Готовый перевод The Stubborn Egg / Любовь ценой в жизнь: Горький финал: Глава 6

— Не вижу здесь многих людей из семьи Чжу, — Ань Юйцзянь огляделся по сторонам. — А где твой дед?

— Разве ты не знаешь? — Чжу Бе пригубил Рислинг. — Дед в больнице, прислал только людей, чтобы передать поздравления.

Ань Юйцзянь слегка удивился, но злиться не стал, лишь сухо отозвался:

— Я не обязан быть в курсе таких вещей.

— Ну да. Там всё больше родня со стороны невесты, от семьи Чжу пришло немного людей, поэтому твое присутствие здесь тем более необходимо, — Чжу Бе поставил бокал на стол.

Ань Юйцзянь не хотел в очередной раз напоминать о связывающих их троих отношениях, он лишь чувствовал глухое раздражение. В горле пересохло, а вспомнив, что сигареты остались в машине Чжу Бе, он окончательно помрачнел.

— Не ищи, тебе пора бросать эту гадость.

— Не тебе решать, — бросил Ань Юйцзянь и зашагал прочь.

— Куда ты? В любом случае, ты обязан показаться, — Чжу Бе быстро нагнал его, преградив путь.

— В уборную. Или ты и туда за мной увяжешься? Проваливай, — у Ань Юйцзяня был такой характер: если бы Чжу Бе не приходился ему родным братом, он бы уже давно вколотил его в землю.

Чжу Бе усмехнулся и отступил в сторону, провожая взглядом разъяренного Ань Юйцзяня, и не преминул бросить напоследок:

— Я подожду тебя здесь, только не вздумай там поселиться.

Ань Юйцзянь не обернулся, лишь показал средний палец.

В отличие от шума снаружи, в уборной царила тишина. Ань Юйцзянь открутил металлический кран, набрал в ладони воды и плеснул себе в лицо. Он не мог избавиться от грызущего его чувства неприязни, как не мог, подобно Чжу Бе, искренне поздравить новобрачных, но и сбежать он тоже был не в силах.

Он посмотрел на свое отражение: темные круги под глазами еще не сошли, а пластырь на ранке потерял липкость и загнулся с одного края. Ань Юйцзянь попытался прижать его, но край снова отклеился.

— Черт возьми! — выругался он.

Точно так же, как и с этой раной на лице, Ань Юйцзянь не мог просто закрыть глаза на происходящее. В прошлой жизни его так же использовали, топтали и игнорировали — он был не в состоянии сделать вид, что ничего не случилось.

И надо же было ему переродиться за день до этой свадьбы, когда он уже состоял в тайной связи с Чжу Цинсяо. Что он мог сделать? Что мог изменить?

— Тук-тук-тук. — Дверь, которую он запер изнутри, сотрясли удары. — Ань Юйцзянь? Ань Юйцзянь?

Ань Юйцзянь вытянул две салфетки и вытер капли воды с лица. За дверью Чжу Бе продолжал стучать.

Бросив салфетки в урну, Ань Юйцзянь открыл дверь.

— Чего ты так нервничаешь?

— Я уж подумал, ты там провалился. Журналисты уже вошли, поторопись.

Ань Юйцзянь не сдвинулся с места. Чжу Бе, решив, что тот снова капризничает, силой потащил его за собой:

— Хорошо-хорошо, не хочешь фотографироваться — я потом скажу пару слов, но ты хотя бы обязан там появиться. После сегодняшнего дня вы будете видеться еще реже: Цинсяо нужно заботиться о семье, да и дедушка мечтает поскорее понянчить правнуков.

— Ха, — горько усмехнулся Ань Юйцзянь.

— Чему ты смеешься?

— Так даже лучше.

Миновав барельефную галерею, Чжу Бе вывел Ань Юйцзяня на лужайку. Тот опустил голову: белый ворсистый ковер, ведущий к алтарю, и декорации из нежно-розовых дамасских роз и гипсофил резали глаза. Он изо всех сил пытался справиться с эмоциями, но сцена из прошлого, когда Чжу Цинсяо заслонил собой Сюэ Жун, никак не шла из головы. Однако голоса становились все громче, и, когда они оказались совсем рядом, Ань Юйцзянь понял, что должен встретить это лицом к лицу.

— Сяо Бе, А Цзянь, вы пришли? — Вэй Сюэжун, взяв под руку Чжу Цинсяо, улыбнулась им обоим. Она была в свадебном платье, сшитом специально для нее брендом Vera Wang. Ань Юйцзянь остро уловил дрожь в ее голосе.

— Брат Цинсяо, невестка. Мы с братом А Цзянем поздравляем вас с бракосочетанием.

Теперь Ань Юйцзянь уже не мог делать вид, что не замечает их. Он поднял голову — улыбка Вэй Сюэжун на мгновение стала натянутой. Что касается Чжу Цинсяо, то он сохранял привычное равнодушие, словно ему было совершенно неважно, кто перед ним стоит — будто Ань Юйцзянь был просто случайным прохожим, забревшим в отель поглазеть на чужое торжество.

Ань Юйцзянь усмехнулся: надо же быть таким жалким, чтобы до сих пор переживать из-за тех позорных событий прошлой жизни.

— С днем свадьбы, Чжу Цинсяо! — он прямо посмотрел в глаза Чжу Цинсяо, в которых застыла мертвая гладь воды, а затем перевел взгляд на Вэй Сюэжун. — Сестра Сюэ Жун, желаю вам прожить вместе сто лет!

— Спасибо, — вежливо ответила Вэй Сюэжун. Необычное поведение Ань Юйцзяня озадачило Чжу Бе; опасаясь, что брат выкинет какой-нибудь фортель, он поспешно поднял бокал: — Я тоже поздравляю вас двоих.

— Мы же одна семья, — Вэй Сюэжун тоже подняла свой бокал. Но Ань Юйцзянь остался неподвижен, как и Чжу Цинсяо, чей взгляд был прикован к Ань Юйцзяню, притягивая внимание остальных.

— Я не буду пить, — Ань Юйцзянь хотел было огрызнуться, но под пристальным взглядом Чжу Цинсяо у него по спине побежали мурашки.

— Лицо, — Чжу Цинсяо не отвел взгляда; тон был холодным, совсем не заботливым.

Ань Юйцзянь понял, что тот лишь заметил пластырь, и с облегчением выдохнул:

— Порезался при бритье.

Атмосфера стала неловкой. Ань Юйцзянь скрестил руки на груди, раздражение от немигающего взгляда Чжу Цинсяо нарастало, он больше не мог этого выносить и хотел уйти.

— А Цзянь, — внезапно окликнула его Вэй Сюэжун. Ань Юйцзянь остановился и, обернувшись, увидел ее смущенное лицо. — Ты ничего не забыл?

Забыл? Что он мог забыть?

Вспышка воспоминаний ударила по нему с такой силой, что зрачки мгновенно расширились.

Он забыл не просто мелочь. Он вспомнил, что в прошлой жизни не только угрожал Чжу Цинсяо, но и заявился к ним домой, чтобы на глазах у Вэй Сюэжун потребовать расторжения помолвки.

Что же он натворил?

Ань Юйцзянь заставил себя сохранять спокойствие и под удивленным взглядом Чжу Бе взял со стола бокал для шампанского с красным бантом. На его лице появилась улыбка:

— Как я мог забыть? Поздравляю вас.

Ань Юйцзянь первым поднял бокал. Вэй Сюэжун украдкой взглянула на Чжу Цинсяо, застывшего, словно изваяние. Чжу Цинсяо на мгновение опустил глаза, но тут же вновь уставился на бокал в руке Ань Юйцзяня, в конце концов остановив взгляд на характерном шестиугольном красном банте на стекле Baccarat.

http://bllate.org/book/34701/4283773