Чу И приподнял бровь и непринужденно произнес:
— Это мой телефон.
Перед покупкой он ведь все тщательно проверил. Почему же, стоило ему выйти из душа, туда затесалась чужая живая душа? Так дело не пойдет. Хоть его телефон и был бэушным, он купил его на свои кровные деньги и делиться ни с кем не собирался.
Телефон, который уже обнаружил отсутствие сим-карты и как раз пытался подключиться к вай-фаю гостиницы, замер. Он повернулся к мокрому насквозь полуголом парню, с волос которого еще капала вода, и какое-то время не знал, то ли прикинуться дурачком, то ли просить о помощи.
У Чу И был глаз-алмаз, он сразу узнал собеседника:
— Генеральный директор Юй, почему это вы?
Юй Цинсянь: …Отличный вопрос, он и сам бы хотел это знать.
— Ты меня видишь? — спросил Юй Цинсянь. Раз уж его раскрыли, скрывать ему больше было нечего.
Видя, что парень не произносит ни звука, Юй Цинсянь и сам понял, что задал бессмысленный вопрос. Но сохранять спокойствие он никак не мог: любому, кто, проснувшись посреди ночи, обнаружит, что превратился в мобильный телефон, придется куда хуже, чем ему.
Тем не менее, надо признать: встретить в такой момент человека, который способен его видеть, да к тому же знакомого — они ведь уже виделись раньше, — значительно умерило панику Юй Цинсяня.
— Что с вами случилось, генеральный директор Юй? Почему вы оказались в моем телефоне? — поинтересовался Чу И. Сперва ему показалось, что это похоже на выход живой души из тела, но присмотревшись, он понял, что не совсем, и озадаченно тихо цыкнул.
Увидев, что Чу И трет подбородок, Юй Цинсянь инстинктивно попытался податься вперед, чтобы рассмотреть всё получше. С его ракурса были отлично видны голые ноги парня и небрежно завязанный, торчащий узел полотенца, из-под которого смутно проступали очертания скрытого за ним сокровища, готового, казалось, в любую секунду явить свою истинную суть...
— Стоп, не, не подходи! — торопливо прервал его Юй Цинсянь и от избытка чувств резко подскочил на диване.
Он замер, растерянно оглядевшись по сторонам. Выходило, что он всё еще дома, а перед этим, судя по всему, просто заснул на диване. И превращение в телефон, и раздетый массовщик — всё это оказалось лишь сном...
Юй Цинсянь потер виски. С чего это ему приснился такой нелепый бред? В следующий раз на деловых обедах пить точно нельзя!
Лично наблюдая, как эта живая душа испаряется прямо у него на глазах, Чу И слегка усмехнулся с оттенком скуки. Не став ломать над этим голову, он повернулся и лег спать.
На следующий день Чу И снова проснулся очень рано, встретил рассвет часовой медитацией, после чего спустился вниз позавтракать.
Стоя на улице, он задумчиво посмотрел на далекую гору Тяньлу и решил подняться наверх, чтобы всё осмотреть.
Закончив с завтраком, Чу И прихватил с собой немного еды и воды, тщательно собрал рюкзак и пустился в путь.
Проходя по единственной центральной улице уездного городка, он заметил, что по обеим сторонам дороги рядами выстроились лотки: чего тут только не было — овощи, завтраки, одежда, обувь и носки.
Внимание Чу И привлекли три старинных медных монеты на одном из развалов: круглые снаружи, с квадратным отверстием внутри, они сплошь покрыты зеленой патиной, а на лицевой стороне отчетливо виднелись четыре крупных иероглифа: Тяньшунь Тунбао.
— Почем эти три монетки? — Чу И указал на них подбородком.
Торговец старьем, едва завидев клиента, да к тому же зеленого юнца, тут же выпалил:
— Эти три древние монеты — семейная реликвия, мой дед говорил, что они передались еще со времен династий Шан и Чжоу. Ладно, много с тебя не возьму: по десять тысяч за штуку, а если заберешь все разом, отдам за двадцать восемь тысяч, как тебе?
— Пять юаней, больше не дам, — ответил Чу И.
Шан и Чжоу? Прошлая неделя — вот это больше похоже на правду! Он просто узнал надпись Тяньшунь Тунбао и решил, что раз уж всё равно без гроша в кармане, можно прикупить подделку для вида, но переплачивать и слыть простофилей он не собирался.
— Эй, парень, разве так торгуются? У меня же подлинный антиквариат, а ты говоришь — пять юаней... Эй-эй, куда пошел? Ладно-ладно, пять юаней, пусть будет пять юаней! Считай, в убыток себе отдаю, ради хорошего почина с самого утра!
Продавец покачал головой, сокрушаясь, что современную молодежь становится всё труднее обмануть. Однако, получив от Чу И пятерку, он снова расплылся в улыбке: оптовая цена трех таких монет составляла всего один юань, так что он чистой прибылью заработал целых четыре!
Эта вещица ходовая, в следующий раз можно будет закупить побольше...
Закинув за плечи рюкзак, Чу И углубился в горы. Дойдя до развилки, он зажал в ладони три монеты, потерев их некоторое время, и подбросил вверх.
Первое гадание: две янские и одна иньская черты означали Шаоинь.
Вторая черта снова выпала иньской.
Подбросив монеты три раза подряд, он убрал их в карман и забормотал под нос:
— Две иньские и одна янская, триграмма Чжэнь, четвертая позиция, северо-восток.
Гром пробуждает всё живое, что символизирует дерево — это должно пойти ему на пользу в нынешних поисках сокровищ на горе.
Чу И провел на горе Тяньлу два дня, раздобыв корень женьшеня толщиной с палец и два гриба линчжи. Если спуститься вниз и докупить остальные вспомогательные травы, этого как раз должно хватить для варки первой партии целебного отвара для восстановления тела.
Он вернулся в арендованную квартиру у киностудии ровно через неделю после ухода. Стоило ему достать ключ и повернуть его в замке, как снизу кто-то со всех ног примчался наверх. Оглянувшись, Чу И увидел хозяина квартиры по имени Лю Цюань.
Возможно, из-за страха, оставшегося от прежнего владельца тела, при виде Лю Цюаня сердце Чу И затрепетало, и он машинально прикинул, когда же нужно платить за аренду... Черт, он совсем забыл, что платить послезавтра, а у него в кармане осталось всего чуть больше трехсот юаней. Если отдать за квартиру, на что он будет жить?
Натянуто улыбнувшись, Чу И обернулся:
— Дядя Лю, разве арендную плату вносить не через два дня? Я занесу чуть позже.
Будь ты хоть дракон, хоть змея, а перед хозяином квартиры приходится покорно гнуть спину и идти на попятную.
— Да нет, я не за квартплатой пришел, за твое жилье уже кое-кто заплатил... Стоп, твой... ты что, Чу И?! — в отличие от смущенного Чу И, стоило Лю Цюаню разглядеть парня как следует, его глаза от удивления полезли на лоб. Неужели этот светлокожий, стройный, высокий и симпатичный парень перед ним — тот самый тщедушный и смуглый Чу И?
Лю Цюань перевел взгляд на его одежду, затем на ключ в его руке и убедился: ошибки нет, это действительно Чу И!
— Когда это ты успел лечь под нож пластического хирурга?! — вырвалось у Лю Цюаня.
Он невольно потрогал собственное морщинистое лицо, гадая, поможет ли ему подобная операция?
Чу И беспомощно скривил губы:
— Дядя Лю, меня не было всего неделю, к тому же приглядитесь к моему лицу: разве оно отличается от прежнего?
За него кто-то внес арендную плату? Кто же это мог быть, неужели Оуян Юйюань?
Лю Цюань присмотрелся повнимательнее: и впрямь, следов хирургического вмешательства не наблюдалось.
— Но почему ты вдруг стал таким белым?
Уклончиво ответив на вопрос, Чу И пояснил:
— Недавно случайно встретил одну девушку, она научила меня правильно пользоваться солнцезащитным кремом. К тому же я на несколько дней ездил на родину, не торчал под палящим солнцем в ожидании съемок, вот, наверное, и отбелился.
На самом деле дело было вовсе не в этом. Вся соль крылась в отваре для омовения костного мозга и очищения сухожилий: шлаки вышли из организма, и тело вернулось к своему истинному облику. До шести лет прежний хозяин тела был чистеньким и беленьким, но потом ему пришлось тяжело трудиться, питался он плохо, вот и становился со временем всё темнее.
— Вот оно что... — Лю Цюань полушутя-полусерьезно кивнул.
Чу И поспешил сменить тему:
— Дядя Лю, вы сказали, что кто-то заплатил за мою квартиру?
Лю Цюань спохватился, наконец вспомнив о главной цели своего визита:
— Какой-то богатый молодой господин по фамилии Му, он и тот молодой господин Оуян, что привозил тебя в прошлый раз, заходили уже несколько раз, кажется, у них что-то срочное. Чу И, ты ведь больше не уедешь? Я уже сообщил им, так что они скоро придут сюда искать тебя.
Судя по голосу, собеседники по телефону были страшно взволнованы и умоляли придержать парня на месте.
В голове Чу И всё встало на свои места, и он кивнул:
— Хорошо, пусть приходят, я никуда не ухожу.
Он понимал, что Лю Цюань наверняка получил от тех людей вознаграждение, раз так старался удержать его здесь. Впрочем, ему было всё равно: судя по всему, они пришли просить о помощи, а не устраивать неприятности.
Однако раз Оуян Юйюань до сих пор цел и невредим, значит, беда миновала. Зачем же они тогда так спешат его разыскать?
Глава 7
— Хорошо, приезжайте скорее, я сейчас же спускаюсь... — получив извещение от Му Цзяцзюня, Оуян Юйюань поспешно принялся собирать раскиданные по столу бумаги.
Заперев кабинет, он бросил взгляд на соседнюю дверь кабинета генерального директора, немного поколебался, но всё же решил заглянуть туда.
Административный секретарша в приемной прекрасно знала о происхождении Оуян Юйюаня, поэтому останавливать его не стала. Лишь когда он вопросительно заглянул в щель приоткрытой двери, она молча кивнула, показывая, что внутри никого нет и можно входить.
Оуян Юйюань толкнул позолоченную створку и просунул внутрь голову:
— Хей-хей, кузен Сянь.
Юй Цинсянь оторвался от изучения документов, бросил на него косой взгляд и нахмурился:
— Опять что?
Этот негодяй переставал называть его генеральным директором и переходил на родственное обращение всякий раз, когда ему от чего-то требовалось помочь — стоило услышать, и сразу всё становилось ясно.
Оуян Юйюань шустро проскользнул внутрь, затворил за собой дверь и расплылся в льстивой улыбке:
— Кузен Сянь, помнишь того статиста, который так здорово умеет гадать по лицам, о котором я тебе рассказывал? Он вернулся, я бы хотел...
Он махнул рукой в сторону выхода — по одному этому жесту было очевидно, что, проработав всего час после начала смены, он уже собрался смыться.
У Юй Цинсяня дернулась бровь:
— Ты же вечно ставишь меня перед фактом, с каких пор вдруг вздумал отпрашиваться?
Как он мог забыть того тощего и смуглого паренька, если они «виделись» буквально на днях!
— Хе-хе, ну, злоупотреблять служебным положением слишком часто как-то нехорошо, некрасиво же?
— Ты еще знаешь, что такое злоупотребление служебным положением?
Заметив, что его кузен начинает мрачнеть, Оуян Юйюань поспешил с оправданиями:
— Кузен Сянь, ты же знаешь, Юнь Кай всё еще без сознания. А тот парень умеет видеть корень проблем, вдруг он сможет разглядеть, что не так с Юнь Каем... Мы ведь столько лет друзья не разлей вода, я же не могу просто сидеть сложа руки?
Именно зная о терзающем его кузена чувстве вины, Юй Цинсянь и сквозь пальцы смотрел на то, как тот последнее время разрывается между офисом и больницей.
В любое другое время, вздумай этот балбес так халатно относиться к работе, он бы давно отчитал его за всю семью.
Но к тому самому молодому человеку, который спас жизнь его кузену, у Юй Цинсяня было весьма двоякое отношение. Рассуждая здраво: обладал ли тот подлинным даром или просто случайно угадал, но именно благодаря его предупреждению этот дурачок-кузен избежал беды, и вся их семья должна быть ему благодарна.
С другой стороны, Юй Цинсянь никак не мог забыть, как сперва тот парень упал в обморок прямо в его объятиях, а следом приключился тот самый «сон»... До сих пор он так и не понял, был ли тот сон реальностью или всего лишь плодом его воображения, но в любом случае совпадений оказалось слишком много, и он опасался, что у паренька могут быть какие-то скрытые мотивы.
Тем не менее, раз Ли Юнькай пострадал во многом из-за оплошности его кузена, запрещать ему поездку было нельзя. Поразмыслив с минуту, Юй Цинсянь бросил вопрос:
— Как звать того статиста?
— Фамилия Чу, зовут Чу И, — Оуян Юйюань уже успел навести справки и в деталях выложил всё происхождение парня.
http://bllate.org/book/34835/4299338
Готово:
