Чжуан Цинюй шепнула Чжуан Наньсину: Куда подевались хрустальные туфельки тёти-врача?
Чжуан Наньсин явно не успел за ходят мыслей Чжуан Цинюй и не понял её смысла, озадаченно протянув: М?
Чжуан Цинюй по-детски, со своей уникальной точки зрения, пояснила: Когда мы видели тётю-врача днём, она выглядела такой счастливой, а теперь она кажется не очень радостной.
Чжуан Цинюй выпалила длинную тираду, перевела дух и продолжила: Я читала, что в сказках всегда так говорится: замарашка Золушка получает пару хрустальных туфелек, которые делают её красивой, но когда бьёт полночь, она должна вернуть их и снова становится прежней.
Поэтому... я вот думаю, неужели с тётей-врачом то же самое: на работе она носит хрустальные туфельки, а после смены отдаёт их обратно. Давайте поможем ей отыскать хрустальные туфельки, чтобы она снова стала счастливой, м?
Чжуан Наньсин погладил её по голове: Какая забавная мысль. Но твоя тётя-врач — вовсе не Золушка, она принцесса.
Чжуан Цинюй спросила: Значит, она ждёт своего рыцаря или принца, который спасёт её?
Нет, — Чжуан Наньсин покачал головой. — Принцесса готовится вернуть свой острый меч.
Чжуан Цинюй восхищённо выдохнула: Ого! Как круто! Мне нравится эта сказка.Гэ Минвэй хотела было подумать о ней с дурным умыслом, но обнаружила, что злость в её сердце никак не хочет собираться воедино.
В поисках заветного меча принцесса всё ещё накапливала силы для мощного удара и была слишком занята всем остальным, а потому выглядела уставшей и изнурённой от долгих странствий.
Жемчужина, затерявшаяся в грязи среди груды рыбьих глаз-обманок, заставляла того, кто мог с первого взгляда распознать её истинную ценность, испытывать горькую боль в сердце.
Гэ Минвэй сидела рядом с Чэнь Линьвань, тихо и безмолвно. На фоне общего галантного шума и суеты она походила на блеклай задний план, на который бросишь мимолётный взгляд — и даже не обратишь внимания.
У Чжуан Цинюй началась герпангина, и Чжуан Наньсин заказала для неё порцию рисовой каши с нежирным мясом и зеленью. Они вдвоём устроились за отдельным маленьким столиком в стороне.
Чэнь Линьвань окликнула Чжуан Наньсин за большим столом: — Наньсин, здесь твоя любимая говядина с двумя видами перца, не хочешь подойти попробовать?
Чжуан Наньсин отмахнулась и отказалась: — Я побуду здесь, составлю компании Цинюй с кашей. Если она будет сидеть одна хлебать кашу, пока я ем вкуснятину, мне покажется, что я перед ней ужасно виновата.
Чжуан Цинюй подергала Чжуан Наньсин за рукав: — Тётушка, иди, со мной ничего не случится, если я поем кашу одна.
Чжуан Наньсин погладила Чжуан Цинюй по голове: — Всё в порядке, тётушка побудет здесь с тобой.Чэнь Линьвань могла лишь ответить: — Ладно, раз хочешь поесть, приходи, я оставлю его для тебя.
Лю Гаосюань тихо спросил стоявшего рядом Гао Сюня: — Слушай, а говядину с двумя видами перца случайно не Гэ Минвэй заказала?
Гао Сюнь тоже шёпотом ответил: — Ага, помню, что это единственное блюдо, которое она сама назвала.
Лю Гаосюань был редким здравомыслящим человеком среди всей этой компании приятелей: — Старый Чэнь поступает некрасиво: сидит за столом, а поглядывает на чужие котелки.
Гао Сюнь заметил: — У Чжуан Наньсин и Гэ Минвэй и правда вкусы одинаковые: и любимые блюда совпали, и люди, похоже, нравятся одни и те же.
Лю Гаосюань: — Мне кажется, Чжуан Наньсин, возможно, совсем не такая, как мы думаем...
...в смысле, не любит Чэнь Линьваня.
Судя по характеру Чжуан Наньсин, который он знал, если бы она тогда действительно была неравнодушна к Чэнь Линьваню, то искала бы возможности сблизиться, а не уехала за границу без малейшего сожаления и почти не поддерживала с ним связь все эти годы.
Лю Гаосюань немного посомневался: — Ладно, забудь.
В чужие дела он лезть не собирался.
Говядину с двумя видами перца заказала Гэ Минвэй, но как только застолье началось официально, она к ней даже не притронулась. Парни из компании Чэнь Линьваня в шутку потянулись с палочками, намереваясь отведать угощение, но Чэнь Линьвань намертво загородил блюдо: — Это любит Чжуан Наньсин, не трогайте. Тут столько другой еды, возьмите что-нибудь ещё.
Его приятели только посмеивались, и в их улыбках читался глубокий подтекл.
Гэ Минвэй от начала до конца хранила молчание.
Ближе к середине застолья Чэнь Линьвань наконец заметил её немногословность.
С заботливым видом он спросил: — Эти парни едят быстро. А твоё любимое блюдо? Ты поела вообще? Съела что-нибудь?
Гэ Минвэй посмотрела на его участливый взгляд и услышала нежный тон.
Внезапно она вспомнила одну фразу.
Когда человеку нечего сказать, ему хочется улыбнуться.
Оказалось, это чистая правда. Гэ Минвэй улыбнулась.
В глазах Чэнь Линьваня эта улыбка выглядела так, будто она радуется тому, что он, даже будучи занят общением с друзьями, выкроил минутку проявить о ней заботу.
Чэнь Линьвань тоже улыбнулся и стал ещё мягче.
Гэ Минвэй поняла, что у него на уме, и опущенные уголки её губ снова поползли вверх.
Как вообще можно быть настолько бесстыдным?
Чэнь Линьвань попытался взять Гэ Минвэй за руку, но в этот момент завибрировал телефон. Она отстранилась от его руки, взяла смартфон и бросила взгляд на экран.
Чэнь Линьвань спросил её: — Кто пишет?
— Мама.Ох, — Чэнь Линьвань ослабил взгляд, которым в упор сверлил её, и откинулся на спинку стула.
Мать Гэ Минвэй он знал: она была чрезвычайно довольна им, таким выгодным «почти зятем», и вечно твердила Гэ Минвэй держаться за него покрепче.
Чэнь Линьвань усмехнулся: Гэ Минвэй никуда от него не денется.
Чэнь Линьвань чувствовал себя абсолютно уверенно.
Чэнь Линьвань всё же очень любил Гэ Минвэй — нежную, понимающую. Мать тоже была ей безумно рада; среди всех девушек, с которыми он когда-либо встречался, она подходила на роль жены лучше всех.
Боковым зведением Чэнь Линьвань бросил взгляд на Чжуан Наньсин. По правде говоря, в глубине души ему больше всего нравились такие, как Чжуан Наньсин: ровня ему по происхождению, повидавшая мир. Если бы он мог жениться на Чжуан Наньсин, у них наверняка нашлось бы куда больше общих тем для разговоров.
Жаль только, его матушка недолюбливала Чжуан Наньсин, считая её характер слишком взбалмошным, а потому неподходящей для роли жены.
Чэнь Линьвань поднял бокал с виноградным вином и отпил глоток. Красная роза и белая роза — почему бы не обладать ими обеими сразу?
Бокал глухо стукнул о стол.
Алкоголь ударил в голову, и боковым зведением он заметил, что взгляд Чжуан Наньсин то и дело падает в его сторону.
Чэнь Линьвань уголки губ приподнял: не попробуешь — как узнаешь, нельзя ли обладать красной и белой розами одновременно?
Чэнь Линьвань поправил волосы, так что прядь упала ему на лоб, и слегка повернул лицо в профиль под углом в сорок пять градусов — он отлично знал, что с этого ракурса выглядит красивее всего.
И точно, взгляд Чжуан Наньсин задержался на нём ещё дольше.
Чэнь Линьвань мысленно возликовал.
Тут Чжуан Цинюй окликнула Чэнь Линьваня:
— Дядя Чэнь, вы не могли бы подвинуться чуть-чуть в сторону? Я хочу кое-что сказать тёте-доктору, а из-за того, как вы сидите, я её совсем не вижу.
Чэнь Линьвань разгладил складки на одежде, оперся одной рукой о подбородок, полуприкрыв глаза, и изобразил на лице лёгкую тень разочарования. Он повернул лицо в сторону Чжуан Наньсин, но взгляд устремил чуть мимо неё, пытаясь создать впечатление глубокой душевной привязанности и в то же время показного равнодушия.
Взгляд Чжуан Наньсин так и замер на этой стороне.
Радость в сердце Чэнь Линьваня едва не выплескивалась через край.
Он изо всех сил прижал уголки губ книзу, чтобы не выдать обуревавшие его эмоции.
Стоило Чэнь Линьваню сдвинуться, как Гэ Минвэй оказалась в поле зрения Чжуан Наньсин и Чжуан Цинюй.
Гэ Минвэй одарила Чжуан Цинюй искренней улыбкой:
— Что такое, Цинюй?
Чжуан Цинюй поманила её рукой:
— Тётя-доктор, вы можете подойти на минутку?
Гэ Минвэй с сомнением покосилась на почти заснувшего Чэнь Линьваня, а затем на Чжуан Наньсин, которая всё ещё смотрела в их сторону, и, стараясь не задеть Чэнь Линьваня, осторожно отодвинула стул назад и направилась к Чжуан Цинюй.
Она присела на корточки, сравнявшись ростом с девочкой. Чжуан Цинюй нравилась эта нежная и красивая тётя ещё больше: в её жизни, кроме родной тёти, все остальные взрослые вечно смотрели на неё свысока, из-за чего ей было не по себе, и девочка мечтала лишь поскорее вырасти, чтобы больше не терпеть на себе такие взгляды.
— Больше всего я люблю мою тётю и вас. Вы обе — принцессы.
Досказав, Чжуан Цинюй добавил:
— Добрые и храбрые принцессы.
Гэ Минвэй озадачилась: с чего это вдруг зашла речь о принцессах?
Чжуан Наньсин торопливо пояснила:
— Я в последнее время часто читаю ей на ночь сказки про принцесс.
— Ах ты моя старшая племянница! — мысленно взмолилась Чжуан Наньсин. — Больше ни слова! Не то твоя тётушка здесь до конца опозорится!
Гэ Минвэй, похоже, поверила этим словам, кивнула и мягко спросила:
— Цинюй, зачем ты меня звала?
Чжуан Цинюй указала на свою тётю:
— Это моя тётя велела мне позвать вас.
Озадаченный взгляд Гэ Минвэй упал на Чжуан Наньсин.
Та взглянула на телефон:
— Погодите ещё немного.
Гэ Минвэй тоже не улыбалось возвращаться за тот шумный праздничный стол, так что посидеть в этом тихом уголке было даже неплохо.
Вскоре официант принёс небольшую тарелку с говядиной в остром перце и новые палочки с пиалой.
Чжуан Наньсин жестом предложила Гэ Минвэй угощаться.
Гэ Минвэй замерла.
И покачала головой.
Чжуан Наньсин подалась ближе:
— Наелась? Аппетита нет?
Гэ Минвэй промолчала и снова покачала головой.
Чжуан Наньсин снова попыталась угадать:
— Не любишь такое?
Гэ Минвэй вновь покачала головой.
Чжуан Наньсин продолжала гадать.
Тогда Гэ Минвэй произнесла:
— Зачем ты это делаешь?
Чжуан Наньсин посмотрела на неё:
— Прости меня. Только потом, когда Лю Гаосюань мне сказал, я узнала, что это блюдо заказала ты — то самое, что ты любишь. А в итоге из-за меня тебе ничего не досталось.
Гэ Минвэй посмотрела на её виноватый взгляд и подумала: тебе вовсе не обязательно чувствовать себя виноватой, ведь это сделала не ты, так почему же ты мучаешься совестью?
А может, это вовсе и не угрызения совести вовсе? Просто Чэнь Линьвань выказывает своё предпочтение тебе на моих глазах, а ты приходишь сюда кичиться этой любовью?
Гэ Минвэй попыталась было взглянуть на неё со злобой и подозрением, но обнаружила, что злые мысли никак не хотят собираться воедино.
Взгляд Чжуан Наньсин был искренним и чистым, лишённым всякой задней мысли.
http://bllate.org/book/34128/4201721
Готово:
