Готовый перевод Fatal Attraction / Смертельное притяжение: Лед и Пламень: Глава 13

— Эй, ты чем занята? — в привычно холодном голосе сейчас почему-то слышалась легкая хрипота, а в тоне проскальзывало недовольство.

Стоило Мэн Чэну услышать это, как он сразу понял, чем тот занимается. На секунду он оцепенел: и сколько же времени прошло, а Цзянь Чэньюй уже успел с кем-то сойтись!

Неудивительно, что Сюй Бай считал этого альфу странным — тот и впрямь оказался подонком.

Сейчас самым главным было найти Сюй Бая. Подавив подступающую ярость, Мэн Чэн посерьезнел и произнес:

— Сюй Бая нигде нет. Он вышел из кабинета врача и пропал, на звонки тоже не отвечает.

Цзянь Чэньюй только что вернулся домой и уже собирался предаться нежностям с любимым человеком, как этот процесс прервал телефонный звонок, сразу же разозлив его.

Он бросил взгляд на определитель номера, а сообразив, кто именно звонит, слегка изменился в лице и украдкой, стараясь не привлекать внимания, покосился на человека, обнимавшего его.

Мэн Чэн был другом Сюй Бая, в обычное время их общение ограничивалось дежурными кивками при встрече, так что если он звонит сейчас, значит, с Сюй Баем определенно что-то случилось.

Омега обнимал его за талию, и при столь близком расстоянии, разумеется, тоже услышал трезвон телефона. Звонок в такое время наверняка предвещал что-то крайне срочное.

Он был человеком понимающим и знал, что важнее.

Омега подошел к дивану и сел, а затем тонкими и красивыми, словно луковки побегов зеленого лука, пальцами взял лежавший на столе нож и принялся чистить яблоко.

Убедившись, что омега благоразумно держится на расстоянии, Цзянь Чэньюй наконец внутренне выдохнул. Он обернулся, приняв непринужденный вид.

— М-м, хорошо… Я сейчас же приеду, — его тон тоже звучал так, будто он решал сугубо деловые вопросы.

Закончив разговор, он повернулся к лежавшему на диване Сюй Яо и растянул губы в улыбке:

— Мо-мо, у меня есть дела, нужно съездить. Вернусь попозже, побуду с тобой, ладно?

Будь Мэн Чэн здесь, он бы наверняка изумился: этот лениво раскинувшийся на диване человек, с таким удовольствием уплетающий яблоко, был на семь десятых похож на Сюй Бая, вот только их характеры и темпераменты различались кардинально.

Если Сюй Бай походил на мак, растущий на краю света и заставляющий людей добровольно падать в пропасть, то Сюй Яо был трезво осознающим свое падение рододендроном, который ждет возрождения посреди бесконечного ада.

— Хорошо, только возвращайся пораньше, — Сюй Яо приподнял уголки губ, соглашаясь на его уговоры.

Цзянь Чэньюй закрыл дверь, и его лицо, мгновение назад сиявшее улыбкой, резко помрачнело. Состояние Сюй Яо сейчас было намного стабильнее, чем раньше, но при воспоминании о том, как у того случались приступы, взгляд Цзянь Чэньюя потемнел.

Он никому и никогда больше не позволит такому повториться.

Врачи говорили, что, хотя Сюй Яо идет на поправку, ему по-прежнему противопоказаны сильные эмоциональные потрясения, поэтому Цзянь Чэньюй решил пока не говорить ему об исчезновении Сюй Бая.

Пока Цзянь Чэньюй мчался на машине к больнице, Мэн Чэн вовсю расспрашивал Вэй Сыцзюэ.

Ему хотелось узнать, что именно так задело Сюй Бая и заставило его внезапно уйти.

Стоявший рядом Вэй Сыэнь молча наблюдал за суетой Мэн Чэна, находя ее несколько странной. Существовало множество причин для исчезновения Сюй Бая, с чего бы Мэн Чэну сразу думать о худшем исходе?

Он бросил на Мэн Чэна испытующий взгляд и, немного подумав, все же рассказал тому об анестезии чувств и проблемах с феромонами.

Мэн Чэн замер:

— …

Невозможно описать тот шок, который он испытал, услышав это. Выражение его лица стало таким, будто его со всего размаху огрели тяжелым железным молотом — хуже некуда.

— …Неудивительно, неудивительно… — бормотал он, внезапно осознав, почему Сюй Бай сбежал.

Ему просто требовалось место, где можно побыть в тишине.

Мэн Чэн зажмурил глаза, сердце в груди болезненно защемило. Ему было безумно жаль Сюй Бая — почему подобные беды вечно происходили именно с ним?

Именно в этот момент подоспели Вэй Сыэнь и полиция. Заметив неладное, Вэй Сыэнь подошел к брату и тихо спросил:

— Что случилось? Почему вы все здесь столпились? А где Сюй Бай?

Полицейские подошли с намерением пригласить Вэй Сыцзюэ и Сюй Бая на составление протокола:

— Вы Вэй Сыцзюэ? Будьте добры, пройдемте со мной для допроса.

Вэй Сыцзюэ перевел взгляд с Вэй Сыэня, стоявшего рядом с лицом любителя зрелищ, на потерянного и лишившегося всякой опоры Мэн Чэна.

Немного посомневавшись, он тяжело вздохнул и отказал офицеру:

— Прошу прощения, господин офицер. Сейчас мне, пожалуй, неудобно. Я должен помочь этому господину омеге отыскать его друга.

— Друга? — удивился страж порядка. — Какого еще друга? В чем дело?

— Сюй Бай уже дал показания, остался только вы. А уж друга вашего знакомого я помогу поискать, ступайте пока в участок, — произнес полицейский фразу, произведшую эффект разорвавшейся бомбы.

Мэн Чэн тут же подскочил, его глаза сияли радостью:

— Вы говорите, Сюй Бай? Он все еще в полицейском участке?

Офицер с недоумением оглядел троицу и ответил:

— Он только что туда пришел, вы вполне успеете его застать, если отправитесь прямо сейчас.

Не дожидаясь, пока полицейский договорит, Мэн Чэн сломя голову бросился прочь. Вслед за ним тут же помчался Вэй Сыцзюэ, а Вэй Сыэнь, увидев, что его братец тоже куда-то несется, вспомнил наставления матушки и был вынужден побежать за ними.

Офицер остался стоять в одиночестве, сбитый с толку:

— Вроде бы собирались искать друга, с чего это все вдруг побежали?

Впрочем, раз Вэй Сыцзюэ уже направился в участок, его собственная задача была выполнена. Бросив взгляд на часы на запястье, он решил сначала сходить пообедать.

Когда же Цзянь Чэньюй наконец добрался до больницы, вестибюль встретил его абсолютной пустотой — и след тех двоих давно простыл.

Цзянь Чэньюй:

— …

От больницы до полицейского участка было всего несколько шагов, и троица быстро добежала до входа.

Как раз в этот момент Сюй Бай закончил давать показания и стоял на крыльце, с улыбкой беседуя с проводившим его полицейским, казалось, произошедшее ни капли на нем не отразилось.

— Цэм-гэ, вы чего тут? — заметив троицу, Сюй Бай слегка удивился и помахал Мэн Чэну рукой.

Похоже, даже солнце питало к этому человеку особую слабость: когда он произнес эти слова, теплые лучи как раз отразились в его глазах. В янтарных зрачках читалось искреннее удивление, а в сочетании с его неземной красотой это напоминало донельзя изысканную картину маслом.

— Какая красота! — Вэй Сыэнь остолбенел от восхищения, невольно озвучив то, что вертелось на языке.

http://bllate.org/book/33268/4084835