Готовый перевод Blessing the Disabled Tycoon / Счастливый брак с тираном: спастись от сюжета: Глава 12

Нань Син немного понаблюдал за этим, мысленно помолился за тех людей и отправился спать. Он и представить не мог, что ранним утром столкнется с такой огромной сенсацией.

— Неужели этого водителя кто-то нанял, чтобы убить влиятельного человека? И он специально подстроил такую аварию?

Однокурсники тут же принялись строить самые невероятные теории.

В романах и новостях подобных аварий ради личной выгоды было пруд пруди.

— Если это правда, то тот человек за кулисами просто перешел все границы! Ради убийства всего одного человека он потянул за собой больше десятка машин, а ведь за ними стоят десятки семей.

Нань Син тоже так думал.

Больше десятка машин! Это же какое безумие, совершенно не ценить человеческие жизни!

Посудачив еще немного и так и не выяснив, кто же этот попавший в аварию влиятельный человек, студенты с сожалением переключились на сплетни из мира шоу-бизнеса.

Насытившись слухами и не испытывая особого интереса к обсуждаемым звездам, Линь Дань поднялся с места, намереваясь уйти. Но стоило ему встать, как он заметил стоявшего позади него и погруженного в задумчивость Нань Сина, и чуть не подпрыгнул от испуга.

— Ты чего стоишь здесь ни слова не говоря? Напугал меня, — Линь Дань похлопал себя по груди.

Нань Син пришел в себя:

— Я тут размышляю над одной задачей.

С этими словами он направился к своему месту.

Линь Дань последовал за ним:

— Над чем ты думаешь?

Нань Син ответил:

— Над тем, кто же этот влиятельный человек, попавший в аварию.

Линь Дань тоже заинтересовался:

— Я бы тоже хотел узнать, да нет никаких каналов. Если то, что они только что говорили, правда, разве в семье пострадавшего влиятельного лица не должно начаться серьезное движение?

Где движение — оттуда обязательно просочатся новости.

Линь Дань мгновенно воодушевился: это же были тайны богатых семей! Причем с человеческими жертвами! Если удастся это раскопать, разве не три дня и три ночи можно будет смаковать сплетню? А то и всплывут всякие еще более пикантные подробности.

Всякие там любовницы, внебрачные дети, бардак...

Пережив прилив возбуждения, Линь Дань вдруг сообразил, что что-то не так, и толкнул Нань Сина локтем:

— С каких это пор тебя стали волновать чужие сплетни?

Раньше Нань Син слушал слухи исключительно ради удовлетворения любопытства, но никогда не принимал их близко к сердцу: послушал — и забыл. С чего бы это на сей раз он до сих пор ломает голову?

Нань Син нахмурился, в его глазах промелькнуло замешательство:

— Сам не знаю почему, но меня это очень волнует.

Впрочем, для Нань Сина превыше всего было собственное хорошее настроение, поэтому он быстро выбросил это дело из головы и вернулся на свое место, чтобы усердно порисовать — задание на эту неделю он еще не сдал.

Благодаря телохранителю, находившемуся поблизости, Нань Сину совсем не о чем было беспокоиться в учебные дни: каждый раз он проводил время радостно и беззаботно, а если ему изредка было лень куда-то идти за покупками, телохранитель всегда выручал.

Лу Тин приходил искать Нань Сина дважды, но оба раза телохранитель преграждал ему путь.

В пятницу, после окончания последней пары, Нань Син собрал вещи, готовясь отправиться домой. Стоило ему выйти из учебного корпуса и ступить на спортивную площадку, как откуда-то издалека внезапно подбежал Лу Тин и, в тот самый момент, когда телохранитель приготовился перехватить его, рухнул на колени прямо на землю.

— Синсин, за чем ты меня так прижимаешь к стене, моя мама ведь все еще в больнице! Ты можешь со мной делать что угодно, но нельзя же так поступать с моей мамой!

Голос Лу Тина звучал настолько громко и надрывно, что в этот самый момент все студенты на спортивной площадке уставились на них.

И Нань Син, и Лу Тин были известными личностями в университете А: первый — признанный красавец художественного института, второй — парень, которого публично пообещал взять под свое крыло главный красавчик финансового факультета.

Поняв, кто перед ними, окружающие тут же оживились, навострили уши, кто-то даже открыл форум, готовясь вести трансляцию, а самые смелые достали телефоны и наставили камеры на обоих молодых людей.

Нань Син:

— ...

Какая гадость.

Нань Син был крайне недоволен. Он вовсе не собирался позволять Лу Тину так себя очернять: в конце концов, он — благородный младший господин семьи Нань, и никому не позволит обижать себя безнаказанно.

С сохраняющим невозмутимость изнеженным лицом, в котором все еще проступали детские черты, Нань Син сделал шаг вперед, останавливаясь перед Лу Тином, и с абсолютно спокойным видом принял его коленопреклонение. Подумав немного, он скопировал манеру Гу Синаня и холодно произнес:

— Выкладывай давай, как это я тебя притеснял?

Лу Тин чуть не плакал, на глазах блестели слезы:

— Извещение о судебном иске из суда... Я же говорил, что верну тебе деньги, почему ты все равно подал на меня в суд? Когда моя мама заболела и у меня не было денег, ты сам предложил одолжить их мне, и я пообещал, что буду усердно подрабатывать и верну тебе долг! Почему ты теперь подаешь на меня в суд? Моя мама не может прерывать лечение, как ты можешь так поступать?

— У меня осталась только мама, я просто хочу, чтобы она выжила! Синсин, умоляю тебя, я буду старательно зарабатывать деньги и все верну, только не судись со мной. Если мама узнает об этом, она откажется принимать лекарства!

— Я брошу учебу и пойду работать...

— У меня ведь только мама...

В тот же миг взгляды абсолютно всех присутствующих на Нань Сина резко переменились.

Нань Син ничуть не испугался. Он холодно усмехнулся и свысока, с явным презрением посмотрел на Лу Тина. По сюжету Лу Тин всегда вот так прикидывался жалким и несчастным, но теперь-то он сам знал развитие сюжета, поэтому вовсе не боялся подобных фокусов Лу Тина.

Нань Син произнес:

— Мы знакомы три месяца. За эти жалкие три месяца я перевел тебе в общей сложности около двух с половиной миллионов, и это не считая тех украшений и мелочей, что я тебе дарил.

Вокруг послышались испуганные вздохи.

Лу Тин:

— Я...

— Закрой ему рот, — скомандовал Нань Син телохранителю.

Телохранитель незамедлительно зажал Лу Тину рот рукой.

Нань Син слегка улыбнулся:

— Когда настанет твоя очередь говорить, тебе обязательно дадут слово. А пока говорю я, не перебивай.

Узнав о происходящем, Линь Дань даже не стал забирать свой багаж — прямо бросил его у общежития и быстро прибежал к Нань Сину, одним только взглядом истребив желание у тех сочувствующих зевак, которые порывались двинуться вперед, чтобы помочь Лу Тину.

Нань Син успокаивающе похлопал Линь Даня по плечу, а затем продолжил:

— Ты утверждал, что все эти деньги нужны на лечение твоей мамы. Видя, как ты жалок, я дал их тебе. У меня есть деньги, и изначально я даже не думал требовать их обратно, в конце концов, мы ведь были друзьями.

— Но, — тон Нань Сина резко изменился, — в последнее время я каждый день вижу тебя в брендовой одежде и обуви, а еще заметил, что ты отираешься в элитных заведениях. Поэтому я навел о тебе справки: те деньги, что я тебе дал, ты практически не тратил на лечение матери.

— Отпусти его, пусть говорит.

Телохранитель тут же отпустил бьющегося в попытках вырваться Лу Тина.

Лу Тин сразу же залился слезами:

— Это неправда, Синсин! Я не обманывал тебя насчет денег! Вся одежда на мне куплена на уличных лотках, какая это к черту брендовая? Моя мама действительно тяжело больна, и ей нужно столько денег, я же показывал тебе медицинские справки!

— По-твоему, я не отличу вещь с барахолки от брендовой? Лу Тин, не все вокруг дураки, в нашем учебном заведении многие умеют отличать подделки от оригинала. Ты осмелишься позволить им подойти и проверить?

Лицо Лу Тина слегка изменилось в лице, и ему оставалось лишь продолжать рыдать:

— Я правда не знаю... Вещи на мне, возможно, подарки от друзей. Они подарили мне сразу несколько комплектов, я ношу их вперемешку и никогда не обращал на это внимания. Синсин, поступать так со мной — это просто несправедливо!

— А как же твоя мама? — холодно бросил Нань Син. — Что насчет лекарств для твоей мамы? Я наводил справки: за последние несколько месяцев на медикаменты для твоей матери уходило максимум полмиллиона. И кроме того, хватит ли у тебя смежности запросить выписку по банковскому счету?

Одна эта фраза заставила Лу Тина мгновенно оспорить силы и оссиротело осесть на землю.

Банковская выписка...

Да как он посмеет ее запросить...

— Деньги на лечение твоей мамы я с тебя тоже требовать не стану — брать на себя обвинение в том, что довел человека до смерти, я не смею. Но оставшиеся деньги ты обязан вернуть.

Нань Син больше не желал возиться с Лу Тином: все, что нужно, он уже сказал. Бросив эти слова, он подмигнул Линь Даню и зашагал прочь.

Линь Дань тоже все прекрасно понял. Он с презрением зыркнул на Лу Тина, бросил Нань Сину пару слов и снова помчался к общежитию за своими вещами.

После ухода Нань Сина все взгляды и пересуды устремились на Лу Тина. Тот еще никогда в жизни не чувствовал себя настолько униженным и опозоренным.

Он до боли сжал кулаки, низко опустив голову, чтобы скрыть свое злобное выражение лица, и не смел поднять глаз на окружающих, после чего стремглав выбежал со спортивной площадки.

Ему нужно было хорошенько подумать, как разрулить этот кризис.

Раз уж денежный мешок по имени Нань Син ускользнул, нельзя допустить промаха с другими источниками денег. А этот Нань Син...

Лу Тин с ненавистью подумал: с какой стати Нань Син смотрит на него свысока? С какой стати он возвышается над всеми? Только потому, что ему посчастливилось родиться в богатой семье! Он обязательно вернет это унижение в десяти- или стократном размере, он заставит Нань Сина в будущем влачить еще более жалкое и нищенское существование, чем он сам...

---

Забравшись в машину, Нань Син тут же выбросил Лу Тина из головы. Он с предвкушением распахнул мини-холодильник и, как и ожидал, обнаружил там вишневое пирожное.

— Хе-хе.

Нань Син радостно улыбнулся: как же здорово, когда мама возвращается из командировки, снова можно будет полакомиться пирожными, приготовленными ее собственными руками.

Он зачерпнул ложечкой кусочек торта, отправил в рот и блаженно прищурился: ну просто загляденье, а не пирожное, вкус — просто слов нет!

Нань Син весело поинтересовался у сидевшего за рулем дяди У:

— Дядя У, мама и папа уже дома?

Услышав голос Нань Сина, дядя У добродушно рассмеялся:

— Господин и госпожа дома, молодой господин сможет увидеть их сразу, как мы приедем.

Как только машина остановилась у дома, Нань Син вихрем влетел внутрь и, заметив Му Циньхуа, тут же бросился к ней, заключив в крепкие объятия:

— Мама, ты наконец-то вернулась домой!

Му Циньхуа торопливо отложила то, что держала в руках, и бережно притянула Нань Сина к себе, оглядывая с ног до головы:

— Дай-ка маме посмотреть, не обижали ли тут моего малыша все это время?

Нань Син покрутился на месте и даже с гордостью похлопал себя по груди:

— Ни капельки! Я даже поправился на полкило!

— Кхе-кхе, — раздался голос Нам Хунцзюня.

Нань Син наконец заметил отца и тут же ласково подбежал к нему, льстиво заговорив:

— Папа отсутствовал в командировке аж полмесяца, я тоже по тебе соскучился.

Нань Хунцзюнь мгновенно расплылся в улыбке.

Вдоволь натешившись ласками, Нань Син наконец обратил внимание на то, что Му Циньхуа и Нань Хунцзюнь только что упаковывали. Приглядевшись, он понял, что большую часть составляли дорогие целебные травы и добавки, а меньшую — свежие фрукты.

Нань Син моргнул:

— Мама, а это кому всё предназначено?

Почему это так сильно смахивало на подарочный набор для пациента больницы?

Кто-то из родственников заболел?

Му Циньхуа тяжело вздохнула:

— Генеральный директор Гу попал в аварию, мы с твоим отцом собираемся навестить его.

В конце концов, семьи сейчас связаны деловыми отношениями.

— А? — Сердечко Нань Сина почему-то вдруг сделало тяжелый удар. — Генеральный директор Гу?

Му Циньхуа кивнула:

— Угу.

— Именно тот Гу, о котором ты подумал, — Гу Синань.

Нань Син:

— !!!

Его глаза округлились до предела.

Гу Синань попал в аварию?

http://bllate.org/book/34010/4185956