Готовый перевод What If My Arranged Marriage Was a Guy / Моя невеста — красавец с характером: Глава 10

Слова застряли у него на половине, так и не договорив. О том, что Цзян Си больше не может рисовать, он услышал из уст собственной матери.

В конце концов, Цзян Си сам ему об этом не говорил, да и Линь Тинсин понятия не имел, тяготит ли Цзян Си то, что он кому-то об этом рассказывает…

Пока он раздумывал, как продолжить, Цзян Си заговорил сам.

— Спасибо вам, дядя Синь, — произнес он. — Но, боюсь, я не оправдаю вашей доброты. Сейчас я не могу рисовать, не в силах даже удержать кисть в руке. Если для татуировки необходима художественная база, боюсь, я с этим не справлюсь.

Произнося эти слова, Цзян Си выглядел едва ли не безмятежно, но Линь Тинсин всё же заметил, как его сцепленные руки слегка подрагивали.

В горле словно застрял ком ваты, дышать стало тяжело, а на сердце легло такое тягостное ощущение, что он инстинктивно протянул руку и крепко сжал запястье Цзян Си.

Словно таким образом он мог поделиться с ним частичкой силы и мужества.

Цзян Си не шелохнулся и не попытался высвободиться, продолжая сидеть в прежней позе — упершись локтями в колени и сцепив руки.

Синь Тянь потрогал подбородок и, помолчав пару секунд, задумчиво произнес:

— Рука травмирована?

— Травм нет, — покачал головой Цзян Си. — Просто из-за некоторых событий я больше не могу рисовать, стоит мне только взять в руки бумагу и кисть.

— Вот оно как, — Синь Тянь не стал допытываться, что именно произошло, а просто продолжил: — Ну, раз рука цела, это уже полдела. Ощущения от татуировки совсем не похожи на то, к чему ты привык, рисуя на бумаге. Одно дело — творить на листе, и совсем другое — оставлять след на человеческой коже. На первый взгляд между ними может быть много общего, но можно сказать и так, что это совершенно разные вещи.

Вижу, что расстаться с рисованием тебе дается крайне тяжело. Почему бы тебе не продолжить творческий поиск в другом ключе? Что скажешь?

Цзян Си невольно растерялся. Неужели ему действительно так тяжело расстаться с рисованием?

Он словно… не знал ответа.

Если расстаться с ним легко, то чем он занимался всё это время, тупо глядя на кисти и бумагу?

А если расстаться тяжело, то почему в тот момент, когда он понял, что больше не способен творить, в груди шевельнулось смутное облегчение?

Цзян Си никак не мог разобраться в своих чувствах и нахмурился, как вдруг почувствовал, что его запястье крепко сжали. Повернув голову, он встретился взглядом с тревожными глазами Линь Тинсина.

В уголках губ Линь Тинсина заблудилась утешительная улыбка, и на щеках проступили и ямочки, и клыкастые зубки.

Такая сладкая, такая теплая, она казалась способной в одно мгновение развеять все напряжение и тревогу в душе Цзян Си.

Линь Тинсин тихонько спросил его:

— Попробуешь?

— А вдруг, — Цзян Си смотрел в его глаза, чувствуя себя так, словно его околдовали, и его голос звучал уже не так спокойно, а с легким оттенком отчаяния, — я всё равно не смогу ничего нарисовать?

— Ну и не сможешь, делов-то, — Линь Тинсин непринужденно улыбнулся, прищурив глаза. — Я же рядом, братец, не бойся.

Дыхание Цзян Си на миг сбилось. Посмотрев на него пару секунд, он повернулся к Синь Тяню и произнес:

— Тогда разрешите мне попробовать.

Синь Тянь с улыбкой кивнул, а Синь Я взволнованно подскочила:

— Цзян-гэ, давай попробуй на моей машинке! Пусть она не такая хорошая, как папина, но тоже вполне ничего.

Вся компания прошла в подсобное помещение к рабочему столу. Синь Я помогла настроить машинку, достала тренировочную искусственную кожу вместе с трансферной бумагой и ловко перевела на нее ровную линию.

В этот момент Синь Тянь взял в руки машинку и вкратце объяснил Цзян Си, как ею пользоваться:

— К вибрации машинки поначалу будет непривычно, рука станет дрожать, но это дело практики — поработаешь побольше, и привыкнешь. Держи машинку на расстоянии одного-двух миллиметров от искусственной кожи. Когда ведешь линию, не дави слишком сильно, иначе кожа порвется, да и при работе с настоящим клиентом это приведет к повреждению эпидермиса.

Он протянул руку, охватил ладонь Цзян Си и пальстил за пальцем зафиксировал машинку в его руке:

— Держи вот здесь. Работая с машинкой для татуировок, держать ее так же, как простой карандаш, уже не получится. Средний палец упирается в эту подставку машинки, безымянный подогнут, а мизинцем прижимаешь снизу. Старайся держать машинку как можно перпендикулярнее к коже, а линию веди плавно и с одинаковой скоростью.

Цзян Си глубоко вздохнул. Когда машинка завибрировала у него в руке, его пальцы слегка дрогнули, но он тут же взял себя в руки и провел линию практически идеально плавно.

Синь Я восторженно ахнула, стерла тряпочкой лишнюю краску с куска кожи и с улыбкой произнесла:

— Никаких проблем! Цзян-гэ, смотри, как здорово у тебя получилось!

Цзян Си ошеломленно уставился на тонкий след на тренировочной коже, забыв даже выключить машинку, которая продолжала гудеть, вибрируя прямо у него между большим и указательным пальцами.

Он тихо пробормотал:

— И вправду… получилось нарисовать…

Синь Тянь протянул руку и помог Цзян Си выключить машинку, тепло улыбнувшись ему:

— Ну как? Попробовал — ощущения вроде неплохие?

Цзян Си чувствовал лишь легкое помутнение в голове, онемение во всем теле и полную неспособность соображать. Он сидел неподвижно на стуле и лишь растерянно выдавил:

— Угу.

— Видишь, братец! Я же говорил, что ты справишься!

Чья-то рука легла ему на плечо, и мягкие пушистые кудри Линь Тинсина скользнули по его подбородку. Цзян Си повернул к нему лицо и встретил сияющую, гордую улыбку.

Ты просто невероятен! Цзян Си, ты самый лучший!

Вглядываясь в его глаза, Цзян Си почувствовал, как запоздалое волнение и радость будто сорвались с цепи от этих слов, безумным потоком устремившись к нему, и сердце забилось с бешеной силой.

Кровь прихлынула к голове, и ему захотелось немедленно сделать что-нибудь…

Но он всё же подавил порыв поднять руку, дважды сглотнул подступивший к горлу ком и тихо произнес:

— …Спасибо тебе, Тинсин.

Линь Тинсин на миг замер, а затем снова улыбнулся:

— Ну ты вечно такой вежливый! Разве ты мне не брат?

Он приобнял Цзян Си за плечи и слегка сжал его руку.

Такая близкая физическая близость с другим парнем была для Цзян Си в диковинку; он чувствовал себя неуютно, но отталкивать Линь Тинсина всё же не стал.

Убедившись, что может работать тату-машинкой на искусственной коже, Цзян Си без долгих колебаний согласился брать уроки татуировки у Синь Тяня.

Вежливо отказавшись от приглашения радушного будущего наставника на ужин и договорившись о времени официального начала занятий завтра, Цзян Си и Линь Тинсин бок о бок вышли из Хуасю.

По дороге домой Линь Тинсин пребывал в явно прекрасном настроении: засунув руки в карманы брюк, он шел вразвалочку и даже насвистывал мелодию.

Цзян Си с досадой покосился на него:

— Чему ты так радуешься?

Линь Тинсин закинул обе руки за голову, сцепив пальцы на затылке, и, продолжая идти задом наперед, с улыбкой посмотрел на него:

— Я радуюсь за тебя! Спорим, если я сейчас приду домой и расскажу маме эту отличную новость, она от восторга на седьмое небо взлетит?

Приемный сынок оказался куда популярнее родного!

Цзян Си ничего не ответил. Нахлынувший было восторг уже утих, и он принялся обдумывать ту самую мысль, что промелькнула у него в голове в лапшичной.

И Линь Тинсин, и тетя Ляо — прекрасные люди, и именно из-за этого их великодушия ему стоило держаться от них подальше.

Цзян Си остановился как вкопанный и сказал Линь Тинсину:

— Пожалуй, мне всё же не стоит вас стеснять. Пожалуй, я пойду сниму номер в гостинице.

— Это еще почему? — Линь Тинсин тоже замер, в его голосе прозвучало беспокойство. — Мы же только что договорились! С какой стати ты передумал?

Цзян Си не стал отвечать сразу, а Линь Тинсин тем временем сделал пару шагов перед ним и раздраженно взъерошил волосы:

— Ой, ну ты и человек, вечно у тебя семь пятниц на неделе! Мама специально наказала мне как следует о тебе заботиться, а если ты сейчас уйдешь жить отдельно, она решит, что я тебя обидел. Она же меня тогда живьем в котле сварит и на кусочки порубит!

Да из-за чего ты вообще не хочешь со мной жить?!

Цзян Си посмотрел в глаза Линь Тинсина, полные искренней, неподдельной тревоги и беспокойства за него самого, и слова застряли у него в горле.

Из-за чего?

Да потому что с самого детства все, кто его знал, за глаза называли его вестником несчастий, и вся его последующая жизнь лишь подтверждала это проклятие.

В детстве он свел в могилу младшую сестру, а когда вырос — из-за него погибли родители. Человек с такой тяжелой судьбой способен приносить окружающим лишь одни бедствия.

Он не заслуживает того, чтобы кто-то относился к нему хорошо.

Цзян Си опустил взгляд, его лицо помрачнело:

— Просто я не привык жить под одной крышей с другими.

— И это причина? — Линь Тинсин рассмеялся. — Опять капризы избалованного молодого господина? Ладно-ладно, будешь жить в моей комнате один, а я устроюсь на диване, так пойдет?

С этими словами он потянул Цзян Си за руку, пытаясь умиротворить:

— Всё, пошли скорее домой. Мама только что в мессенджере написала, что приготовила вкуснятину и ждет нас двоих. Ты любишь свинину в кисло-сладком соусе? Это же коронное блюдо моей мамы!

Ласковый тон вплетался в мысли мягким пухом, проникая в самые потаенные уголки сознания и грозя осесть там навсегда. Стоит этой липкой паутине коснуться плоти и крови, как избавиться от нее уже не удастся ни за что на свете.

Покорно следуя за тянущим его вперед парнем, Цзян Си чувствовал, как в груди поднимается бессильное раздражение.

Он наконец отчетливо понял: если он не назовет Линь Тинсину хоть сколько-нибудь убедительную причину, тот ни за что не отстанет. А озвучь он правду — тот наверняка обвинит его в суевериях и приверженности предрассудкам.

Раз так…

Цзян Си резким движением выдернул руку, вплотную приблизился к опешившему Линь Тинсину, опустил взгляд и произнес ледяным, давящим тоном:

— Слушай сюда. Я не могу жить с тобой потому, что… я гей!

От автора:

Тинсин: Чегось? (отвисшая челюсть)

Цзян Си: Я говорю, что я гей, гей я! (громче сирены)

Ха-ха-ха, бедный Цзян Си, Тинсин довел его до ручки.

Патруль примечаний: вся информация по татуировкам в тексте нагуглена автором по видеопрофессионалов и вписана на скорую руку по принципу «слепить из того, что было», так что чур сильно не придираться, ха-ха!

http://bllate.org/book/33468/4113064