Готовый перевод Fantasy Friend: Fiery Embrace / Воображаемый друг: Опасная красота: Глава 7

Неужели вера в Снежную Богиню — это у них местный обычай?

Помню, в учебниках писали, что, куда бы ты ни отправился, всегда нужно уважать чужие традиции.

Но, по правде говоря, по сравнению с местными обычаями меня волновали только дела сестрицы Юйлинь.

— Я просто не понимаю: раз уж это место не подходит для пеших прогулок, зачем моему папе понадобилось сюда тащиться?

Услышав это, тетушки переглянулись и звонко рассмеялись:

— Без особых связей обычному человеку сюда и не попасть. Малыш, не сомневайся: если твой отец сумеет встретиться со Снежной Богиней, удача вашей семьи в будущем пойдет только в гору!

Они, судя по всему, уже молчаливо решили, что мой отец бросил меня и ушел в горы именно ради встречи с этой Снежной Богиней. Я подсознательно хотел возразить и заявить, что мой папа пришел сюда исключительно ради увлечения и чтобы составить компанию другу!

Но тут же вспомнил, что на этот вопрос папа так и не дал мне четкого ответа.

Ха, наверняка он просто скрывал всё и увиливал от ответа, потому что боялся насмешек со стороны собственного сына.

В конце концов, кто в здравом уме, кроме тех, у кого жизнь зашла в тупой угол, станет верить в эти призрачные иллюзорные божества?

Наша семья уж точно… совершенно в этом не нуждалась.

Тогда я думал, что Линь Юаньцин просто излишне любопытен и охвачен жадностью.

Не ставя больше вопросов по этой теме, я перевел разговор на семью Юйлинь.

И тогда эти тетушки рассказали мне, что бабушка заставляет Юйлинь танцевать потому, что Юйлинь считается одним из немногих детей в основном роду Семьи Юй, обладающих хоть какой-то подходящей «одаренностью».

В последние годы в главном ветвлении рождается очень мало девочек, а детей, способных перенять божественную силу Снежной Богини, и вовсе почти не осталось.

Если божественная сила Снежной Богини угаснет и не сможет передаться дальше, то спонсирование этой деревни со стороны крупных влиятельных сил очень скоро сократится. И тогда можно забыть не только о базовых предметах первой необходимости, но даже инвестиции в медицину, образование и общественную инфраструктуру прекратятся.

Я мало что смыслил во всем этом и думал лишь об одном: разве обустройство деревень — это не обязанность государства? Почему же от этого места веет так, будто оно оторвано от привычного мне мира?

— Неужели Юйлинь в будущем тоже превратится в Снежную Богиню?

Тетушки переглянулись. Наверное, решив, что я всего лишь ребенок и у меня на уме нет ничего дурного, они честно ответили:

— Нет, он ведь не принадлежит к числу кровных членов Семьи Юй, так что настоящей Снежной Богиней ему стать не суждено. Но поскольку Снежная Богиня не может покинуть горную деревню до конца своих дней, мы подумали: а что, если кто-то сможет сделать так, чтобы оракул Снежной Богини распространился и за пределами горной деревни? Это привлечет к ней еще больше верующих, и тогда сила оракула Снежной Богини естественным образом станет еще мощнее.

Тетушки были очень милы, но слова, слетавшие с их губ, заставляли меня невольно надувать губы.

Подумать только… сейчас же эпоха высоких технологий! Даже такие дети, как мы с сестрицей Юйлинь, знают, что все эти боги — сплошной вымысел!

Сестрица Юйлинь вовсе не верит в богов, но его заставляют стать вестником, разносящим оракул — разве это не сумасшествие?

Поэтому я перестал разговаривать с тетушками, закрыл уши руками и убежал.

— Айя, этот мальчишка… Силенок-то у него немало.

— Ой, да бросьте, в его годы мы все были такими же.

— Это точно, подрастет — сам всё поймет.

— Снежная Богиня… она существует на самом деле.

Какая шутка, какая шутка, какая шутка! Почему взрослые в этом месте несут такую чепуху?

Я ни за что не стану таким, какими они меня хотят видеть.

И сестрица Юйлинь тоже!

Как же хочется домой, как же хочется домой, как же хочется домой!

Я, который прежде больше всего на свете обожал путешествовать, впервые в жизни испытал такое непреодолимое желание.

Мне хотелось забрать сестрицу Юйлинь и убраться из этого места.

Хотелось сказать ему, что внешний мир устроен совсем иначе.

У-у-у-у-у.

Не желая больше общаться ни с кем в этой деревне, избегая любого кукареканья петухов, любого места, где меня мог бы кто-нибудь отыскать, я… свернулся калачиком в каком-то неприметном стогу сена.

Я и не подозревал, что я такой хрупкий.

Раньше-то я думал, что я самый храбрый парень на свете.

Я решил дождаться здесь Линь Юаньцина, чтобы он забрал меня домой.

Или дождаться глубокой ночи, когда все уснут, тайком пробраться к сестрице Юйлинь домой и тоже утащить его с собой прятаться.

А потом я… закрыл глаза и крепко уснул среди всех этих грандиозных планов.

Мне приснился сон.

Во сне, сквозь щель в двери, я увидел Юйлинь посреди большой комнаты: облаченный в одежды Снежной Богини, он легко и изящно танцевал. Это зрелище наполнило меня печалью, и в то же время мой разум отчетливо осознавал всю священность происходящего.

Почему? Мы же так ненавидели это.

Ведь сестрица Юйлинь даже плакал.

— Линь Тинлань. — Широко раскрыл глаза и посмотрел на меня. И в этот миг я снова встретился взглядом с Юйлинь по ту сторону двери: — Какое заветное желание ты хочешь исполнить, раз ты так добр ко мне? Мечтаешь, чтобы грёзы стали реальностью, или хочешь, чтобы твой род процветал вечно и никогда не пришел в упадок?

— Нет… нет! Я делаю это не ради чего-то подобного, я просто…

·

Я проснулся.

Потому что до слуха донесся шорох ворошимой травы, и я почувствовал, как ко мне приближается чей-то силуэт.

Я открыл глаза и увидел, что закатное солнце окрасило всё вокруг в золотистые тона.

Настал вечер.

Щеку овеяло мягким теплом.

Ресницы Юйлинь слегка подрагивали.

Он поцеловал меня.

— Чего ты тут прячешься? Знаешь, сколько здесь насекомых? — на его лице застыло горькое выражение. — Я тебя так долго искал. Прости, я… многое тебе не объяснил заранее.

Глава 7. Нельзя мне вместе с Юйлинь плескаться в водичке!

На самом деле я всегда был мелочным парнем с необъяснимо раздутым чувством собственного достоинства.

Перед тем как сестрица Юйлинь поцеловал меня, я всё еще помнил, как он велел мне катиться.

Я ведь искренне хотел ему помочь, а в ответ получил такое. Где-то в глубине души я затаил на него обиду.

Но, заметив, что его лицо измазано грязь, а лоб покрыт испариной — казалось, он действительно искал меня очень долго, — я помимо своей воли поднял руку и коснулся его мягкой щеки.

Сначала он машинально поморщился, но затем перехватил мое запястье и уткнулся щекой мне в ладонь, тихо спросив:

— Ты на меня сердишься?

Я сделал вид, что я выше этого, и покачал головой.

Тогда настроение у него улучшилось. Бормоча что-то вроде бабушка уже приготовила ужин, пошли домой, он рывком поднял меня из стога сена.

Обочины деревенской грунтовой дороги заросли сочной травой, время от времени доносился шелест ветра в полях. Наши с сестрицей Юйлинь тени сильно вытянулись — казалось, этой дороге нет конца и края и во всем мире остались только мы вдвоем.

Я просто тупо семенил следом за ним, не отрывая глаз от его бледных, но сильных рук. Кости слегка побаливали от его хватки, но, возможно, из-за того, что длинные рукава не могли полностью скрыть покрытые синяками руки, эта боль передавалась через его тело и доходила до самых кончиков моих нервов.

— Почему ты всё равно возвращаешься, раз она так тебя бьет? — спрашивая это, я невольно тянул его назад, сопротивляясь. Наверное, в глубине души мне хотелось сбежать. Да, именно так — забрать сестрицу Юйлинь и сбежать.

Но силы у сестрицы Юйлинь оказались на удивление огромными: стоило ему лишь на секунду замереть, как сдвинуть его с места уже не было никакой возможности. Обернувшись, он посмотрел на меня холодным взглядом, но присмотревшись, можно было заметить в нем нечто вроде беспомощного смирения: — А куда еще возвращаться, если не туда? В конце концов, это мой дом. Не бойся, бабушка тебе не навредит.

— Я к тому… давай сбежим отсюда. Вместе. — Я улыбнулся, все еще теша себя наивной надеждой, что побег двух пацанов навстречу приключениям может оказаться затеей веселой — ведь в мультфильмах вечно так и показывают.

— Здесь нет автобусов, которые вывозят из гор. Линь Тинлань, ты забыл? Твой папа долго ехал в объезд, чтобы добраться сюда. Нам не сбежать отсюда. — Он усмехнулся — в этой улыбке сквозило какое-то облегчение и, пожалуй, самоирония. — К тому же, если не считать Долину Рис и Дождя, где по-настоящему живет Снежная Богиня, на сотни ли вокруг просто нет места богаче ресурсами и лучше приспособленного для жизни людей. Вернемся — сможем поесть горячей еды и принять горячий душ. Линь Тинлань, ты что, не проголодался, целый день околачиваясь по деревне? Разве тебе не хочется нормально отдохнуть?

А вот и не хочется! Сейчас мне хотелось только смыться из этой паршивой деревни. Я тосковал по мегаполису, по маме и старшей сестре. Что же до Линь Юаньцина, так он вообще непонятно зачем бросил меня здесь, а потом… Ладно, и упоминать не стоит.

Конечно, больше всего на свете мне хотелось утащить с собой сестрицу Юйлинь — мне казалось, что в таком месте… даже самые крепкие убеждения рано или поздно сломают и заразят местным духом.

В конце концов, он только что сам упомянул и эту Долину Рис и Дождя, и Снежную Богиню.

Но… в его словах был определенный смысл.

В конце концов мне пришлось подчиниться его напору, и он потащил меня вглубь деревни.

— Ты что, останешься здесь навсегда? — спросил я.

— Ты о чем вообще? — удивился он. — С чего бы? Сейчас же летние каникулы, я учусь в городе.

— Значит, потом мы сможем встретиться в городе А.

— Угу, — отозвался Чжун Юйлинь. — Приходи ко мне в гости, у меня дома довольно просторно.

— Лучше ты приходи ко мне. У меня дома живет младший братишка, твой ровесник, его зовут Чу Ли, с ним ужасно весело! Мы втроем сможем рубиться в приставку…

Чжун Юйлинь неожиданно оборвал меня, и в его голосе исчезли любые эмоции:

— Вы так близки?

— Ага, — с видом само собой разумеющегося ответил я. — Мы выросли вместе, он мой младший братик, хотя больше похож на родного.

Мы уже подошли к деревенским воротам. Выражение лица Чжун Юйлиня было пресным, с легким оттенком насмешки, когда он произнес:

— А я не люблю компанию из трех человек. Если хочешь играть со мной, его придется прогнать.

Как он может выдвигать такие требования? Я вытаращил глаза, думая про себя, что каким бы красивым ни был сестрица Юйлинь, нельзя же вести себя так:

— Так не пойдет, Чу Ли расстроится.

Услышав это, Юйлинь слегка прищурился и склонил голову набок:

— Тогда сам иди ко мне.

— Разве у тебя дома нет старшего брата?

— Если ты будешь со мной, — заявил он, — я непременно прогоню его.

http://bllate.org/book/32646/3990630