Готовый перевод What If My Arranged Marriage Was a Guy / Моя невеста — красавец с характером: Глава 9

Один мужчина средней внешности с короткой стрижкой сидел на диване, расслабленно откинувшись назад и держа в руке чашку чая. Он повернулся к сидевшему неподалеку молодому человеку в медицинской маске и что-то сказал, после чего они оба рассмеялись.

Цзян Си посмотрел на кушетку перед парнем в маске, на тату-машинку в его руке и на клиента, который время от времени взвизгивал от боли, и внезапно сообразил, что это тату-салон.

Все трое вошли, и тот мужчина средних лет удивленно посмотрел в их сторону и с улыбкой произнес:

— Синь Я, это твои друзья? Познакомь папу!

Синь Я подошла к дивану и, видимо, увидев по-настоящему близкого человека, поджала губы, а ее глаза покраснели:

— Папа, меня сегодня чуть до смерти не напугали!

Увидев, что ее сокровище сейчас расплачется, Синь Тянь испугался и принялся поспешно успокаивать дочь, размахивая салфеткой.

Синь Я быстро взяла себя в руки и представила Синь Тяню Линь Тинсина и Цзян Си.

— Папа, спасибо брату Линю и брату Цзяну, именно они помогли мне поймать вора.

Синь Я подняла взгляд на Цзян Си, и ее глаза засияли:

— Ты даже не представляешь, как круто брат Цзян выглядел, когда с одного удара сбил этого вора с ног!

Услышав слова дочери, Синь Тянь поднялся на ноги и по очереди пожал руки Линь Тинсину и Цзян Си:

— Большое спасибо за помощь моей дочери. Меня зовут Синь Тянь, для вас я просто дядя Синь.

Цзян Си и Линь Тинсин тоже представились, после чего Синь Тянь усадил их на диван.

Синь Я заметила, что Синь Тянь снова принялся заваривать чай для Линь Тинсина и Цзян Си, и с легким недовольством хотела что-то сказать, как вдруг вскрикнула:

— Ай!

От неожиданности Синь Тянь взмахнул рукой, и чай чуть не пролился. Недовольным тоном он произнес:

— Что опять, предков твоих дух?

Синь Я вскочила на ноги и закружилась на месте от нетерпения:

— Папа, брат Цзян пострадал, когда помогал мне поймать вора! Где у нас аптечка? Я пойду найду ее, чтобы обработать ему рану!

— Как ты можешь забывать о таком, ребенок! — нахмурился Синь Тянь. — Аптечка в кладовке, живо сходи принеси!

Синь Я вприпрыжку побежала искать аптечку, а Цзян Си опустил взгляд на порванные на штанах брюки и подумал, что эта царапина длиной меньше пяти сантиметров выглядит слишком жалко и совсем не стоит такой суеты.

Он поджал губы и сказал:

— Дядя Синь, Синь Я преувеличивает, эта рана на самом деле пустяковая, она, пожалуй, затянется еще до того, как пройдет время.

Цзян Си объяснял это с исключительной серьезностью, из-за чего Линь Тинсин громко фыркнул со смеху.

Цзян Си повернулся к нему:

— Ты чего смеешься?

Линь Тинсин тихо кашлянул, сдерживая смех:

— Ничего, просто так, смешно стало.

В душе же он подумал, что каждый раз, когда Цзян Си принимается что-то объяснять с абсолютно серьезным лицом, он выглядит невероятно мило.

Синь Тянь тоже усмехнулся и похлопал Цзян Си по плечу:

— Сяо Цзян! Таких надежных молодых людей, как ты, сейчас мало. Как ни крути, а факт остается фактом: ты пострадал ради Синь Я. Как насчет того, чтобы дядя Синь угостил вас сегодня ужином?

Цзян Си по привычке попытался отказаться:

— Не сто……

Сидевший неподалеку клиент, которому как раз делали татуировку, глухо усмехнулся:

— Эй, красавчик, соглашайся! Мой учитель редко когда бывает таким щедрым, упустишь момент — второго шанса не представится!

Синь Тянь шутливо выругал его:

— Это ты-то так своего учителя расписываешь, Фан Сяошань? Смотри, я тебя даже на ужин не возьму!

Фан Шань не прекращал работать руками, но продолжая улыбаться, ответил:

— Не возьмете так не возьмете. Главное — этим двум красавчикам всё устройте как надо.

Синь Я наконец отыскала аптечку и вынырнула из кладовой:

— Какой еще ужин? Куда это мы на ужин?

Синь Тянь рассмеялся от злости:

— Ты просто свинья, думаешь только о еде!

Синь Я пропустила слова отца мимо ушей, плюхнулась на диван между Цзян Си и Синь Тянем и изо всех сил отпихнула отца в сторону:

— Ну-ка подвинься, не мешай мне спасать пострадавшего.

Синь Тянь с обреченным видом поднял чашку чая и послушно отодвинулся.

Синь Я открутила крышку перекиси водорода, достала ватную палочку и сказала Цзян Си:

— Будет немного больно, братик Цзян, потерпи.

Цзян Си только хотел сказать, что не стоит беспокоиться и он справится сам, как Синь Я уже ткнула в рану смоченной ватной палочкой.

Цзян Си:

— ……

Синь Я подняла голову и осторожно спросила:

— Больно?

И она еще спрашивает? Прекрасная дева, если бы ему ножом перерезали горло, он бы к этому моменту уже пару раз успел умереть и воскреснуть.

Цзян Си беспомощно покачал головой — на самом деле боли почти не чувствовалось, было лишь легкое жжение и зуд.

Синь Я аккуратно повторила процедуру один, два, три, четыре, пять, шесть раз, затем нанесла какой-то йодистый антисепток, мазь — всё это выглядело так, будто они проводят сложнейшую хирургическую операцию.

Цзян Си сидел с абсолютно бесстрастным лицом и не издал ни звука, в то время как Линь Тинсин рядом то и дело закрывал лицо руками и шумно втягивал воздух сквозь зубы.

Цзян Си спросил его:

— У тебя зубы болят?

— Братух, — Линь Тинсин нервно рассмеялся, — я за тебя переживаю, мне же за тебя больно, понимаешь?

Цзян Си на мгновение замер, глядя на него, затем резко нахмурился, отвернулся и сжал руку на краю дивана так сильно, что на черной коже остались глубокие складки.

Автор пишет:

Эх, чье же это сердце сейчас затрепетало? Умолчу~

Примечания автора:

Кстати, когда-то я и впрямь подумывал научиться делать татуировки и открыть салон под названием Хуасю.

Заметил ли кто-нибудь скрытый смысл, хе-хе!

Линь Тинсин продолжал что-то бормотать себе под нос, но Цзян Си больше обращал на него внимания, неотрывно глядя на руки работающего Фан Шаня.

Тем временем Синь Я завершила свою операцию и шумно выдохнула:

— Фух, наконец-то закончила, до чего же утомительно!

Синь Тянь тут же подколол дочь:

— Еще бы! Спасибо хоть ты не приправы в руки взяла, а то бы нога Сяо Цзяна уже просолилась и замариновалась на славу!

— Тц! — Синь Я закатила глаза, подхватила аптечку и, проходя мимо отца, специально задела его бедром. — Старый хрыч!

Синь Тянь от толчка пошатнулся, чашка чуть не выпала из рук, но он успел ее перехватить и с беспомощной улыбкой вздохнул вслед резвой фигурке дочери.

Повернув голову, он столкнулся взглядом с Цзян Си, который продолжал наблюдать за работой Фан Шаня. В сердце Синь Тяня что-то шевельнулось, и он с улыбкой спросил:

— Сяо Цзян, ты ведь раньше тоже занимался искусством? Учился рисовать? И небось уже давно?

Цзян Си на секунду замер, пришел в себя и кивнул:

— Да, учился живописи около десяти лет.

— Ого, как вы угадали? — изумленно переспросил Линь Тинсин, с ног до головы оглядывая Цзян Си, и искренне поинтересовался у Синь Тяня: — Дядя Синь, неужели вам не кажется, что он больше похож на актера или звезду, чем на художника?

Синь Тянь громко рассмеялся:

— Верно, верно, Сяо Цзян и впрямь лицом выдался как звезда.

— Однако, — он указал на руки Цзян Си, — по рукам человека, который долгое время держит кисть, всегда можно кое-что заметить.

Линь Тинсин проследил за взглядом Синь Тяня и действительно разглядел то, на что раньше не обращал внимания.

На правой руке Цзян Си первый сустав среднего пальца, боковая сторона указательного, внутренняя сторона большого и внешняя сторона мизинца покрывали более заметные мозоли, чем на левой руке, а на внешней стороне ладони и в области запястья едва угадывались два следа пигментации.

Чем дольше он смотрел, тем интереснее ему становилось. Уперевшись обеими руками в колени, он подался вперед, почти касаясь Цзян Си, и восхищенно цокнул языком:

— И правда! Оказывается, руки художника и обычного человека действительно отличаются!

Впрочем, даже с этими небольшими изъянами руки Цзян Си выглядели куда красивее чужих — надо же было уродиться с такими!

Под пристальным взглядом Линь Тинсина Цзян Си почувствовал, как горячее дыхание парня обжигает тыльную сторону его ладони. Чувствуя себя неловко, он отдернул руку, сцепил пальцы в замок и закусил губу.

Заметив его движение, Линь Тинсин поджал губы:

— Братух, ну ты и жадина, мне и посмотреть нельзя?

Синь Тянь добродушно рассмеялся и снова посмотрел на Цзян Си:

— Я тут заметил, Сяо Цзян, что тебе вроде бы интересна работа Сяо Шаня. Не хочешь обучиться искусству татуировки вместе с ним?

— Учиться татуировке у вас? — Цзян Си ошеломленно посмотрел на Синь Тяня, затем перевел взгляд на тату-машинку в руках Фан Шаня. Внутри него все перевернулось, и он долго не мог вымолвить ни слова.

Неужели он… сможет? Как тот человек, создавать картины прямо на человеческом теле?

Синь Тянь решил, что парень просто раздумывает, и продолжил:

— Видишь ли, Сяо Цзян, ты мне сразу приглянулся. Я как раз собирался взять еще одного ученика, и этот ученик, судя по всему, станет моим последним, так что я верю в судьбу. Глядя на тебя, я чувствую — если ты возьмешься за это дело, у тебя непременно всё получится.

— И пусть тебя не смущает, что твой дядя Синь держит здесь, в Тунчэне, такую скромную лавочку, — Синь Тянь широко улыбнулся, пригубив чай. — Это лишь потому, что мне так хочется, а вовсе не потому, что я больше ни на что не способен.

— В свое время я окончил Академию художеств, и к сегодняшнему дню успел освоить самые разные стили татуировки. В этих кругах имя Синь Тяня чего-то да стоит, так что в учениках у меня тебе точно не будет стыдно перед людьми.

Когда Синь Тянь произносил эти слова, откинувшись на спинку дивана, в его голосе звучала определенная дерзость, однако она вовсе не казалась пустой хвастливостью или позерством. Когда у человека действительно есть за плечами прочный фундамент, такое состояние считывается с первого взгляда.

Лежавший на кушетке клиент не выдержал, приподнял голову и подал голос:

— Красавчик, мастер Синь Тянь еще скромничает! Да он же настоящая легенда в мире татуировки! Я специально приехал к нему из Хайчэна, только чтобы он набил мне рисунок, да вот беда — он больше не берет клиентов лично и смог перенаправить меня только к своему ученику.

— Послушать тебя, так ты мной прямо-таки недоволен? — Фан Шань отложил один пигмент, взял другой и с улыбкой бросил: — Смотри у меня, терпи молча, а не то исколю до смерти!

Клиент тут же взмолился о пощаде:

— Ой, нет-нет, мастер Фан! Я доволен, я всем безумно доволен!

Атмосфера мгновенно стала веселой и непринужденной. Синь Я вышла из кладовой, уселась рядом с Синь Тянем и нетерпеливо спросила:

— Что тут у вас? О чем речь?

Синь Тянь с улыбкой пояснил:

— Я положил глаз на твоего брата Цзян Си. Хочу предложить ему выучиться на татуировщика и стать твоим старшим соучеником.

— Правда? — у Синь Я засияли глаза, и она повернулась к Цзян Си. — Братик Цзян, если ты придешь к нам в старшие ученики, я буду просто счастлива! Уровень красоты в нашей студии Хуасю подскочит сразу на несколько порядков!

— Эй! — окликнул ее Фан Шань. — Это как это понимать? Выходит, моей привлекательности на это не хватает?

Синь Я презрительно фыркнула:

— Ты? Ты максимум из обычных красавчиков, а брат Цзян — представитель высшей лиги топ-красавчиков, разве их можно сравнивать?

Фан Шань бросил на Цзян Си мимолетный взгляд и с видом знатока кивнул:

— Тут ты, пожалуй, права.

Разговор зашел так далеко, что взгляды всех присутствующих устремились на лицо Цзян Си — все ждали его ответа.

Линь Тинсин посмотрел на Цзян Си и, заметив, как тот закусил губу, сразу понял, что парень попал в затруднительное положение, поэтому поспешил прийти на помощь:

— Дядя Синь, тут такое дело... ему на самом деле не так-то просто принять решение, он...

http://bllate.org/book/33468/4113063