Янь Хуэй удивленно распахнул глаза.
Они с сыном уже три года жили в Жилом комплексе Цзиньян, но из-за рабочего графика и прочих причин так и не сошлись близко с остальными жильцами. Разве что с соседями напротив — они то и дело сталкивались нос к носу, когда выходили или возвращались, и могли обменяться парой вежливых фраз.
Соседи, как и абсолютное большинство здешних собственников, купили квартиру в районе хорошей школы ради учебы ребенка. Их сын учился в одном классе с Янь Шэном, как раз в шестом.
Не успеешь оглянуться, как наступит новый год, а за ним и поступление в среднюю школу. С чего вдруг переезжать в такой момент?
Подумав об этом, Янь Хуэй отпер дверь и поздоровался с соседкой:
— Утро доброе, сестрица Ли, переезжаете?
Увидев Янь Хуэя, сестрица Ли тут же расплылась в улыбке:
— Ага!
— Чего это вдруг среди учебного года? Разве не на носу поступление в среднюю школу? — с любопытством спросил Янь Хуэй.
— Да вы же знаете моего раздолбая: учеба из рук вон плохо идет, на хорошую среднюю школу надежды нет, хоть бы в какую-нибудь взяли, и то слава богу.
Сестрица Ли подошла к дверям квартиры Янь Хуэя и заговорила с сияющей улыбкой. Ее выражение лица и то, что она говорила, находились в полном противоретии — эмоции совершенно не совпадали со словами.
Янь Хуэй от такого опешил и машинально попытался утешить ее:
— Нельзя же так говорить. Некоторые дети лучше сдают экзамены, вдруг в нужный момент он сможет собраться и выдать результат?
Взять хотя бы его собственного Шэна: вечно у него по китайскому и английскому тройки с минусом, но на итоговых экзаменах он всегда умудряется проползти по грани проходного балла. Разве это не особый талант к тестированию?
Сестрица Ли же в корне изменила свое прежнее поведение: стоило зайти разговор об успеваемости сына, как она обычно начинала тревожиться и вздыхать, а теперь закрывала рот рукой и заливисто смеялась.
— На него я уже и не надеюсь, этот всю жизнь будет на заводе горбатиться. Вместо того чтобы ждать, пока он выбьется в люди, лучше мы с мужем поднатужимся и оставим ему хоть какое-то имущество, лишь бы было что есть и пить.
Это суждение как раз полностью совпадало с мыслями самого Янь Хуэя.
Пусть он изо дня в день надрывался над уроками, проверяя домашку Янь Шэна, но это касалось только китайского — за английский он вовсе не переживал. Грубо говоря, человек с литературным образованием не выносит грамматических ошибок и корявого использования слов.
Его собственных сбережений с лихвой хватит на то, чтобы Янь Шэн прожил жизнь в безопасности и радости. Добьется ли он выдающихся успехов — неважно, главное, чтобы был здоров и счастлив.
Но соседи напротив были самыми обычными работягами. Ради покупки этой квартиры они выпотрошили кошельки всех шести родственников, возлагая на ребенка все свои надежды. И то, что они вдруг стали такими беспечными, выглядело явно ненормально.
Вспомнив удачное расположение Жилого комплекса Цзиньян, Янь Хуэй мгновенно всё понял:
— Сестрица Ли, квартиру продали?
Сестрица Ли улыбнулась безмолвно, но Янь Хуэй уже догадался:
— Поздравляю, сестрица Ли. Судя по всему, цена отличная.
Сестрица Ли не стала распространяться, лишь кивнула на соседнюю дверь:
— Спасибо, мне нужно идти пригляглянуть за ними, а то еще сломают чего-нибудь.
— Ладно, не буду вас задерживать, — кивнул Янь Хуэй, проводил взглядом уходящую к себе сестрицу Ли и закрыл дверь.
Было бы глупо отрицать, что он любопытствует. Жилой комплекс Цзиньян считался районом с привязкой к хорошей школе, поэтому, даже несмотря на обветшалость домов, цены на квартиры держались на высоте. При площади меньше восьмидесяти квадратных метров общая стоимость запросто доходила до двух миллионов. Для Цзиньду, где средняя цена за квадратный метр на вторичке составляла двадцать тысяч, это можно было назвать заоблачной суммой.
Квартира сестрицы Ли досталась им давно, обошлась в миллион семьсот с лишним, да еще висела ипотека на тридцать лет. Раз уж она добровольно отказалась от квоты на поступление в престижную среднюю школу по жребию, предложенная сумма определенно оказалась солидной.
К счастью, земля слухами полнится, и уже во второй половине дня в чате жильцов началось бурное обсуждение: соседи судачили, что сестрице Ли попался круглый дурак.
[Второй подъезд, 301]: Говорят, продала за вот такую сумму [стикер с деньгами]
[Первый подъезд, 502]: Пять миллионов?! Чистой воды простофиля!
[Пятый подъезд, 102]: Больше. Я слышал, в эти пять миллионов даже ипотека не входила.
[Шестой подъезд, 202]: Так это что, больше шести миллионов выходит?!
[Четвертый подъезд, 601]: Е-мое! Откуда вылез этот богатенький буратино! Почему мне такие удачи не выпадают?!
[Пятый подъезд, 502]: Сейчас при сносе домов под застройку таких цен уже не дадут, наверное?
[Третий подъезд, 302]: Вот я и думаю, чего это эта барышня из верхних этажей последние дни ходит вся сияющая? Раньше целыми днями ребенка лупила, они с 402-й квартирой славились на весь дом как два главных тирана по выжиманию детей.
Янь Хуэй мысленно хмыкнул: «…»
Разве он тиран? Да вроде нет. Кто сможет сохранить хладнокровие, услышав предложение вроде: «Один из моих пап — юрист»?
Хотя старший папа ребенка и вправду юрист, так ведь не выражаются! Увидел бы учитель — подумал еще, будто на его голове коней можно пасти!
Вывалить больше шести миллионов за старую рухлядь — и впрямь простофиля. Имея такие деньги, разве нельзя приберечь их, чтобы отправить ребенка учиться за границу для солидности?
На худой конец, вложить в недвижимость — и то хватило бы на всю жизнь, когда ребенок подрастет!
Вот переедут новые жильцы, надо будет хорошенько разглядеть этого дурачка!
***
На следующий день, в субботу, ранним утром.
Сегодня снова выдался день неожиданно раннего пробуждения. Янь Хуэй сонно очнулся от дремы и смутно расслышал шаги бегающего туда-сюда Янь Шэна в гостиной.
Ничего удивительного, дети рано ложатся и рано встают. Перед сном он приготовил сэндвичи, завернул их в пищевую пленку и убрал в холодильник — Шэну достаточно было сунуть их на минуту в микроволновку.
Он уже умел пользоваться микроволновкой, а также аэрогрилем и печью-пароваркой, соображал отлично…
Вот если бы он с таким же усердием учил китайский…
— Еда, которую готовит папа, самая вкусная!
М-да, сынок, с таким аппетитным едоком от готовки папы одна радость… стоп, с кем это Шэн разговаривает?!
Янь Хуэй подскочил как ужаленный, даже не утрудив себя одеться, схватил стоящую у двери спальни металлическую бейсбольну биту и вылетел наружу.
— Шэн-Шэн! Ты с кем… Юй Сян?!
Юй Сян сидел за обеденным столом с надкусанным сэндвичем в руке. Его взгляд скользнул по вольному наряду Янь Хуэя — длинная футболка оверсайз и трусы, — а затем опустился на две белые длинные ноги.
Съеденный кусок сэндвича, казалось, провалился в горло только сейчас: Юй Сян сглотнул, его глаза слегка потемнели, он заставил себя отвести взгляд и, глядя Янь Хуэю в глаза, поздоровался:
— С добрым утром. Может, ты сначала наденешь что-нибудь? Тебе не холодно?
— Ты… Апчхи! Апчхи! — стоило вымолвить слово, как Янь Хуэй зашелся чиханием. Увидев это, Янь Шэн тут же бросился в главную спальню и выбежал обратно, прижимая к груди одежду.
— Папа! Скорее одевайся, простудишься!
Янь Хуэй перевел взгляд с сына на Юй Сяна, с грохотом швырнул биту на пол, схватил одежду и принялся натягивать ее на себя.
Вообще-то дома работал электрический обогреватель, его не выключали круглые сутки, так что температура была вполне терпимой. Но из-за слабости проводки в старом жилом фонде Янь Хуэй не рисковал включать его больше чем на среднюю мощность, иначе проводку мгновенно выбивало.
Быстро одевшись, Янь Хуэй в знак благодарности взъерошил сыну волосы, вновь воспрянул духом, повернулся и уставился на Юй Сяна с намерением призвать того к ответу.
— Ты какого…
— Пф!
Только допрос успел начаться, как его снова прервали: Юй Сян прикрыл кулаком губы, а в глазах его плескалось веселье.
— Прости… кхм, у тебя очень милая одежда.
Янь Хуэй опустил глаза: на его пушистой домашней пижаме цвета голубого нефрита большую часть подола занимала мордашка бурого медвежонка.
Если память не изменяла, на капюшоне сзади красовались такие же ушки голубого медвежонка, а на задней части штанин — хвостики, точь-в-точь как костюмчик Янь Шэна из парного комплекта.
Стоило им встать рядом, как они превращались в двух живых медвежат.
Янь Хуэй отчаянно зажмурился.
Разве можно выглядеть грозно в таком виде?
Армия семьи Янь, чей боевой дух иссяк после третьей попытки, уныло поплелась к столу и уселась напротив Юй Сяна. Янь Шэн неотступно следовал по пятам, уселся рядом с папой и, продолжая грызть сэндвич, переводил взгляд с одного взрослого на другого.
Упустив момент для стремительной атаки, Янь Хуэй больше не спешил начинать разговор. Сначала он потрогал чашку перед Янь Шэном, убедившись, что молоко теплое, и лишь затем поднял взгляд на Юй Сяна.
— Квартиру напротив купил ты?
Юй Сян издал утвердительное «мгм» и откусил сэндвич.
— Ты совсем рехнулся? Вывалить шесть миллионов за старую рухлядь, заняться больше нечем?
— Мне нужна постоянная база.
— Ха! — холодно усмехнулся Янь Хуэй. — Держишь меня за дурака, Юй Сян? В таком огромном Цзиньду уважаемому Второму господину Юю негде преклонить голову, обязательно нужно тащиться в старый фонд?
— Найти жилье — пустяк, а вот человека — нет. — Юй Сян проглотил последний кусочек сэндвича и поднял глаза на Янь Хуэя. — Во всем огромном Цзиньду я знаю только тебя, так что вполне естественно поселиться поближе, чтобы можно было присматривать друг за другом.
Янь Хуэй почувствовал себя неловко под его взглядом и отвернулся:
— Тебе почти тридцать лет, какая еще помощь тебе нужна? К тому же ты владелец компании, мало ли что в мире нельзя решить деньгами?
— О, такого предостаточно, — легко улыбнулся Юй Сян. — Впрочем, в твоих словах есть резон: с деньгами всяко лучше, чем без них. Поэтому я и хочу присматривать за тобой.
Глава 12
— Присматривать за мной?
Янь Хуэй то ли смеясь, то ли плача ткнул пальцем в собственную грудь:
— Я отлично питаюсь, тепло одет, сына уже вон каким вырастил, нуждаюсь я в чьей-то опеке?
Юй Сян на секунду умолк и обвел взглядом гостиную-столовую площадью едва ли в пятнадцать квадратных метров:
— И это по-твоему отлично?
Строго говоря, квартира Янь Хуэя была отремонтирована великолепно — в ней и следа не оставалось от унылости старого фонда. Стиль под натуральное дерево создавал невероятно уютную атмосферу, все сияло чистотой и порядком, наполняя жилье изяществом компактности.
Но Жилой комплекс Цзиньян строился тридцать лет назад, в те времена преобладали кирпично-монолитные конструкции старого образца. Почти все стены являлись несущими и не подлежали сносу, из-за чего планировка страдала множеством неудобств, и как ни делай ремонт, тесноты не избежать.
Взять хотя бы слишком узкую обеденную зону: она занимала проход в прихожей, из-за чего стоило выдвинуть один из стульев, как путь вглубь квартиры оказывался перекрыт.
На кухне катастрофически не хватало места, так что холодильник пришлось выставить в столовую — стоило открыть его дверцу, как проход оказывался наглухо заблокирован.
Санузел находился рядом с кухней, а от обеих спален его отделяла столовая. Мало того что добираться до туалета было далеко, так еще того и гляди запнешься за стул, поэтому приходилось постоянно следить за тем, чтобы задвигать сиденья.
Самое ужасное — в двухкомнатной квартире имелся всего один туалет!
Когда Юй Сян покупал квартиру напротив, он слышал, что там жила семья из трех человек, и даже думать боялся, что им делать, если кто-то засядет в санузле при срочной необходимости!
Янь Хуэй, разумеется, не догадывался, до каких фантазий додумался оторванный от земных реалии Второй господин Юй, и лишь недоумечно склонил голову:
— Чем тебе здесь плохо? От непогоды защищает, маленькая площадь — легко убирать, до школы Шэна рукой подать, на машине всего минут десять. Рядом овощной рынок и больница, жизнь бьет ключом, чего еще желать?
— …Слишком тесно, — помрачнев, тихо проговорил Юй Сян. — Ни отопления, ни лифта, ты ведь мог жить в куда лучших условиях…
— Стоп, — лицо Янь Хуэя посуровело. — Не вороши прошлое, Юй Сян. Сейчас я живу прекрасно, и не надо мерить меня старыми мерками.
http://bllate.org/book/32765/4008301
Готово:
