Лу Сянь был распределен в одну машину с Янь Юньхэном, Чэн Бинь — вместе с Чжао Исуном, а Юй Сяолинь — с Ли Сицином.
Лу Сянь не имел ничего против такого порядка вещей; ему было всё равно, с кем ехать, поскольку он еще не дошел до той стадии, когда не мог находиться в одном пространстве с другими людьми. Но вот Чэн Бинь и Чжао Исун — очевидно, дошли. Возможно, они и сами этого не осознавали: перед посадкой в машину всё было в порядке, а стоило выйти — и оба принялись делать вид, будто незнакомы, не желая даже стоять рядом во время съемок варьете. Из шестерых выстроившихся в ряд участников эти двое норовили встать по краям. Юй Сяолинь неизменно занимал центральную позицию, Ли Сицин неотступно следовал за ним, а Янь Юньхэн и Чжао Исун, стоило им заговорить побольше, непременно начинали препираться. И тогда Лу Сянь, проявив завидную проницательность, сам встал рядом с Чжао Исуном.
Стоило ему только приблизиться, как он отчетливо ощутил черную ауру, поднимающуюся над головой Чжао Исуна. Улыбка на лице Лу Сяня слегка застыла, и он бросил на него еще несколько косых взглядов. Чжао Исун и без того обладал суровой внешностью — густые брови, крупные глаза, — а когда хмурил брови, то и вовсе казался человеком, с которым лучше не связываться.
Лу Сяню еще никогда не доводилось видеть Чжао Исуна в таком состоянии, когда тот злится, но выплеснуть гнев не может. Он не удержался и посмотрел еще пару раз — и в результате оба этих взгляда заметил ведущий.
— Говорят, Исун отвечает за хореографию вашей команды. Хотелось бы спросить у Сяо Сяня: а строг ли Исун с вами в повседневной жизни?
Ох ты ж боже мой, пронеслось в голове у Лу Сяня, мысленно воздевшего руки к небесам.
Он прекрасно понимал излюбленные приемчики подобных шоу. Поболтать о буднях, об отношениях между участниками, об альбомах, укрепить созданные для них образы — вопрос, заданный ведущим, на самом деле был вполне стандартным. Лу Сянь даже догадывался: возможно, Сера Лин предварительно договорилась с ним, чтобы этот состав участников с сильным фандомовским подтекстом радовал зрителей большим количеством взаимодействий.
Но сейчас Чжао Исун сидел с мрачнее тучи лицом — сам бог знает почему. А вдруг он был недоволен из-за каких-то неурядиц с танцами и сорвался на Чэн Бине?
Внешне Лу Сянь сохранял невозмутимость, но внутри него уже раз сто прокрутился сценарий того, как Чжао Исун, услышав его ответ, в ярости вскакивает и разносит съемочную студию к чертям. Хотя прежде Чжао Исун ничего подобного не вытворял, Лу Сянь вовсе не сомневался, что этот братец вполне способен на такое.
Лу Сянь поднял микрофон, немного подумал и произнес:
— Братец Сун довольно строг со мной. Поскольку у меня нет танцевальной базы, запоминаю движения я медленно, поэтому вечно отстаю от остальных и могу подвести всю команду во время отработки синхронных танцев. Но Сун вовсе не зверствует надо мной — просто ему приходится тратить куда больше времени, чтобы проводить со мной дополнительные занятия.
С этими словами Лу Сянь украдкой бросил взгляд на сидевшего рядом Чжао Исуна и заметил, что тот вовсе не выглядит раздраженным; напротив, упоминание ведущего даже немного расслабило его, и хмурые брови разгладились. Лу Сянь перевел дыхание и продолжил:
— На самом деле, даже если бы Сун меня критиковал, я бы всё равно смирился, ведь мне и впрямь еще предстоит пройти огромный путь. Все мы шестеро — словно участники забега в мешках на троих, где стоит хоть кому-то сбиться с шага, как рухнут все шестеро. Мне кажется, братец Сун в нашей шестерке — тот самый человек, который задает ритм. Пусть он строг, но пока идешь следом за ним, ошибки точно не совершишь.
Какой же я мастер красноречия, подумал про себя Лу Сянь.
И его слова не были пустым звуком: он заметил, как в уголках губ Чжао Исуна мелькнула едва заметная улыбка, Се Лин за камерой одобрительно кивала, а ведущий и вовсе вовсю сиял. Редко когда встретишь молодого айдола, который так искусно вплетает дежурные фразы в искренние признания, и ведущий, не удержавшись, расспросил его еще немного.
— Ходят слухи, что Сяо Сянь недавно записал остов для «Цветения династии». Скажи, сильно ли запись остова отличается от вашей обычной работы над альбомами?
— Честно говоря, разница небольмая, всё сводится лишь к музыкальному стилю и распределению партий. Если уж говорить о трудностях, то запись остов утомляет чуть сильнее. Впрочем, сегодня мы здесь ради продвижения нашей новой пластинки, так что просим всех горячо поддержать наш третий мини-альбом!
— Отлично! Большое спасибо группе 1nfinity за то, что они сегодня с нами! И пожалуйста, поддержите новый альбом 1nfinity 19 апреля! Хорошие фрукты — это свежие фрукты, покупайте фрукты на платформе «Хаохаомай»! Огромное спасибо платформе «Хаохаомай» за мощную поддержку нашей программы...
Съемки подошли к концу, за кулисами.
Соня Лин собрала всю шестерку на совещание, велела тщательно закрыть дверь гритерской и попросила сотрудников проследить, чтобы с участников сняли все микрофоны, после чего выпроводила их вон. Первые же слова Сони Лин были адресованы прямиком Чэн Биню и Чжао Исуну:
— Вы двое что себе позволяете? Решили выплескивать эмоции прямо на сцене? Опять хотите попасть в тренды с заголовками о том, что у вас испортились отношения?
— По-моему, они у них изначально были так себе.
— Янь Юньхэн, захлопни рот и не язви, я до тебя еще не добралась!
Яростный взгляд Сяо Лин полоснул по Янь Юньхэну, словно острый нож. Черт знает, какой компромат она на него имела, но стоило ей пригрозить, как он мгновенно растерял весь свой привычный бунтарский задор и тут же умолк.
— Давайте сегодня разберем всё прямо при всех, чтобы каждый из вас закрыл свои вопросы. Капитан и главный танцор, сколько лет вы уже практикуетесь вместе? Вам самим не стыдно так пререкаться?
Про себя Лу Сянь подумал: «Чем Сестра Лин отличается от моего классного руководителя? У них даже методы воспитания точь-в-точь одинаковые».
Юй Сяолинь хранил молчание. Возможно, он и понимал причину происходящего, но случившееся не имело к нему ни малейшего отношения, так что он предпочел занять позицию стороннего наблюдателя.
Если судить по близости знакомства, эти трое первыми пришли в компанию, первыми попали в состав 1nfinity, и их отношения по идее должны быть самыми тесными. Но именно потому, что они знали друг друга лучше всех и провели бок о бок столько времени, Юй Сяолинь понимал: излишняя осведомленность друг о друге вовсе не способствует крепкой дружбе.
Именно из-за того, что они слишком много знали, между Чэн Бинем и Чжао Исуном и назрел подобный конфликт.
Сегодня ни один из них не собирался раскрывать рот.
Как и предполагал Юй Сяолинь, оба лишь упрямо задрали подбородки и не проронили ни слова, не говоря уже о том, чтобы объяснять причины своей ссоры.
Не совладав с ними, Соня Лин лишь тяжело вздохнула и, сменив тему, переключилась на Юй Сяолиня.
— Раз уж сегодня все в сборе, и у меня выдалась свободная минута, давайте проведем небольшое совещание. Избавим себя от необходимости бронировать переговорную в компании и отвечать на глупые вопросы сотрудников.
Помассировав плечи, Соня Лин продолжила:
— Юй Сяолинь отлично проявил себя на Парижской неделе моды пару дней назад, попав в тренды поисковиков сразу в нескольких странах и продержавшись там несколько дней. Компания пока не заключила новых рекламных контрактов, но я слышала, что представители FLEXIBLE уже собираются с нами связаться, так что можешь не суетиться — просто подожди еще немного.
FLEXIBLE был брендом класса люкс с огромным весом в индустрии, и прежде его амбассадорами становились лишь те, кто находился на пике популярности. Лу Сянь думал о том, что всё дело в безупречной внешности его братца Линя — иначе с их нынешним статусом о контрактах с таким гигантом, как FLEXIBLE, не приходилось бы и мечтать.
Впрочем, со временем всё придет.
Пока он тут втайне предавался розовым мечтам о светлом будущем и вдохновлялся открывающимися перспективами, Соня Лин перешла к нему.
— ...И еще насчет Лу Сяня. Сегодня в семь вечера выходит в эфир «OTB». Я только что проверила: официальный аккаунт уже сделал репост, не забудь отметиться.
— О, хорошо, я прямо сейчас сделаю репост.
Он просто замотался в последнее время и начисто забыл об этом.
Воспользовавшись моментом, пока Соня Лин отчитывала Янь Юньхэна, Лу Сянь достал телефон — его собственный микроблог уже разрывался от уведомлений.
— Сяо Сянь, скорее делай репост! И ответь на мой комментарий!
Это Лю Чжоуи написал ему в личные сообщения. Ну надо же, этот братец воистину неисчерпаем на энергию, усмехнувшись, покачал головой Лу Сянь.
Открыв микроблог, он увидел, что официальный аккаунт «OTB» уже отметил его в публикации.
— Приглашенный вокалист — Лу Сянь. Разве кто-нибудь в силах устоять перед обаянием золотистого ангелочка?
От подобного рекламного слогана Лу Сяня передернуло, но делать было нечего — пришлось стиснуть зубы и приняться за набор текста:
— А вот и Лу Сянь! Прошу любить и жаловать нашу парочку «Илу Фаньхуа»~
«Илу Фаньхуа» — так звучало неофициальное название дуэта Лу Сяня и Лю Чжоуи. Впрочем, стоило ли говорить «дуэт» — все уже давным-давно окрестили их парой.
— О божечки, младшенький — рассудительный белый котенок, а старшенький — жизнерадостный золотистый ретривер! «Илу Фаньхуа» реальны!
— И имена у них так здорово подходят друг другу! Объявляю «Илу Фаньхуа» лучшим шипперским наименованием 2022 года!
— От созерцания этих двух лиц рядом я просто на седьмом небе от счастья...
— Подождите-ка, но ведь учитель Лю Чжоуи старше Лу Сяня ровно на одиннадцать лет! Нашему Лу Лу в этом году исполнилось всего 21...
— Ну и что, ну и что? Даешь союз зрелого мужа и юной жены!
— С чего это вдруг жена юная? С каких пор Лу Сянь оказался в пассивной роли?
Видя, что комментарии уводят обсуждение в совершенно дикую сторону, Лу Сянь торопливо заблокировал экран.
Поглядывая на Янь Юньхэна, который всё еще пытался отстаивать свою правоту — хотя аргументы у него, как водится, хромали на обе ноги, — и на Соню Лин, чей взгляд говорил: «Да-да, конечно, рассказывай, я тебе всё равно не верю», Лу Сянь почувствовал, как в груди поднимается доселе неведомое предвкушение.
Сказав еще пару напутственных слов, Соня Лин махнула рукой, отпуская их, и на прощанье напомнила не забыть выложить совместное фото.
Янь Юньхэн предупредил Лу Сяня, что собирается встретиться с друзьями и задержится, поэтому Лу Сянь усадил в машину Чэн Биня, и они вместе покатили в общежитие. Шутки в сторону, если бы Чэн Бинь и Чжао Исун снова оказались в одной машине, Лу Сянь всерьез опасался бы за безопасность дорожного движения.
Устроившись на сиденье, он заметил, что Чэн Бинь уже задремал от усталости, закрыв глаза, а вот на душе у самого Лу Сяня всё еще жила тревога в преддверии выхода «OTB» в семь часов вечера. Глядя на проносящиеся за окном ночные улицы, он чувствовал, как его мысли тоже мчатся домой — ему не терпилось рухнуть на кровать и посмотреть этот выпуск с его участием, «Ode to battle».
http://bllate.org/book/34630/4273358
Готово:
