Готовый перевод Remember to Hide It From Your Boyfriend / Тайный роман: Двойная сделка с призраками: Глава 2

Се Юйшэн с сомнением посмотрел на него:

— Ты что здесь работаешь?

Это прозвучало так, будто он говорил: неужели тех денег, что я тебе даю, всё ещё мало?

Красив, ничего не скажешь — как-никак главный герой-акку, черты лица безупречны, разве что на чей-то вкус не угодишь. Линь Жохуай остался совершенно невозмутим и спокойно ответил:

— Те деньги нужно откладывать на черный день. Вдруг я потом заболею и мне понадобятся средства? Чего тебе налить?

Услышав слово «болезнь», Се Юйшэн вспомнил о судьбе его родителей и перестал допытываться:

— Обычной кипяченой воды. У тебя есть время?

Линь Жохуай кивком указал на чек:

— Полчаса. Сначала подожди.

— Почему ты говоришь так тихо? Сними маску, прежде чем разговаривать со мной.

Линь Жохуай посмотрел на него с осуждением:

— Так нельзя, слюна полетит внутрь, это негигиенично.

Се Юйшэн только хотел сказать, чтобы тот бросал эту работу, как вдруг передумал и спросил:

— Какая у тебя здесь почасовая оплата?

Линь Жохуай назвал сумму, и Се Юйшэн пообещал увеличить её в пять раз.

Линь Жохуай замер на секунду, после чего с ловкостью стянул маску и украдкой бросил странный взгляд вправо: те два парня сидели ни живы ни мертвы, глядя на него влажными от слез глазами.

Испугались, до чего же смешно.

Он же не собирался на них жаловаться, максимум — обругал бы в мыслях парочкой тупых щенков.

Линь Жохуай отвернулся и с милой улыбкой кивнул божеству богатства:

— Жди меня пять минут.

Не дожидаясь ответа Се Юйшэна, он шагнул на кухню, нашел коллегу, с которым был ближе всего, и попросил подменить его на полчаса, пообещав поделиться деньгами. Тот сразу же с радостью согласился.

Затем Линь Жохуай зашел в раздевалку, снял кепку, поправил примятые волосы и чуть растрепавшийся воротник. Улыбнувшись и кивнув своему отражению в зеркале, он в абсолютно опрятном виде вышел наружу.

Линь Жохуай принес Се Юйшэну два стакана воды: один — комнатной температуры, а второй, с газировкой и кубиками льда, заполненными на две трети, оставил себе.

Се Юйшэн молча наблюдал за ним пару секунд, пока они сидели в тишине. Линь Жохуай же, сверкая зубами, хрустел льдинками и, совершенно не обращая внимания на неловкую атмосферу, отлично развлекал себя в одиночку.

Будучи уверенным, что тот наверняка прочитал этот список и теперь ждет объяснений, Се Юйшэн решил прервать молчание и странным тоном произнес:

— Ты поправился.

Линь Жохуай только протянул «а», не вынимая изо рта кубик льда.

Се Юйшэн продолжил:

— В прошлом месяце, сразу после похорон, ты выглядел совершенно мертвенным, кожа да кости. Раз уж выдался повод для радости, поделись с братом.

Линь Жохуай вдруг испугался говорить лишнего. По правде говоря, его попадание в книгу отличалось от обычных историй: он не унаследовал память первоначального владельца тела. Тот был собой, а он — собой, и всю базовую информацию Линь Жохуай собирал по крупицам самостоятельно.

Линь Жохуай ответил:

— Это потому, что ты мне деньги даешь.

Се Юйшэн:

— …

— Деньги питают человека. Я теперь совсем один, пропал бы, если бы не умел о себе заботиться. — Линь Жохуай улыбнулся, блеснув ровными белыми зубами.

Странное чувство в груди Се Юйшэна стало еще сильнее, но расспрашивать он не стал:

— Так вот почему ты начал выбивать у адвоката всякие проценты и премии — решил ободрать меня?

— Ты будешь мелочиться из-за такой ерунды? — Линь Жохуай попытался вернуть привычный тон, вспомнив, что по сюжету первоначальный владелец тела приходился главным героям другом детства.

Се Юйшэн и не думал мелочиться — в конце концов, когда ему позвонил адвокат, он ответил всего одной фразой: пусть делает что хочет.

Окинув Линь Жохуая оценивающим взглядом и подумав о том, что после отправленного накануне файла тот даже не стал устраивать истерик, Се Юйшэн спросил:

— Больше нет вопросов?

— Каких еще вопросов?

— По поводу списка, который я скинул тебе вчера вечером. Почему с тобой так тяжело разговаривать?

Эти слова прозвучали обидно, и Линь Жохуай ответил честно:

— Сам говоришь бессвязно, а еще и меня винишь.

— … — Се Юйшэн закатил глаза, потеряв дар речи. Постучав пальцем по столу, он продолжил: — Будешь просто держаться в стороне, позовут — подойдешь. Не шатайся где попало и не наживай проблем, твой статус теперь совсем другой…

На этот раз указания звучали куда яснее, и Линь Жохуай послушно поддакивал на каждый аргумент. Он прекрасно знал, что их с Се Юйшэном соглашение преследовало две цели: во-первых, из-за внутренних дел семьи Се, а во-вторых, чтобы позлить главного героя-суку. Последнее являлось главной причиной.

— Особенно опасайся Шэнь Ци…

Незнакомое имя. Вроде бы звучит знакомо, но в то же время казалось, что он никогда его не слышал. Линь Жохуай хрустел льдом и смотрел на него.

Се Юйшэн о чем-то задумался и, глядя на своего обанкротившегося и жалкого братца, нахмурился:

— Я знаю, что ты недоволен тем, что он поглотил Корпорация Линь, но он — не тот человек, с которым стоит связываться. Твоим силенок не хватит тягаться с ним, смотри мне, не дай себя обидеть…

— Угу, угу.

— Я и не думал, что он придет. А раз придет — ну и ладно, скорее всего, из-за дела Шэнь Цинъи, так что не лезь к нему на рожон.

— Угу, угу.

— Ты вообще меня слушаешь?

Почувствовав приближение неминуемого нагоняя, Линь Жохуай принял серьезный вид и поспешил оправдаться:

— Слушаю, я же во всем с тобой согласился.

— … — Давление Се Юйшэна подскочило. Сделав глоток воды, чтобы остудить пыл, он добавил: — Короче говоря, умерь свой пыл, Шэнь Ци — фрукт еще тот… Я не уверен, что смогу вытащить тебя, если что.

На этот раз Линь Жохуай не стал вовремя отзываться дежурным «угу», и Се Юйшэн отвык от этого, даже почувствовав легкое раздражение. Он уже собирался вспылить и поругаться, как вдруг услышал вздох собеседника:

— Ох, как всё запущено. — Веки Линь Жохуая слегка опустились. — Выходит, я буду с ним сталкиваться на банкете?

Се Юйшэн тихо закатил глаза. Сталкиваться? Нашелся подходящий термин.

— Передумал?

— Нет, я к тому… — Линь Жохуай вполне резонно выдвинул требование: — Придется доплатить.

Повисла зловещая мертвая тишина.

Линь Жохуай чувствовал себя невероятно виноватым, но, подумав, рассудил: Се Юйшэн нанимал его просто для роли молчаливой куклы и ничего не говорил о взаимодействии с остальными гостями. Значит, это дополнительная услуга, вроде сдельной работы с процентами, и надбавка вполне заслужена.

Кубики льда в стакане были разгрызены, внутренние приготовления завершены, и Линь Жохуай заговорил с полным правом на победу, хоть голос его и слегка дрожал:

— Этого я и заслуживаю.

Се Юйшэн с бесстрастным лицом спросил:

— Сколько?

— Тысяч пятьдесят. Переведешь деньги — и я поеду.

Се Юйшэн согласился не раздумывая — судя по всему, для такого мажора пятьдесят тысяч были сущим пустяком, которому Линь Жохуай вовсе не завидовал…

Закончив разговор, Се Юйшэн не спешил уходить. Он медленно, глоток за глотком, допивал воду, словно раздумывая, не допить ли всё до конца перед уходом. Линь Жохуай воспользовался моментом, чтобы восполнить пробелы в информации:

— Брат, что у вас с Шэнь Цинъи? Вы поссорились?

Лицо Се Юйшэна мгновенно помрачнело:

— Взрослые разбираются, а ты не лезь, малолетний.

Линь Жохуай забурчал под нос:

— Ты старше меня всего на несколько месяцев.

— Все равно не твое дело. — Лицо Се Юйшэна стало еще чернее.

Вспомнив, почему он вообще выбрал эту книгу — кажется, это была сладковато-кислая история о заклятых врагах, которая насчитывала уже полмиллиона знаков и всё никак не заканчивалась, — Линь Жохуай понял, что сюжет двигался исключительно из-за нежелания главных героев открывать рты. Ярким примером чему служил нынешний вид главного героя-акку.

Наконец вода закончилась, и Се Юйшэн собрался уходить. Бросив острый взгляд на тех двоих за спиной Линь Жохуая, он спросил:

— Они обижали тебя?

Парни не смели сдвинуться с места и со страхом, а также тревогой смотрели на круглый затылок Линь Жохуая. Услышав его ответ: «Нет же», те облегченно выдохнули.

Линь Жохуай повернулся к ним и улыбнулся:

— Вы же меня не обижали, правда?

Те закивали с усердием брошенных щеночков, выглядя предельно преданными и благодарными.

Се Юйшэн усмехнулся, взъерошил волосы Линь Жохуая и вышел.

Не придавая этому значения, Линь Жохуай проводил его до дверей, а обернувшись, увидел двух покрасневших парней, которые долго о чем-то шептались. В конце концов, не выдержав напряжения, они схватили рюкзаки и наперегонки выбежали на улицу.

Линь Жохуай со задумчивым видом проводил их взглядом: характер у прежнего владельца тела, судя по всему, был скверным, и в былые времена он успел настроить против себя немало людей. Неужели предстоящий на следующей неделе банкет окажется настоящим пиром на ножках?

Стоило ему надеть маску, как пришло уведомление о переводе от Се Юйшэна. Линь Жохуай без колебаний перечислил долю коллеге, и тот чуть не со слезами на глазах пообещал угостить его обедом в следующий раз.

Заработать тысячу юаней за полчаса — это больше, чем его трехдневный заработок вместе взятый. Линь Жохуай махнул рукой, мол, пустяки.

В этом месяце Линь Жохуай завершил свою карьеру подработчика и официально стал безработным. Судя по оставленным прежним хозяином воспоминаниям, по образованию он был филологом китайской словесности — а значит, выпустился аккурат к безработице.

Требования к работе у первоначального владельца были предельно простыми: полный соцпакет, два выходных в неделю, график с девяти до пяти и поближе к дому.

Госслужба идеально отвечала всем запросам, но на третьем курсе в семье грянули перемены. Жизнь закрутилась в бешеном ритме, времени не хватало катастрофически, и мечта о размеренной жизни по маршруту дом-работа-дом стала недосягаемой роскошью.

Тот был собой, а он — собой. Теперь же, получив выгодное предложение от Се Юйшэна, Линь Жохуай перестал забивать себе голову лишним. У него имелись иные цели, которые не решались ни подготовкой к госслужбе, ни поступлением в магистратуру. Помимо этого, в памяти всплыл один важнейший поворотный момент.

Его роль сводилась к инструменту для продвижения отношений главных героев, в их драмы он глубоко не ввязывался. Поэтому на какое-то время сюжет выведет его из игры: если память не изменяла, его должны были отправить на принудительную отработку прислуживать Шэнь Ци.

Выходило, что в масштабах всей книги Шэнь Ци считался второстепенным персонажем, но в личном мире Линь Жохуая он становился центральной фигурой.

Впрочем, всё происходящее казалось ему сплошным приключением — например, местная еда. За последние дни он слишком часто питался уличным фастфудом и в итоге заработал расстройство желудка. Живот постоянно вздувался и ныл, и даже полный отказ от вредной пищи не помогал.

Пришлось идти в маленькую клинику за лекарствами. Когда позвонила помощница дизайнера, он как раз морщился, запивая противный порошок водой, и отвечал на звонок: на каждое слово приходилось делать паузу на рвоту, доведя бедную девушку до полного отчаяния.

— Господин Линь, молодой господин Се записал вас на примерку костюма завтра на два часа дня.

— Я понял… Ух.

— …

На подобных светских раутах одежда и внешний вид составляли первое впечатление, а Се Юйшэн в таких вопросах был изнежен и требователен, так что Линь Жохуай отправился на встречу в полудохлом состоянии.

Дизайнер вынес ему темно-серый костюм. Запонки, зажим для галстука — всё было на месте. Одежда творила чудеса: его аура мгновенно изменилась, превратив падшего до простолюдина парня в избалованного аристократичного юношу.

У утонченного молодого человека были отличная фигура, бледная кожа и яркие, выразительные черты лица. Изгиб век плавно тянулся к вискам, ресницы были настолько длинными, что на них, казалось, можно было что-то положить, а зрачки имели редкий светло-карие, почти янтарный оттенок, делавший его улыбку живой и лучезарной.

Закончив примерку, Линь Жохуай слегка уставшим опустился на диван в приемной в ожидании, пока костюм упакуют, и тут случайно столкнулся с кое-кем.

http://bllate.org/book/34024/4187784