Готовый перевод Not Hugging Me Yet? / Не собираешься меня утешать?: Глава 10

— Плата за сопровождение. — Цзи Тун сжал телефон, его голос звучал ледяным.

— 580 за меня заплатил ты, а остальное, — Цзи Тун наконец повернулся и посмотрел на него, — это плата за твоё сопровождение.

Видимость мира, поддерживаемая весь вечер, наконец рухнула от этих слов: твоя плата за сопровождение.

Вся искусственная мягкость истончилась и рассеялась.

То ли из-за света, но Цзи Туну вдруг показалось, что губы Гу Линя были какими-то белыми — он выглядел куда больше похожим на больного, чем сам Цзи Тун.

Эта неуместная мысль встревожила Цзи Туна. Не заботясь о том, примет ли Гу Линь деньги, он круто развернулся и зашагал прочь, но не успел сделать и шага, как его запястье внезапно перехватили.

Ладонь Гу Линя была ледяной, он сжимал его руку так крепко, что в какой-то момент Цзи Туну даже показалось, будто это не Гу Линь бросил его, а он сам бросил Гу Линя.

Цзи Тун не понимал в чём дело и уже собирался обернуться, как человек за его спиной шевельнулся.

Он почувствовал, как Гу Линь сделал к нему шаг, а затем заговорил.

— Прости.

Его голос звучал низко и хрипло.

— Обо всём этом я расскажу позже.

Цзи Тун молчал почти полминуты.

— Когда?

— Позже.

— Сейчас нельзя?

— Мм.

— Точка.

Идиот Гу Линь.

Даже не смотрит, какой сегодня день.

Сказал бы пару приятных слов… глядишь, и он бы смягчился.

Гу Линь всё так же не отпускал его руку, их кости соприкасались, кожа прижималась к коже.

Цзи Туна всё ещё снедало глухое раздражение, застрявшее в груди ни выдохнуть, ни вдохнуть.

— Почему нельзя сейчас?

На этот раз Гу Линь ответил лишь спустя долгое время.

— Ты не захочешь этого знать.

— ……???

— Ты даже не говоришь, откуда тебе знать, хочу я или нет?

Цзи Тун вспыхнул от злости, но, резко обернувшись, увидел, что Гу Линь немигающе смотрит на него, а на дне его глаз залегла непроглядная тьма.

Чужая.

На его лице не было выражения, но эмоции казались такими тяжелыми, что Цзи Тун на мгновение даже лишился дарá речи.

Долгое время спустя.

Цзи Тун успокоился.

— Гу Линь, ты думаешь, у меня совсем нет характера?

Гнев Цзи Туна улетучился под этим взглядом Гу Линя, но пустые полгода висели между ними грузом, и делать вид, будто ничего не произошло, тоже было нельзя.

— Ладно, — тихо произнес Цзи Тун. — Раз уж ты сейчас не хочешь говорить, давай когда-нибудь потом, когда ты решишь рассказать, тогда мы и помир…

Цзи Тун хотел было сказать: тогда мы и помиримся, но подумал, что даже если они заговорят, это не обязательно приведет к примирению, и перефразировал: — Тогда в тот день и поговорим.

Цзи Тун подвел черту под разговором и стал ждать, пока Гу Линь подаст на апелляцию.

Он мысленно угадывал ответ Гу Линя.

С его-то упрямым характером он, скорее всего, ответит лаконичным «хорошо» или промолчит в знак согласия.

Но вместо этого он услышал:

— Давай сегодня не будем ссориться, можно?

Словно признавая слабость.

Словно вымаливая разрешение.

Мысли Цзи Туна оборвались.

Он так редко видел такого Гу Линя, что замер на несколько секунд, прежде чем его мозг снова начал работать.

Цзи Тун пошевелил пальцами и только тогда осознал, что его рука по-прежнему закована в чужой замок.

— Отпусти, — Цзи Тун попытался выкрутить запястье.

Он смущенно опустил голову, думая про себя, что до конца сегодняшнего дня остался всего час, так что можно засчитать это за доброе дело.

— Лень мне с тобой воевать, — проворчал Цзи Тун и, уставившись на асфальт, сменил тему: — Как мы возвращаемся?

Атмосфера наконец-то вернулась к мирному руслу.

— Ты ведь еще не говорил дома, что заболел? — спросил Гу Линь.

Цзи Тун промычал что-то в знак согласия, и в его голосе всё еще слышалась легкая гнусавость: — И ты не смей говорить.

Гу Линь: — Во сколько закрывается общежитие?

Цзи Тун: — В половине двенадцатого.

Получасовая дорога назад явно обещала быть в обрез.

Сначала спросил, предупредил ли он семью, а теперь интересуется комендантским часом.

Цзи Тун уже догадывался, что Гу Линь скажет дальше.

И точно, Гу Линь вызвал машину через приложение на телефоне и тут же произнес: — На комендантский час мы уже не успеем, так что сегодня давай сначала вернемся…

Цзи Тун: «Так и знал».

Хотя он и пообещал сегодня не злиться, до примирения было еще очень далеко.

Цзи Тун отвернулся.

— И не подумаю я идти к тебе, — бросил он.

— Хайюань, — произнес Гу Линь.

Они заговорили одновременно.

Цзи Тун: — ……?

Цзи Тун: — ??

Цзи Тун: — !!？？？

Хайюань — район, где располагалась вилла семьи Цзи.

За те две минуты молчаливого противостояния, что последовали за этим, вызванное Гу Линем такси уже прибыло.

Цзи Тун не знал, что означали эти две минуты молчания со стороны Гу Линя.

Но он отлично понимал, что означали его собственные две минуты молчания.

Первые 30 секунд отводились на то, чтобы прийти в себя.

Вторые 30 секунд давались Гу Линю на экстренное урегулирование кризиса — чтобы забрать свои неуместные слова обратно.

С 30-й по 60-ю секунду второй минуты — на то, чтобы Гу Линь принес извинения.

Но Гу Линь не стал устраивать антикризисный маневр и извиняться тоже не стал.

Цзи Тун услышал лишь тихий вздох.

Очень тихий.

Следом его запястье снова перехватили — так, будто Гу Линь опасался, что сцена с побегом повторится, и заранее пресекал любые возможности, разве что на этот раз он ослабил хваток.

Он на мгновение прикрыл глаза.

— В доме не убрано, пока не могу привезти тебя туда.

Отговорка.

Разве Цзи Тун не мог этого понять?

Гу Линь патологический чистюля, а его материальные запросы до смешного низки. В отличие от Цзи Туна, исповедующего принцип «больше значит лучше» и стремящегося к тому, чтобы весь мир был залит насыщенными фильтрами, Гу Линь был минималистом. Даже крошечное пространство школьного общежития он умудрялся превращать в образец порядка. Заставить Цзи Туна поверить в бред про «в доме не убрано» было всё равно что заставить его поверить, будто Гу Линь — это Цинь Шихуан.

Кулаки Цзи Туна сжались.

Он уставился вниз, в упор глядя на собственную руку в чужом плену.

Мало того что не пускает на порог, так еще и лапает.

Как раз в тот момент, когда Цзи Тун собрался врезать ему, водитель, уставший ждать пассажиров, опустил стекло: — Вам помочь?

Не злиться.

Они же договорились сегодня не злиться.

Цзи Тун с силой впился ногтями в подушечки пальцев, вырвал руку из хватки Гу Линя и, отвернувшись, полез в машину.

Гу Линь молча постоял на месте с пару секунд, прежде чем тоже сесть в салон.

Водитель, похоже, почувствовал неладное и воздержался от разговоров.

Машина плавно тронулась с места.

В салоне клубилось всевозможное раздражение, напоминая герметично закрытую скороварку.

Гу Линь с легким вздохом потер переносицу: — Позвони домой…

— Шеф, скиньте мне код для оплаты по телефону, — перебил Гу Линя Цзи Тун.

Водитель удивленно хмыкнул — «а?» — и включил телефон.

Цзи Тун тут же перевел двести юаней.

— В Хайюань не поедем, в Апартаменты «Полуостров». И остановите у Аньского университета, когда будем проезжать.

— А? — водитель откровенно растерялся. — Тогда заказ…

— Отмените, разницу я покрою, — бросил Цзи Тун и прямолинейно перевел еще сотню.

Водитель: — ……

Заказ в Хайюань очевидно оформлял другой пассажир, так что водителю оставалось лишь бросать косые взгляды в зеркало заднего вида на заднее сиденье, где один из пассажиров молча сидел в тени.

В салоне наконец раздался голос навигатора, возвещающий о смене пункта назначения и маршрута.

Цзи Тун чувствовал, что еще чуть-чуть — и он взорвется, поэтому поднял руку, намереваясь опустить стекло.

Стоило его пальцам коснуться кнопки стеклоподъемника…

— Не дуй на ветру.

Цзи Тун: — ……

Ему нужно контролировать абсолютно всё.

И при этом пускать на порог он не собирается.

Стоило вспомнить тон, с которым Гу Линь произнес своё «давай сегодня не будем ссориться, можно?», как Цзи Туна снова начинало трясти от раздражения, и он перестал на него смотреть.

— Шеф, включите радио.

Если он услышит голос этого человека еще хоть раз, то всерьез захочет выпрыгнуть на ходу.

— Новостную волну можно? — водитель, тоже чувствовавший тяжелую атмосферу в машине, поспешно предложил вариант.

— Угу.

Водитель тут же щелкнул кнопкой на магнитоле:

— А у вас было такое, что чувства постепенно угасали?

Цзи Тун: — ……

Зазвучал приятный голос ночной радиоведущей.

— Если вы заметили у себя следующие семь признаков, это значит, что ваши отношения остывают. Признак первый: общение между партнерами заметно сокращается…

Цзи Тун скривил губы в подобии улыбки.

— Шеф, смените волну, пожалуйста.

— Понял.

Водитель переключил частоту:

— А теперь письмо от слушательницы: пятый месяц после резкого расставания. Сегодня я заболела, и когда собиралась в больницу, вспомнила о нем…

Водитель снова переключил.

Салон заполнила веселая мелодия.

Слава богу, музыкальная волна, водитель уже было расслабился —

— А сейчас мы рады представить вам кавер на классическую песню на миннаньском диалекте: «Обманщик любви, я спрашиваю тебя».

Выключить.

Цзи Тун выбился из сил.

На ночных радиостанциях крутился один и тот же набор сердечных тем, и в конце концов водитель переключился на какую-то музыкальную радиостанцию.

Цзи Тун то и дело бросал взгляды на экран телефона.

Ему казалось, что прошло уже целая вечность, но, опустив голову, он обнаружил, что минуло всего три минуты.

11:56.

11:57…

По стеклу забарабанили капли, снаружи непонятно когда начался дождь.

Шум дождя смешивался с мелодией из радиоприемника — это была популярная, до боли знакомая песня о любви.

Мягкий женский вокал выводил строчки: от «ты не говорил, что тоже бываешь слаб и нуждаешься в моей опоре» до «я клянусь больше не лгать, ведь чем сильнее люблю, тем крепче обнимаю».

Прямо как в грустных плейлистах, подумал Цзи Тун.

11:58.

Цзи Тун смирился, с каменным лицом разблокировал телефон и зашел в чат с тем самым контактом.

Вжик.

Вжик.

Два вибросигнала подряд раздались из кармана Гу Линя.

Гу Линь даже не шелохнулся.

Цзи Тун подождал пару секунд, но периферическим зрением не заметил никаких признаков того, что тот собирается проверить телефон.

Если не посмотреть сейчас, наступит полночь.

— Посмотри телефон, — Цзи Тун по-прежнему смотрел в окно, но толкнул Гу Линя локте.

Гу Линь запоздало сообразил, от кого могли прийти эти два сообщения, опустил голову и разблокировал экран.

[Точно говорят, вслушивайся: 1]

[Точно говорят, вслушивайся: [Перевод 910.0 юаней]]

Там не было поздравления с днем рождения, но оба сообщения кричали: «С днем рождения».

http://bllate.org/book/34757/4290781