У Шуан моргнул, посмотрел на Чэнь Юйаня, стоявшего в дверях, и тоже замер на пару секунд.
Тот щеголял овальным лицом, во персиковых глазах ещё клубилась утренняя сонливость, белоснежная кожа отливала розоватым, а пушистые волосы переливались мягким золотистым светом.
И на зло всему на нём красовалась мохнатая пижама с клубничным медвежонком, отчего от всей его фигуры исходил какой-то… необычайно сладкий аромат.
Как мужчина мог вызывать у него подобное ощущение?
У Шуан пришёл в себя и списал всё на то, что встал слишком рано и ещё не завтракал: он наверняка нанюхался этого свежего аромата лимона с жасмином и от голода у него начались галлюцинации.
Собравшись с мыслями, он объяснил цель своего визита:
— Разве вы сегодня не собираетесь в нашу школу? Зимние каникулы начались, ворота заперты, и заведующий Чжан велел мне проводить вас.
— Заведующий Чжан просто мастер затей, — нахмурился Чэнь Юйань. — Столько учеников, почему он выбрал именно тебя? А где твоя одноклассница Яо Мэнци? К тому же у тебя нога ещё не зажила, как ты можешь ходить столько…
— Всё в порядке, учитель Чэнь! — Юй Сяосяо внезапно высунула голову из-за спины У Шуана и с улыбкой подняла руку. — Я всю дорогу поддерживаю его!
Оказывается, до этого её заслонял У Шуан.
Чэнь Юйань со сложным чувством перевёл взгляд с лица Юй Сяосяо на У Шуана. Похоже, заведующий Чжан испугался, что он передумает и не станет спонсировать У Шуана, поэтому даже ради поездки в школу притащил этого паренька, чтобы тот мелькал у него перед глазами.
Окинув взглядом простодушный и беззащитный вид У Шуана, Чэнь Юйань мысленно призадумался: этот парень с виду такой честный, неужели он сам додумался до такого?
Однако вслух он лениво спросил:
— Почему ты всё ещё в этой старой одежде? Где тот длинный пуховик, что я тебе дал?
— Он немного мал, да и носить жалко, дома оставил.
Чэнь Юйань остался недоволен:
— С чего это он мал? Разве ты не надел его только вчера?
Как только эти слова сорвались с языка, на душе у него снова скребли кошки. Собеседнику всего шестнадцать лет, с чего бы ему вымахать до такого роста, тогда как ему самому уже двадцать три, а рост застрял на отметке в метр семьдесят шесть и не меняется вот уже ровно три года.
Пока они беседовали, заведующий Чжан с лихим гиканьем въехал во двор сельского комитета на электрическом трёхколёсном велосипеде и принялся вовсю махать руками, подгоняя их садиться — он собрался везти их в школу.
Этот новоиспечённый председатель сельского комитета и впрямь пылал энтузиазмом, с самого раннего утра излучая бодрость и энергию. Когда все собрались, он зорким глазом заметил неладное:
— Эй, а почему тот учитель с камерой не пришёл?
Чэнь Юйань с самого утра не видел оператора и сначала думал, что тот просто ушёл умываться, но вспомнив, что пропала даже камера, понял: всё далеко не так просто.
Ответ Юй Сяосяо подтвердил его догадки:
— Шу Кай среди ночи сказал, что не привык здесь жить, и ушёл первым. Я только утром получила сообщение. — Она повернулась к Чэнь Юйаню. — Похоже, теперь снимать придётся только мне.
— Этот работник камеры оказался ещё более неженкой, чем я, артист! Собрался и ушёл? — Чэнь Юйань сжав зубы, был готов тут же отправить Ван Чжэню сообщение с требованием уволить его к чёртовой матери.
Правда, на душе у него было даже приятно: наконец-то больше не придётся общаться с этим язвительным оператором-натуралом.
Теперь-то ему было уже не особо важно, получится ли у них толковый материал, кто бы ни снимал — всё едино. Лишь бы были доказательства.
Чэнь Юйань с легким сердцем отправил Ван Чжэню весть об увольнении этого Шу Кая, поднял голову и даже потрепанная одежда У Шуана показалась ему вполне сносной.
Компания, как и прошлым вечером, уселась на электрический трицикл и по ухабам добралась до Младшей средней школы Пиншань.
Директор школы, добродушный старик, уже поджидал их у входа. Заведующий Чжан представил его — фамилия директора Цзян, и до выхода на пенсию ему оставалось меньше двух лет.
Чэнь Юйань вежливо пожал руку директору Цзяну, поздоровался, а затем поднял взгляд на школу.
Если бы не вывеска со словами младшая средняя школа, он бы решил, что перед ним ещё один миниатюрный филиал сельского комитета.
Позади сельского комитета хотя бы имелся жилой корпус, а у Пиншаньской средней школы нашлось лишь одинокое трёхэтажное зданьице, сиротливо стоящее посреди заросшего сорняками плаца. Даже подходить близко было не нужно, чтобы заметить облупившуюся штукатурку на стенах. Перила на втором этаже проржавели настолько, что казалось, вот-вот рухнут, и держались лишь благодаря кое-как завязанным бечёвкам. Единственный приличный предмет — государственный флаг — на холодном ветру скрутился по краям и выцвел до бледно-красного оттенка.
Окна, точно так же как и в комнате, где остановился Чэнь Юйань, по периметру были заклеены жёлтым скотчем — этакая последняя линия обороны от зимней стужи и метелей, норовивших забраться в классы.
Директор Цзян потёр руки и виновато усмехнулся:
— На каникулах ребятишки все по домам разъехались… Но здание крепкое! Стены только в прошлом году свежей краской покрыли!
Чэнь Юйань уставился на чахлую жёлтую траву у основания стены и промолчал.
У Шуан открыл дверь ключом, и вся компания вошла внутрь того самого единственного трёхэтажного здания во всей средней школе.
В нос ударила смесь запахов сырого мела и старого дерева.
Чэнь Юйань проследовал за ними внутри. Первое, что бросилось в глаза — это потрескавшийся цементный пол и зелёная панельная отделка стен, на которых висела поблёкшая от времени карта мира.
— На первом этаже учатся седьмые и восьмые классы, — голос У Шуана отразился эхом в пустом коридоре. Он указал на закрытые двери классов по обеим сторонам. — Все классы примерно одинаковые, парт и стульев не хватает, так что ученикам, сидящим на задних рядах, приходится приносить табуретки с собой.
Он повёл их к лестнице. Деревянные ступени под ногами жалобно заскрипели, и Чэнь Юйань инстинктивно шагал тише.
— На втором этаже — девятые классы и учительская. — У Шуан остановился в конце коридора второго года обучения и толкнул приоткрытую дверь. — Это библиотека.
Библиотекой это место можно было назвать с натяжкой: там стояли всего лишь два шатающихся железных стеллажа с редкими книжками, у большинства из которых были оборваны обложки и загнуты уголки страниц.
— Разве эти книги вообще можно читать? — не удержался от вопроса Чэнь Юйань.
— Те, что можно, уже зачитаны до дыр, — голос У Шуана звучал ровно, без тени жалости к себе. — Некоторые прислали в дар из города, они нам не очень подходят.
Они поднялись на третий этаж. Казалось, эта часть здания практически заброшена, а двери нескольких классов были заперты на те самые замки, какими обычно пристёгивают велосипеды.
— Этот этаж не используется, — вскользь бросил У Шуан. — Крыша немного протекает, в дождливую погоду сюда подниматься нельзя.
Всю дорогу говорил исключительно У Шуан. Иногда, когда рассказ получался слишком удручающим, директор Цзян чувствовал себя неловко и норовил вставить пару сглаживающих углы фраз.
Однако это не помогало — убожество было очевидным фактом у всех на глазах.
Стоя в совершенно пустом коридоре третьего этажа, Чэнь Юйань через узкое оконное стекло окинул взглядом заброшенный школьный двор.
В его голове внезапно забрезжила какая-то не оформившаяся до конца мысль.
— Заведующий Чжан, когда заканчиваются зимние каникулы?
Директор Цзян поспешил вставить слово:
— Каникулы у нас долгие, обычно ещё две недели после Праздника фонарей — чтобы школьники успели помочь семьям закончить рассаду риса.
Чэнь Юйань кивнул:
— Тогда мы успеваем. — Он перевёл взгляд на Юй Сяосяо, которая всё ещё поддерживала У Шуана за руку. — Запиши: я собираюсь заняться ремонтом школы Пиншань. Стены, окна, перила — всё нужно укрепить, библиотеку тоже привести в порядок.
— Во время зимних каникул наводить справки всё равно не получится… Ладно, просто поедем в городскую библиотеку, накупим бестселлеров для подростков от двенадцати до пятнадцати лет и отправим сюда.
Услышав столь щедрую тираду, директор Цзян едва не расплакался от избытка чувств. Стоя рядом, он согласно закивал и с переполнявшей его благодарностью произнёс:
— Ой, звёздный актёр Чэнь, да вы же просто наш спаситель!
Благодарные слова директора Цзяна ещё звучали в воздухе, и атмосфера всё ещё была наполнена радостным волнением. Однако взгляд Чэнь Юйаня скользнул мимо директора и упал на всё ещё хранящего молчание У Шуана.
Юноша потупил взор, разглядывая изношенные носки собственных ботинок, словно происходящее сейчас щедрое благодеяние, от которого зависела судьба школы, не имело к нему ни малейшего отношения.
Взгляд Чэнь Юйаня на мгновение задержался на дыре в ватнике У Шуана, и в памяти вновь всплыло то бледное лицо из вчерашнего приёмного покоя.
Он улыбнулся:
— И как у детей с успеваемостью?
Директор Цзян, стоявший рядом, погладил синеватую щетину на подбородке и уже собрался было заговорить, как его тут же перебил заведующий Чжан:
— Отлично, особенно у нашего Сяо У! На прошлогодних экзаменах после девятого класса он занял десятое место по всему уезду, с таким результатом даже на городском или провинциальном уровне не затеряешься.
Чэнь Юйань всё понял без лишних слов:
— Прошлогодних экзаменах? Тогда почему он всё ещё в младшей школе?
Услышав это, заведующий Чжан дёрганул У Шуана за воротник сзади:
— А ну-ка отвечай, почему это ты остался на второй год?
У Шуан поднял веки, посмотрел на него, а затем перевёл взгляд на Чэнь Юйаня, который смотрел на него сияющими, красивыми, как у девушки, глазами, и тихонько проговорил:
— У моей семьи нет денег на учебу.
Денег нет или не разрешают?
Определить это было проще простого.
— Ох, вон оно как, — Чэнь Юйань с умным видом кивнул. — Материальную базу школы мы улучшим, но прерывать обучение талантливого человека никак нельзя. — Он сделал паузу, и его голос отчетливо прозвучал для каждого: — Обучение и расходы на жизнь У Шуана в старшей школе с сегодняшнего дня беру на себя я лично.
Эти слова упали в спокойную гладь воды подобно камню. У Шуан резко поднял голову, и в его вечно спокойных глазах застыло полное неверие.
Он предполагал, что Чэнь Юйань хочет ему помочь, и даже надеялся на это — быть может, тот привезёт тёплую одежду, пожертвует книги и канцелярские товары или оплатит учебу в следующем семестре…
Но он и помыслить не мог, что Чэнь Юйань произнесёт слово «впредь».
Собеседник не дал ему опомниться, непринужденно продолжив так, будто всё было решено заранее:
— Раз уж сегодня выдалось свободное время, давай-ка заглянем к тебе домой и обсудим это дело с твоими родными лично.
Он повернулся к заведующему Чжану, и тон его звучал легко и непринужденно:
— Заведующий, не будете ли вы так любезны проводить нас? Заодно посмотрю, какая почва взрастила столь выдающегося ребёнка.
Он не стал упоминать ни о побоях, которым подвергался У Шуан, ни о вздорной женщине из больницы, просто и благопристойно разыграв неведение ради приличия. Заведующий Чжан мгновенно всё понял и затараторил в ответ:
— Конечно-конечно! Дом У Шуана совсем рядом, тут недалеко.
Юй Сяосяо вовремя поддержала У Шуана под руку и мягко сказала:
— Пойдём, это ведь к лучшему.
Находясь в оцепенении, У Шуан позволил увлечь себя толпе. Он оглянулся на Чэнь Юйаня, его губы едва заметно дрогнули, но в итоге он так ничего и не произнёс.
Звёздный актёр Чэнь добился своего
Дом У Шуана на самом деле мало чем отличался от тех жилищ с белыми стенами и чёрной черепицей, мимо которых Чэнь Юйань проезжал по дороге.
Стены несли на себе следы дождевых потоков, у основания зеленел тонкий мох, однако балки и столбы выглядели прочно, а двери и окна были плотно закрыты. Бельё, сохнувшее во дворе, хоть и застиралось добела, сияло чистотой.
Это была самая обыкновенная, пусть и небогатая крестьянская усадьба — совсем не такая убогая и нуждающаяся в немедленном спасении картина, какую он себе представлял.
Он бросил пару взглядов на бельевую веревку: там висели ватные куртки и штаны для мужчин и женщин, а также детская одежда для малышей. Но среди них так и не нашлось тех рваных брюк, в которых У Шуан ходил вчера.
http://bllate.org/book/33615/4131664
Готово:
