Готовый перевод The Spider in My Palm / Паучий принц: Искушение в ином мире: Глава 14

Отказ от гнезда?

Будучи истинной аристократкой, Иветт Зефрения прекрасно понимала, что так громко восклицать во время приема гостей — невежливо, пусть даже её голос и прозвучал не слишком громко. Впрочем, двое сидевших перед ней людей были вовсе не чужаками, так что по сравнению с её прежней несдержанностью этот возглас не стоил и упоминания.

...Как такое возможно? — маленькая девушка растерянно повторила несколько раз, а затем нахмурилась, озвучив главное сомнение, затаившееся в её сердце. — Разве высокоуровневые монстры уровня владык так просто покидают свои гнезда? Почему же тогда... Неужели оно вас обнаружило?

В гостиной, на противоположном конце высокого круглого стола, сидели братья Байлун и Симон.

Ни в коем случае. Перед исчезновением все жизненные циклы Мрачного Паука протекали абсолютно нормально, именно поэтому мы и проникли в его логово, — первым ответил Симон, уже давно скрывший выражение недавнего удивления на лице. — Именно по этой причине мы и считаем исчезновение его следов крайне подозрительным.

С чего вы решили, что оно бросило гнездо...

Байлун перехватил инициативу: Мы просидели там в засаде три дня, Иветт. Если бы оно покинуло гнездо и ушло в другое место, мы бы непременно об этом услышали — вот почему мы вернулись обосноваться в город Аглара. — Он заметил не сумевшую спрятаться на дне глаз Иветт досаду. Хотя Байлун и недоумевал, почему эта знакомая с детских лет подруга, с которой они не виделись уже несколько лет, питала столь сильную одержимость к какому-то монстру, он всё же придерживался своей обычной мягкой манеры и успокаивающе произнес: — Не переживай, пока оно остается на этом Континенте, мы непременно его отыщем.

Иветт поджала губы и не стала сразу отвечать. Зато стоявшая рядом служанка обладала немалой сообразительностью: заметив, как атмосфера слегка натянулась, она тут же сделала два шага вперед и под предлогом разливания чая разрядила неловкую обстановку. На это движение Байлун никак не отреагировал, зато Симон невозмутимо окинул девушку взглядом с ног до головы.

Эта служанка вовсе не походила на ту, что преградила им путь на лестнице ранним утром. Хотя та, что стояла перед ними, была облачена в точно такое же форменное платье, по сравнению с утренней горничной она воплощала совершенно иной стиль: её темно-золотисто-каштановые волосы были столь же аккуратно собраны на затылке, а на бледном изящном личике глаза того же оттенка, что и волосы, казались полными чистой родниковой воды, отчего её и без того правильные черты лица излучали живую выразительность.

Одна — пленительная и манящая, другая — нежная и скромная. Вот только и одежда, и манера держаться у обеих всё же немного не дотягивали до слуг из влиятельных аристократических семейств столицы.

Каштановолосой рыцарь окинул взглядом горничную, замершую за спиной хозяйки, и вновь перевел взгляд на Иветт.

На самом деле, когда они с Байлуном решались на встречу с нанимателем, ни один из них не предполагал, что заказчиком, назначившим огромную награду за задание по уничтожении чудовища, окажется их старая подруга детства, с которой они некогда вместе играли.

Когда семью Зефрения изгнали, им с Байлуном едва исполнилось по шестнадцать лет, но они уже в общих чертах понимали политическую жизнь империи. Скандальные выходки главы рода Зефрения тогда гремели на всю столицу, и практически за одну ночь некогда прославленный аристократический род исчез из пределов столицы, а вместе с ним пропала и эта юная аристократка из семьи Зефрения, с которой они были так хорошо знакомы.Симон никак не ожидал, что они снова встретятся с этой благородной девицей при таких обстоятельствах — на самом деле, они оба думали, что больше никогда не увидят Иветт.

Сидящая перед ними хрупкая девушка почти не изменилась внешне: светло-каштановые кудри, изящные и тонкие черты лица, чуть бледноватая кожа, а также губы цвета лепестков розы и манера речи — всё это в точности совпадало с образом маленькой девочки из воспоминаний.

Лишь строгое парадное платье Иветт выдавало в ней обедневшую аристократку: фасоны нарядов, популярных среди столичной знати, за прошедшие годы менялись бесчисленное количество раз, и то, что было надето на ней, очевидно, давно устарело.

Любой нормальный аристократ обязан одеваться прилично — это отражение статуса и положения, а также проявление воспитания и уважения к окружающим, поэтому даже мужчины не пренебрегали внешним видом, не говоря уже о Симоне, являвшемся частью королевского рода.

Когда эмоции от воссоединения с детской подругой улеглись, Симон заметил, до чего же плачевно положение этой благородной девицы в данный момент.

В то же время, осознав это, Симон почувствовал еще больше сомнений: поначалу ему казалось странным лишь то, почему Иветт, будучи аристократкой, решила выставить столь чуждый для нее на первый взгляд заказ, но теперь его недоумение переключилось на другое: почему Зефрения пала до столь жалкого состояния, а Иветт при этом всё равно не жалеет огромных денег на найм искателей приключений для уничтожения Мрачного Паука?

Ради славы? Система найма в Гильдии Искателей Приключений всегда была анонимной, и у нанимателя с принявшими заказ искателями приключений обычно не было возможности встретиться напрямую — разве что заказчик выдвигал какие-то совершенно особые требования к встрече. К тому же, даже если контракт между обеими сторонами становился достоянием общественности, в случае успеха подобных карательных заданий львиная доля похвалы всё равно доставалась искателям приключений.

Тогда… ради выгоды?

В глазах Симона мелькнуло какое-то странное выражение.

— Малышка Иветт, — он использовал привычное для этой юной аристократки обращение и полушутливо спросил: — Я всё никак не пойму, зачем ты, барышня из благородного семейства, собираешься использовать это ядро монстра?

Длинные ресцы девушки взметнулись, и ее красивые большие глаза тут же устремились на него.

Каштанововолосый рыцарь мгновенно уловил в ее взгляде долю пытливости и нерешительности. Похоже, немного поколебавшись, Иветт обвела взглядом его и стоявшего рядом Байлуна и наконец заговорила.

— Я хочу стать элементалисткой, — произнесла Иветт и, слегка и с некоторым беспокойством покусывая нижнюю губу, продолжила: — Ядро высшего монстра — это абсолютно незаменимый материал.

Симон и Байлун переглянулись, и каждый прочел в глазах другого глубочайшее изумление.

Ядро высшего монстра действительно способно слиться с человеческим телом, и раньше они уже подозревали, что Айзэ, возможно, убил Мрачного Паука, проглотил его ядро и успешно сросся с ним, после чего и обрел иммунитет к разъедающим свойствам паутины и слизи в логове Мрачного Паука.Хотя Байлун и выдвинул подобное предположение, при ближайшем рассмотрении вероятность этого была крайне мала. В конце концов, для успешного слияния человеческого тела с магическим ядром монстра требуется невероятно высокая степень совместимости. Но один — человек, другой — магический зверь: тех, кто способен преодолеть видовые различия и при этом обладать такой совместимостью, можно пересчитать по пальцам. Неудача неизбежно влечет за собой гибель, а успех вовсе не гарантирует благополучия. История знала примеры, когда люди пытались слиться с ядрами демонических волков: они обрастали шерстью, превращаясь в существ, которые не были ни людьми, ни зверями, не могли жить среди людей и не принимались магическими тварями, из-за чего в конце концов их убивали как чудовищ.

— Ты хочешь сказать, что собираешься внедрить ядро Мрачного Паука, чтобы обрести его способности? — Симон выглядел озадаченным. — Ты мыслишь слишком фантастически!

Глаза Иветт блеснули, длинные ресницы опустились:

— Брат Симон, брат Байлун, вы не понимаете... я должна стать элементалистом! — Она быстро взглянула на братьев напротив. — Но мой метод не предполагает прямого слияния. Больше... больше я сказать не могу.

Братья переглянулись, и в итоге слово взял Байлун:

— Мрачный Паук покинул свое логово, и его местонахождение неизвестно. Мы, как члены Гильдии Искателей Приключений, взяли твое поручение и обязательно его выполним. Если нам удастся выследить его, мы принесем тебе ядро. Но как твои верные друзья, мы с Симоном не хотим, чтобы после столь долгой разлуки ты совершала безрассудные поступки. Прошу, тщательно обдумай свое решение. — Он помолчал несколько секунд, подбирая слова. — Иветт, если у тебя возникли трудности, помни, что мы с Симоном всегда придем на помощь.

Иветт заметно разволновалась, услышав это. Она глубоко вздохнула, перевела взгляд с Байлуна на Симона и, закусив губы, похожие на лепестки роз, коротко кивнула.

На этом серьезная часть беседы подошла к концу. Иветт взяла фарфоровую чашку с золотым и серебряным узором, сделала глоток чая и, проглотив теплый напиток, словно невзначай спросила:

— Кстати, Фиона рассказывала мне, что утром, когда она приглашала вас на встречу со мной, видела молодого человека с черными волосами. Кто он?

— Айзэ — это выживший, которого мы нашли в логове Мрачного Паука, — ответил Байлун, который лучше всех был осведомлен об этом, так как первым обнаружил юношу. — Поскольку он не имел отношения к нашей миссии, мы не стали брать его с собой.

Иветт мгновенно уцепилась за ключевое слово:

— Айзэ? Его зовут Айзэ? — Она тут же связала это имя с громкой славой Мрачного Паука, отставила чашку и нахмурилась: — Неужели...

— Ты слишком много думаешь, маленькая Иветт, — хмыкнул Симон. — Этот парень напрочь забыл, как попал в лапы паука. Очнувшись, он даже собственного имени не вспомнил. А когда услышал, что его вынесли из логова Мрачного Паука Эзериана, взял и назвал себя Айзэ. Ну разве не забавно?

Иветт на мгновение замерла:

— И правда, забавно...

Но стал бы обычный человек так поступать? Использовать половину имени магического зверя? Иветт глубоко сомневалась в этом черноволосом юноше. Она изучила всю информацию о Мрачном Пауке: все атаки этого монстра несут в себе разъедающий эффект. Однако Фиона описывала юношу как хоть и грязного, но весьма привлекательного. Как такое возможно?

Впрочем, эта обедневшая дворянка понимала: хоть она и была подругой детства для этих двоих, старые чувства могли стереться за столько лет. По правде говоря, она и не надеялась встретить их при таких обстоятельствах, но раз уж бог судьбы свел их вновь, она обязана ухватиться за этот шанс. Чтобы возродить семью Зефрения, нужно не только стать сильнее самой, но и использовать всех, кто может быть полезен!

Сейчас важнее не этот подозрительный юноша, а братья. Сначала нужно восстановить прежнюю близость, добиться их доверия, а потом уже выяснить, что не так с этим Айзэ.

Иветт кокетливо улыбнулась:

— Не будем о посторонних. Брат Симон, брат Байлун, как вы поживали все эти годы?

...

Беседа о прошлом, начатая Иветт, закончилась спустя полтора часа. Вернувшись в свою комнату на втором этаже, Байлун открыл дверь и замер, а его лицо вмиг изменилось:

— Айзэ?

Тот, кто еще недавно спал, когда Симон позвал его, исчез с кровати. В окно дул ночной ветер, заставляя занавески нервно колыхаться. В комнате никого не было.

Симон, заметивший то же самое, не встревожился так, как брат. Он понятия не имел, что Байлун обнаружил два часа назад, и, не заметив перемены в лице брата, небрежно бросил:

— А этот маленький паучок довольно свободолюбив, да? Наверное, проснулся, увидел, что нас нет, проголодался и пошел искать еды. Пойдем, мы тоже перекусим.

Услышав слова брата, Байлун лишь отозвался:

— Сначала найдем Айзэ.

Симон, не понимая, из-за чего Байлун так упрямится, пожал плечами и без возражений последовал за ним вниз. Стоило им спуститься на первый этаж гостиницы, как к ним подбежал встревоженный слуга:

— О, горе! Двое героев, ваш спутник... он...

Байлун немедленно прервал его:

— Ты видел, куда он направился?

Слуга покивал, переводя дух, и наконец выпалил:

— Его «пригласил» в гости младший сын градоначальника!

http://bllate.org/book/34760/4290997