Готовый перевод The Salted Fish Top Was Forced to Submit / Пленник ледяного магната: Счастье ленивого альфы: Глава 5

Он приподнял брови, оглянулся на сидевшего человека, но тут же снова сдержал выражение лица.

Си Цзинци небрежно потушил сигарету.

Мужчина, казалось, не обратил на это внимания, посмотрел на лежащий перед ним контракт и перевернул несколько страниц.

Лоу Ихуа украдкой попытался угадать, как тот относится к Лоу Ханю, а затем опустил взгляд на собственные кожаные туфли. В просторной гостиной семьи Ло подчиненный этого человека по-прежнему стоял в стороне, погруженный в себя еще сильнее него самого.

Спустя мгновение до него донесся беспечный голос:

— Как по-твоему, уместно ли одалживать тебе эти деньги?

Только тогда Лоу Ихуа изо всех сил попытался изобразить на лице улыбку и поднял глаза. В кресле сидел мужчина, чья внешность ничуть не уступала его собственному высокому положению. Казалось, временно отбросив только что произошедшие события, мужчина ни капли не растревожился.

Двадцати шести лет, с волосами примерно до плеч, одетый в аккуратный черный костюм, он сидел в расслабленной позе. Черный цвет одежды подчеркивал его высокую и стройную фигуру. Он слегка склонил голову, являя миру черты своего превосходного лица. Острый изгиб тонких губ и черные, как смоль, глаза создавали ощущение, будто перед ним затаился хладнокровный волк.

На нем почти не было никаких украшений, кроме простого кольца на пальце.

— Хотя это и противоречит правилам, я всегда сам принимал решения в этой компании, и у старика не возникнет никаких возражений, так что насчет этого племянника ты можешь не беспокоиться, — усердно расписывал Лоу Ихуа те гарантии, которые сможет предоставить в будущем, если тот инвестирует в его дело.

Но по мере рассказа Лоу Ихуа почувствовал, что выдыхается. Он-то думал, что это взаимная разведка боем, но собеседник явно не воспринимал все это всерьез!

Еще раньше Лоу Ихуа по особым каналам раздобыл его номер телефона и рассказал кое-что о предыстории своей компании. Так что нельзя сказать, что они были совсем незнакомы.

Лоу Ихуа вспомнил, как этот молодой человек месяц назад приезжал в семью Ло. Они, все члены семьи Ло, были потрясены внезапным появлением столь дальнего родственника по материнской линии, но еще больше их поразило и оттолкнуло то отношение, с которым старик отнесся к этому чужаку: несмотря на его неясное происхождение, возникало странное ощущение, будто старик собирается доверить ему всю семью.

Лоу Ихуа и остальные, недолго думая, решили действовать на опережение и наняли людей, чтобы избавиться от него. Все было обставлено крайне скрытно, но даже сейчас, вспоминая об этом, Лоу Ихуа покрывался холодным потом.

В ту ночь, когда было принято решение, он проснулся в полусне и обнаружил, что его лицо мокрое, а у изголовья кровати висит отрезанная человеческая рука... Когда он с криком вскочил и слуги за дверью громко осведомились, что случилось, к нему вернулось самообладание, и он отослал прислугу.

Он не сомкнул глаз до утра. Это было четкое предупреждение, и он это понял.

На следующий день он рассказал об этом случае остальным членам семьи Ло — соперники они или нет, но особенно женщине по имени Лоу Юнь, чей муж занимал высокий пост в парламенте и обладал куда более широкими связями, чем он сам. Наведя справки о Си Цзинци, они смутно пришли к дерзкой догадке. Истинной или нет, но если это было правдой, этому человеку уж точно не были нужны деньги их семьи.

Поэтому Лоу Ихуа, притащив свою погрязшую в финансовых проблемах компанию, полушутя-полувсерьез пришел просить денег, втайне пытаясь прощупать почву.

Обычно он считал себя человеком уважаемым и известным, но теперь, по мере того как он все подробнее и подробнее описывал свое дело, у него оставалось лишь одно желание — сглотнуть подступивший к горлу ком.

Боковым зрение Лоу Ихуа заметил, что, хотя сидевший напротив человек и потушил сигарету и изучал принесенные им подробные документы, его длинные пальцы то и дело постукивали по подлокотнику кресла, а на лице постепенно проступало холодящее мрачное выражение, какого Лоу Ихуа у него еще никогда не видел.

Лоу Ихуа умолк.

У него внутри все оборвалось от дурного предчувствия — не из-за ли его слов собеседник принял такой вид? Стоявший рядом подчиненный Си Цзинци с улыбкой произнес:

— Господин Лоу, мы выслушали вашу историю. Скоро обеденное время, не желаете ли сказать что-нибудь еще?

Лоу Ихуа неловко улыбнулся, понимая, что сейчас совсем не время проявлять наглость, и вежливо ответил:

— Вы слишком любезны. Вообще-то я должен был пригласить племянника пообедать, но у меня сейчас и впрямь нет свободного времени, так что вынужден откланяться, приношу глубочайшие извинения.

Лоу Ихуа забрал вещи и ушел.

Сяо Цзе повернул голову, храня молчание. В его обязанности входило разобраться с этим вопросом, но он потерпел неудачу, и это была его вина.

— Люди говорят, что лишь когда они начинают общаться, возникает бесконечное множество возможностей, — с полуулыбкой произнес босс, постукивая по столу, и тихо добавил: — Но теперь этот человек даже не желает показываться мне на глаза, как же нам создать эти возможности?

Сяо Цзе выпрямился и опустил голову:

— Простите, босс.

Он ведь уже договорился с Лоу Ханем, вчера вечером тот уже согласился подписать контракт на его условиях, но почему-то этот человек в самый последний момент снова нарушил слово. Слишком уж пренебрежительно он относился к договорным обязательствам.

Их босс был очень молод, но никто не смел вести себя дерзко в его присутствии, потому что каждый знал на что он способен.

Впрочем, эти слова Си Цзинци предназначались не ему.

Насмеявшись, Си Цзинци помрачнел, эмоции покинули его лицо. Он сидел в кресле, небрежно вытянув длинные ноги и подперев подбородок рукой, глядя прямо в окно. Его поза была одновременно ленивой и безжалостной. Помолчав немного, он бросил:

— Поехали, возвращаемся в Сад Июань.

Он поднялся, глядя на луну за окнами дома семьи Ло, и потер кольцо на указательном пальце.

Лоу Хань возвращался назад, и все происходящее постепенно прояснялось в его голове.

Система: [После возвращения на родину двоюродный брат встретился с тобой всего один раз, после чего прислал подчиненных, чтобы выказать тебе свою симпатию. Ты же не стал отвергать его с ходу, а вместо этого начал ломать комедию, вознамерившись вытянуть из брата немного денег.]

Лоу Хань наконец-то понял, с чего бы ему быть с похмелья.

По сюжету его персонаж отличался напускным высокомерием, но на деле был фальшивым и алчным: с виду приветливый со всеми, внутри он вынашивал коварные планы.

Столкнувшись с этим аморальным кузеном, он, будучи традиционной ориентации, чувствовал себя оскорбленным, но в то же время был одержим деньгами братца и пребывал в нерешительности.

И вот, когда Брат Ван снова стал подгонять его с деньгами на покупку коммерческих секретов, в сюжете наступил момент, когда он одновременно с болью и радостью согласился вступить в порочную связь с кузеном. То есть...

Словом, Лоу Хань столкнулся со сценарием, где все рушится с самого старта.

Если Лоу Хань отказывался принимать задания системы, в подобных мирах обычно оставались лазейки для поиска другого выхода.

Например, если бы Лоу Хань победил всех персонажей и взломал базовые правила виртуального мира, он, пожалуй, смог бы выбраться отсюда принудительно.

Теперь же противниками Лоу Ханя были не только вспыльчивый, но толстокожий третий дядя, хладнокровная и хитрая четвертая тетка и множество других родственников, но еще и главный босс — двоюродный брат, который по программному коду был влюблен в него и мог почернеть от безответной страсти.

Успокоившись, Лоу Хань решил, что задача не так уж сложна — ну, подумаешь, потрудится в виртуальном мире несколько десятилетий, пока не приберет к рукам всю верхушку.

Впрочем, с завтрашнего дня придется взяться за работу.

Управляющий отыскал Лоу Ханя и передал ему тот самый дворик, который выделил старик.

Пока еще не стемнело, Лоу Хань решил сходить туда и осмотреться.

Добравшись до места, Лоу Хань увидел заброшенный сад роз. Называть его садом было слишком громко, поскольку вокруг росли одни лишь сухие сорняки, а от самих роз уже давно не осталось и следа.

Глядя на это запустение, Лоу Хань вдруг вспомнил Сяо Цзина.

Поразмыслив немного, Лоу Хань решил остаться здесь и с головой ушел в работу, начав с прополки сорняков.

В единственном домике во дворе он отыскал необходимые инструменты.

Для Лоу Ханя все здесь было лишь искусственной декорацией, но зато вдали от людей, и это ему очень нравилось.

Вечером, когда Лоу Хань только зашел в дом, чтобы сменить инструмент, в дверь тихо постучали. Он подумал, что это вернулся управляющий.

Удивленно открыв дверь, Лоу Хань увидел на пороге маленькую собачку.

Это был прелестный самоед. Завидев Лоу Ханя, он радостно высунул язык и звонко тявкнул.

Ошеломленно глядя на пса, Лоу Хань присел на корточки и погладил его по голове:

— Почему ты здесь? Где твой хозяин?

Почувствовав ласку, самоед усердно заерзал всем телом, прижимаясь к его ладони.

— Лулу, — прочитал Лоу Хань имя на маленькой карточке, висевшей на собачьем ошейнике. — Так тебя зовут Лулу.

— Ну привет, Лулу, — Лоу Хань огляделся вокруг, но хозяина собаки поблизости не заметил. Впрочем, неудивительно: этот дворик находился на отшиве, вряд ли хозяин собаки забрел бы сюда — скорее всего, пес сам убежал куда глаза глядят и случайно забрел сюда.

Сначала Лоу Хань собирался отправить самоеда по кличке Лулу восвояси: у собаки с таким именем хозяин наверняка девочка, и сейчас она, должно быть, ужасно переживает.

Однако, пока он вкапывал землю в саду, Лулу неотступно сидела рядом и наблюдала за ним, даже не помышляя уходить.

— Ох, Лулу, — вздохнул Лоу Хань, вытирая пот со лба.

Самоед тут же подбег и принялся тереться о его щеку. Лоу Хань невольно улыбнулся и платком вытер и собачью мордашку тоже: — Завтра я отведу тебя к управляющему, ладно? Наверное, он сможет помочь тебе отыскать хозяина.

Эту ночь Лоу Хань решил провести здесь. Чтобы собака не шастала где попало посреди ночи, он закрыл дверь.

Домик был крошечным, но вполне чистым. Лоу Хань приоткрыл окно, из которого было отлично видно ночное небо. Покрутившись немного, самоед устроился спать с видом завсегдатая.

Сам же Лоу Хань продолжал размышлять над способами взлома этого иномирного пространства и поиска пути домой. Он не слышал лая, лишь монотонное стрекотание цикад за окном, под которое наконец погрузился в сон.

Но посреди ночи.

В царившей вокруг тишине.

Лоу Хань постепенно услышал какие-то другие звуки.

Шуршание.

Насторожившись, он открыл глаза.

Его дыхание на миг перехватило, пораженного промелькнувшей в голове догадкой.

Возможно, нынешняя обстановка обострила его восприятие до предела.

Поэтому ему показалось, что у него начались галлюцинации.

— Лунный свет заливал всю доступную взору землю во дворе и проникал в комнату, оставляя после себя зыбкие тени.

Все вокруг приобрело холодноватый глазурованный оттенок.

Окутанный лунным свечением мужчина подошел к его окну. Все казалось нереальным, словно в сказке. От гостя исходил приятный низкий голос, звучавший в ночной тишине подобно благородному виолончели. Мелодично и неторопливо он позвал спавшую на полу в комнате собаку.

Услышав во сне зов хозяина, Лулу мгновенно пробудилась, подскочила на лапы и бросилась к окну, возбужденно высовывая язык.

— Заметив, что Лоу Хань тоже проснулся, пришедший перевел на него взгляд.

Лоу Хань внезапно осознал, что это вовсе не галлюцинация.

http://bllate.org/book/34628/4273084