В пору весны и лета рассветы наступают всегда очень рано. Ши Цинцю считала, что и так встала ни свет ни заря ради съёмок, но, сидя за маленьким столиком у окна в пол и завтракая тем, что принес официант, всё же подумала, что в осенне-зимний период работы кажется гораздо меньше.
Особенно зимой, когда солнце всходит поздно, из-за чего возникает обманчивое ощущение, будто летние дни тянутся бесконечно долго.
До отъезда на съёмочную площадку оставалось ещё немного времени, и Ши Цинцю, попивая молоко, взяла пульт и принялась переключать каналы на настенном телевизоре. Она остановилась на повторе реалити-шоу Внутри и вне игры.
Это шоу сейчас было одним из самых популярных в стране, главным образом потому, что приглашали туда множество звёзд — актёров, имеющих немалое влияние как в Китае, так и за рубежом. К тому же продюсеры обладали поразительным чутьём: стоило кому-то из актёров выпустить новую работу или оказаться в центре шумного скандала, который долго не утихал, как с огромной долей вероятности этот человек вскоре появлялся в шоу.
Ши Цинцю отложила пульт, закинула ногу на ногу и, максимально расслабившись, откинулась на спинку стула. Одной рукой она держала стакан с молоком, а пальцами другой легко постукивала по колену.
Съёмки второго эпизода сезона Внутри и вне игры подходили к концу, и скоро должна была настать её очередь — не так давно Пань Цзявэнь уже предупредила её об этом.
Ши Цинцю слегка прищурилась, потянулась за телефоном, включила экран и, взглянув на дату, немного помедлив, набрала номер Вэнь Цинхань и приложила трубку к уху.
На этот раз ответили быстро. На том конце было тихо, и Ши Цинцю с лёгкой улыбкой произнесла:
— Старший адвокат Вэнь, доброе утро.
Послышался тихий звук того, как документы легли на стол, и Вэнь Цинхань отозвалась:
— Звёздная актриса Ши, доброе утро.
Ши Цинцю приложила руку ко лбу. Вэнь Цинхань совершенно не умела шутить. Если произнести такое приветствие с весёлой интонацией, это легко могло бы перерасти в интересный разговор, но Вэнь Цинхань была из тех людей, после чьих слов просто не знаешь, что ответить дальше.
Ши Цинцю даже начала сомневаться: как такая холодная Вэнь Цинхань вообще смогла в тот день предложить ей пожениться? Впрочем, если подумать, манера общения у неё осталась прежней.
Как бы то ни было, Ши Цинцю привыкла. Не раздумывая, она сделала глоток молока и решила подшутить над собеседницей:
— Цинхань, ты хоть понимаешь, что в твоих словах ни капли жизни? Я даже начала сомневаться, ешь ли ты и пьёшь ли как обычный человек.
Она помолчала, подбирая более удачное выражение:
— Если коротко, ты кажешься оторванной от мира сего.
Раньше, когда они обедали вместе, Вэнь Цинхань всегда вела себя сдержанно и неторопливо. На неё было приятно смотреть, но Ши Цинцю всё не оставляла мысль: неужели у Вэнь Цинхань никогда не бывает бурных эмоций?
— Тогда тебе стоит радоваться, — быстро подхватила Вэнь Цинхань.
Когда Ши Цинцю приподняла бровь, ожидая продолжения, та спокойно добавила:
— Ты вышла замуж за небожителя, оторванного от земных забот. Ты сорвала куш.
Ши Цинцю усмехнулась, не в силах скрыть улыбку. Звук её смеха отчётливо донёсся до Вэнь Цинхань, заставив ту прервать работу и беззвучно улыбнуться в ответ.
— И кто дал тебе уверенность называть себя небожителем? Раньше я за тобой такой самовлюблённости не замечала, — смеясь, говорила Ши Цинцю. Она настолько расслабилась, что стакан в руке чуть не выскользнул, и ей пришлось поставить его на стеклянный стол.
Раньше их беседы всегда состояли из сухих вопросов и ответов, но сейчас, видя, как Вэнь Цинхань с таким серьёзным видом отпускает шутки, Ши Цинцю находила это крайне забавным. Если бы не неизменно ровный тон Вэнь Цинхань, она бы решила, что в её оболочке поселилась другая душа.
— Разве не ты сама это сказала? — Вэнь Цинхань откинулась на кожаное кресло, и выражение её лица заметно смягчилось.
— Но я не говорила, что ты небожитель. А вдруг ты призрак, чуждый всему земному? — Ши Цинцю лукаво улыбнулась. Если бы им удавалось так перебрасываться колкостями, было бы совсем неплохо.
Вэнь Цинхань медленно откинулась назад, и на её холодном, безупречном лице отразилось спокойствие.
— И этому можно радоваться. В конце концов, в нашем мире это большая редкость.
— Пожалуй, в этом что-то есть, — Ши Цинцю опустила взгляд и улыбнулась, внезапно осознав, что не знает, о чём ещё говорить.
Вэнь Цинхань прочистила горло и негромко спросила:
— Цинцю, ты сейчас пьешь молоко?
Она услышала тихий стук стекла, словно стакан поставили на стол.
— Да, у меня есть привычка пить молоко каждый день, — Ши Цинцю погладила пальцами края стакана. Улыбка сошла с её лица, и, глядя на своё отражение в стекле, она словно устремила взгляд куда-то вдаль.
Привычка пить молоко появилась у неё с детства. Изначально это было нечто самое обыденное, но, когда рядом была Ци Юэ, эта привычка стала ей особенно дорога.
Иногда они с Ци Юэ любыми способами искали возможность уединиться в общежитии. Узнав о её пристрастии к молоку, Ци Юэ по утрам или перед сном заботливо готовила для неё стакан тёплого молока.
Ши Цинцю до сих пор помнила, как впервые увидела нежную улыбку Ци Юэ, когда та протянула ей напиток. Она сделала маленький глоток, и на её губах остался белый ободок.
Она смущённо улыбнулась, а Ци Юэ, не обращая внимания на то, что Ши Цинцю не могла пошевелиться, держа в руках стакан, склонилась над ней на кровати, скрытой за задёрнутыми шторами, и поцеловала её в губы. Она слизнула молоко, оставшееся на её губах, а затем принялась настойчиво ласкать её рот, всё ещё хранящий привкус молока.
— Я знаю.
Голос Вэнь Цинхань вернул Ши Цинцю в реальность. В глубине души Ши Цинцю промелькнула горькая усмешка: почему она вообще вспомнила о тех временах?
Наверное, из-за того, что не могла смириться. Она отдала Ци Юэ всё без остатка, подарив ей всю свою веру и мечты в пору первой влюблённости, но в итоге осталась ни с чем. Разве можно с этим смириться?
— Откуда ты знаешь? — Ши Цинцю взяла стакан и сделала ещё глоток. Теперь она уже умела пить так, чтобы молоко не касалось губ, всегда оставаясь безупречной.
Сердце Вэнь Цинхань дрогнуло. Она не стала отвечать прямо, лишь тихо произнесла:
— Просто знаю.
Ши Цинцю не успела спросить, что она имеет в виду, как в дверь постучали. Она сказала в телефон: «Я вешаю трубку, пора на площадку», завершила звонок и встала, чтобы открыть дверь. На пороге стояла Ян Сяо.Как только дверь открылась, Ян Сяо напомнила:
— Цинцю, пора на съёмочную площадку, сейчас самое время.
Ши Цинцю кивнула:
— Подожди меня минутку, я переобуюсь и спущусь.
В жизни Ши Цинцю за последние несколько лет почти всё подчинялось работе. Она уже и не помнила, сколько раз ей доводилось бросать трубку на полуслове, с кем бы она ни разговаривала. Но сегодня, вероятно, после телефонного разговора с Вэнь Цинхань, её голову заполнили воспоминания о том, как та выглядела в прошлые годы. Следом возник вопрос: откуда Вэнь Цинхань знает её повседневные привычки?
С этими мыслями она добралась до съёмочной площадки. На перекрёстке дежурили поклонники, поджидавшие актёров. Когда Ши Цинцю выходила из машины, со всех сторон доносились крики: «Богиня! Богиня!» Надев солнцезащитные очки и пару раз помахав рукой в знак приветствия, она быстрым шагом направилась прочь.
— Цинцю пришла?
— Ой, Цинцю!
— Старший адвокат Вэнь… тьфу, то есть госпожа Ши. В смысле, Цинцю, привет!
— Сяо Цинцю.
Стоило ей войти на площадку, как сотрудники тут же принялись её приветствовать с самыми лучезарными улыбками. Ши Цинцю улыбалась, кивая каждому в ответ, и прямиком направилась в гримёрку. Однако стоило ей отойти, как в глазах тех людей промелькнуло странное выражение, а некоторые даже зашептались между собой, переглядываясь.
В гримёрке главных героев сидел мужчина и копался в телефоне. Даже в сидячем положении было заметно его высокое крепкое телосложение, а профиль поражал своей мужественной красотой.
Услышав шум, мужчина поднял голову и с улыбкой поприветствовал её:
— Наша богиня Цинцю пожаловала! Заставила же беднягу ждать.
Пока Ян Сяо убирала сумочку Ши Цинцю, сама она нашла свободное место, села и попросила гримёра приступать к работе, после чего ответила:
— А Ван, хватит надо мной подшучивать, обращайся нормально.
Позволив гримёру колдовать над своими волосами, Ши Цинцю достала телефон и принялась проверять непрочитанные сообщения в WeChat и ленту друзей. Сидевший неподалёку Цинь Ван усмехнулся:
— Эй, Цинцю, тут же свои люди, к чему такая официальность?
Цинь Ван был исполнителем главной мужской роли в фильме, на съемках которого работала Ши Цинцю. Они сотрудничали уже не раз, да и в личной жизни неплохо ладили, так что вполне естественно сблизились. По сути, в общении с ним Ши Цинцю не нужно было поддерживать образ недоступной богини, так что ей было намного проще.
К слову о Цинь Ване: его статус в индустрии развлечений ни в чём не уступал позициям Ши Цинцю, а его актмическое мастерство было вполне на высоте. Их с Ши Цинцю давным-давно свели в парах фанаты обоих актёров. На самом деле Цинь Ван прямо говорил ей, что у него есть любимый человек, поэтому им не стоит отдаляться друг от друга из-за слухов, распускаемых поклонниками.
Пролистав ленту друзей, Ши Цинцю бросила телефон на туалетный столик и небрежно вздохнула:
— Надеюсь, сегодня не придётся делать слишком много дублей. Идеально было бы отсняться с первого раза — у меня жуткое желание поесть домашней еды.
Цинь Ван слегка приподнял голову от увлечения игрой. Хотя его глаза всё ещё смотрели в экран смартфона, голос звучал куда серьёзнее:
— Прежде чем мечтать об этом, тебе лучше заглянуть в Weibo. Хотя ничего страшного не произошло, это даже может послужить бесплатной рекламой для твоего выходящего фильма, но, думаю, тебе всё же стоит быть в курсе.
Его слова прозвучали двусмысленно. Брови Ши Цинцю тут же сошлись на переносице, она протянула руку за телефоном на столике и стремительно открыла Weibo. В ленте горячих тем красовалась следующая публикация: Лицо национальной богини Ши Цинцю на старых фото: её нынешняя красота — результат пластической операции? Сможете ли вы и дальше восхищаться столь фальшивой привлекательностью, взглянув на эти архивные снимки?
Ши Цинцю нажала на превью, чтобы рассмотреть фото поближе, и тут же рассмеялась:
— Ха, я впервые вижу эти фотографии. Наверное, даже мои родители о них не знают.
На прикреплённых снимках была вовсе не сама Ши Цинцю, а девушка, чья внешность отдаленно напоминала её собственную, но черты лица были далеко не такими утончёнными. Если не знать человека близко, в это и вправду можно было поверить.
Цинь Ван пожал плечами, явно привыкший к подобным интригам. Выйдя из игры, он сложил руки на столе и спросил:
— Ну и что ты собираешься делать? Правда восторжествует сама по себе? Или опубликуешь пост с опровержением?
В какой бы сфере ни шла речь, если представлены вещественные доказательства, дело выглядит решенным. Без столь же убедительных контраргументов какой толк от обычного поста в соцсетях? Он станет лишь крошечным камешком, брошенным в озеро и оставившим едва заметную рябь.
Подумав об этом, Ши Цинцю ответила:
— Ничего. У меня нет никаких доказательств того, что моё лицо не знало скальпеля, а та девушка на фото действительно очень на меня похожа. Если я сейчас выложу пост, недоброжелатели сочтут это лишь агонией загнанного зверя — толку от этого не будет никакого.
Цинь Ван уперся подбородком в ладонь, опираясь локтем о стол, и кивнул:
— Тогда пока терпи. Посмотрим, что планирует твой агент.
Ши Цинцю поджала губы и промолчала. Пань Цзявэнь до сих пор не связалась с ней, возможно, желая немного подогреть интерес с помощью этой новости, чтобы затем всё опровергнуть прямо перед премьерой фильма.
Она больше не стала ломать над этим голову. Закончив с макияжем и переодевшись в сценический костюм, она собралась выйти из гримёрки вместе с Цинь Ваном. Перед самым уходом она бросила взгляд на телефон — как раз в этот момент пришло уведомление от WeChat.
Нажав на экран, она увидела сообщение от Вэнь Цинхань. Та прислала фотографии их общей выпускной фотографии из начальной школы, а также снимки с выпускных средней и старшей школы. В самом конце шла сделанная кем-то из общих знакомых пара лет назад случайная фотография из университета, на которой задумчивая Ши Цинцю сидела за чтением книги.
Ниже красовалась лаконичная подпись:
— Держи, пользуйся.
Ши Цинцю тихонько усмехнулась, и в глубине её души зародилось странное, не поддающееся описанию чувство. Крепко сжав телефон в обеих руках, она на мгновение растерялась. Перед её глазами вдруг возник ледяной образ Вэнь Цинхань, которая мелкими шажками ходила по кабинету перед столом, выискивая выпускные альбомы, а затем наклонялась, чтобы аккуратно сфотографировать каждый снимок.
В груди Ши Цинцю всколыхнулась какая-то капризная, своенравная волна. Сохранив фотографии, она открыла Weibo, набросала короткую строку текста и прикрепила к ней те самые снимки. Нажав кнопку отправки, она швырнула телефон обратно на туалетный столик и легкой, непринужденной походкой вышла из комнаты.
В своем кабинете Вэнь Цинхань только что отложила в сторону папку с документами и потянулась за чашкой воды, как вдруг настроенный на вибрацию телефон тихонько звякнул, оповещая о новом посте в избранном от аккаунта, за которым следили в первую очередь.
[Ши Цинцю: Всегда найдутся вещи, о которых знаешь ты, и знаю я.]
http://bllate.org/book/34641/4274792
Готово:
