Готовый перевод Fight On, Little Mistress! / Миссия: стать лучшей любовницей: Глава 9

Еще до того, как увидеть Вэнь Цина, Сюэ Шэньюй заметил человека, который сидел к ним спиной и закрывал лицо руками.

В обычных обстоятельствах это казалось бы невероятным, ведь раньше в тех местах, где появлялся Вэнь Цин, никто другой не мог привлечь взгляд Сюэ Шэньюя. Но стоило тому человеку подняться, повернуться и оказаться в лучах неверного света, как у Сюэ Шэньюя пропустило удар сердце, зрачки непроизвольно сузились, а дыхание на миг замерло.

Даже при этом Сюэ Шэньюю хватило всего нескольких секунд, чтобы прийти в себя, после чего он заметил, что его вечно следовавший по пятам преданный подчиненный, похоже, застыл на месте — от былой холодной суровости и молчаливости не осталось и следа.

Подобная способность очаровывать человеческие души на самом деле была истинным бедствием.

Как только Му Саньсинь отвернулся, он не удержался от мысленного стона: «До чего же долго длились мирные дни! Иначе как объяснить, что стоило появиться кому-то, как тут же сошлись главный герой и второстепенный персонаж? Второстепенный персонаж! Да этот второстепенный персонаж страшнее главного героя!»

Шедший позади Сюэ Шэньюя второстепенный персонаж носил имя Гу Мо, и он был весьма необычен. Ведь тот, в кого он влюбился с первого взгляда и кого страстно полюбил, был вовсе не главным героем-поданным… а пушечным мясом.

То есть им самим.

Му Саньсинь невольно то и дело косился в его сторону. Гу Мо выглядел молчаливым и неразговорчивым; хотя он не был столь броским, как Сюэ Шэньюй, его можно было назвать сдержанным и суровым красавцем. Быть объектом тайной страсти со стороны столь человека… на самом деле было весьма неплохо.

Му Саньсинь мысленно отвесил себе затрещину, чтобы выбить из головы эту мысль.

Участь второстепенных персонажей всегда была довольно плачевной. В сюжете Гу Мо играл роль того, кто помогал пушечному мясу подсыпать лекарство, брал на себя вину за пушечное мясо, принимал за него наказание и в конце концов погибал, пытаясь спасти пушечное мясо. Впрочем, во всем этом присутствовали и намеренные искушения со стороны самого «Му Саньсиня». Без его нынешних постоянных заигрываний у него ведь не должно было остаться точек соприкосновения с этим до крайности преданным и трогательным человеком?

Вэнь Цин скрылся из виду, и Му Саньсинь с извиняющимся видом произнес:

— Вы — парень Вэнь Цина? В последнее время он был очень встревожен, поэтому и захотел заглянуть сюда. Надеюсь, мы не помешали вашим деловым переговорам?

Чушь собачья! Какие к черту деловые переговоры?! Они что, обнимались и собирались пойти повеселиться, да!?

Сюэ Шэньюй приподнял бровь:

— Ты тот самый друг Вэнь Цина?

— В последнее время Вэнь Цин и впрямь привык делиться со мной своими тревогами, — на губах Му Саньсиня по-прежнему играла едва заметная улыбка. — Думаю, вам лучше пойти и поискать, куда запропастился Вэнь Цин. У меня еще есть дела, так что я пожалуй пойду.

Сюэ Шэньюй не стал его удерживать, и Му Саньсинь благополучно удалился. Однако стоило ему уйти, как мужчина бросил Гу Мо:

— Проверь, с чего это они вдруг решили, будто мы ведем здесь деловые переговоры.

Гу Мо молча кивнул.

После случая в баре Му Саньсинь понял, что ему нужно ускорить темп.

Вмешиваться в чужие сердечные дела — дело неблагодарное и хлопотное, особенно когда главным героем на этот раз выступает мафиози: так и до поимки с поличным вместе с собственной жизнью недолго доиграться.

Му Саньсинь мучился так сильно, что у него чуть все волосы на голове не повылазили.

Преподаватель-психолог в последнее время был в крайне дурном настроении: стоило ему попытаться кого-то утешить, как всё неизбежно сводилось к тому, что утешать приходилось уже его самого. Наконец один из студентов, у которого в семье кто-то работал в полиции, с сомнением произнес:

— Учитель, не из-за того ли это, что за вами кто-то следит?

Му Саньсинь испуганно вздрогнул:

— Как такое возможно?!

— Учитель, не обманывайте меня, это ведь тот тип в черном, верно? Еще когда я столкнулся с ним в тот раз, мне показалось, что он выглядит не слишком дружелюбно. Учитель, вам лучше заявить в полицию…

Му Саньсиня озарило, и он понял, кем был тот человек — Гу Мо.

Среди остальных знакомых ни у кого не было привычки целыми днями носить черное. К тому же, скольких вообще людей он знал? Зачем Гу Мо было следовать за ним? Неужели по приказу Сюэ Шэньюя?

Му Саньсинь мысленно от корки до корки перетряхнул сюжет, но так ничего и не понял. С тех пор как он осознал, что за ним следят, Му Саньсинь стал замечать: стоило ему возвращаться домой, как в спину неизбежно упирался чей-то взгляд. Словно зная, что его раскрыли, Гу Мо следил за ним все более бесцеремонно, а позже даже объявился в кабинете психологической консультации.

— У студента есть какие-то вопросы? — Му Саньсинь как раз заполнял какой-то отчет и поднял голову, услышав звук открывающейся двери. — Сейчас учебное время…

Одетый во все черное Гу Мо с бесстрастным лицом и пронзительным взглядом уставился на него.

Му Саньсинь от испуга едва не выронил сердце из груди. Лишь спустя долгое время он перевел дыхание и спросил:

— Вы тот человек из бара? Ищете меня по какому-то делу?

Гу Мо медленно заговорил:

— Вы преподаватель, у вас нет дурных привычек, вы не ходите по барам, не заводили романтических отношений, получили высшее образование, у вас мягкий характер, и студенты вас очень любят.

Му Саньсинь: «…?»

— …Я люблю вас.

Да… блин… вы… чего…?!

Насколько же сильным может быть сюжет?! Мы же с тобой всего пару раз виделись! Ты вообще меня знаешь?! Чем я тебе полюбился? Моим лицом?!

— Вы примете мои чувства?

Приму твою сестру!

— Простите, вы меня совсем не знаете…

Не успел он договорить, как подсказка Системы заставила Му Саньсиня проглотить оставшиеся слова.

[Внимание! Данный вариант ответа является обязательным и утвердительным! В случае нарушения указаний Системы персонаж перейдет в состояние «отемнения»!]

Если такой молчаливый и потухший вулкан, как Гу Мо, в конце концов взорвется… Му Саньсиню казалось, что лучше даже не пытаться это вообразить — прошлый опыт преподал ему слишком много уроков.

Му Саньсинь молниеносно принял решение.

— Вы действительно меня не знаете, но если вы не против, мы можем начать с дружбы.

Изначально, услышав слово «простите», взгляд Гу Мо уже успел померкнуть и оледенеть, но эти слова Му Саньсиня вновь заставили его глаза засиять.

Спустя всего несколько минут у Му Саньсиня появился потенциальный парень.

Этот парень был идеальным домашним мужчиной: говорил мало, не докучал, в дождливый день приедет забрать тебя, когда тебе грустно — можно выплеснуть на него раздражение, когда скучно — развеселит, по первому зову примчится куда угодно, станет делать всё, о чем попросишь, во время болезни будет рядом и позаботится, готовит просто великолепно, а если на улице вдруг встретится какой-нибудь хамоватый наглец, он один уложит с десяток противников.

Му Саньсинь подумал, что тот любовник из истории был просто слеп на оба глаза. Зачем ему понадобилось отвергать столь прекрасного и преданного пёсика и цепляться за норовящего изменить мерзавца-гонщика?!

Сюэ Шэньюй тоже заметил, что в последнее время в Гу Мо произошли некоторые перемены. Хотя на его лице по-прежнему не было никаких эмоций, знающие его люди могли заметить, что уголки его губ стали мягче, а иногда они даже трогательно приподнимались. Раньше его вторым домом была компания, и он не брал ни единого отгула, теперь же то и дело куда-то исчезал — так скоро и весь годовой отпуск истратит.

— В последнее время тебя вечно не видно. Что, завел девушку?

Как только вопрос сорвался с губ Сюэ Шэньюя, в глазах Гу Мо мелькнул лучик счастливого света:

— Не девушка. Он в последнее время приболел.

Мужчина?

Сюэ Шэньюй слегка удивился — он совершенно не предполагал, что Гу Мо тоже принадлежит к их кругу. Тем не менее он произнес:

— На досуге приведи его, пусть остальные парни познакомятся, чтобы никому в голову не пришло проявить неуважение.

Гу Мо кивнул:

— Шеф, вы с ним уже знакомы.

На этот раз Сюэ Шэньюй действительно изумился:

— Я знаком? Кто же это?

— Друг господина Вэня.

Неужели тот самый… Му Саньсинь?

Сюэ Шэньюй вспомнил то завораживающее, до безумия прекрасное лицо. Если бы этот человек не вел столь уединенный образ жизни, он наверняка уже давно привлек бы к себе множество жадных и алчных взглядов.

— Вкус у тебя отменный. Поужинайте как-нибудь втроем, раз уж ты наконец нашел кого-то по душе, его, конечно же, нужно беречь.

Уголки губ Гу Мо едва заметно дрогнули. Вспомнив человека, которого ему так хотелось спрятать в самом глубоком уготке своего сердца, он почувствовал, как радость в груди переполняет его до самых краев.

— Слушаюсь, шеф.

http://bllate.org/book/34455/4248690