Чу Мин еще подумал, что перепил и расслышал все не так. Он оглянулся на Ли Жана и, заметив на лице того предельно серьезное выражение, слегка приподнял брови и взял пакетик с хрустящими кукурузными палочками.
— Это тот самый способ, который ты придумал? Путь к сердцу лежит через желудок, и все ради какой-то там фигни? Ты что, думаешь, он безмозглый боров?
Ли Жан не знал, что ответить, но ничего лучше у него действительно не было.
— Смотрю, ты не особо горишь желанием остаться рядом со мной. — Чу Мин швырнул пакет обратно, окинув его ледяным, презрительным взглядом.
— Нет, я хочу остаться с тобой! — Ли Жан сделал шаг вперед, спешно оправдываясь, но, сообразив, что ведет себя излишне несдержанно, добавил уже тверже, чеканя каждое слово: — Правда. Я хочу остаться, быть с тобой…
— Тогда докажи. Покажи мне, насколько сильно ты этого хочешь. — Чу Мин выпалил это хриплым голосом.
Они стояли очень близко. Ли Жан уловил исходивший от Чу Мина запах алкоголя вперемешку с каким-то странным, тяжелым парфюмом, от которого ему стало не по себе.
Сверху лился яркий свет лампы, и Чу Мин, заслоняя его своей фигурой, давил на него пугающей, неотразимой мощью.
Ли Жан чуть взмахнул ресницами, достал из кармана брелок с в очках Стичем и, зажав его в ладони, протянул Чу Мину.
— Ты этим собрался соблазнять Цюй Кайцзи? — нахмурился Чу Мин.
— Это тебе. Я видел, что у всех к ключам привязаны такие штуки, — ответил Ли Жан, но, не дождавшись ответа, тут же поспешно добавил: — Просто показалось милым, я и купил. Если тебе не нравится…
— Мне не нравится, — без колебаний бросил Чу Мин.
Хотя Ли Жан и предполагал подобный исход, отказ всё равно кольнул его в сердце.
Он прикусил губу и спрятал Стича в очках обратно в карман:
— Ничего страшного. Т-тогда я сам буду им пользоваться.
— Вместо того чтобы тратить время на глупости, лучше бы подумал, как выбить долг. Ли Жан, я не люблю дешевые вещи.
Тон Чу Мина был холоден и безразличен, он совершенно не заботился о том, что чувствует Ли Жан.
Ли Жан почувствовал, будто невидимая рука сжала его грудную клетку. Слово «дешевый» ударило по нему самому — оскорбляя Стича, Чу Мин унижал и его. Руки безвольно опустились вдоль тела.
— Я верну эти деньги.
В его голове забрезчила слабая надежда: а вдруг, если он окажется полезен, Чу Мин станет чуточку добрее к нему?
Чу Мин равнодушно отвернулся, оставив Ли Жана наедине с тяжелым послевкусием этих жестоких слов.
Чу Мин зашел на кухню резать ананас, а Ли Жан тем временем заварил чашку воды с медом и молча подвинул ее ближе к его руке.
— Мед ты сам покупал, выпей, поможет от похмелья. В следующий раз, когда будешь пить, позови меня.
Сказав это, Ли Жан сразу ушел. До самого подъема наверх Чу Мин продолжал стоять к нему спиной, опустив голову и погрузившись в какие-то мысли, а стакан с медовой водой так и остался нетронутым.
Вернувшись наверх, Ли Жан поставил обоих Стичей на прикроватную тумбочку и, усевшись перед ними по-турецки, проговорил:
— Вы совсем не дешевые. Вы очень милые.
Закончив, он повесил отвергнутого Чу Мином Стича в темных очках на собственную связку ключей.
На следующий день с раннего утра Ли Жан и Цзинь Тан покатили на трехколесном мотороллере к игорному дому «Шуньсинь». Едва они заглушили мотор и еще даже не успели включить аппарат, как к ним подбекли прохожие с расспросами, не здесь ли жарят кукурузные палочки.
Они надеялись заодно приглядеться к игорному заведению, но в итоге провозились так усердно, что к полудню у входа затормозил роскошный «Мерседес».
Цзинь Тан легонько толкнул Ли Жана локтем: оба вроде бы были заняты делом, но боковым зрением следили за машиной.
Из задней двери вылез пухлый мальчишка с большим пакетом снеков в руках, посасывая на ходу бабл-теа.
Истинный лакомка — едва выбравшись из салона, он сразу заметил трехколеску Ли Жана и Цзинь Тана.
— Папа, хочу попкорн!
Услышав это, Ли Жан замер — появился шанс! Сердце едва не выпрыгивало из груди, но внешне он постарался сохранить невозмутимость. Цюй Кайцзи пытался затащить сына обратно в игорный дом, но тот принялся хныкать и упираться изо всех сил, так что отец никак не мог сдвинуть его с места.
— Куплю, куплю! Да погоди ты! — Цюй Кайцзи бросил взгляд на часы и потащил сына к ним.
— Вам пакетик? — с улыбкой спросил Цзинь Тан.
Цюй Кайцзи окинул обоих оценивающим взглядом и с усмешкой поинтересовался:
— Сколько стоит?
— Два юаня.
Цюй Кайцзи вытащил деньги. Пока Цзинь Тан брал их и принимался за работу, Ли Жан прямо спросил:
— Вы босс Цюй?
— А ты кто? — Цюй Кайцзи насторожился, хотя на лице сохранилась дежурная улыбка.
Ли Жан вытащил из кармана расписку.
— Я искал вас последние несколько дней, но ваши работники говорили, будто вас нет на месте. Я пришел забрать те пятьдесят тысяч, что вы задолжали Чу Мину. Вы, наверное, просто забыли из-за хлопот, босс Цюй.
На секунду лицо Цюй Кайцзи окаменело, он уставился на Ли Жана:
— Это тебя Чу Мин прислал?
— Кто меня прислал — неважно. Дела у вас, босс Цюй, судя по всему, идут неплохо. Когда вернете долг?
Ли Жан привык говорить прямо и тратить время на любезности не собирался.
В этот момент аппарат для попкорна затих. Стоявший рядом пухлый сынок тут же повернулся к отцу:
— Папа, ты кому-то должен денег? Долги надо отдавать вовремя, наша учительница говорила, что быть должником плохо.
Улыбка чуть не сползла с лица Цюй Кайцзи.
— Верну, папа обязательно все вернет, — с улыбкой проговорил он сыну, а затем снова перевел взгляд на Ли Жана. — Браток, пойдем со мной внутрь, там и поговорим спокойно.
Ли Жан кивнул и последовал за Цюй Кайцзи, а Цзинь Тан остался снаружи — на случай, если придется прийти на помощь.
Пройдя в дальнюю комнату внутри игорного дома, Цюй Кайцзи с улыбкой опустился на стул и жестом предложил Ли Жану присесть.
— Старина Чу столько лет как умер, я так закрутился, что совсем вылетело из головы. Слушай, а ты кем приходишься сыну старины Чу?
Ли Жан пристально посмотрел на Цюй Кайцзи и ответил уклончиво:
— Мы знакомы.
— Ох… Никогда не слыхал, чтобы у этого паренька был такой толковый друг. А насчет денег — мы с Чу Мином уже обо всем договорились, он вернет их на следующей неделе. Загляни сюда на будущей неделе, хорошо? У меня все финансы под контролем жены, к тому же мне еще сына сейчас развлекать нужно. Сам видишь, неловко как-то вышло, при ребенке заговорил о долгах — куда мне, отцу, потом глаза девать?
Речи Цюй Кайцзи звучали искренне, и Ли Жан нашел в них определенный смысл.
— Ваши люди в заведении не пускали меня к вам, — заметил Ли Жан, не сводя с него глаз.
— Не переживай, они же не знали, что ты приятель моего сына и мой гость. Я им прикажу, в следующий раз можешь приходить смело.
Теперь Ли Жан успокоился. Перед уходом Цюй Кайцзи предложил ему остаться и сыграть пару партий, но Ли Жан вежливо отказался, сославшись на то, что не умеет играть.
— Получилось? — подбежал к нему ожидавший у входа Цзинь Тан.
— Угу, сказал приходить за деньгами на следующей неделе, — ответил Ли Жан.
— Так просто? Странно как-то, он же заядлый кидала… — Впрочем, Цзинь Тан не стал ломать голову — в конце концов, Чу Мин и этот босс Цюй были знакомы.
Они припарковали трехколеску в переулке и, болтая на ходу, направились к кинотеатру. Сегодня у них была вечерняя смена, и Цзинь Тан пообещал угостить Ли Жана билетом на недавно вышедший фильм «Панночка-призрак».
Всю дорогу они оживленно переговаривались, но стоило им почти выйти из переулка, как Ли Жан поднял голову и замер: у самого выхода стояло с полтора десятка парней в черном, вооруженных дубинками.
Смех оборвался на полуслове. Ли Жан, выросший в деревне и не раз участвовавший в драках, слишком хорошо понимал, к чему ведет эта сцена. Он мертвой хваткой вцепился в запястье Цзинь Тана и рванул назад!
— Беги!
Толкнув Цзинь Тана, Ли Жан заорал: «Беги!», и тот со всех ног бросился наутек, изрыгая проклятия. Ли Жан несся следом, а за спиной уже вырастала преграда из мрачных силуэтов.
Улицы переулка образовывали запутанный лабиринт. Добежав до развилки, Ли Жан втолкнул Цзинь Тана в один из проулков, а сам, дождавшись, пока преследователи почти настигнут его, свернул в противоположную сторону, пытаясь увести погоню за собой.
Эти люди в черном охотились именно за ним.
Стоило Ли Жану пробежать совсем немного, как его настигли. Тяжелая дубинка со свистом рассекла воздух и врезалась ему в ногу, отчего Ли Жан с глухим стуком рухнул на железные ворота позади. Он даже не успел подняться, как чей-то тяжелый ботиннок угодил ему прямо в ребра.
— Смеешь еще за деньгами приходить? Думаешь, у тебя хватит жизни их требовать, но не хватит, чтобы потратить?
У главаря на лице алел шрам. Ли Жан лежал на земле, не в силах подняться от пронзительной боли в груди, которая разливалась по всему телу. Даже голова, не боледавшая уже так давно, снова принялась пульсировать.
Кто-то грубо вцепился ему в волосы, заставляя запрокинуть голову. Глядя на сгустившуюся вокруг темную массу людей, Ли Жан лихорадочно соображал, как вырваться.
— Еще посмеешь являться за долгами? — Главарь похлопал Ли Жана по щеке дубинкой.
В уголках глаз Ли Жана защипало от невольных слез, но взгляд оставался холодным и злым:
— Хватит смелости — убей меня. Мой друг наверняка уже в полиции.
— Ах ты сукин сын! Все еще зубы скалишь! — мужчина с размаху влепил ему пощечину. У Ли Жана зазвенело в ушах, мир качнулся, во рту отчетливо запахло кровью.
От этой возни из кармана Ли Жана выпали ключи от машины, к которым был привязан новенький Стич в темных очках.
Ресницы Ли Жана дрогнули. Превозмогая боль, он попытался дотянуться до брелка, но чья-то нога наступила на его пальцы прямо вместе со игрушкой.
— Кхм! — Ли Жан сдавленно выдохнул, но пальцев не разжал.
— Все еще отрабатываешь за того владельца ночного клуба, Чу Мина? Не знаешь, небось, что наш босс вчера с ним выпивал? Как думаешь, чья это идея — преподать тебе урок?
Ли Жан весь оцепенел. Он отказывался верить, но продолжал отчаянно защищать злосчастного Стича, однако от этого противник стал давить только сильнее.
— А-а! — Пальцы пронзила такая острая боль, будто кости хрустнули. Ли Жан задрожал всем телом, но хватку не ослабил, изо всех сил сдерживая слезы.
— Не веришь — иди спроси его самого. Спроси, ужинал ли он вчера в «Чживейсюане». Пить он мастер, и морепродукты любит. — Главарь присел на корточки рядом с Ли Жаном и холодно ухмыльнулся.
Движения Ли Жана замерли. Он осоловелым взглядом уставился в пустоту, а боль от побоев жгла внутренности.
— Еще раз сунешься за деньгами — эту руку к чертям оторвем! Проваливай!
Ли Жан получил еще несколько пинков. Он попытался дать отпор, но раскалывающаяся от боли голова не позволяла даже встать. Бледный, он свернулся калачиком в углу. Подушечки пальцев, сжимавших Стича, до крови стерлись о шершавый асфальт, испачкав игрушку.
Дрожащими пальцами он несколько раз безуспешно шарил по карманам в поисках обезболивающего. Когда же он, схватившись за голову, завыл от невыносимой боли, Стич выскользнул из ослабевших пальцев, и его пластиковые очки с треском сломались, затерявшись в дорожной пыли.
— М-м… Ха-а… — Ли Жан был готов биться головой о стену, из пересохшего горла вырывался глухой стох, а слезы катились из глаз, напоминая мелкий дождь.
http://bllate.org/book/33765/4152756
Готово:
