Даже если бы всё повторилось сначала.
Он бы ни за что.
Грязная сделка
Два года назад.
Линь Сюйань закрыл зонт и вошел в ночной клуб.
Он не обращал внимания на то, что половина его одежды промокла под дождем, и, торопливо прижимая к груди стопку картин, направился в ту самую отдельную кабинку, которую ему указал Цинь Ю.
Незадолго до этого мать Линь Сюйаня тяжело заболела и ей срочно требовалось стационарное лечение. Но его семья жила в бедности, а самому ему едва исполнилось десять с небольшим лет, и он даже базово зарабатывать еще не умел, поэтому, разумеется, не мог достать такую огромную сумму.
Как раз когда его мать решила покончить с жизнью самоубийством, благотворитель по имени Цинь Ю через каналы спонсорской помощи вышел на Линь Сюйаня и заявил, что сможет ему помочь.
Цинь Ю был одет с иголочки в деловой костюм, а его манеры отличались скромностью и вежливостью. Глядя на его интеллигентный и непринужденный вид, Линь Сюйань невольно ослабил внутреннюю бдительность и решил безоговорочно довериться этому человеку.
Так Цинь Ю помог оплатить медицинские счета матери Линь Сюйаня и увез его из горных краев.
Но он и помыслить не мог, что этот отъезд кардинально изменит всю его жизнь.
Линь Сюйань любил рисовать, рисовал довольно неплохо и обладал настоящим художественным талантом. Цинь Ю с улыбкой говорил, что намерен заняться его серьезным воспитанием.
Сегодня как раз исполнялось восемнадцать лет Линь Сюйаня, и Цинь Ю протянул ему карточку от VIP-кабинета, велев отыскать там одного человека.
Сказал, что там находится некий денежный мешок, который хочет выкупить его картины.
В ту пору он был чист, как луна в ночном небе, и еще не изведал той грязи, когда исчадия ада безжалостно втаптывают человека в грязь, а потому, естественно, не мог догадаться, что именно скрывалось за словами Цинь Ю о сделке.
Если бы Линь Сюйань заранее знал, что станет для кого-то инструментом для убийства времени и выплеска плотских желаний, он бы ни за что не переступил порог этого злачного места.
Стоя снаружи, Линь Сюйань несколько раз про себя репетировал слова, которые собирался сказать, после чего глубоко вздохнул и, набравшись храмости, провел карточкой по замку и вошел внутрь.
Густой запах табака и алкоголя тут же ударил в лицо с такой силой, что у него запершило в горле.
В полумраке кабинета смутно мелькали силуэты, царила атмосфера праздности и роскоши. Несколько очаровательных девушек с изящными лицами увивались вокруг компании богатых бездельников, с азартом и неподдельным весельем играя за столом в карты и отпуская пошлые, непристойные шуточки.
При тусклом освещении он покраснел до корней волос. Прикрыв узкие веки, он бросил робкий взгляд внутрь, и в этот момент кто-то заметил его и перевел на него глаза.
Один из мажоров, приподняв брови, с насмешливой улыбкой бросил:
— Выглядит еще совсем несовершеннолетним. Кто его позвал, признавайтесь?
Атмосфера в кабинете явно была странной, и Линь Сюйаню пришлось заговорить первым.
Он слегка сжался, и его точеная фигура в белой рубашке казалась совсем хрупкой — со стороны он выглядел человеком, которого легко обидеть.
Избегая чужих пылких и легкомысленных взглядов, Линь Сюйань чуть зашевелил губами:
— Я пришел разыскать Ши Юйшэня, господина Ши.
Имя было названо верно, ошибки быть не могло.
Чтобы он не перепутал человека, Цинь Ю заставил его заучить всё наизусть.
Но стоило ему произнести это имя, как в кабинете мгновенно воцарилась тишина, исчезли прежний шум и гам.
— Зачем ты меня ищешь?
Высокий мужчина, сидевший в самом углу, прислонился к спинке дивана и только после того, как небрежно бросил на стол свои последние карты, неторопливо заговорил.
Его голос звучал низко, но в нем проскальзывали игнорирующие нотки.
Увидев это красивое, но холодное лицо, Линь Сюйань почувствовал беспричинную тревогу и скованность, но, вспомнив слова Цинь Ю, все же послушно подбежал к нему с покладистым видом:
— Господин Ши, я пришел лично принести вам картины.
Они находились на небольшом расстоянии друг от друга — не слишком близко, но и не далеко.
На лице Ши Юйшэня не отразилось особых эмоций. Бросив на Линь Сюйаня мимолетный взгляд, он обронил:
— Подойди.
Хотя он казался высокомерным, а его брови выглядели сурово, в нем не было того презрительного и надменного высокомерия, которое рисовало воображение Линь Сюйаня.
Когда он разговаривал, то звучал на самом деле довольно мягко.
Линь Сюйань решил, что зря накручивал себя: раз этого человека ему порекомендовал Цинь Ю, значит, он наверняка хороший человек.
Сделав пару шагов вперед, он застал момент, когда Ши Юйшэнь затушил окурком сигарету в стоявшей перед ним пепельнице и протянул в его сторону руку.
Легкий запах табака смешался с приятным ароматом парфюма, доносясь откуда-то сбоку.
Линь Сюйань, с ясными глазами и алыми губами, лучезарно улыбнулся. Полагая, что Ши Юйшэнь протягивает руку за его картинами, он тут же протянул ему всю стопку своих работ.
Движения его рук внезапно замерли. Брови Ши Юйшэня слегка сошлись на переносице, на лице не читалось никаких эмоций.
Многозначительно приподняв уголки глаз, Ши Юйшэнь небрежно поинтересовался ценой:
— Сколько ты хочешь?
Улыбка Линь Сюйаня стала еще шире — это была радость, идущая из глубины души. Он почтительно показал на пальцах цифру, но запросить много так и не осмелился.
В конце концов, он впервые продавал свои творения.
Глядя на его наивный и простодушный вид — хотя на деле сообразительностью тот явно не отличался, — Ши Юйшэнь вытащил руку из стопки художественных полотен, коснулся мягкой и белой щеки Линь Сюйаня и, слегка погладив, несильно похлопал:
— То, что мне было нужно, у меня в руках. Позже я переведу деньги твоему приемному отцу.
Пропустив мимо ушей двусмысленный подтекст между ними и не уловив скрытого смысла в его словах, Линь Сюйань послушно кивнул и произнес:
— Спасибо.
Когда Линь Сюйань ушел, Ши Юйшэнь даже не взглянул на лежавшую рядом стопку картин и единым движением швырнул их в мусорное ведро.
Сидевший рядом мажор уже давно раскусил всю эту сцену и, сотрясаясь от смеха в груди, подшутил:
— Все-таки брат Шэнь мастерски умеет развлекаться.
Брат Лу
Линь Сюйань вернулся домой и переобулся в домашние тапочки.
В доме было довольно шумно.
Его приемный отец Цинь Ю собрал немало людей и они вовсю резались в маджонг.
— Пап! — позвал Линь Сюйань в сторону гостиной.
Но обернулся вовсе не Цинь Ю, а другой мужчина средних лет.
Линь Сюйань видел его пару раз, но они были мало знакомы.
— О, а вот и Сюй-Сюй вернулся, — поприветствовал его дядя Лю.
Линь Сюйань приподнял подбородок и слабо улыбнулся, но тут же встретился взглядом с его слегка насмешливым и легкомысленным взором.
http://bllate.org/book/33249/4082550
Готово:
