Цю Ии от страха так напряглась и замерла, что стала похожа на свежий бамбуковый побег, воткнутый в землю.
Му Ханьцю, даже не поднимая головы, перевернула страницу и спокойно произнесла:
— Наказание отбываешь?
Она слегка указала пальцем на стул напротив:
— Сначала поешь.
Услышав это, Цю Ии села, взяла паровой пирожок и маленькими кусочками принялась его откусывать, воровато поглядывая на густо исписанные поля книги. Внезапно кончик её языка обжёг грибной наполнитель, и только тогда она заметила, что Му Ханьцю смотрит прямо на неё, а в янтарных зрачках отражается её собственный перепуганный вид.
— Госпожа Му... — помявшись с полминуты, она отложила пирожок и осторожно поинтересовалась: — Вы собираетесь вычесть это из моего жалованья?..
— Угу.
Му Ханьцю вдруг расслабила брови, захлопнула медицинский трактат и произнесла:
— Вычтем за полгода.
Хлёсь.
Капля слизи упала на пол, и глаза Цю Ии мгновенно покраснели.
То, как у неё подёргивался кончик носа, напомнило Му Ханьцю дождевого червя, показавшегося из земли после дождя. Она достала из стоявшего за спиной аптечного шкафа небольшой сосуд и протянула Цю Ии:
— Не растрачивай слизь зря, наполни доверху.
Увидев, что перед ней поставили баночку, Цю Ии наконец не выдержала и заплакала:
— Ууу... ик... ууу... с-снова вычитать слизь... да?
Кончики пальцев Му Ханьцю замерли в воздухе. Не ожидав, что шутка зайдёт слишком далеко, она поспешно стёрла рукавом слёзы с лица девочки:
— Я пошутила. Смешай слизь с сосновой хвойной пудрой, замешай в землю, и через три дня всё пройдёт.
У Цю Ии на ресницах ещё висели слёзы, но при этих словах глаза её широко раскрылись:
— Тогда жалованье...
— Не вычту, не вычту.
Му Ханьцю мимоходом потрепала её по макушке, и её ладонь коснулась нескольких торчащих в разные стороны волосков.
— Просто наполни пять баночек слизи.
Цю Ии ошеломлённо замерла. Ощутив тепло, исходившее от макушки, и вспомнив, как мгновение назад её коснулся пахнущий лекарствами рукав, она почувствовала, что в этот миг то место начинает припекать, и это жаркое ощущение с щек постепенно перекинулось на кончики ушей.
Цю Ии со щелчком подскочила и в панике бросилась на задний двор:
— Госпожа Му — та ещё вредина!
Слушая это возражение, в котором сквозь слёзы пробивались нотки обиды, Му Ханьцю беззвучно улыбнулась. Она легко сдула застрявший на ладони волосок, и тот, закручиваясь спиралью, упал внутрь сосуда со слизью. Она откусила кусочек парового пирожка, во рту взрывной волной раскрылась нежная сладость грибов, а поднимавшийся от соевого творожка пар затушевал изгиб её губ.
— Не пора ли мне заняться созданием мази против выпадения волос?
Закончив завтрак, Му Ханьцю перелила прозрачную слизь в фарфоровую ступку и подмешала туда несколько предварительно растертых в порошок лекарственных трав. Цю Ии сидела напротив Му Ханьцю, подперев подбородок обеими руками и полными мольбы глазами наблюдая за её привычными и отточенными движениями.
— Госпожа Му... — нерешительно начала Цю Ии. — А слизь и правда поможет?.. Я ведь всего лишь обычный дождевой червь, ничего не умею, кроме как рыть землю...
Голос Цю Ии звучал тихо, как жужжание комара.
Пестик в руке Му Ханьцю на мгновение замер, она подняла взгляд и бросила на неё короткий косой взор:
— Если уж слизь Красного дождевого червя не помогает, тогда скажи мне, что вообще может помочь.
— Но в Отделе классификации демонов говорили...
— Да что понимают эти тупицы? — с презрительной усмешкой перебила её Му Ханьцю и тут же всунула в руки Цю Ии чашку с замешанным лекарством. — Они даже Красного дождевого червя от обычного земляного отличить не могут, а ты ещё надеешься, что они способны разглядеть, насколько ценна твоя слизь!
Цю Ии застыла, прижимая к груди фарфоровую ступку, и тут же почувствовала резкую боль в лобе.
Му Ханьцю щелчком пальца постучала по белому лбу девочки:
— Всё ещё витаешь в облаках? Иди полей грядку с лекарственными травами, да смотри не перепутай пропорции воды, как я тебе говорила.
— Сейчас же иду!
Цю Ии в испуге бросилась на задний двор.
Не прошло и минуты, как оттуда донеслись плеск воды и изумлённый возглас Цю Ии:
— Госпожа Му! И правда работает, этот линчжи ожил!
Весь день Цю Ии провела за рабочим столом, усердно выделяя слизь. К моменту, когда солнце скрылось за западными горами, пять фарфоровых баночек стояли перед Му Ханьцю ровным рядочком, доверху наполненные прозрачной жидкостью. Сама же Цю Ии, словно лужица грязи, распласталась на столе и была не в силах даже пошевелиться.
Му Ханьцю взглянула на баночки, а затем перевела взгляд на эту красную лужу размякшей глины. Уголки её губ невольно поползли вверх, она неторопливо подошла к столу, достала из рукава алую пилюлю и положила её перед Цю Ии:
— Для восстановления сил.
Цю Ии с трудом приподняла голову, проползла вперёд на дюйм и, открыв рот, проглотила эту пилюлю.
— Ой! Как горько!
Вздрогнув всем телом, она подскочила, и её миловидное бледное личико сморщилось, как у парового пирожка.
Му Ханьцю направилась на задний двор, чтобы проверить те несколько оживших грибов линчжи, и небрежно бросила через плечо:
— Мои лекарства ещё никогда не бывали сладкими.
В ту ночь Цю Ии едва припала к листовому перегною, как тут же провалилась в сон. В тяжёлой дремоте ей привиделось, будто она превратилась в гигантского дождевого червя и катается по лекарственному огороду, а стоящая перед ней женщина в бирюзовых одеждах указывает на кадку с водой и с улыбкой говорит ей:
— Нацеди ещё пять кадок.
Цю Ии в ужасе проснулась и мысленно добавила к своему списку ещё один пункт: Госпожа Му тиранит работников!
Пасхалка: Му Ханьцю открыла Журнал наблюдений за дождевыми червями и, взяв кисть, вывела: Дождевые черви боятся вычетов из жалованья.
На следующий день в полдень Му Ханьцю только-только спустилась со второго этажа, как увидела, что её собственная работница, совсем приуныв, распласталась на столе и время от времени испускает тяжкие вздохи. Под глазами у неё залегли два черновато-синих круга, из-за чего она выглядела так, будто её жестоко избили.
— Ночью промышляла воровством?
Бах.
Красный силуэт испуганно вздрогнул от неожиданности, чуть не свалившись со скамьи.
Цю Ии со слезами на глазах уставилась на Му Ханьцю, закусила нижнюю губу и после долгого молчания выдавила:
— Госпожа Му... у меня больше ни капли не осталось... к тому же...
Она закатила рукава: её прежде белые и нежные, подобные корневищам лотоса руки сейчас выглядели невероятно сухими, на них даже появились чешуйки кожи.
Му Ханьцю приподняла брови, шагнула ближе и обхватила её запястье тёплой ладонью. В тот момент, когда их пальцы соприкоснулись, Цю Ии инстинктивно попыталась отдёрнуть руку, но та лишь сильнее сжала её в тисках.
— Ай-яй... Тц-ц.
Му Ханьцю внимательно осмотрела её руки и легко покачала головой.
Уши Цю Ии шевельнулись, и она испуганно вопросила:
— Н... ну как?
Му Ханьцю неторопливо опустила её рукав и с напускной тяжестью в голосе произнесла:
— Чего тебе в последнее время хочется съесть — того и поешь.
С этими словами она в точности скопировала её манеру и тяжело вздохнула.
Глаза Цю Ии начали наливаться слезой, а нос морщиться. Но тут она услышала продолжение:
— Раз уж моя помощница так старательно трудится, её нужно вознаградить. Сегодня в обед можешь заказывать всё, что пожелаешь.
Цю Ии замерла, надула щёчки и отвернулась.
Опять издевается! Вот же вредный характер!
Му Ханьцю нашла вид дующейся девочки невероятно забавным. Она намеренно не стала уделять ей внимания и направилась к медицинскому столу. Раздвинув тёмные створки шкафа, она достала несколько склянок и принялась что-то мастерить.
Цю Ии мгновенно отвлеклась на этот шум. Потерпев некоторое время, она всё же не смогла побороть любопытство и, мелко перебирая ногами, приблизилась. Из баночки поплыл густой приторный аромат, в котором смешались нотки солодки и мёда. Она не удержалась, шумно втянула носом воздух и спросила:
— Что это вы делаете?
— Специально для одной маленькой дождевой червячки изготавливаю... Слизь против сухости.
Му Ханьцю намеренно выделила голосом слово специально.
И действительно, как она и предполагала, у этой маленькой червячки тут же покраснели кончики ушей. В глазах Му Ханьцю вспыхнул ещё более глубокий смешок:
— Придумала, чем будешь обедать? Это предложение действует только сейчас, другого раза не будет.
Цю Ии забрала протянутую ей баночку с алоэ и спрятала в аптечный шкаф, а затем, призадумавшись, оживлённо воскликнула:
— Я хочу попробовать Травяной пир из трактира Пьяного Бессмертного на Западном рынке! А Бань говорил, что их тушёный линчжи с супом из снежной лягушки готовят с использованием шкуры, сброшенной трёхсотлетним демоном-лягушкой!
Рука Му Ханьцю дрогнула, и пестик с лязгом ударился о баночку. Уголки её губ нервно дёрнулись:
— А что ещё тебе рассказывал А Баня? Неужели он даже эту глупость выдумал — мол, после этого начнёт выделяться на тридцать процентов больше слизи?
Цю Ии виновато опустила голову, и её голос стал совсем тихим:
— Он ещё говорил... что куриный суп с кордицепсом помогает против линьки...
Му Ханьцю потёрла переносицу:
— Этот Демон-муравей вместо того, чтобы доставлять людям грузы, похоже, выучил меню трактира Пьяного Бессмертного наизусть...
Она взглянула на прильнувшую к груди голову маленького червячка и вздохнула:
— Ступай в мою комнату, в третий ящик комода, достань оттуда кошель.
Цю Ии захлопала ресницами и с тревогой посмотрела на свою хозяйку:
— Это ведь обойдётся слишком дорого, да, госпожа Му?
— Не переживай, на содержание дождевой червячки у меня денег хватит.
Му Ханьцю, не поднимая головы, вырезала на дне баночки слова Специально для червячков Му.
Внутри трактира Пьяного Бессмертного сказитель ударил по деревянному бруску и как раз перешёл к самому захватывающему моменту истории про то, как ястреб получил отпор от демона-кролика:
— И тут демон-кролик как двинет задними лапами! У ястреба хвост на месте отлетел!
Цю Ии заслушалась настолько, что сидевшая рядом Му Ханьцю легонько ткнула её в лоб:
— Выбирай блюда, главная героиня.
Возвратившись в реальность, Цю Ии схватила меню и ткнула пальцем в два самых дорогих пункта:
— Хочу этот тушёный линчжи с супом из снежной лягушки! И ещё горшочек куриного супа с кордицепсом!
Стоявший рядом со столом слуга трактират вытер пот со лба:
— Уважаемая гостья, ингредиенты для этих блюд крайне редки... Расплачиваться придётся духовными камнями высшего качества...
— Ничего страшного.
Му Ханьцю невозмутимо извлекла из рукава вышитый рунами кошель и со звоном бросила его на стол.
Этот звук заставил сидевших за соседними столиками демонов разом повернуть головы в их сторону. Увидев кошель, они невольно зацокали языками: это же был изготовленный Управлением по делам демонов пространственный мешочек, и один лишь звук его падения означал, что там лежит никак не меньше сотни духовных камней.
Цю Ии сглотнула слюну и вопросительно посмотрела на хозяйку:
— Может... закажем что-нибудь подешевле?
Брови Му Ханьцю взлетели вверх:
— Теперь-то тебе стало жалко денег? А когда делала заказ, о чём думала?
К тому моменту слуга трактира уже радостно утащил кошель в обнимку. Цю Ии, словно провинившийся ребёнок, крутила в пальцах уголок одежды, сжав губы в тонкую линию.
Му Ханьцю уже собиралась потрепать её по пушистой макушке, но, помедлив немного, вернула застывшую в воздухе руку назад:
— Ешь спокойно, Медицинская лавка Му ещё не разорилась от содержания одного дождевого червя.
— Уважаемые гости, ваш куриный суп с кордицепсом...
Суп поставили на стол, и слуга снял крышку. На поверхности бульона плавали несколько тонких длинных травинок.
Да какие это были травинки? Вылитые усики сороконожки!
Му Ханьцю не моргнув глазом зачерпнула ложку супа, переложила в фарфоровую пиалу и подвинула её Цю Ии:
— Пей, это твой куриный суп с кордицепсом.
Уголки её губ чуть приподнялись, а в глазах промелькнула насмешливая искорка:
— Очень полезно для здоровья.
Цю Ии недоверчиво уставилась на извивающиеся в пиале усики сороконожки. Она открыла рот, потом закрыла его и, наконец, дрожащим взглядом посмотрела на Му Ханьцю:
— Госпожа... разве это...
http://bllate.org/book/33755/4151633
Готово:
