Джерас холодно усмехнулся:
— Лорд Биджефи восстанавливается прекрасно, по крайней мере, куда лучше некоего субъекта.
Придерживаясь принципа «с глаз долой — из сердца вон», Джерас положил искусственный успокоин самцов-трутней в морозильную камеру и сказал Кайри:
— Если с ним что-то будет не так, вколи ему дозу в шею.
Уже у дверей Джерас вдруг обернулся и добавил:
— Можешь размяться в тренировочном зале медицинского центра, но пределы центра не покидай.
Кайри кивнул:
— Хорошо.
Раздался звук хлопнувшей двери — это Джерас затворил её за собой.
Кайри бросил взгляд на успокоин в морозильной камере, а затем перевёл его на Ланлода.
В прошлой жизни Кайри ещё никогда не доводилось контактировать столь близко с легендарной Звездой Империи. Он никак не ожидал, что высочество Ланлод, выглядящий столь надменно и холодно, окажется до такой степени, хм, своенравным?
Нет, не своенравным, — взгляд Кайри помягчел.
Скорее... мягким.
Поднявшись на ноги, Кайри подошёл к Ланлоду и мягко произнёс:
— Командир, спасибо вам.
Взгляд Ланлода дрогнул, он опустил глаза и ответил:
— Не за что благодарить, я просто делал то, что должен.
Кайри покачал головой:
— Вы вполне могли меня не спасать.
Если приоритетная защита самцов-трутней и являлась негласным правилом для военных инсектоидов, то от него, инсектоида ранка C, Ланлод вполне мог бы просто отказаться.
— Вы — гражданин Империи, и я обязан вас защищать. — Холодный голос Ланлода звучал подобно стуку ледника и журчанию ручья.
Кайри улыбнулся и ничего не ответил.
Теперь он наконец-то понял, почему у Ланлода было столько преданных сторонников: это высочество, обладающее сильнейшим рангом 5S, действительно того стоило.
— Сегодня твоя задача — заучить правила Имперского военного училища, — произнёс Ланлод.
Кайри понял замысел Ланлода. Подняв взгляд, он искренне ответил:
— Я их уже выучил и прекрасно усвоил, что защита самцов-трутней — первое правило Имперского военного училища.
Ланлод встретился с серьёзным взглядом Кайри и слегка кивнул.
И именно в этот момент Ланлод впервые по-настоящему разглядел стоящего перед ним молодого инсектоида.
У Кайри были редкие чёрные волосы и чёрные глаза; его угольно-чёрные зрачки казались тихими и безмятежными, словно звёздное небо, стоило лишь заглянуть в них, и вырваться обратно становилось невероятно трудно.
На мгновение Ланлод вспомнил содержимое доноса. В письме говорилось, будто Билети, очарованный внешностью Кайри, помог тому сфальсифицировать результаты и поступить в училище.
Молча глядя на Кайри, Ланлод был вынужден признать, что этот инсектоид и впрямь невероятно хорош собой: утончённая внешность сочеталась в нём с мягкостью, а мягкость — с некоторой пленительной дерзостью, отчего не замечать его было просто невозможно.
Ночь.
Кайри лежал на больничной койке для сопровождающих, глядя сквозь окно на ночное небо.
Цапли Млечного Пути плыли по выси, напоминая ему о той звёздной ночи, которую он видел давным-давно, ещё до того, как перенёсся в мир инсектоидов.
Погружённый в воспоминания о прошлой жизни, Кайри вдруг услышал приглушённый стон.
Его мысли мгновенно вернулись в реальность, и он резко сел на постели.
В лунном свете Кайри посмотрел в сторону Ланлода: лоб серебристоволосого военного инсектоида был сплошь покрыт холодным потом, а на щеках сквозь мертвенную бледность проступал неестественный румянец.
Кайри поспешно вскочил и бросился к нему.
— Командир?
Глаза Ланлода были крепко зажмурены, меж бровей залегла складка от сильнейшей боли.
Невыносимое мучение, исторгаемое Духовной Сферой, заставляло зубы Ланлода стучать. Он до крови закусил губу, пытаясь хоть немного унять жуткую колющую боль, идущую прямо из Моря духа.
— Командир, не надо так сильно кусать! — заметил Кайри, увидев, что Ланлод до крови прокусил себе губу.
Алая кровь тонкой струйкой стекала по уголку рта на белоснежную одежду.
Инстинктивно протянув руку и схватив Ланлода за локоть, Кайри ощутил пробирающий до костей леденящий холод.
Температура тела серебристоволосого инсектоида всегда была необычайно низкой, словно он сам только что сошёл с ледяной горы.
— Ваше высочество, откройте рот, — ласково попросил Кайри.
Он прикоснулся пальцами к подбородку Ланлода, пытаясь заставить его перестать сжимать челюсти.
Ланлод, казалось, услышал голос Кайри: его челюсти немного разжались, а брови постепенно разгладились.
Но даже несмотря на это, Кайри видел, какие страшные муки терзают сейчас Ланлода.
Кожа серебристоволосого инсектоида дрожала, а обильный холодный пот намертво приклеил мягкие серебристые пряди к его щекам.
Кайри и представить себе не мог, что боль от расстройства духовного домена может быть настолько невыносимой.
Хотя Кайри сам был инсектоидом, ему ещё ни разу не доводилось сталкиваться с расстройством духовного домена.
Сорвавшись с места, Кайри подбежал к морозильной камере и достал оттуда успокоин самцов-трутней.
Бледно-голубая жидкость медленно переливалась внутри ампулы, постепенно темнея.
— Командир, потерпите ещё чуть-чуть, сейчас всё пройдёт! — Кайри стремительно вернулся к постели Ланлода.
Однако он заметил, что кончики пальцев серебристоволосого инсектоида от боли стали совершенно синевато-серыми.
Сердце у Кайри ёкнуло. Быстро откинув растрёпанные пряди с шеи Ланлода, он уже собрался ввести успокоин, как вдруг Ланлод судорожно дёргнулся и чудом избежал укола.
Кайри мгновенно сменил план: он уложил голову Ланлода себе на плечо, прижав его затылок к своей шее, одной рукой зафиксировал тело военного инсектоида, а другой точно и стремительно вогнал иглу с успокоином в его шею.
Стоило лекарству влиться в тело Ланлода, как его крупная дрожь пошла на убыль, и он немного успокоился.
Не смея пошевелиться в этом положении, Кайри прождал неизвестно сколько времени, пока дыхание Ланлода не стало более ровным.
— Командир? — негромко позвал Кайри.
— ...М-м. — Дыхание Ланлода коснулось уха Кайри, отчего тому стало щекотно.
Не зная, можно ли шевелиться, Кайри продолжал застывшую позу.
Подбородок Ланлода покоился на его плече, и каждый вдох легонько колыхал пряди волос Кайри.
Разум подсказывал Ланлоду, что нужно сесть, но предельная усталость и остаточная боль лишали тело всякой возможности двигаться.
Хотя искусственный успокоин был введён, в конце концов, это был не настоящий феромон самца-трутня, а значит, он мог лишь слегка притупить боль.
Слегка прикрыв глаза, Ланлод чувствовал, как тепло тела Кайри словно облегчает его страдания.
Обычно температура тела инсектоидов была пониженной, но Ланлоду казалось, что Кайри излучает удивительное тепло — не просто тепло, а какую-то успокаивающую нежность.
— Командир...
Кайри не смел шевельнуться, но шестое чувство подсказывало ему, что Ланлоду всё ещё очень плохо.
Вспомнив слова Джераса о том, что искусственный успокоин лишь временно притупляет боль, а для истинного успокоения необходим подлинный феромон самца-трутня, Кайри крепко сжал губы. Разделив чужие муки, он медленно поднял руку и принялся похлопывать Ланлода по спине, уговаривая его ласковым тоном:
— Ваше высочество, просто расслабьтесь, всё скоро пройдёт.
Мягко поглаживая худую спину Ланлода, Кайри старался утешить его и помочь расслабиться.
— Ты что, ребёнка уговариваешь? Я тебе не малый личинка, — донёсся до него холодный, иссякающий голос, от которого Кайри невольно сбился с толку и тихонько усмехнулся.
— Командир, вам нужно лишь расслабиться.
Спустя какое-то время Кайри почувствовал, что дыхание у его уха стало совсем ровным и спокойным.
Осторожно приподняв плечо Ланлода, он бережно поддержал его голову и аккуратно уложил на подушку.
Склонив голову, он посмотрел на погружённого в сон серебристоволосого инсектоида. Его щеки всё ещё были влажными от холодного пота, и Кайри, протянув руку, взял со столика салфетку.
Мягко и бережно вытерев лоб Ланлода, Кайри постарался сделать так, чтобы тому спалось как можно удобнее.
Глаза Ланлода были крепко закрыты, он словно провалился в глубокий сон. Пытаясь очнуться, он смог лишь на миг приоткрыть веки.
Какая дерзость...
подумал Ланлод. Ещё никто и никогда не осмеливался подходить к нему так близко.
Ощущая нежные касания к своей коже, Ланлод больше не смог сопротивляться и погрузился в тяжёлый, глухой сон.
Кайри поднялся, окинул Ланлода взглядом, поправил на нём одеяло и осторожно устроился на стуле для сопровождающих.
Он не смел издать ни звука — Ланлод с таким трудом заснул, и Кайри боялся его разбудить.
От нечего делать Кайри при свете луны рассматривал идеальное до предела лицо Ланлода, монотонно считая его длинные ресцы.
В лунном свете серебристые кончики волос Ланлода казались окутанными лёгким сиянием, мягко ложась на его лоб.
Завороженно глядя на Ланлода, Кайри никак не мог взять в толк, как у этого генерал-майора, истинного бога войны Империи, могла быть столь уязвимая сторона.
Выходит, расстройство духовного домена у инсектоидов и правда пугающе ужасно и невыносимо.
В этот момент Кайри порадовался тому, что сам он — всего лишь инсектоид ранга C. Наверное, именно благодаря своему низкому рангу он и избежал подобных расстройств духовного домена.
Раннее утро.
Мягкие лучи солнца пробивались сквозь приоткрытую створку окна.
Ланлод медленно открыл глаза, выходя из тяжёлого сна. Бросив беглый взгляд налево, он замер.
Молодой инсектоид на стуле для сопровождающих подпёр щёку рукой и спал мёртвым сном; под его угольно-чёрными ресницами залегли тёмные тени — было очевидно, что он провёл без сна всю ночь.
Ланлод молча понаблюдал за Кайри пару мгновений, а затем попытался подняться, намереваясь перенести того на кровать.
Резкая боль заставила его судорожно втянуть воздух, а спазм в сердце сковал тело так, что он почти не мог пошевелиться.
Выровняв дыхание, Ланлод прекратил попытки встать.
Скосив глаза на мирно спящего черноволосого инсектоида, он издал ни звука.
В воздухе витал легкий аромат мыла. Ланлод вспомнил события минувшей ночи.
Тело молодого инсектоида излучало комфортное, уютное тепло, а от его тёмных прядей исходил слабый мыльный запах — ненавязчивый, но почему-то невероятно успокаивающий.
Дверь с тихим звоном отворилась.
Ланлод поднял взгляд, намереваясь попросить вошедшего вести себя тише, но к своему удивлению увидел Хику — самца-трутня ранга S Империи.
— Ваше высочество! Вы в порядке?! — громко воскликнул Хика.
Ланлод резко повернул голову в сторону Кайри и увидел, как затрепетали длинные ресницы юноши, после чего тот устало потёр глаза.
Глава 10
— Ваше высочество, ваши раны тяжелы? — Хика подскочил к Ланлоду, в то время как стоявший в дверях Джерас покачал головой, давая понять, что удержать Хику было просто невозможно.
Ланлод опустил взгляд:
— Я в порядке.
http://bllate.org/book/34741/4288903
Готово:
