Готовый перевод My Three Loves Are Money Money Money / Три моих главных любви: деньги, деньги и ещё раз деньги: Глава 15

— Что случилось?

— У меня… у меня дома кое-что произошло, мне нужно срочно в больницу.

Е Сюнь, едва встав, едва не повалился обратно, его заметно покачивало.

— Давай я тебя отвезу, я на машине.

Цянь Фэн уже поднялся на ноги.

— Потом расскажешь мне подробности о своей семье, а то позже у меня может не хватить времени.

Е Сюнь посмотрел на него и кивнул:

— Спасибо тебе.

Больница была недалеко, и, к счастью, пробок на пути не оказалось.

— Спасибо, — снова поблагодарил Е Сюнь, нервно расстегивая ремень безопасности.

Цянь Фэн усмехнулся:

— Пустяки. Хочешь, я пойду с тобой?

Как ни крути, теперь они в некотором смысле были соратниками. Хотя Цянь Фэн уже понимал, что семейные обстоятельства Е Сюня могут потребовать от него немало времени, он не принадлежал к числу людей, нарушающих слово. Тем более, Е Сюнь выглядел донельзя встревоженным, вот-вот готов был расплакаться, и Цянь Фэн это видел.

— Я не знаю, что именно там происходит, боюсь, я только отниму у тебя время.

Е Сюнь уже открыл дверцу и наполовину выбрался из машины.

— Ничего страшного. Я побуду рядом, если что-то понадобится — зови, хорошо?

Е Сюню показалось, что сейчас голос Цянь Фэна звучал особенно мягко, словно он уже полностью вжился в свою роль. Про себя он мысленно повысил статус Цянь Фэна с «доброго гостя» до «доброго соратника».

— Хорошо, спасибо тебе.

Раз уж они теперь в одной лодке, Е Сюнь решил, что присутствие Цянь Фэна вполне уместно. В конце концов, если тот, увидев ситуацию, захочет разорвать сделку, это будет вполне объяснимо.

В палате никого не было. Увидев пустую кровать, Е Сюнь едва устоял на ногах, испугавшись, что пациентку уже перевели в другое отделение. Он поспешно набрал Хэ Лина.

— А? Мы сейчас во дворе.

Е Сюнь невольно повысил голос:

— Но ведь говорили, что она даже говорить не может!

На том конце провода замешкались:

— А? Когда я пришел, она действительно не могла говорить, поэтому я тебе и позвонил. Кто же знал, что придет врач и обнаружит, что она просто подавилась рыбьей костью? Я помню, что отправлял тебе сообщение, когда не смог дозвониться.

Сердце Е Сюня, которое только что подскочило к горлу, плавно опустилось вниз. Его напряженные плечи обмякли, а голос стал намного спокойнее:

— Наверное, я не заметил в дороге. Хорошо, что всё в порядке, я уже приехал.

— О, ладно. Захвати заодно плед, он на кровати.

— Хорошо.

Е Сюнь свернул плед, лежавший на кровати, и прижал его к груди, чувствуя неловкость:

— Прости, это всё недоразумение, ничего страшного не случилось.

Как только Цянь Фэн подошел ближе, он заметил табличку на отделении — онкология. Он знал, что Е Сюнь так волновался не просто так, но не ожидал, что дела в семье настолько серьезны.

— Тебе не за что извиняться. Главное, что всё хорошо.

— Но мне нужно пойти к ней, побыть с ней. Ты…

— Пойдем вместе.

Е Сюнь с пледом в руках направился во двор. Поколебавшись, он всё же добавил:

— Если тебе это очень неудобно…

Цянь Фэн не изменился в лице, лишь слегка нахмурился:

— Если бы мне было неудобно, я бы не привез тебя сюда. Не бери в голову.

На самом деле Цянь Фэн уже догадался, в чем дело. Их положение было во многом схожим — обоих давили близкие, требуя завести отношения и вступить в брак. Однако у семьи Е Сюня, похоже, оставалось совсем мало времени, поэтому они так хотели увидеть, что о любимом ребенке кто-то позаботится, прежде чем они уйдут. Цянь Фэн мысленно вздохнул, не в силах определить свои чувства.

Ему действительно было неудобно. Если позже кто-то из родных Е Сюня скончается, ему придется тратить дополнительные душевные силы на утешение парня. Но, вспомнив, как выглядел Е Сюнь пару минут назад, он почувствовал, как сердце смягчилось.

Человеческая слабость, сказал он себе.

— Спасибо тебе.

— Пустяки, — он посмотрел на затылок Е Сюня и, помолчав, спросил: — Всё очень плохо?

Е Сюнь остановился. Он и сам толком не знал или, быть может, не хотел знать.

— Я не знаю…

То, что произошло дальше, Цянь Фэн запомнил в мельчайших подробностях. Он стоял в тени в конце коридора, а Е Сюнь с пледом в руках бежал к залитому солнцем двору. В центре двора в инвалидном кресле сидела женщина, рядом с ней стоял молодой человек — чуть выше и темнее кожей, чем Е Сюнь. Юноша потрепал Е Сюня по голове, а тот опустился на корточки перед пожилой женщиной и осторожно укрыл ее пледом.

Затем Е Сюнь прильнул к ее коленям — с бесконечным доверием, нежностью и нежеланием отпускать.

Солнце по-прежнему ярко светило, заливая Е Сюня и того юношу, в то время как на плечи пожилой женщины падала тень.

Цянь Фэн немного понаблюдал, а затем подошел и сел на деревянную скамью неподалеку, словно просто вышел погреться на солнце. Это было то, о чем они договорились. Он заметил, что юноша рядом с Е Сюнем пристально посмотрел на него, но в итоге промолчал.

Едва он сел, его сердце на миг замерло. Он услышал слабый, хриплый голос, обращенный к Е Сюню:

— Синчжи, тот ребенок, о котором ты говорил, сегодня снова не смог прийти?

Голос Е Сюня был едва слышным, словно он боялся разбить нечто драгоценное:

— М-м, он сказал, что через пару дней у него появится время. Подожди его еще немного, мама.

Дальше пошли какие-то бессвязные вопросы и ответы. Прошло немало времени, прежде чем Е Сюнь подошел к Цянь Фэну. Затылок Цянь Фэна уже успел пропитаться запахом солнца, став теплым и нагретым.

Раньше Цянь Фэн считал, что Е Сюнь — избалованный младший сын из богатой семьи, поэтому он такой наивный и простодушный. Но сейчас он понял, что это не так. Е Сюнь слой за слоем открывался перед ним, преподнося сюрпризы, но это был лишь первый слой этого многослойного мастера.

Сегодня, в этом дворе, Цянь Фэн увидел второй слой владельца магазина. С привкусом горечи, уже не такой сладкий.

— Директор уснула, мы можем идти.

Цянь Фэн взглянул на него. Взгляд упал на глаза Е Сюня — они покраснели, в них стояли слезы. Е Сюнь смущенно потер щеку:

— У меня что-то на лице?

— Не останешься? — Цянь Фэн встал и направился в другую сторону двора.

Е Сюнь поспешил за ним:

— Тетя Вэнь Фэн придет, мне нет смысла оставаться.

Цянь Фэн замедлил шаг:

— Расскажи мне. Почему директор? Кто такая тетя Вэнь Фэн и тот человек? И что еще мне нужно знать.

Легкий ветерок шевелил ветви деревьев, отчего тени на земле дрожали. Блики света то появлялись, то исчезали — бесконечная игра в догонялки.

Во дворе жизнь не замирала: дети бегали, смеялись, тянули руки, пытаясь догнать солнце. Люди в больничных пижамах — кто стоя, кто сидя — молчали, используя остатки своей судьбы, чтобы догнать последний уходящий день.

Они присели на другом конце двора. Скамейки прогрелись на солнце, сидеть на них было приятно. Е Сюнь намеренно оставил между ними небольшой промежуток и слегка развернулся боком.

— Тогда я начну рассказывать.

— Говори.

Глава 11: Цянь Фэн и Господин Кот

Говоря о прошлом, Е Сюнь внезапно притих. Это было странное чувство, ведь обычно они с Цянь Фэном почти не разговаривали, если не считать предложений Е Сюня купить абонемент. Они были знакомы всего два дня, а с учетом вечера, когда они напились — третий. Но Цянь Фэн почему-то чувствовал, что Е Сюнь должен быть человеком разговорчивым, как в тот пьяный вечер, когда он не давал вставить и слова.

Прошлое Е Сюня медленно разворачивалось в его рассказе, коротком, уместившемся всего в несколько фраз:

Его подкинули в детский дом сразу после рождения. Небо над детдомом, возможно, было первым, что он увидел, открыв глаза, и в этом узком пространстве он вырос. Женщина в инвалидном кресле была для него матерью — директор детского дома Инь Ицин. Молодой человек рядом — Хэ Лин, близкий друг Е Сюня.

Четыре года назад у Инь Ицин диагностировали рак поджелудочной железы. Тогда это была ранняя стадия, без метастаз. Операция прошла успешно, но лишь ненадолго продлила ей жизнь.

— Болеть очень тяжело. Директор приняла меня за своего сына — брата Синчжи.

— А что случилось с ее сыном?

— Он погиб. Двадцать лет назад, — Е Сюнь тихо вздохнул. — Авария. Дядя Юньцун тоже погиб тогда. Осталась только директор. Тетя Вэнь Фэн говорила, что в то время директор как раз добивалась государственной помощи.

— Деньги пришли как раз в день похорон дяди Юньцуна и брата Синчжи.

У Е Сюня не осталось воспоминаний об этом — ему тогда было всего два года. Всё, что он знал, он узнал от воспитательниц — тети Вэнь Фэн и тети Чжи Луань. Они рассказывали, что в тот день дул сильный ветер, и бумажные деньги для поминовения летали по всему кладбищу. Директор, увидев сообщение о поступлении денег, не заплакала — напротив, слабо улыбнулась. Но, вернувшись в детский дом, разрыдалась, обнимая детей и говоря, что теперь у нее остались только они.

— Примерно месяц назад директор внезапно спросила меня, когда же Синчжи привезет того ребенка навестить ее. — В спутанных воспоминаниях Инь Ицин у Лу Синчжи уже был партнер.

— И тогда ты начал искать кого-то, кто бы сыграл роль твоего парня, — подытожил Цянь Фэн.

Е Сюнь кивнул и с растерянным видом взглянул на Цянь Фэна:

— Но ничего не вышло. Я бестолковый, и способы выбирал глупые. Только сейчас нашел тебя.

Подул ветер, зашумели листья. Цянь Фэн посмотрел туда, куда дул ветер, на растрепанные волосы Е Сюня и его расфокусированный взгляд.

Он не стал разоблачать ложь Е Сюня.

Какие еще безнадежные способы? Если бы он действительно хотел кого-то найти, за один вечер можно было бы подыскать сотни желающих сыграть роль парня. Всё это было лишь игрой, которую Е Сюнь вел сам с собой, не желая смириться с тем, что Инь Ицин скоро уйдет из жизни. И зрителем в этом театре был только он сам.

Он мог бы нанять кого-то за деньги, но что потом? Успокоилась бы Инь Ицин, увидев, что любимый ребенок устроил свою жизнь, и ушла бы со спокойным сердцем?

Е Сюнь наверняка мучился долгими ночами, пока не придумал этот глупый способ — тянуть время и утешать себя. Он знал, что на сайтах знакомств никого не найти. А если никого не найти, то Инь Ицин не сможет со спокойным сердцем закрыть глаза, верно? И тогда она сможет еще немного побыть с ним.

http://bllate.org/book/32562/3978874