Белые даосские одежды, которые ещё недавно казались ему странными и мешающими, теперь виделись Ли Юйлиню до того родными, милыми, удобными и к месту.
Он тут же принялся сыпать лестью:
— Великий мудрец, у вас облик небожителя! Этот наряд на вас сидит просто невероятно — такая из вас исходит аура бессмертия, вы выглядите потрясающе!
Юнь Сюэцин молча проигнорировал его пустые слова и схватил за плечо:
— Держись крепче.
Ли Юйлинь ещё не успел сообразить, как его ноги оторвались от земли и нахлынуло сильнейшее чувство невесомости.
— О боже, спасите! А-а-а-а!
Неизвестно, сколько они летели, но у Ли Юйлиня едва душа в тело не вернулась, когда Юнь Сюэцин наконец приземлился.
Повезло: они опустились прямо у входа в деревню.
В тот же миг лицо Ли Юйлиня приобрело землистый оттенок, он вцепился в дерево и его вырвало. Продолжая стоять с позывами, он выдавил:
— Я… страдаю укачиванием!
Потошнив ещё с полминуты, он не почувствовал себя намного лучше, но всё же заставил себя оглядеться по сторонам и спросил:
— Великий мудрец, мы что, действительно выбрались?
Разве мог сработать столь нелепый способ спуска с горы?
Юнь Сюэцин снял с глаз шёлковистую ленту, аккуратно сложил её и убрал в рукав:
— Я летел строго по прямой и всю дорогу ощущал ту зловещую иньскую энергию. И лишь здесь она исчезла.
Ли Юйлинь: «…»
Выходило, они улетели слишком далеко и уже миновали пределы действия призрачной стены.
Испытав странное облегчение, Ли Юйлинь поинтересовался:
— Раз здесь нет той зловещей ауры, значит, тут безопасно?
— Нет, — разрушил его иллюзии Юнь Сюэцин. — В самой деревне иньская энергия ещё мощнее, а та нечисть на горе просто не смеет сюда соваться.
Ли Юйлинь: «…Тогда мы всё равно пойдём в деревню?»
Юнь Сюэцин ничего не ответил, а лишь направился к деревенским воротам.
У входа стояли грубо сколоченные из брёвен и соломы простенькие ворота, рядом с которыми возвышался каменный столб. На нём, то ли красной краской, то ли чем-то ещё, были выведены три иероглифа: Деревня Манцюн.
Вдобавок ко всему, у ворот дежурили двое здоровяков.
Оба были одеты в жёлтые крестьянские халаты, головы их были наголо обриты, лица — серовато-жёлтыми, а выражения — свирепыми и злобными. В руках они держали покрытые ржавчиной большие костяные тесаки и выглядели людьми крайне неприятными.
С тех самых пор, как Юнь Сюэцин с попутчиком появились у входа, взгляды обоих амбалов не отрывались от них ни на секунду.
Ли Юйлинь немного оробел и мысленно уже хотел дать задний ход. Он как раз собирался уговорить Юнь Сюэцина уйти, как вдруг ощутил дуновение ветерка рядом с собой.
Юнь Сюэцин шагнул вперёд и невозмутимо произнёс:
— Мы хотим войти в деревню.
Услышав это, амбалы зашевелили мутными, словно вырезанными из дерева зрачками — как-то механически и неестественно.
— Чужакам, желающим войти в деревню, нужно заплатить входную плату.
Заметив, что оба здоровяка пока не собираются махать тесаками, Ли Юйлинь сглотнул слюну, подошёл ближе и озадаченно спросил:
— Сколько вам нужно денег?
Оба амбала одновременно состроили гримасу, широко разинув рты и обнажив острые, как у акул, зубы, словно высмеивая наивность чужаков.
— Нам не нужны деньги.
Один из них даже не пытался скрыть злобу и жадность в глазах. Он слегка качнул в руке большой костяной тесак.
— Дайте мне каждый по два цзиня человеческого мяса, и мы вас пропустим.
— Человеческого мяса! — голос Ли Юйлиня взлетел на октаву выше. — Откуда я вам возьму человеческого мяса! Нарезать прямо сейчас?!
Амбал лениво взмахнул своим костяным тесаком, и голос Ли Юйлиня тут же стих. Вжав голову в плечи, он испуганно шепнул Юнь Сюэцину:
— Похоже, в этой деревне нам не рады, давай-ка лучше вернёмся в тот храм.
Однако Юнь Сюэцин уходить не собирался: сначала он с минуту изучал обоих здоровяков, а затем перевёл взгляд на самого Ли Юйлиня.
В Ли Юйлине мгновенно проснулся инстинкт самосохранения: он тревожно скрестил руки на груди, приняв оборонительную позу:
— Мы же с тобой одной крови, умоляю, не замышляй против меня ничего дурного!
Он и впрямь до смерти боялся, что Юнь Сюэцин решит использовать его!
Но собеседник вовсе не это имел в виду. Заметив, что Ли Юйлинь всё не так понял, он решил пояснить:
— Как думаешь, каковы наши шансы прорваться с боем, судя по силам нас двоих?
Он говорил открыто, прямо перед амбалами, отчего Ли Юйлинь тотчас покрылся холодным потом, но, стиснув зубы, ответил:
— Процентов восемьдесят…
— Восемьдесят?
— Восемьдесят, что не получится, — тихо пробормотал Ли Юйлинь. — Если мы не подчинимся правилам аномальной зоны, эти монстры легко могут впасть в берсерк.
Стоит им впасть в берсерк, и с ними уже не справится никакой Оракул низшего ранга.
Юнь Сюэцин кивнул и стал высматривать подходящую ветку, намереваясь пойти на штурм.
— Человеческое мясо? Разве это сложно устроить?
Оба обернулись и увидели идущего к ним Фу Усюаня.
Он был одет в белую рубашку и чёрные брюки, одна рука его была непринужденно засунута в карман брюк, а лицо по-прежнему оставалось замотанным бинтами.
Ли Юйлинь в ту же секунду ощетинился:
— Не подходи!
Он не мог определить уровень духовной энергии этого человека, но полагался на интуицию — духовная сила незнакомца намного превосходила его собственную.
Если позволить столь опасному типу приблизиться, они сами легко могут стать мишенью для охоты.
Инстинкт самосохранения заставил его выпалить:
— Только не заглядывайся на меня! Вон тот рядом со мной — жертва, с ним легче разобраться!
Поймав на себе ледяной взгляд Юнь Сюэцина, Ли Юйлинь с виноватым видом добавил:
— Ну а если ты вообще ни на кого из нас не позаришься, будет просто идеально.
— Вместо того чтобы грызть друг друга, — Фу Усюань развязной походкой подошёл ближе, обогнув Юнь Сюэцина и Ли Юйлиня, и остановился прямо перед стражником, — я всё же предпочитаю мирные решения.
Он внезапно сделал движение, грубо выхватив у амбала из рук большой костяной тесак, и со свистом обрушил его сверху вниз прямо на голову стражника!
Оба спутника были потрясены. Ли Юйлинь даже моргнуть не успел, как стражник у ворот оказался разрублен пополам.
Внутренности вывалились на землю, брызнула кровь. Неизвестно откуда достав чёрный зонт, Фу Усюань идеально прикрылся им от брызг, так что на его белоснежную рубашку не упало ни единой капли.
Юнь Сюэцин отреагировал с молниеносной быстротой и вовремя увернулся, и только Ли Юйлинь застыл на месте, так что его забрызгало кровью. Впрочем, сейчас ему было не до этих мелочей — он лишь ошеломленно выдохнул:
— Божественное откровение пространственного типа!
Оракулов, способных применять Божественное откровение пространственного типа, можно было пересчитать по пальцам одной руки, и все известные властям уже состояли на службе у государства. Кем же в таком случае являлся этот человек?!
http://bllate.org/book/34877/4304091
Готово:
