — сочувственно подумал юноша и принялся поспешно шарить в пространственном кольце.

— О, нашел!

Линь Цзинсяо вопросительно повел ухом.

Идянь извлек из накопителя нефритовый подвес в форме колокольчика. При малейшем движении тот издавал чистый, переливчатый звон.

Эту вещицу когда-то на Рождество ему подарил Старый Кот, ехидно заявив, что когда травяной дух подрастет, то сможет подрабатывать новогодней елкой и экономить семейный бюджет, развешивая на себе цацки. Идянь тогда так оттузил старого прохиндея, что тому пришлось принять звериный облик и откупаться мягким пухом.

Лишь позже юноша разобрался, что колокольчик не просто отталкивает пыль, но и прекрасно стабилизирует духовное восприятие, блокируя любые неприятные раздражители. Редчайшее сокровище!

В итоге под глумливый хохот Старого Кота Идяню с тяжелым сердцем пришлось нацепить подвеску себе на стебелек.

Эх, если подумать, Старый Кот был жутковатым скрягой.

То ли дело его домашний тигр! Милый, послушный, ласковый — гладь сколько душе угодно, и никакой спеси «я тут хозяин».

Впрочем, если бы граждане Империи узнали о подобных мыслях юноши, его бы заплевали насмерть. Врата ада скорей разверзнутся, чем Второй принц проявит к кому-то благосклонность! Единственным исключением из правил был сам Идянь.

Линь Цзинсяо краешком глаза следил за каждым его движением — не как хищник за добычей, а с трепетной осторожностью собственника, оберегающего сокровище. Хвост ненавязчиво обвил юношу, очерчивая личную территорию и пресекая любые поползновения извне.

Принц невинно моргнул, беззвучно ожидая объяснений.

Идянь качнул нефритовый амулет:

— Это мне подарил один друг. А теперь я отдаю его тебе.

После всех испытаний духовная сила Идяня окрепла, и колокольчик стал ему без надобности. А вот для тигра, регулярно страдающего от духовных всплесков, амулет был настоящим спасением. В глазах местных зверолюдей даже обычная сила успокоения считалась благословением, а уж этот колокольчик превосходил лучшие успокоительные средства в сотни раз!

Чистый перезвон эхом разнесся по тихим коридорам лечебницы.

Неизвестно, сработало ли самовнушение или магическая природа артефакта, но едва услышав звон, Линь Цзинсяо ощутил, как из головы ушла тягостная тяжесть — будто с черепа впервые за много лет сняли раскаленный обруч.

Он бережно принял нефритовый колокольчик и слегка качнул его на ладони.

В душе принца бушевал ураган смешанных чувств. С одной стороны, он ликовал от полученного подарка, с другой — его сжигало дикое любопытство по поводу загадочного «друга».

Он уже второй раз слышал это слово из уст юноши.

Идянь, возможно, сам не замечал теплых интонаций, с которыми вспоминал прошлое, но чуткий тигр моментально уловил, насколько важен был тот человек для его маленького растения. Похоже, этого «друга» юноша ценил куда больше, чем даже собственного родного брата Му Лю!

Здоровенный хищник в строгом военном мундире, трепетно баюкающий крошечный колокольчик — зрелище выходило невероятно комичным.

Идянь прикрыл рот ладонью, подавляя смешок:

— Давай надену тебе? Я его, между прочим, почти двести лет носил.

«Неудивительно, что от амулета так густо пахнет моим травяным духом», — подумал принц.

Но в следующий миг в его голове вспыхнула надпись: «Большой тигр недоволен».

«Носить с собой двести лет... Неужели этот подарок был ему настолько дорог?!»

В груди закололо. На душе стало так кисло, будто его ушат за ушатом поливали лимонным соком. Темные глаза принца померкли.

— Носи его ближе к телу, — юноша легким щелчком задел лоб тигра. — Он снимает боль и подавляет синдром мании.

Линь Цзинсяо тут же сменил гнев на милость — на душе снова потеплело. «Ну и пусть дорожил! Теперь-то колокольчик принадлежит мне! Значит, я все равно важнее!»

Успокоив себя этой мыслью (хотя в глубине души осталась крошечная заноза ревности), принц с довольным видом погладил нефритовый бубенчик.

Вскоре они нашли нужную палату в блоке интенсивной терапии. Подойдя к двери, они заглянули через смотровое окошко.

На кровати, полулежа под одеялом, покоилась бледная, но весьма привлекательная женщина. Ее взгляд казался потухшим, а нижняя губа была нервно прикусана.

«Так это и есть мать настоящего второго молодого господина семьи Юань?» — подумал Идянь. По идее, большинство зверолюдей Империи отличались абсолютной верностью партнеру, и супружеские измены происходили крайне редко.

Обменявшись взглядом с мужем, Идянь постучал и толкнул дверь.

Женщина-повилика несколько секунд сидела в полном оцепенении. Повернув изможденное лицо к вошедшим, она замерла, её застывшие зрачки сжались в точки, а губы судорожно задрожали.

Заметив за спиной юноши фигуру Линь Цзинсяо, больная забилась в истеричной дрожи. Она поджала ноги к груди и уткнулась лицом в колени, отчаянно пытаясь спрятаться от гостей.

Идянь озадаченно нахмурился.

Линь Цзинсяо реагировал мгновенно: сгреб супруга в охапку, увлекая себе за спину, и перекрыл обзор хвостом. Неужели эта сумасшедшая вознамерилась навредить его растению?

Даже понимая, что перед ним беспомощная инвалидка, принц не ослаблял бдительности. Он слишком хорошо знал, какую репутацию имеет в Империи. Эта женщина прекрасно понимала, что любого духа-растения, проданного ему в супруги, ждет верная гибель или мучительная жизнь, и тем не менее именно она устроила так, что Идянь занял место ее сына, став посмешищем для всей столицы.

Какими бы благими намерениями она ни прикрывалась, Линь Цзинсяо не испытывал к ней ни капли сочувствия.

Прошло несколько тяжелых минут, прежде чем из-под одеяла донеслось глухое, прерывающееся рыдание:

— Простите... Я не хотела... Честное слово, не хотела! Простите меня, простите...

Глаза Идяня потемнели:

— Расскажите мне правду. Думаю, я имею право знать, что произошло.

— У-у-у... — женщина зажала рот руками, но слезы градом катились по ее щекам.

Она заходилась в плаче так яростно, что едва не теряла сознание от недостатка воздуха. Идянь намотал на палец край кителя Линь Цзинсяо, испытывая весьма смешанные чувства. «Зайдется ведь от плача... Ей же кислорода не хватит».

Минуло добрых десять минут, пока поток слез немного иссяк.

Не выдержав, Идянь достал салфетку и протянул больной:

— Вытрите лицо. Позвать врача?

Женщина заторможенно уставилась на бумажную салфетку, и ее глаза снова налились влагой. Она судорожно качнула головой:

— Н-нет, не надо... Спасибо вам. И... простите меня.

Идянь перевел взгляд на окно и произнес, казалось бы, совершенно постороннюю вещь:

— Здесь ухоженный сад. Вам бы не помешало чаще бывать на свежем воздухе.

— Я... — женщина попыталась сдержать подступающую истерику, — я просто хотела защитить Сяо И...

Одного этого имени было достаточно.

Взгляд Идяня потяжелел.

Линь Цзинсяо мгновенно накрыл его прохладную ладонь своей широкой пятерней, успокаивающе сжав пальцы.

Юноша вздрогнул, удивленно поднял глаза и встретил глубокий, нерушимый взгляд супруга. На душе сразу стало светло и тепло.

Улыбнувшись, Идянь озорно щекотнул подушечками пальцев суровую тигриную ладонь. Принц мгновенно замер, превратившись в истукана.

— И где он сейчас? — ровным тоном спросил Идянь.

Женщина вздрогнула всем телом и отчаянно закрутила головой:

— Вы... вы сейчас так счастливы! Моя вина уже не кажется такой тяжелой... Но прошу вас, все это — только моя затея! Сжальтесь над моим мальчиком, он ни в чем не виноват! Я никому не раскрыла вашу тайну! Мой сын никогда не вернется в семью Юань! Молю вас... Желаю вам со Вторым принцем долгой и счастливой жизни! Но если кто-то и должен отвечать за этот грех, пусть это буду я! У-у-у...

Бедная женщина-повилика рыдала навзрыд, зажимая лицо руками:

— У вас такой цветущий вид... Правда! Вы так прекрасны...

Духи-повилики — самые капризные и хрупкие среди всех людей-растений. Они не способны выжить в одиночку и всю жизнь нуждаются в опоре — будь то супруг или кровные родственники.

Эта несчастная должна была угаснуть еще много лет назад, но материнский инстинкт совершил чудо: она выжила. И вырастила того самого «ничемного» наследника семьи Юань.

А когда над ее сыном нависла смертельная угроза — верхушка клана Юань решила принести его в жертву, — несчастная мать потеряла остатки рассудка от ужаса. Она знала о своей слабости, но ради спасения ребенка, готовая к смерти, ступила на борт корабля, летящего в Столицу Повелителей Зверей.

И ее встреча с только что переродившимся Идянем стала перстом судьбы.

Если так подумать, не прояви эта женщина эгоизм, Идянь никогда бы не встретил Линь Цзинсяо. И у него не было бы этого царственного, пушистого тигра, которого можно тискать в свое удовольствие.

— Вы уверены, что он сможет выжить? — спросил Идянь. Разве избалованный дух-повилика протянет хоть неделю на планете ранга F?

Женщина побледнела, но на ее губах появилась горькая улыбка:

— Сможет... Он уехал со своим другом детства. Они искренне любят друг друга.

«Судя по всему, положение там аховое», — мысленно подытожил Идянь. Но раз она предпочитает молчать, расспрашивать дальше у него нет ни малейшего желания.

Юноша поднялся и потянул за собой мужа:

— Что ж, это к лучшему. Выздоравливайте. Как только поправитесь, вас отправят домой.

Женщина ошеломленно вытаращилась на него:

— Отправят?.. Что? Меня... меня правда отпустят?!

Слезы снова застлали ей глаза, она судорожно прижала руки к тяжело дышащей груди.

Идянь вздохнул:

— Иметь мать, готовую пожертвовать ради тебя всем — большая удача для того парня.

Решив, что его маленькое растение испытывает зависть, Линь Цзинсяо сочувственно взглянул на него, но предпочёл промолчать.

— Что там слышно про семейку Юань? — улыбнулся Идянь, погладив за ушком сурового тигра.

— Троих... устранили, — коротко отрезал принц.

— Ого? — Идянь брезгливо изогнул бровь. — Раса Насекомых проберется в любую щель. Ничем не брезгуют.

Линь Цзинсяо кивнул, выражая молчаливую солидарность.

— Еще довольно рано, — улыбнулся юноша. — Домой поедем или наведаемся к малышам?

Изначально принц планировал отправиться в Главный штаб армии, но, пораскинув мозгами, твердо решил: домой! Дома нет посторонних, и внимание его маленького духа будет принадлежать только ему.

Мысленно Линь Цзинсяо поставил себе жирный плюс за сообразительность.

***

Секретный высший звездный сектор

— Почтенный владыка, все распоряжения отданы.

В резном деревянном чертоге витал тонкий аромат свежезаваренного чая. За окном клубился молочный туман, скрывавший величественные вершины заснеженных гор.

Рассматривая на экране коммуникатора изображение маленькой травинки, мужчина в хорошем расположении духа поднял глаза:

— Вот как? А эти возомнившие о себе зверюги оказались весьма дерзкими.

Каких-то двадцать тысяч лет назад в этой галактике и в помине не существовало разумных рас. Но стоит подарить пару капель духовности нескольким диким тварям, как они тут же уселись на трон, вообразив себя властелинами вселенной.

— Почтенный владыка?..

— Ха-ха! Интересно, если старый дурак узнает, что его ненаглядную крошку сцапал грязный скот, он сильно взбесится? — Секунду назад мужчина благодушно улыбался, но в следующее мгновение его аура вспыхнула чудовищной, всепоглощающей жаждой крови. Его алые глаза вспыхнули тьмой, способной поглотить весь мир.

— Впрочем, вряд ли. Он ведь у нас святоша... Иначе откуда бы взялся я?

— Он оставил себе лишь лучшее — сдержанность, разум...

— Вожделение... о, оно поистине бесконечно, ха-ха-ха!

Мужчина хищно оскалился. В его взгляде читалось безумное, темное желание обладать.

То, на что у старого праведника никогда не хватило бы смелости, сделает он. У него, в отличие от того святоши, тормозов нет.

— Отличная идея! — Идянь прищурился от улыбки. — Кстати, Ваше Высочество, это ведь твоя альма-матер, верно?

Линь Цзинсяо кивнул. Он как раз успел отдать распоряжение финансовому конгломерату перевести учебному заведению очередное крупное пожертвование.

В свои курсантские годы принц довольствовался суровым армейским бытом и не обращал внимания на лишения. Но стоило его маленькому людочку-растению отправиться на учебу, как всё вокруг сразу показалось Линь Цзинсяо ужасно неудобным и нелепым.

Поразмыслив, он связался с управляющим Золотой Тонкотелкой и велел тому срочно согласовать с руководством академии благотворительную программу по модернизации оборудования.

Как минимум, парты и стулья должны быть мягкими и анатомическими.

А тренировочные груши — слишком жесткие, их не помешало бы обтянуть несколькими слоями толстого хлопкового ватина.

Управляющий Золотая Тонкотелка, еще минуту назад горевший энтузиазмом, выпал в осадок:

«Ваше Высочество, вы это серьезно?!»

— Ваше Высочество, — улыбнулся Идянь, — когда освободишься, расскажи мне о своих школьных годах. Я хочу знать о тебе больше.

Глаза Линь Цзинсяо округлились, а к щекам мгновенно прилила кровь. Чуть дернув пушистыми ушами, он смущенно выдохнул:

— Угу.

На следующий день в академии Идяня снова окружили со всех сторон. Впрочем, на этот раз не из-за ухаживаний, а ради ответных подарков. В обществе зверолюдей повелось так: если зверочеловек преподнес подарок человеку-растению, тот может ответить взаимностью, а может и отвергнуть подношение. Но если уж человек-растение одарил кого-то сладостями или знаками внимания, зверолюди обязаны преподнести ответный дар.

Его стол оказался погребен под горой нарядных коробок и свертков. Идянь на мгновение опешил.

Вэй Сюань, успевший перебраться на соседнее кресло и ставший его новым соседом по парте, тихо усмехнулся:

— О чем задумался? Аж взгляд остекленел.

За вчерашний день Вэй Сюань успел убедиться, что ладить с Идянем — одно удовольствие. Юноша отличался мягким, смешливым нравом и располагал к себе с первых же минут общения.

Именно поэтому Третий молодой господин Вэй позволил себе невинный подкол.

— Пытаюсь вспомнить, — честно признался Идянь, — неужели я вчера раздал столько угощений?

— Просто всем безумно хочется еще твоих печений, — засмеялся Вэй Сюань. — И я не исключение. Вот, кстати, мой ответный подарок. Не хочешь распечатать?

Если уж начистоту, домашнее печенье Его Высочества обладало поистине божественным вкусом — ни в одном магазине Межзвездного союза такого было не сыскать.

Идянь удивленно моргнул, а затем прыснул от смеха:

— Ладно-ладно! В следующий раз принесу тебе двойную порцию.

— Вот за печенье я точно готов записаться к тебе в лучшие друзья, — с удовлетворением подытожил Вэй Сюань.

Идянь не нашелся, что ответить.

«Вчера дрожал как осиновый лист и сдувал с меня пылинки, а сегодня уже показал истинное лицо! Хоть немного держи себя в руках, Третий молодой господин Вэй!»

Они весело болтали, и атмосфера за партой царила самая непринужденная.

Сидевший в дальнем углу Чжао Цин буквально зеленел от зависти. Он прикусил нижнюю губу, сгорая от обиды: «Да что в нем такого?! Подумаешь, мордашкой удался!»

— Одноклассник Юань! Ты правда выбрал фортепиано? А может, сыграешь со мной на гуцине? Я как раз хочу собрать свою группу! — воодушевленно воскликнул Одноклассник-Медведь, с надеждой уставившись на него.

Идянь лишился дара речи.

— Дома уже купили фортепиано, так что прошу прощения, — мягко отказался юноша.

На самом же деле за одну ночь он стал обладателем десятка драгоценных музыкальных инструментов. Часть купил Линь Цзинсяо, часть прислали Император с Императрицей и Му Лю, и даже Старший принц с Маленьким наследником, прослышав о его уроках музыки, прислали по эксклюзивному инструменту.

В общем, выбор был сделан без его участия.

Одноклассник-Медведь повесил нос, всем своим видом выражая глубокую печаль.

В их группе собрались исключительно суровые верзилы, и иметь в качестве «души коллектива» изящное, утонченное растение было бы настоящей мечтой.

Вдруг его глаза снова вспыхнули:

— Фортепиано тоже подойдет! Фортепиано в дуэте с гуцинем — это же потрясающе!

Идянь опять не знал, что сказать.

— Ой, да брось, — оскалился Цянь Додо. — У тебя в группе одни медведи. Кому охота смотреть, как стая мохнатых туш виляет задом?

Одноклассник-Медведь залился краской до самых ушей:

— Ах ты... Вызываю тебя на дуэль, скотина!

— А я буду судьей! Победителю достанется печенье, — рассмеялся Идянь.

— О-о-о! Тогда победа будет моей!

— Что? Печенье?! А ну потеснитесь! Устраиваем дуэльный турнир, я тоже в деле!

— Куда ты со своей палкой лезешь! Печенье мое!

— Какая тебе палка, идиот?! Я анаконда!

Слушая их шутливую перепалку, Идянь искренне радовался.

Вэй Сюань замер в изумлении, будто перед ним разверзлась дверь в совершенно иной мир. Он впервые видел, чтобы одноклассники общались настолько легко и беззаботно.

Поразмыслив, он кротко улыбнулся:

— В таком случае я возьму на себя роль главного свидетеля.

Даже Его Высочество, занимающий несравнимо более высокое положение в обществе, держится так просто и душевно. С какой стати ему самому задирать нос?

Прозвенел звонок. В элитном классе снова появился переведенный ученик.

Новичок оказался чертовски хорош собой: свободный повседневный костюм подчеркивал высокую, статную фигуру и длинные ноги, а мягкая улыбка располагала к себе с первого взгляда.

На голове у него красовались два белых кошачьих ушка, а сзади лениво покачивался пушистый хвост.

Окинув аудиторию спокойным взглядом, он задержал свои темные, как агат, глаза на Идяне:

— Всем привет. Меня зовут Юань Шэнь.

«Юань?!» — одноклассники невольно перевели взгляды на Идяня. Только-только в класс перевелся дух-растение по фамилии Юань, как следом появляется зверочеловек с той же фамилией.

Поверить в то, что это чистое совпадение, было сложно.

Но сильнее всех был ошеломлен сам Идянь.

Это лицо... До чего же оно знакомо! Да ведь новый ученик выглядел точь-в-точь как Старый Кот в юности!

«Кем же этот парень приходится Старому Коту?»

Старый Кот терпеть не мог распространяться о своем прошлом. Лишь однажды, напившись в хлам на Новый год, он проболтался, что в детстве двуногие слуги звали его «Юань-юань», отчего он впоследствии и взял себе фамилию Юань. А когда он приволок домой маленькую травинку, то и её нарек той же фамилией.

Что же до самого имени «Идянь»...

В те времена юноша был совсем крошечным ростком, и Старый Кот постоянно дразнил его: «Да ты же с ноготок! Будешь зваться Идяньэр — Одно Мгновение!»

Маленький дух ужасно обижался и детским тонким голоском пищал: «А ты не мог бы отойти от меня подальше — юань идянь?!»

На что старый прохвост с ехидной рожей отнекивался: «Ты меня неправильно понял! "И" — блистательный, а "Дянь" — изысканный...»

Вспомнив Старого Кота, Идянь почувствовал, как сердце сжала ностальгия.

Юань Шэнь внешне процентов на семьдесят походил на того старого пройдоху. Не знай Идянь наверняка, что Старый Кот совершил вознесение, он бы точно решил, что тот опять валяет дурака и явился разыграть его.

— Учитель, можно мне сесть у окна? — улыбнулся Юань Шэнь, указывая на стол прямо за спиной Идяня.

— Конечно.

Так Идянь, едва обзаведшийся соседом по парте, тут же получил еще и соседа сзади.

Юноша замер, растерянно моргая.

Сначала в элитном классе появился прелестный человек-растение, а теперь еще и красавец-зверочеловек, вполне претендующий на звание главного школьного идола.

Парни-зверолюди насупились: ишь ты, едва переступил порог, а уже положил глаз на их украшение класса!

Идянь обернулся и мельком окинул новичка взглядом.

Юань Шэнь на секунду замер, а затем расплылся в едва заметной улыбке, которая с каждым мгновением становилась все шире.

От этого выражения лица у Идяня почему-то мурашки побежали по коже. Кивнув из вежливости, он поспешно отвернулся.

В голове теснились вопросы и смутные подозрения. Пальцы юноши нервно теребили колпачок ручки, едва не переламывая его пополам.

Заметив этот знакомый жест, Юань Шэнь еще сильнее изогнул губы в улыбке.

Весь урок Идянь просидел как на иголках — его изводил не только пристальный, ощутимый физически взгляд за спиной, но и сжигавшее изнутри нетерпение.

Едва прозвенел звонок, юноша резко развернулся и уставился на новичка.

Юань Шэнь неспешно поднял глаза, полные лукавого веселья:

— Одноклассник Юань, что-то случилось?

Идянь незаметно выпустил духовное восприятие. Чужая аура оказалась абсолютно незнакомой.

Приоткрыв рот, юноша замешкался:

— Прости... Ты просто невероятно похож на одного моего знакомого.

— О? — с наигранным любопытством переспросил Юань Шэнь. — И чем же?

Идянь почесал щеку:

— Лицом.

— Какое совпадение, — мягко проговорил новичок. — Мне тоже показалось, будто я уже где-то тебя видел.

Идянь опешил, а затем виновато улыбнулся. Старый Кот был гордецом до мозга костей. Задай он ему подобный вопрос, тот бы обязательно заявил: «Похож на меня? Ну значит, парень неимоверно хорош собой!» Этот парень просто имел схожие черты, не более.

За уроком истории последовало занятие по физической подготовке. У зверолюдей физо было каждый день, а у духов-растений — через день.

Закатав рукава, Идянь вместе с Вэй Сюанем направился на полигон, где уже собралась внушительная толпа курсантов.

На лицах ребят цвели беспечные улыбки. Место дышало задором и юношеской энергией, что невероятно нравилось юноше.

Вэй Сюань бросил короткий взгляд на Юань Шэня и понизил голос:

— Ты с ним знаком?

Идянь качнул головой.

— А я уж грешным делом подумал, что это очередной ухажер из твоего клана, — развел руками Вэй Сюань. — Он так тепло на тебя смотрит.

Идянь озадаченно моргнул.

Вэй Сюань скосился на новичка еще раз и вздохнул с многозначительным видом:

— В общем... береги себя.

Юань Шэнь действительно не сводил с Идяня улыбчивого взгляда, но стоит юноше хоть немного повернуть голову, новичок тут же отводил глаза, делая вид, будто разглядывает облака.

Если кто-то попытается убедить Вэй Сюаня, что у новичка нет никаких видов на Идяня, он только пальцем у виска покрутит.

Вот только подобный интерес смахивал на игру со смертью.

У Его Высочества, на минуточку, имелся законный муж с чудовищной собственнической жилкой!

На этом Вэй Сюань предпочел умыть руки.

Идянь на мгновение замер. Обернувшись, он увидел, что Юань Шэнь уже стоит в окружении духов-растений и непринужденно о чем-то с ними болтает.

Обладая могучим духовным восприятием, Идянь и сам внимательно подмечал детали, но так и не уловил чужого пристального внимания.

«Наверное, Вэй Сюаню показалось», — юноша почесал щеку, но в душе все равно зародилось смутное подозрение.

Занятие вел гигантский зверочеловек из расы слонов. Учитель Сян отличался могучим телосложением: при росте под два с половиной метра он возвышался перед строем, словно сплошная каменная стена.

От него веяло такой тяжелой, давящей аурой, что никто из учеников не смел даже пикнуть.

— Сегодня в программе кросс на двадцать километров с отягощением! — прогремел Учитель Сян. — Для духов-растений норма урезается вдвое!

По тренировочной площадке тут же пронесся стон отчаяния.

Двадцать километров с утяжелителями! Даже для выносливых зверолюдей подобная нагрузка была сущим адом.

Идянь косо взглянул на гору песчаных мешков размером с человеческий рост и поспешно отвернулся.

Он прекрасно помнил, что его суровый тигр был лучшим курсантом академии. Как, спрашивается, вообще можно выдержать подобные изуверские тренировки?!

Впрочем, загибая пальцы, юноша прикинул свои силы: «А ведь я вполне справлюсь».

Идянь уже вступил на путь культивации. Духовная энергия в его теле циркулировала непрерывным потоком, обеспечивая взрывную мощь и невероятную выносливость, недоступную обычным людям. Да, на фоне таких монстров, как Большой Тигр или Му Лю, он смотрелся хрупким, но неужели он уступит соплякам-зверолюдям?

Он поправил прядку изумрудных волос и азартно облизнул губы.

Вэй Сюань скривился как от зубной боли:

— Пять километров...

С самого детства он отличался болезненностью, и как семья ни билась, исцелить его не удалось. Ему не то что пять километров — пятьсот метров пробежать, и то прямой дорогой в реанимацию.

— Идянь, ты уж постарайся, — со вздохом проговорил Вэй Сюань, искренне завидуя другу.

Идянь вскинул бровь:

— Дай-ка я взгляну. Протяни руку.

Вэй Сюань вздохнул, но послушно вытянул запястье, затаив смутную надежду:

— У меня это врожденное, с самого детства...

Прогнав духовную энергию по каналам Третьего молодого господина Вэй, Юань Идянь озабоченно нахмурился. Все внутренние органы юноши были отравлены и источены въедливой, смолянисто-чёрной хворью.

— М-да, эта дрянь и впрямь сидит в тебе с самого рождения, — задумчиво пробормотал Идянь. — Занятный яд, ничего не скажешь.

Вэй Сюань, и без того пребывавший в унынии, от последних слов будто громом поражённый замер на месте.

Широко распахнув глаза, он судорожно глотнул воздух:

— Яд?! Какая ещё зараза?!

Брат и дедушка обошли кучу именитых врачей, и все в один голос твердили о врождённой слабости организма, которую можно лишь поддерживать лекарствами. Он всю жизнь с этим смирялся, а тут появляется человек и заявляет, что его банально отравили!

Заяви подобное кто-нибудь другой, Вэй Сюань лишь презрительно усмехнулся бы в ответ. Но перед ним стоял Юань Идянь — маленький глава древнего и загадочного клана! Наследие его семьи было недосягаемой высотой для всей Империи.

Вэй Сюань тяжело сглотнул, сердце его заколотилось как бешеное:

— Я... я отравлен?! У меня не врожденный порок?!

— Нет, тебя именно отравили, — Идянь задумчиво почесал подбородок.

Подобный яд казался юноше смутно знакомым. Старый Кот когда-то исцелял от такой же дряни одного лисьего магната, держащего в кулаке едва ли не половину человеческого бизнеса. Деталей рецепта Идянь уже не помнил, зато отчётливо отложилось в памяти другое: Юань Цин содрал с того бедняги кругленькую сумму в десять миллионов.

Вэй Сюань открыл рот, собираясь расспросить подробнее, но тут Учитель Сян отдал громкую команду к старту. Делать нечего — пришлось сжать зубы и побежать вместе со всеми.

Юань Шэнь, проводив удаляющихся учеников едва заметной улыбкой, подошёл к пирамиде из мешков с песком. Небрежно подцепив утяжелитель пальцем, словно тот весил не больше пушинки, он лениво потрусил вслед за остальными. Его походка оставалась легкой, а бег подчинялся особому, неторопливому ритму — юноша выглядел как прогуливающийся по парку аристократ, без малейшего намёка на дикую звериную силу.

Парни-зверолюди, тайком наблюдавшие за новичком, с досады заскрипели зубами.

— Слушайте, а парень-то, похоже, не из слабых! И кем он приходится Идяню?

— Фамилия одна, вернее всего — сородичи из одного клана.

— Ну и генетика у них... Оба краше картинок, — прогудел дюжий Одноклассник-Медведь, мотая мохнатой головой.

— Давай налегай! И так рожей не вышли, хотите ещё и в выносливости уступить?!

Учитель Сян строго спрашивал со зверолюдей, но на людей-растений смотрел сквозь пальцы. Растениям не нужно было тащить на себе мешки, а при сильной усталости разрешалось переходить на шаг.

Пробежав едва ли метров двести, Вэй Сюань покрылся крупным потом:

— Идянь... Идянь...

Идянь же двигался легко и непринужденно, без тени усталости на лице. С любопытством уставившись на товарища, он удивился:

— С тебя пот градом льёт. Ты настолько слаб?

— Да иди ты! — Вэй Сюань от обиды едва не задохнулся. — Я... кхм... мне просто не поздоровилось, ясно?!

— Ясно-ясно, — лёгким кашлем прикрыл смешок Идянь.

— Ты точно уверен?! — задыхаясь, переспросил Вэй Сюань. — Я правда... кха... не от рождения... кха-кха... такой?!

— Абсолютно, — искренне заверил его юноша. — Да помолчи ты уже, а то совсем дыхание сбьёшь.

Вэй Сюань аж покраснел от возмущения.

Маршрут кросса огибал гору за академией: курсанты огибали кольцевую дорогу, пересекая по пути пару речушек и густой лесной массив. Зону тренировок предварительно зачистили, а вдоль трассы дежурили преподаватели, так что никакой опасности не предвиделось.

Преодолев первый километр, Вэй Сюань выдохся окончательно и едва не рухнул прямо на дороге.

Идянь похлопал его по плечу:

— Для начала более чем достаточно. Перенапрягаться вредно, у тебя ещё будет время набрать форму.

Вэй Сюань посмотрел на него с глубокой признательностью:

— Спасибо тебе, Идянь!

— Не за что. Только сразу не садись, пройдись немного шагом.

Вэй Сюань кивнул.

Чжао Цин, бежавший неподалёку, наблюдал за этой картиной и до крови прикусил губу от злости. «Дрянь этакая, опять притворяется! Не поверю, что ему бежать легко, наверняка внутри всё горит!»

Идянь мельком косился на него с ехидной ухмылкой, а затем, едва заметно качнув пальцами, со смешком рванул вперёд.

Его бег напоминал скорее полёт: едва касаясь земли кончиками пальцев, юноша покрывал огромные расстояния, словно порхающий среди деревьев лесной дух. Легкий толчок от ствола — и он уже в пяти метрах впереди!

У Чжао Цина глаза чуть не вылезли из орбит: «Какого черта?!»

Мимо остальных зверолюдей промелькнула изящная тень. Идянь с улыбкой помахал рукой Цянь Додо и его компании, после чего в пару прыжков взлетел на толстую ветвь и скрылся в гуще деревьев.

Зверолюди замерли как вкопанные.

— Мать твоя! Это сейчас Идянь пролетел?! Он что, на ракете?!

— Э-э... Он точно человек-растение?!

С десяток зверолюдей переглянулись, тяжело вздохнули и с диким рёвом рванули след в след. Пусть они и не были мастерами бега, но проиграть человеку-растению считалось несмываемым позором!

Идянь обернулся и прыснул от смеха: шестеро одноклассников от усердия на ходу перекинулись в истинные формы. В числе преследователей оказались утконос, огромная ящерица, крокодил и массивный белый медведь. В такую жару бедному медведю приходилось туже всех.

Вид мохнатых и чешуйчатых зверей разжёг в душе Идяня ностальгию по Большому Тигру и малышам.

К слову, сам юноша бежал едва ли вполсилы, скорее развлекаясь наблюдением за сокурсниками.

Учитель Сян давно подмечал странности этого человека-растения. Его старшая сестра выскочила замуж за представителя побочной ветви клана Вэй и присутствовала на недавней королевской свадьбе. И хотя деталями она не делилась, слон сумел сопоставить факты.

Вспомнив, каким замкнутым и мрачным был в молодые годы Второй принц, учитель сдул пылинку с усов и вздохнул. Наверное, только такой жизнерадостный и необычный дух мог растопить лед в душе Его Высочества.

Пока слон предавался размышлениям, мимо него без единого звука прошмыгнул и второй переведённый ученик.

Учитель Сян лишился дара речи.

«Вот это поросль пошла! В свое время Второй принц считался гением, но даже он не выглядел настолько расслабленным!»

На горном участке трассы разрыв между бегущими стал огромным. Идянь почти перестал встречаться с одноклассниками. Потерев слегка розовые щеки, он в пару прыжков взобрался на раскидистую ветку и уселся поудобнее. Достав из пространственного кольца флакон с Нефритовым нектаром, юноша сделал глоток — по телу тут же разлилась приятная прохлада.

Идянь прищурился на солнце, вспоминая далекие дни в глухих горах, когда он был лишь крошечным ростком и изо всех сил тянулся листочками к небу. Когда Юань Цин впервые притащил его домой, ему пришлось цепляться за одноразовую палочку для еды, чтобы подставиться под лучи солнца и глотнуть нектара.

Сейчас-то он понимал: старый пройдоха делал это нарочно, пользуясь его неразумностью!

— Хм, какой восхитительный аромат, — раздался снизу мягкий голос.

Юань Шэнь стоял под деревом и с лукавой улыбкой смотрел на него снизу вверх.

Идянь удивленно моргнул:

— А ты чего не бежишь?

— Бегу, — ухмыльнулся Юань Шэнь. — Просто почувствовал этот дивный запах и решил заглянуть.

— Э-э-э... — Идянь смущённо почесал нос. — Я уже отпил из флакона. В следующий раз угощу тебя целым.

— Договорились. Спасибо, — улыбка новичка стала еще шире.

Вдруг неподалеку раздался оглушительный грохот. В небо взвился столб черного дыма, а лесную тишину прорезал полный ярости и боли звериный рёв. Идянь подскочил на месте как ужаленный.

«Р-р-а-а-а-а!»

Разговор прервался. Идянь нахмурился и незаметно раскинул духовное восприятие. Уже через пару секунд лицо его побледнело.

Всего в сотне метров от них несколько жутких тварей рвали на части его одноклассников. Глаза монстров налились кровавым безумием — в них не осталось и капли разума.

Юань Шэнь тоже нахмурился:

— Что там такое?

Идянь соскочил с ветки и, на ходу нащупывая талисманы в пространственном кольце, рванул в гущу леса:

— Впереди!

— Постой! Ты же человек-растение, куда ты лезешь?! — с оттенком недовольства крикнул ему вслед Юань Шэнь.

— Беги за учителем! — выкрикнул Идянь и в мгновение ока скрылся за деревьями.

Оставшийся на месте Юань Шэнь потёр надбровную дугу и тихо, с глубоким подтекстом хмыкнул:

— Тч.

Идянь мчался на пределе духовных сил и через полторы минуты был на месте. Воздух пропитался тяжёлым, тошнотворным запахом свежей крови.

Затаившись на густой кроне дерева, юноша сжался в комок и глянул вниз. От увиденного у него перехватило дыхание.

Цянь Додо был залит кровью — его прочная чешуя оказалась содрана целыми пластами, обнажая ужасные раны. У лесной анаконды хвост изогнулся под неестественным углом: перелом. А недавний крепыш — Одноклассник Белый Медведь — превратился в сплошной окровавленный ком. Еще несколько ребят лежали без движения, и трудно было понять, живы ли они.

Это место находилось в стороне от трассы. Как они здесь оказались?!

Размышлять было некогда. Идянь сжал зубы, всматриваясь в нападавших. Твари были охвачены лишь одной страстью — жаждой убийства.

Достав талисман молнии, оставленный Юань Цином, Идянь судорожно сглотнул. Ему ещё ни разу не приходилось сражаться по-настоящему. Но одноклассники погибали, счет шел на секунды.

Сконцентрировавшись, он выжидал момент для верного удара, но совсем забыл о безопасности.

Сзади, едва слышно поводя ядовитым жалом, к нему подкрадывалась огромная красноглазая змея. За мгновение до того, как Идянь активировал талисман, его обдало ледяной волной чужой жажды крови.

Инстинктивно прыгнув вперед, юноша наотмашь швырнул талисман назад.

Грохнул разряд молнии, змею обдало снопом искр, но шум привлек внимание остальных монстров снизу!

Один из них с диким рыком прыгнул прямо на падающего Идяня. В воздухе юноша не мог уклониться. «Дело дрянь!» — пронеслось в голове.

Свист!

В воздухе блеснули нити серебряного света. Твари, еще секунду назад рвавшие студентов, с оглушительным треском разлетелись на куски!

В то же мгновение мягкая, но непреклонная сила подхватила Идяня в воздухе, и он мягко ввалился в чьи-то надежные объятия. Юноша ошарашенно уставился на кровавое месиво, оставшееся от монстров.

— Хех. И почему у тебя растёт всё что угодно, кроме мозгов? Эх...

Этот невыносимо ехидный, знакомый до каждой интонации тон! И эта фирменная манера уничтожать врагов одним незаметным движением!

В голове Идяня будто громыхнул каскад молний. Туман сомнений мгновенно рассеялся. Юноша медленно, с замирающим сердцем повернул голову, и его губы задрожали...

http://bllate.org/book/34927/4698459