Готовый перевод Woke Up and Became the School Beauty / Проснувшись, я стала первой красавицей университета: Глава 13

Вот в чём дело.

Напридумывала себе всякой ерунды.

...

Вечером за ужином Чу Нуань, как и следовало ожидать, подверглась дружескому допросу.

— Чу Нуань, когда это ты успела сблизиться со Шэнь Янем? — с хитрой улыбкой спросила Цянь Сяоми. Се Линлин и Лу Ин тоже смеялись с заговорщическим видом.

— Да я вовсе не сближалась со Шэнь Янем… — Чу Нуань опустила голову и занялась очисткой креветок, чтобы скрыть смущение. — Он мне помог, и я просто пошла поблагодарить его.

— О-о-о… — протянула Цянь Сяоми. — А в чём он тебе помог?

Чу Нуань рассказала то, что можно было рассказать:

— Когда Чжан Шуян приставал ко мне в столовой, Шэнь Янь меня выручил.

Подруги в один голос ахнули:

— Чжан Шуян ещё осмеливается приставать к тебе?

Чу Нуань кивнула с горькой усмешкой и поведала им всё, что случилось в прошлый раз.

Выслушав, подруги в подробностях и с энтузиазмом обругали Чжан Шуяна со всех сторон.

Спустя некоторое время разговор снова вернулся к Шэнь Яню.

— Чу Нуань, если ты действительно сблизишься со Шэнь Янем, — сказала Се Линлин, — это будет отличной местью.

Чу Нуань усердно продолжала чистить креветок:

— …Не выдумывай.

— По-моему, идея отличная! — с набитым ртом произнесла Цянь Сяоми, жуя креветочный клешень. — Шэнь Янь и Чжан Шуян — это ведь вообще разные весовые категории. Может, тебе и вправду заменить своего «белого месяца» на Шэнь Яня?

— … — Разве это так просто, будто переодеваешься? Чу Нуань не знала, смеяться ей или плакать. — Если будете дальше болтать, я не заплачу за ужин.

— Ладно, ладно, замолчали, — Цянь Сяоми тут же уткнулась в тарелку, но через несколько секунд вдруг вспомнила важный вопрос:

— Чу Нуань, сегодня же тридцать первое, последний день месяца. Откуда у тебя деньги на такой ужин? Твоя мама сняла с тебя финансовые ограничения?

На этот вопрос…

После долгой паузы Чу Нуань тихо прошептала:

— …Всё. Я забыла, что у меня нет денег.

Цянь Сяоми: «…»

Се Линлин: «…»

Лу Ин: «…»

В итоге Чу Нуань заняла у Се Линлин триста юаней, но когда пошла расплачиваться, ей сообщили, что счёт уже оплатили.

Чу Нуань не стала спрашивать, кто это сделал, и молча вернулась к столу.

— Уже расплатилась? — удивилась Се Линлин.

— Да… — небрежно ответила Чу Нуань. — Сегодня мало народу, не пришлось стоять в очереди.

Подруги ничего не заподозрили, допили остатки напитков и отправились домой.

Вернувшись в общежитие, Чу Нуань первым делом написала Шэнь Яню в вичат:

«Сегодня за ужин заплатил… это ты?»

Отправив сообщение, она несколько минут сидела с телефоном в руках, но ответа не последовало. Тогда она поставила телефон на зарядку и пошла принимать душ.

Когда она вернулась, ответа всё ещё не было. Вскоре в общежитии погас свет, и Чу Нуань, лёжа в постели, не могла уснуть — в груди будто натянулась струна, и она то и дело поглядывала на экран телефона.

При очередном взгляде телефон вдруг издал звук уведомления.

Сердце Чу Нуань сильно забилось.

Автор примечает:

Чу Нуань: Как мне быть, если я постоянно забываю, что я бедная?

Шэнь Янь: У меня есть.

Боясь побеспокоить соседок по комнате, Чу Нуань перевела телефон в беззвучный режим и открыла сообщение —

«Шэнь Янь: Вечером играл в баскетбол, телефон не брал».

Вот оно как…

Струна в груди незаметно ослабла.

Сразу же пришло ещё одно сообщение —

«Шэнь Янь: Я тоже ужинал там сегодня. Зная, что у тебя нет денег, заодно оплатил и твой счёт».

Зная, что у тебя нет денег…

У тебя нет денег…

Нет денег…

Денег…

Чу Нуань, ещё не привыкшая к своему новому статусу беднячки, почувствовала себя крайне неловко и потому не ответила сразу. В этот момент в чате появилось ещё два слова —

«Шэнь Янь: Спишь?»

На этот раз Чу Нуань не колебалась:

«Ещё нет…»

И тут же отправила ещё одно сообщение:

«А откуда ты знаешь, что у меня нет денег?»

«Ты сама говорила».

…Кажется, и правда говорила. Ведь именно он пополнил ей баланс на студенческой карте.

Чу Нуань становилось всё неловчее:

«А откуда ты узнал, что сегодня угощаю я?»

«Ты получила награду».

Действительно, логика железная. Когда вчетвером ужинают, угощает та, у кого праздник.

Значит… он сегодня случайно увидел её в ресторане, догадался, что угощает именно она, и, зная, что у неё нет денег, просто заодно оплатил счёт?

Какой же у него проницательный ум!

Чу Нуань восхитилась и, чувствуя себя немного глупо, набрала:

«Мне снова нужно тебя благодарить…»

«Запиши в долг».

…Она думала, он, как обычно, ответит «не за что».

Губы Чу Нуань невольно изогнулись в лёгкой улыбке:

«Я ложусь спать. И ты отдыхай пораньше. Спокойной ночи».

В ответ почти сразу пришло:

«Спокойной ночи».

Теперь Чу Нуань наконец смогла заснуть.

...

В это же время, в мужском общежитии факультета архитектуры.

Чэнь Шу, вернувшись из душа, увидел, что Шэнь Янь всё ещё не отложил телефон, и поддразнил:

— Сразу после баскетбола проверяешь телефон? Это уж точно не похоже на тебя. Что-то происходит?

Шэнь Янь невозмутимо спросил:

— А каким, по-твоему, должен быть мой стиль?

— Э-э… — Чэнь Шу почесал затылок. — В общем, раньше ты никогда не смотрел телефон сразу после возвращения в комнату.

Раньше действительно не было на что смотреть. Шэнь Янь ничего не ответил и, взяв полотенце, направился в душ.

Чэнь Шу: «…Эй, а зачем ты берёшь телефон в душ?»

— Засекаю время.

— …Да ну тебя.

·

На следующий день была суббота — первый день июня и день получения Чу Нуань карманных денег.

Предвкушая скорое избавление от бедности, Чу Нуань даже не захотела валяться в постели и, едва проснувшись, радостно проверила банковский счёт.

И тут…

600?

600!

Всего шестьсот юаней на целый месяц!

Чу Нуань подумала, не спит ли она ещё и не пропустила ли ноль.

Просидев в оцепенении довольно долго, она отправила маме запрос на видеозвонок.

Тот был мгновенно отклонён.

Чу Нуань: «…»

Попытка номер два — снова мгновенный отказ.

Когда она позвонила в третий раз, мама наконец ответила, но на экране появился её отец.

Отец и дочь молча вздохнули, глядя друг на друга через экран, а затем завязался следующий диалог:

— Пап, а где мама?

— Доченька, а почему ты думаешь только о маме?

— …Пап, я тоже тебя люблю… Но где мама?

— … — Отец явно был ранен.

— Ладно. Раз мама даже не берёт трубку, значит, точно не даст мне больше денег.

— Ты абсолютно права.

— Пап, ты ведь знаменитый художник? Может, нарисуешь мне картину, я её продам, а деньги пополам поделим?

Уголки рта отца дёрнулись:

— Доченька, я уже передал тебе весь свой талант. Нарисуй сама и продай.

— …С моими-то навыками… даже смайлик никто не купит!

Чу Нуань ещё хотела что-то сказать, но отец уже отключил звонок, даже не попрощавшись.

— …

А ведь говорят: «Отецская любовь — как гора»…

Глядя на жалкие остатки на счёте и вспоминая долг Шэнь Яню в тысячу юаней, Чу Нуань глубоко вздохнула.

Ах, как же трудно жить!

Хорошо хоть, что Шэнь Янь не торопит с возвратом.

Пока что она положит эти 600 юаней в копилку и, когда получит следующие карманные деньги, сразу вернёт долг.

Чу Нуань, разочарованная провалом в борьбе с бедностью, после завтрака сидела за столом, вся в унынии.

Мимо проходила Цянь Сяоми и спросила:

— Когда ты пойдёшь в спортзал?

Спортзал?

Чу Нуань на секунду задумалась, потом вдруг вспомнила про пресс и поняла: до потери памяти она, похоже, серьёзно занималась фитнесом. Жизнь становилась всё труднее.

Она постаралась выдавить спокойную улыбку:

— Сегодня отдыхаю.

— Отдыхаешь?.. — Цянь Сяоми разочарованно нахмурилась. — Я слышала, что Шэнь Янь каждую субботу утром ходит в спортзал. Хотела пойти с тобой посмотреть на красавчика.

У Шэнь Яня тоже есть привычка заниматься спортом?

Ничего удивительного, что у него такая фигура… Нет, это не главное!

Главное — она сейчас бедна и не хочет встречаться с кредитором.

Чу Нуань уже собиралась сказать: «Если хочешь увидеть Шэнь Яня… иди на факультет архитектуры», но в этот момент в голове раздался голос Системы-Мерзавки:

«Случайное задание: поговорить с Шэнь Янем лицом к лицу в течение пяти минут».

— …

Как раз вовремя.

Хорошо, что нужно просто поговорить. С этим она справится.

Чу Нуань проглотила готовую фразу и вместо этого сказала:

— …Пойдём в спортзал.

— А? — Цянь Сяоми прищурилась. — Ты очень подозрительна.

— ???

— Только что сказала, что отдыхаешь, а как только услышала, что Шэнь Янь будет в спортзале, сразу передумала. Неужели… — Цянь Сяоми хитро улыбнулась. — …Хочешь его соблазнить?

— Ну что ты! Разве я похожа на ту, кто соблазняет парней? — Чу Нуань чувствовала себя виноватой, ведь ей действительно нужно было просто поговорить. — Если не хочешь идти, тогда не пойдём.

— Пойдём, пойдём! — Цянь Сяоми испугалась, что Чу Нуань передумает. — Подожди меня, сейчас переоденусь в спортивную форму.

— Хорошо.

...

В субботу в спортивном комплексе было полно народу. Тренажёрный зал находился на втором этаже, и там в основном были парни, хотя и девушек хватало. Однако внимание большинства из них было приковано не к тренажёрам, а к Шэнь Яню, который делал подтягивания. На лицах девушек читалось восхищение и мечтательность.

Цянь Сяоми, едва войдя, присоединилась к их рядам:

— Не ожидала, что даже во время тренировки Шэнь Янь выглядит так элегантно! Сегодня точно стоило прийти… Надо срочно сделать фото и скинуть в нашу группу!

Чу Нуань: «…» Неужели это не перебор?

Цянь Сяоми щёлкнула камерой и, подмигнув Чу Нуань, сказала:

— Кажется, Шэнь Янь смотрит на тебя. Не пойти ли тебе его соблазнить?

— Да брось… Разве я из тех, кто соблазняет парней? — Чу Нуань тоже заметила, что Шэнь Янь остановился и смотрит на неё. Она ласково улыбнулась ему и, направляясь к нему, сказала: — …Я просто пойду поговорю с ним.

Цянь Сяоми: «..................» Подруга, ведь все соблазны начинаются именно с разговора!

Пока Цянь Сяоми мысленно ругала Чу Нуань за лицемерие, та уже подошла к Шэнь Яню и про себя спросила Систему-Мерзавку:

— Неважно, ответит он или нет. Главное — наговорить пять минут, верно?

«Система-Мерзавка: Пять минут должны быть реальным временем разговора. Паузы, ожидание ответа и молчание не засчитываются».

Чу Нуань: «…»

Пора продемонстрировать свою знаменитую выносливость лёгких.

Чу Нуань подошла к Шэнь Яню с улыбкой и поздоровалась:

— Доброе утро!

Шэнь Янь кивнул:

— Хорошо спалось ночью?

Хм… Почему он спрашивает, хорошо ли она спала?

Чу Нуань почувствовала лёгкую неловкость, но кивнула и тут же запустила поток сознания:

— Я отлично выспалась, проспала до самого утра.

— Проснувшись, обнаружила, что мама перевела мне всего шестьсот юаней.

— От шока чуть не проглотила зубную пасту.

— Потом пошла в столовую, съела две булочки и чашку тофу-пудинга — только тогда пришла в себя.

— Перед уходом ещё выпила большую чашку соевого молока.

...

...

Чу Нуань без остановки рассказала обо всём, что с ней происходило с утра до прихода в спортзал, и лишь услышав в голове «Задание выполнено», закончила:

— …И вот я здесь.

Шэнь Янь терпеливо выслушал её, в глазах всё время играла лёгкая улыбка, и в конце сказал:

— Жизнь получается насыщенная.

— … — Чу Нуань смутилась и машинально спросила: — А у тебя?

— После утренней пробежки пришёл в спортзал, — кратко доложил Шэнь Янь и добавил: — На завтрак съел два баоцзы, одно яйцо и выпил стакан воды.

Чу Нуань: «..................................»

Она ошибалась.

Не стоило заводить этот странный разговор.

Чу Нуань смотрела на Шэнь Яня, которого сама же и сбила с толку, и, чувствуя себя крайне неловко, сказала:

— Очень сбалансированный завтрак.

http://bllate.org/book/3413/375062