Сян Сяоюань снова слили.
Проснувшись ранним утром, Сян Сяоюань обнаружил, что его опять слили.
Эту новость ему лично пришла сообщить его лучшая подружка — Ло Синчэнь, причем в издевательском тоне.
Сян Сяоюань отреагировал на это весьма спокойно: — Ой, меня опять слили.
Ло Синчэнь хихикнула: — Ты совсем не удивлен.
Сян Сяоюань отмахнулся от Ло Синчэня: — Садись, садись, обычное дело.
— Раньше тебя сливали раз в месяц, прямо как по расписанию, а теперь как умудряешься по несколько раз на дню?
Сян Сяоюань пожал плечами: — Кто ж знает? Наверное, у них в организме женских гормонов вырабатывается слишком много, вот они теперь и бесятся по несколько раз на дню.
— Да хорош притворяться! — Ло Синчэнь сложил пальцы в жест ландыша и ткнул Сян Сяоюаня в нос. — Да всё потому, что ты связался с теми, с кем не стоило! Разве ты не знаешь, что Ю Сяоцзин сейчас — звезда стриминга? У него столько фанаток-подружек, что если каждая плюнет, тебя утопить хватит!
Сян Сяоюань моргнул: — Кхе-кхе, слушай, ты пудры на лицо навалил слишком много, у тебя с переносицы прямо хлопьями сыпется.
— А! — Ло Синчэнь тут же взвизгнул, переходя на фальцет. Он торопливо вытащил из сумочки зеркальце и оглядел себя: — То-то я смотрю, сегодня по дороге на меня на улице все пялились! А я-то думал, я опять похорошел! Что за поддельная пудра! Пришибить бы этих гадов!
Пока Ло Синчэнь поправлял макияж, Сян Сяоюань сбегал умыться. Чистя зубы, он крикнул через дверь ванной: — Ты вообще зачем сегодня пришел?
— Я тоже решил начать снимать влоги, вот хочу сходить присмотреться к локациям, составишь мне компанию, — хихикнул Ло Синчэнь.
Сян Сяоюань замер с зубной щеткой во рту: — Ты еще и влог снимать собрался? Мало тебя в интернете полощут?
Ло Синчэнь, как и он сам, принадлежал к числу стримеров, к которым так и липнет всякий хейт. Стоило ему хоть раз постримить с макияжем, как его потом несколько дней полоскали на все лады — ведь, по мнению толпы, парни должны быть мужественными и суровыми, а косметика — это признак женоподобности.
Ло Синчэнь самодовольно заявил: — Чем сильнее они ругаются, тем сильнее я отрываюсь! Да, я женоподобный! Да, я манерная косметическая мамочка! И не собираюсь меняться! Пусть их разорвет от злости!
Когда Сян Сяоюань умылся и вернулся в гостиную, Ло Синчэнь как раз закончил наводить макияж. Он долго пялился на только что вымытое симпатичное личико Сян Сяоюаня, а потом вдруг с унылым видом тяжело вздохнул: — Эх, до чего же было бы здорово заполучить твою мордашку! Продай мне свое лицо!
Сян Сяоюань закатил глаза: — Мое лицо стоит дорого, тебе не по карману!
— Такое белоснежное, нежное личико! Идеально для макияжа! — с глубоким сожалением произнес Ло Синчэнь. — Почему ты упорно отказываешься краситься? Будь у меня твоя физиономия, я бы двадцать четыре часа в сутки ходил с боевым раскрасом! Я был бы самой размалеванной курицей во всем ночном клубе!
— Двадцать четыре часа с макияжем? Тогда ты рискуешь остаться без кожи на лице, — Сян Сяоюань потрогал себя за щеку. — Я от природы так хорош, что грех прятать эту красоту, я и без косметики отлично выгляжу.
Ло Синчэнь принялся подбивать Сян Сяоюаня: — А с макияжем стало бы еще краше!
— Почему вы все такие, один за другим! — Сян Сяоюань смертельно утомился. — Сян Сяоюань... тьфу, Сян Сяолоу тоже хорош, и ты туда же. Я что, похож на куклу, с которой можно делать всё что угодно? — Два самых близких человека: один отчаянно пытается нарядить его в женское платье, а второй маниакально жаждет накрасить!
Ло Синчэнь тяжело вздохнул и принялся гладить себя по лицу с видом неизбывной тоски: — И почему твое лицо растет не на моей голове!
Ло Синчэнь уже давно завидовал внешности Сян Сяоюаня. Сам-то он тоже был вполне ничего, но для манерной косметической мамочки его черты лица выглядели чересчур мужественными, довольно резкими, да и ростом он вышел под метр восемьдесят. В кругу, где кругом одни мамочки, а хорошего папика днем с огнем не сыщешь, бесчисленное множество людей из-за его внешности ошибочно принимали его за папика, а узнав правду, горько сокрушались, что он не тот, за кого себя выдает!
С лицом папика — и при этом сам мамочка! Какое вопиющее транжирство природных ресурсов!
Сколько раз по ночам Ло Синчэнь молча обнимал себя за плечи и плакал из-за того, что с телом папика ему досталась душа мамочки!
Хотя его тело создано для роли папика, душа-то у него чистейшая мамочка!
Почему его мамочкина душа должна ютиться в таком папикином теле!
Небеса завидуют красавцам!
Именно поэтому он лютой завистью завидовал Сян Сяоюаню — у того и личико, и фигурка с первого взгляда выдавали стопроцентную мамочку! Эталонную мамочку! Мамочку всех мамочек! Безупречную кралю-мамочку! Такую классическую мамочку, глядя на которую любой выдающийся первоклассный папик с первого же взгляда воспылает любовью, проникнется жалостью и станет лелеять и беречь!
Он завидовал! Он ревновал! Он ненавидел!
— ...Хватит грызть мой рукав! Свой собственный грызи! — не выдержал Сян Сяоюань.
Ло Синчэнь всхлипнул: — Ну и что такого, если я погрызу! Завидно мне, вот и грызу! Обладатель зависательной красоты!
Сян Сяоюань с отвращением выдернул рукав из зубов Ло Синчэня, тяжело вздохнул, погладил собственные щеки и принялся причитать о своей горькой судьбе: — И что толку, что у меня такая несравненная красота? Парня-то всё равно найти не могу! Посмотри на себя: у тебя кавалеры меняются один за другим, это мне впору завидовать тебе и ненавидеть тебя!
Ло Синчэнь тут же сложил пальцы в жест ландыша и ущипнул Сян Сяоюаня за щеку: — Да всё потому, что у тебя запросы заоблачные! К тебе на улице каждый встречный мужик подкатить норовит, а ты что? Морду воротишь! Са сам виноват, что такой переборчивый! Столько отличных парней упустил!
Видя, что Сян Сяоюань не согласен, тот с кокетливым фырканьем привел пример: — Вспомни хотя бы тот раз, когда мы вместе ходили в университет А на красавчиков глазеть! Возле библиотеки к тебе подкатывал парень? И ведь симпатичный такой! И чем дело кончилось? Ты его отшил, даже глазом не моргнув!
Сян Сяоюань задумался: — Тот парень с серьгой в ухе? Ну, симпатичный, пожалуй. Только по нему сразу видно — та еще мамочка! Подружки друг другу не соперницы, а за однополую связь бог покарает!
— Ладно, а парень, с которым мы у спортплощадки столкнулись? Тот, что в баскетбол играл! Красавчик с физкультурного! Настоящий спортсмен! Он к тебе заговорить пытался, а ты развернулся и ушел!
— С такими мышцами? Того гляди, окажется агрессивным активом в пассивной позиции!
Ло Синчэнь скривил губы: — Ладно! Твоя взята! Раз ты боишься однотипных связей, то почему, когда я хотел познакомить тебя с известным папиком из нашей тусовки, чтобы он лишил тебя девственности, ты снова отказался?
Сян Сяоюань тут же взвился: — Ты в своем уме?! Я не связываюсь с папиками, у которых мамочкин бэкграунд! Я порядочная мамочка!
— Но он же тогда только что расстался!
— Пф, по нему же видно — ветреный бабник, бросит и не поморщится, типичный токсичный мерзавец, он мне точно не пара!
— А вдруг ради тебя он решит остепениться, завязать с прошлым и начать новую жизнь, сорвав для тебя лишь один-единственный цветок из тысячи!
Сян Сяоюань закатил глаза до самого неба: — Помилуй бог! Даже если я остепенюсь, эти мерзавцы никогда не исправятся! Токсичным мудакам — подстать шлюховатые тихони, а я себя слишком люблю, чтобы совесть мучила!
Ло Синчэнь долго молчал, но вдруг завопил: — А!
Сян Сяоюань аж подпрыгнул: — Ты чего?
— Я вспомнил! Я же сегодня на улице столкнулся с парнем! С суперкрасавчиком! Бесподобным красавцем! Он выше меня добрую половину головы! Я уткнулся в телефон и впопыхах врезался прямо ему в плечо! Пудра на моем лице наверняка тогда и осыпалась!
Сян Сяоюань: — ...У тебя реакция, однако, заторможенная.
Ло Синчэнь пришел в дикое волнение: — Это был тот самый красавчик! Тот самый, чью фотку ты репостил на Weibo!
Сян Сяоюань мгновенно тоже загорелся: — Тот самый кампусный бог в белой рубашке?!
— Да-да-да! Он самый! — бешено закивал Ло Синчэнь. — Офигенно красивый! В сто раз лучше, чем на фото! Нет, в тысячу! Такой красавец, что у меня аж дар речи пропал! Ноги моментально стали ватными, стоять не мог! А главное — какой он высокий! Я наконец-то нашел мужчину, который подходит мне по росту! Если мы пойдем с ним рядом по улице, больше никто и никогда не подумает, что папик здесь я!
Рост Ло Синчэня составлял ровно сто восемьдесят сантиметров — по сути, всего на два-три сантиметра выше, чем у Сян Сяоюаня. Но из-за пропорций фигуры и ширины плеч он выглядел выше и крупнее, совсем не по-мамочкински. Его широкие, надежные плечи так и манили прислониться.
Сян Сяоюань же, хоть и был почти метр восемьдесят ростом, обладал миниатюрной головой и легким костяком, из-за чего от него вечно исходило мальчишеское изящество. Он не только выглядел юным, но и рядом с кем бы ни шел, неизменно смотрелся как мамочка — с его хрупкими плечами, к которым так и хотелось прижаться. И самое страшное, что это правило работало, даже если рядом шла девушка!
Ло Синчэнь бессчетное количество раз в одинокие ночи молча обнимал свои широкие плечи и горько плакал. Он ведь тоже хотел за кем-нибудь спрятаться и побыть слабым, эх-эх-эх-эх!
Сян Сяоюань схватил Ло Синчэня за широкие плечи: — Ты взял у него номер телефона?!
Ло Синчэнь покачал головой: — Не успел. Пока я сообразил что к чему, он уже ушел.
Сян Сяоюань безумно расстроился: — Ты вот так просто его упустил?! А как же байки о том, что от твоих когтей еще ни один мужик не уходил, Старая Цапля с Черной Горы?
— Да я растерялся просто! Я впервые в жизни встретил в реальности такого писанного красавца, похожего на кинозвезду! У меня слюнки обсохнуть не успели, как он испарился!
Сян Сяоюань разочарованно вздохнул: — Сынок, твой папа крайне разочарован в тебе!
— Иди ты! — Ло Синчэнь перевел взгляд на друга. — С каких это пор ты стал так ревностно интересоваться мужиками? Запал на него?
— Ещё бы! Такой красавчик! Если я буду глазеть на его мордашку каждый день, то смогу съедать на три пиалы риса больше! — с видом знатока заявил Сян Сяоюань.
Ло Синчэнь ткнул его пальцем в нос и выругался: — Ах ты закоренелый эстет! Понятно теперь, почему ты всех прошлых кавалеров заворачивал — считал, что недостаточно хороши собой!
— Раз уж я сам родился такой красоткой, то и муж мне нужен покрасивее меня, ну или по крайней мере под стать, — Сян Сяоюань погладил себя по щечке и фыркнул. — Я натура верная, на всю жизнь привязываюсь только к одному дереву, так что дерево должно быть самым красивым!
Ло Синчэнь уставился на личико Сян Сяоюаня и мрачно изрек: — Ума не приложу: с такой физиономией роковой соблазнительницы, которая так и норовит пойти налево, ты в душе — верная и непорочная жена. Это уродство человеческой природы или деградация морали?
Сян Сяоюань хихикнул: — Никакая я не целомудренная дева. Вот добуду своего суженого-ряженого, и ты только посмотри...
— На что?
Сян Сяоюань ухмыльнулся: — Разумеется, выпью его до дна!
— Смотри не нарвись на вечного девственника, а то еще неизвестно, кто кого до дна выпьет!
Сян Сяоюань зловеще улыбнулся: — Как говорится в народе: не бывает уставших быков, бывают лишь пашни, которые не могут вспахать!
...Однако Сян Сяоюань тогда еще не знал, что в народе ходит и другая поговорка: хорошему коню отдых не нужен, а хорошему быку пахать без устали.
http://bllate.org/book/33484/4115040
Сказали спасибо 0 читателей