Готовый перевод Don't Gossip About Puppies / Не смейте обижать щенка: Божественная родословная: Глава 14

Стоит относиться к человеку по-доброму, и он ответит тебе тем же — именно так подсказывал Ло Цину многолетний опыт общения с людьми.

Юэ Шу кивнул:

— Меньше сиди по ночам.

Ло Цин послушно отозвался, чувствуя, что настроение сидевшего рядом человека заметно улучшилось.

Хотя на лице собеседника по-прежнему застыло прежнее выражение, он почему-то интуитивно чувствовал именно это.

На утреннем уроке китайского языка объясняли тему, а заданный для заучивания наизусть текст Ло Цин выучил еще в двенадцать лет.

Выспавшийся и уже не испытывавший ни капли сонливости, Ло Цин подпер подбородок рукой и стал перелистывать учебник, просматривая еще не пройденные параграфы. Заметив краем глаза, что Юэ Шу упражняется в каллиграфии, он перевел взгляд и тихонько занаблюдал, как тот черта за чертой выводит иероглифы.

Юэ Шу давным-давно заметил, что рука соседа залезла на его территорию, но возражать не стал, позволяя пареньку следить глазами за каждым движением его кисти.

Ло Цин тоже пытался заниматься каллиграфией, но все его попытки неизменно заканчивались провалом. В памяти всплывало, что кто-то вечно смеялся над его куриными лапами, но тут же добавлял, что лучше все-таки сохранить в письме хоть какую-то индивидуальность.

Из-за слабого здоровья воспоминания юноши порой расплывались, и образ того человека давно стерся из памяти, оставив лишь эту фразу.

Наверное, кто-то из старших родственников.

Взгляд парня был донельзя сосредоточенным и прямым, казалось, во всем мире для него существовала лишь эта рука.

Проводив взглядом последнюю черту, которая слегка дрогнула, но все же не превратилась в брак, Юэ Шу левой рукой обхватил правую, пытаясь унять ее дрожь.

— Только один лист? — заметив, что Юэ Шу отложил ручку, тихонько подал голос Ло Цин, боясь потревожить движения юноши.

— Мм, сегодня состояние не очень.

Юэ Шу надел колпачок на перьевую ручку, отложил ее в сторону и посмотрел на вызывающий смущение лист бумаги.

И это он называет не очень?

Ло Цин придвинулся ближе, разглядывая размашистые, исполненные силы иероглифы с резкими изломами и крюками. Он понял: красивый почерк дается человеку от рождения, и сколько бы лет он сам ни занимался культивацией, такую красоту ему не осилить.

— Очень красиво написано.

— Правда? — В ровном голосе юноши проскользнула нотка растерянности, а кончики его ушей покраснели так, будто обжигали. — Тебе нужна?

А?

Ло Цин никак не ожидал, что Юэ Шу, потративший на этот иероглифический лист добрых минут десять, вот так запросто решит подарить его ему, и поспешно согласился:

— Спасибо! Вернусь домой — обязательно буду каждый день упражняться по этой прописи.

Упражняться на этом самом листе?

Рука, державшая бумагу, замерла. Юэ Шу снова заговорил:

— Тогда я лучше напишу другую.

Эту… по его мнению, он был не в лучшей форме, и она отличалась от его обычного уровня.

— Не нужно, мне очень нравится. — Луо Шу принял бумагу из рук Юэ Шу и искренне улыбнулся, но тут же заметил, что юноша отвернулся и принялся вертеть в пальцах перьевую ручку.

Ло Цин с восторгом разглядывал творение Юэ Шу, после чего бережно заложил листок между страниц учебника.

Как же красиво написано! Когда он вернется на Гору Вэньдао, обязательно привезет Юэ Шу целую гору красивых камней.

При этой мысли выражение лица Ло Цина снова стало серьезным. Украдкой взглянув на Юэ Шу, который все еще крутил в руке ручку — та, казалось, барахлила, из-за чего Юэ Шу никак не поднимал головы, — юноша задумался.

Теперь это дело касалось не только поручения Чжан Жунтяня: он и сам хотел как следует разобраться во всем, что произошло в прошлый раз. Юэ Шу совершенно точно не был тем человеком, за которого его выдавали остальные.

Он вспомнил присланные Чжан Жунтянем вчера материалы: все те студенты учились в восьмом классе.

Их класс находился этажом выше, а вовсе не здесь. Сам же Юэ Шу раньше учился в девятом, и с восьмым они действительно занимались на одном этаже, вот только каким образом между ними завязались какие-то отношения?

Ло Цин пришел сюда всего пару недель назад и едва ли с трудом запомнил имена одноклассников, что уж говорить обо всей параллели в целом.

Он поднял взгляд на двух учеников впереди, которые загородились учебниками и почти засыпали, и продемонстрировал клыки.

[Ло Цин: Линь Ци?]

[Ло Цин: Чэнь Жань?]

Линь Ци и Чэнь Жань, разбуженные вибрацией телефонов в карманах, в полусонном состоянии вытащили гаджеты, бросили взгляд на сообщение в чате, а затем уставились на Ло Цина.

[Линь Ци: ?]

[Чэнь Жань: ?]

[Ло Цин: Хочу спросить кое о чем. Вы что-нибудь слышали о трех парнях по имени Чжао Чэньян, Ли И и Лин Тянь?]

Вчера Чжан Жунтянь прислал ему эти три имени, заявив, что именно они подрались с Юэ Шу в прошлый раз и попались.

[Чэнь Жань: Чжао Чэняна я знаю. Называет себя главным по старшей школе, вечно влипает во всякие истории. А про двоих других толком ничего не слышал.]

[Линь Ци: Поддерживаю вышесказанное. А к чему этот вопрос?]

[Ло Цин: Ничего особенного, просто показалось, что у этой троицы довольно необычные имена.]

Линь Ци и Чэнь Жань: Интересно, поверил ли он сам в то, что написал?

[Чэнь Жань: Братец Цин, если хочешь что-то узнать, я могу расспросить своего друга из восьмого класса. Он с Чжао Чэняном в одном классе учится.]

[Ло Цин: Извини за беспокойство!]

[Чэнь Жань: Пустяки, мелочи жизни.]

Первый шаг сделан, теперь посмотрим, удастся ли Чэнь Жаню что-нибудь раскопать.

Если уж совсем ничего не выйдет, Ло Цин собирался расспросить во всем сам, разумеется, при условии, что сидевший рядом сосед ничего не узнает.

Ло Цин посмотрел на Юэ Шу: похоже, ручка наконец перестала капризничать, и тот возобновил занятия каллиграфией.

Не успел он ничего сказать, как в класс вошла классный руководитель Цзян Яояо и знаком велела ученикам соблюдать тишину и прекратить зубрежку.

— Только что закончилось совещание. Школьная спартакиада в этот раз совпала с двадцатилетием со дня основания школы, и директор объявил, что церемония открытия будет куда более масштабной и торжественной. К нам планируют пригласить знаменитых выпускников нашей школы.

Ученики выпускного класса и так испытывают колоссальную нагрузку, поэтому вся тяжесть подготовки номеров ложится на плечи параллели второго года обучения. У кого есть какие таланты — сообщайте старосте класса, ближе к делу для второкурсников подготовят массовое выступление.

Услышав о столь масштабном мероприятии, освобождающем от учебы, шестнадцати- и семнадцатилетние юноши и девушки радостно зашумели, словно взорвался котел с кипятком, однако тут же помрачнели лицами, услышав про номера и массовые выступления.

Впрочем, предвкушение свободы от уроков всё же перевесило все заботы, и они вновь оживленно защебетали, будто день открытия спартакиады наступил уже сегодня.

Ло Цин впервые сталкивался с подобным массовым сборищем, и видя, как веселятся люди, тоже заразился всеобщим возбуждением.

Правда, какими-то особыми талантами он не обладал. Интересно, считается ли за талант способность бегать по отвесным скалам и приземляться в целости и сохранности после прыжка с десятков метров?

http://bllate.org/book/33934/4175569