Готовый перевод Reborn in Space I Found a Younger Puppy / Звёздный реквием: мой верный пёс из будущего: Глава 12

Цзи Мин столько сил вложил в воспитание Цзян Янь, проложил для неё ровную дорогу, а она взяла и молча переметнулась в Империю.

— Я ведь правда тебя ненавижу.

Услышав сокровенные мысли Цзян Янь, Цзи Фэнсюэ удостоил её капли своего внимания.

— Но всё так противоречиво, я ведь и люблю тебя тоже. — Цзян Янь горько усмехнулась, с самоиронией продолжая: — И правда. Ты красив, умён, богат — как я могу тебя не любить?

Именно поэтому она воспринимала Цзи Фэнсюэ как ребёнка: так она могла ссылаться на разницу в возрасте и убеждать себя, что не имеет права завидовать какому-то малолетке.

— Почему результаты, над которыми я ночами горбатилась в лаборатории по полмесяца, ты способен выдать за одну ночь?

Цзи Фэнсюэ всё понял: за так называемой ненавистью скрывалась куда бо́льшая зависть к нему.

Самое дорогое, что есть у бедняка — это превосходящие обычных людей личные способности и железобетонная самоуверенность.

Но так уж вышло, что Цзян Янь повстречала Цзи Фэнсюэ, которого можно было назвать настоящим монстром.

— Вот я и говорю: беднякам ни к чему такая высокая гордость. — Цзи Фэнсюэ не желал выслушивать её пустую болтовню. — Не хочешь ли подумать и рассказать мне, кто заставил тебя так поступить?

Взглянув в эти спокойные, без единой ряби синие глаза, Цзян Янь словно лишилась всех сил. Она пробормотала:

— Ты и правда невыносимо заносчив.

Цзи Фэнсюэ не стал отрицать:

— Окажись ты на моём месте, стала бы ещё заносчивее меня.

— Да, кстати, пожалуй, стоит уточнить: я ведь заносчив далеко не со всеми.

Например, со своим домашним щенком он был невероятно добр и мягок.

— Я ничего тебе не скажу. — Цзян Янь приняла решение. — Сяо Цзи, я надеюсь, ты меня поймёшь. Я с таким трудом забралась на эту ступень...

Она не могла смириться с мыслью, что сорвется вниз и рухнет в пропасть.

Чтобы подняться на нынешнюю высоту, ей пришлось заплатить гораздо большую цену, чем кто-либо мог вообразить.

Цзи Фэнсюэ снова рассмешило её поведение.

Он вовсе не собирался выпытывать ответ, бросив вопрос лишь между делом.

Официант принёс упакованные в контейнеры блюда, и Цзи Фэнсюэ поднялся с места:

— Ужин вышел прескверным. Надеюсь, при нашей следующей встрече ты будешь стоять на коленях и умолять о прощении того, кого ненавидишь больше всего на свете.

—

Прихватив пакет с едой и отправив Пэй Тоу сообщение о том, что всё в порядке, Цзи Фэнсюэ вышел на крыльцевой выход.

Тань Чжу шагнул ему навстречу и сам перехватил бумажный пакет. Он поинтересовался:

— Дела улажены?

— Нет, кажется, мы разошлись во мнениях окончательно.

— Тогда и плевать на них. — Открывая перед Цзи Фэнсюэ дверцу машины, Тань Чжу не преминул высказать недовольство: — Партнёры, которые даже не удостаиваются узнать, на какие продукты у их компаньона аллергия, вообще не заслуживают сотрудничества.

Судя по всему, к этому безымянному деловому партнёру он испытывал сильнейшую антипатию.

Цзи Фэнсюэ не забыл про отельного водителя, ожидавшего его на парковке. Он отправил тому сообщение, велев не ждать возвращения, и дополнительно перевёл водителю щедрые чаевые.

— Пищевая аллергия — дело рук этого человека, всё было подстроено специально. К тому же, мы с ней вовсе не партнёры.

Внезапно услышав, что вечерняя аллергическая реакция была кем-то подстроена намеренно, Тань Чжу одарил его острым взглядом:

— Кто это был?

— Обедал я с Цзян Янь, но указания ей давал кто-то другой. — Цзи Фэнсюэ опустил стекло автомобиля; ночной ветер сегодня казался на редкость ласковым.

В конце концов, они с Цзян Янь стали друг другу совершенно чужими людьми.

Услышав знакомое имя, Тань Чжу на мгновение опешил:

— Ответственная Цзян?

— Она самая.

Тань Чжу поджал губы, с трудом представляя, что человек вроде неё способен на столь неожиданные поступки.

Ведь на недавней Военно-промышленной выставке те маленькие неосознанные жесты Цзян Янь целиком и полностью выдавали её беспокойство и заботу о Цзи Фэнсюэ.

— Разве это не кажется невероятным? — Ночной ветер так приятно освежал, что Цзи Фэнсюэ прикрыл глаза.

— Нисколько.

Ответ Тань Чжу заставил Цзи Фэнсюэ удивлённо приподнять брови.

Не успел он спросить о причинах, как Тань Чжу пояснил:

— Тогда всё встает на свои места.

На сей раз Цзи Фэнсюэ приоткрыл глаза, лениво издав вопросительное:

— М-м? — Его голос на конце повысился, выражая недоумение.

— Будучи твоей старшей сокурсницей, Цзян Янь ещё тогда, перед появлением танка unto, сбежала в Империю. — Машина плавно катила по дороге, а голос Тань Чжу звучал ровно. — Теперь-то понятно, что она изначально не была с тобой и семьей Цзи до конца искренней.

Человек предает человека

Концепция дизайна танка unto подразумевала создание мобильной стальной крепости. Пока основная команда вела закрытые исследования в лаборатории, Цзян Янь, входившая в состав группы разработчиков, решительно и без колебаний сменила место работы.

Этот её шаг поверг в шок абсолютно всех.

Ходили даже упорные слухи, будто Цзян Янь прихватила с собой всю документацию по танку unto и сбежала среди ночи.

Подперев щеку рукой и глядя на сосредоточенное лицо Тань Чжу, Цзи Фэнсюэ тронул губы улыбкой:

— Ты же учился на музыкальном, как тебя занесло в военно-промышленную сферу?

По идее, студенты художественных направлений ни за что не должны интересоваться физикой и военной техникой.

Тем более, что из-за того, как удачно Цзян Янь подгадала момент для ухода, отец Цзи приложил все усилия, чтобы замять скандал, однако за спиной всё равно роилось множество грязных сплетен.

— Брат недоволен мной?

В голосе этого щенка послышалась лёгкая обида.

— Вовсе нет. — Цзи Фэнсюэ восстановил картину до конца: — Цзян Янь действительно увезла с собой все материалы по танку unto. Знаешь, что она отправила моему отцу перед самым уходом? Сообщение с извинениями.

Прекрасно понимая, что подобный поступок станет предательством по отношению к Цзи Миню, Цзян Янь всё равно выбрала именно этот путь.

Брошенное вскользь извинение не могло смыть клеймо удара в спину.

Тань Чжу отчаянно захотелось выругаться последними словами, но он сдерживался изо всех сил, пока наконец не взял себя в руки.

Ему нужно было поддерживать свой образ в глазах Цзи Фэнсюэ.

— Впрочем, ушла и ушла незаменимай она не была. — Холодная и надменная гордость, присущая исключительно Цзи Фэнсюэ, вновь проступила наружу.

Позднее Цзи Фэнсюэ, счастливо ковырявшийся в камнях в Стране Морс, был среди ночи сорван с места отцом Цзи, чтобы спасать положение в команде разработчиков танка unto.

Не спрашивайте, почему учёный-военный специалист отправился добывать руду.

Всё дело в том, что южный горнорудный район Страны Морс подвергся воздействию космических лучей радиевого цинка, из-за чего внутренняя структура камней мутировала: они стали невероятно прочными и идеально подходили для создания оружия.

— Честно говоря, отправляясь на эту встречу, я раздумывал, стоит ли её поздравить. — Цзи Фэнсюэ вздохнул и с чувством произнёс: — В конце концов, обычному человеку пробиться на такую должность и впрямь непросто.

Пожалуй, Цзян Янь решила, будто он смотрит на неё свысока, но на самом деле он не презирал её.

Просто Цзян Янь слишком высоко ценила себя и придавала слишком большое значение его мнению.

Сравнивая себя с ним, она начинала чувствовать себя униженной.

— Думаю, она и так знала, что ты бы её поздравил. — Боковым зрение Тань Чжу наблюдал за выражением лица Цзи Фэнсюэ. — Раз уж она сама сделала такой выбор, брату нет смысла о ней сожалеть.

Человек, решившийся на предательство, всегда обдумывает всё до мельчайших деталей.

— Сожалеть? — Цзи Фэнсюэ прикоснулся средством связи к губам и немного подумал. — Я ни о чём не жалею.

— М?

— Ты правда думаешь, что я собирался её поздравить?

Тань Чжу повёл бровью и промолчал.

Цзи Фэнсюэ пояснил:

— Я пришёл лишь затем, чтобы посмотреть, каких успехов добились в своих исследованиях имперцы.

Забрав пару лет назад столько ценных данных из Федерации, ему было любопытно взглянуть, во что это вылилось у Империи.

И результат оказался весьма посредственным.

Тань Чжу усмехнулся:

— Вот и отлично.

— Не находишь меня жестоким?

— Нисколько. — Тань Чжу ответил без малейшего колебания: — Пока ты в безопасности и не страдаешь, всё остальное не имеет значения.

Как всем было известно, тот самый аккаунт-бот на Звёздной Сети, во всём поддерживающий Цзи Фэнсюэ, был создан и поддерживался исключительно его силами.

Цзи Фэнсюэ довольно улыбнулся, и на его щеках проступили ямочки:

— Ты говоришь слово в слово то же самое, что мои папа и мама.

Ямочки у него были неглубокими, и показывались только тогда, когда он был по-настоящему счастлив.

Засмотревшись на мгновение, Тань Чжу прикусил губу:

— Брату не кажется это назойливым?

Столкнувшись с внезапным вопросом Тань Чжу, Цзи Фэнсюэ покачал головой:

— Нет.

— Тань Чжу, я человек довольно высокомерный. — Он сложил руки на животе и повернул голову к окну, за которым замелькали огни ночного города. — Я могу отличаться от того образа, который ты себе нарисовал.

Едва договорив, Цзи Фэнсюэ моргнул. Раньше он никогда не говорил подобного людям, с которыми был едва знаком.

Даже с Цзян Янь, общаясь столько лет, он лишь сегодня обнажил свою истинную суть.

Он сам толком не понимал, стремится ли заставить Тань Чжу прозреть и держаться от него подальше, или же надеется, что Тань Чжу…

— Брат так невероятно умен, ему положено быть немного высокомерным. — Улыбнувшись, Тань Чжу прервал его раздумья. — К тому же, что бы ни случилось, брат есть брат.

Слухи и сплетни, ходившие вокруг Цзи Фэнсюэ, были известны Тань Чжу до мельчайших деталей.

Стоило главе южного округа Страны Морс узнать, что Цзи Фэнсюэ собирает образцы минералов в рудниках, как он тут же приказал перекрыть зону, запретить кому-либо вход и отправить людей изучать камни.

Две недели спустя в южных рудниках разразилась загадочная вспышка чумы: заражённые ею люди погибали от отказа почек всего за сорок восемь часов.

С тех пор южные рудники превратились в мёртвую зону, куда никто не смел соваться.

В Даркнете вовсю судачили, будто истинным виновником трагедии в мёртвых рудниках был именно Цзи Фэнсюэ.

Тань Чжу крепко держал руль обеими руками, а его взгляд оставался совершенно спокойным:

— Пусть я не знаю, что у тебя на уме, но пока ты остаешься собой, я всегда буду на твоей стороне.

И что с того, если зачинщиком был Цзи Фэнсюэ? И что с того, если нет?

Он выступал за безусловную поддержку Цзи Фэнсюэ во всём.

Зрачки Цзи Фэнсюэ слегка расширились. Мысленно он подумал, что щенок, который умеет так красиво говорить и выражать свои чувства — это поистине редчайшее зрелище на свете.

— Я проголодался, когда мы уже доедем до твоего дома? — Он подпер подбородок рукой, и на щеках вновь заиграли едва заметные ямочки.

—

Ужин вышел прескверным. Надеюсь, при нашей следующей встрече ты будешь стоять на коленях и умолять о прощении того, кого ненавидишь больше всего на свете.

Плёнка кассеты докрутилась до конца, и кнопка воспроизведения со щелчком отскочила вверх.

Эхо финальных слов Цзи Фэнсюэ, казалось, всё ещё висело в воздухе просторной комнаты.

Хотя самого говорящего рядом не было, сила внушения в этой фразе ничуть не ослабла.

— Как тебе удалось уговорить Цзян Янь пойти у тебя на поводу? — В отличие от Жолань, который развалился на диване и часто дышал, пытаясь успокоить бушующие эмоции, Чжу Юй выглядел куда спокойнее.

Он обратился не к Цзи Фэнсюэ, а сразу к Сюй Шивэю.

Цзян Янь была упрямым, надломленным камнем: кичилась фальшивой гордостью и в то же время безумно жаждала пробиться наверх.

Чжу Юй рассматривал её лишь как забавную игрушку.

— Я-то? — Сюй Шивэй достал из серебряного портсигара сигарету, чиркнул зажигалкой, откинулся на спинку дивана и лениво выпустил кольцо белого дыма.

http://bllate.org/book/34083/4196227