Готовый перевод Pat Pat the Mountain Bird's Little Tail / Пёрышки для феникса: как стать легендой, помогая другим: Глава 2

Как же хочется есть...

Сяо Туаньцзы лежала на холодном полу и думала, что люди в этом городе такие же холодные, как и этот коридор.

Сяо Туаньцзы, которая лежала на земле и уже не имела сил взлететь, на самом деле была вовсе не обычной птицей. Она являлась Горной Синицей, маленьким демоном-ёудзаем, прожившим целых двадцать лет. В прошлом месяце среди демонов пошел слух о том, что скоро начнется столетний отбор Птенца Феникса и на этот раз будут отобраны несколько выдающихся кандидатов.

Что же такое выдающийся кандидат?

Это значит, что нужно обладать правильной внешностью, быть птицей, иметь хороший характер, а в трех поколениях предков не должно быть демонов, совершивших злодеяния. Только тогда появлялось право претендовать на звание кандидата. Но птиц было слишком много, и чтобы выделиться, требовалось сердце, стремящееся к добру и накоплению Заслуг, а также душа, полная взаимной помощи и поддержки.

Проще говоря, чтобы претендовать на роль Птенца Феникса, нужно, чтобы вся твоя семья была хорошими птицами.

Шань Лин тоже хотела стать выдающимся кандидатом, поэтому она покинула деревню и отправилась в город, намереваясь совершить добрые дела, чтобы накопить Заслуги и успешно пройти отбор, когда он начнется.

Вот только человек предполагает, а небо располагает. Шань Лин, будучи маленьким демоном, всю жизнь прожившим в деревне, совершенно не ожидала, что городская жизнь окажется настолько суровой.

За этот месяц Шань Лин практически ни разу не ела досыта, имевшиеся с собой деньги тоже закончились, а из-за того, что она уже три дня ничего не брала в рот, от голода она даже вернулась в свой истинный облик. Преодолеть в один присест двадцать один этаж — это забрало у нее последние оставшиеся силы.

Лежа на ледяном полу, холодном, как человеческие сердца в этом городе, Шань Лин размышляла о том, сколько времени пройдет, прежде чем весть о ее голодной смерти доберется до деревни, и будут ли папа с мамой сильно опечалены, узнав об этом.

При одной этой мысли Шань Лин начала горько и жалобно плакать.

Шэнь Цинъи, только что вошедшая в квартиру и собиравшаяся принять ванну, вдруг услышала, будто кто-то плачет у нее над ухом. Она прислушалась внимательнее, но никаких звуков не уловила. Прислушавшись еще раз, она поняла, что плач доносится откуда-то от двери.

Шэнь Цинъи слегка нахмурилась: те звуки всхлипываний промелькнули словно в бреду, и когда она попыталась разобрать их снова, ничего уже не было слышно.

Что сегодня происходит, уже второй раз слуховые галлюцинации.

Шэнь Цинъи сочла это весьма странным. Посмотрев на дверь своей комнаты, она немного подумала, подошла к выходу и включила монитор. В коридоре никого не было. Это был элитный жилой комплекс, где вход на территорию, в подъезд и лифт осуществлялся по магнитным картам, так что с охраной точно не могло быть никаких проблем.

Глядя на пустой коридор, Шэнь Цинъи покачала головой, думая, не слишком ли сильно она устала за последние дни на работе, и решив, что сегодня надо лечь спать пораньше.

Как раз когда она собиралась выключить монитор, она вдруг заметила что-то странное на белом полу коридора. Приглядевшись, она увидела абсолютно белого маленького пушистого зверька. Сначала Шэнь Цинъи подумала, что это комок туалетной бумаги, но, всмотревшись внимательнее, обнаружила, что это маленькая птичка.

Видела ли она эту птицу, когда только вошла?

Шэнь Цинъи попыталась припомнить, но точно помнила, что не обратила внимания. Сначала ей совсем не хотелось возиться с этим, но, глядя на лежащую на полу птичку, которая выглядела при смерти, она в конце концов не смогла проявить жесткосердие, быстро открыла дверь, наклонилась и занесла в дом уже упавшую в обморок от голода Шань Лин.

В этот момент потерявшая сознание Шань Лин видела сон. Ей приснилось, будто она вернулась в Деревню Горных Воробьев и никуда из этой своей родной маленькой деревушки вовсе не уезжала.

Здесь были знакомые горные родники и привычные поля. Шань Лин больше всего любила искать колосья пшеницы на осенних сельскохозяйственных угодьях, и тогда они собирали их не столько ради еды, сколько из чистого интереса.

В Деревне Горных Воробьев Шань Лин никогда не знала нужды в еде и питье. Хотя братьев и сестер в их семье было много, родители трудились не покладая рук, а деревня процветала, так что Шань Лин никогда не голодала.

Во сне Шань Лин ощутила свежий аромат только что сорванной кукурузы — тот самый неповторимый запах природы.

Ароматная и сладкая кукуруза пахла просто восхитительно, и живот Шань Лин тут же заурчал. Она действительно была очень голодна, точь-в-точь как человек, который не ел уже три дня.

Погодите-ка.

Шань Лин открыла глаза. Разве она и впрямь не ела три дня?

— Чик-чирик?

Шань Лин лежала в какой-то коробочке, похожей на те, в которых продают бумажные салфетки. Дно было выстлано толстым и невероятно мягким полотенцем, отчего Шань Лин так и подмывало поваляться в нем всласть.

Услышав птичье щебетание, Шэнь Цинъи вышла из кухни. Глядя на пухлую птичку на журнальном столике в гостиной, которая вытягивала шею и совершенно не боялась людей, она с усмешкой произнесла:

— Очнулась?

Шань Лин склонила набок маленькую головку и уставилась на нее с ужасом.

Как она вообще здесь оказалась?!

Шэнь Цинъи посмотрела на эту пухлую птицу и сказала:

— Ты лежала без движения у меня под дверью, и я, не зная, жива ты или мертва, принесла тебя сюда.

Сказав это, Шэнь Цинъи вдруг подумала, что с ней явно что-то не так: с каких это пор она начала разговаривать с птицами?

Она тихо вздохнула, подошла к Шань Лин, поставила перед ней крошечное блюдечко с мелким желтым просом, а также налила воды в пиалу чуть меньшего размера.

Маленькая пухлая пташка несколько раз перевела взгляд с нее на просо и обратно, после чего приподнялась с полотенца, вприпрыжку подбежала ближе и принялась за еду.

Уплетая зерно, толстая птичка издавала звуки чик-чирик. Шэнь Цинъи сидела на диване, подперев голову одной рукой, и молча дивилась: неужели это просо и вправду такое вкусное?

У Шань Лин сейчас совсем не было сил разглядывать Шэнь Цинъи: ее голова была забита исключительно едой. Забыв о всяких приличиях и о том, красиво ли она ест, птичка решила сначала набить желудок!

Наевшись и напившись досыта, Шань Лин с чувством глубокого удовлетворения размяла лапки и почувствовала, что ее тело снова наполнилось силой!

— Чик-чирик!

Радостно взмахнув крыльями, Шань Лин вспорхнула и опустилась прямо на колени к Шэнь Цинъи, задрав вверх свою круглую головку и глядя на нее.

[Заслуги +1]

[Заслуги +1]

[Заслуги +1]

...

— Чик-чирик.

Шань Лин моргнула. На самом деле она заметила еще рано утром: стоило ей только приблизиться к этой женщине, как ее Заслуги начинали расти по единице в секунду.

Стоит отметить, что Шань Лин и отправилась из деревни в путь именно ради накопления Заслуг. Раньше за переведение старушки через дорогу давали всего сто очков Заслуг, а она и подумать не могла, что стоит лишь приблизиться к этой женщине, как Заслуги будут прибывать каждую секунду.

http://bllate.org/book/32549/3976544