Готовый перевод The First Overconfident Man on Immortal Mountain / Первый нахал бессмертной горы: Как приручить безумие: Глава 1

Бессмертные Горы — место, где раз в пять лет проводится отбор новых адептов. Испытания вот-вот должны были начаться, и старейшины всех пиков уже собрались в Зале Главы на Пике Яньдан.

Глава секты Линь Бэйчжэ, не отрываясь, смотрел на кристалл в центре зала, отражающий происходящее на полигоне. Поверхность камня, прежде тусклая, теперь озарилась светом: перед вратами секты столпились бесчисленные юноши и совсем маленькие дети — самому младшему было не больше шести-семи лет. Большинство пришли в сопровождении родителей, которые, желая своим чадам великого будущего, не уставали давать наставления, полные тревоги и плохо скрываемой гордости.

Убедившись, что все старейшины на местах, Линь Бэйчжэ счел, что время пришло, и произнес:

— Начинайте испытание.

— Погодите.

Это был старейшина Пика Нефритового Духа, Юй Сяоли. Поднявшись, он отвесил поклон Линь Бэйчжэ и добавил:

— Глава, Старший соученик еще не прибыл.

Услышав это, присутствующие на мгновение замерли, а затем вспомнили, что Старшим соучеником Юй Сяоли называет лишь одного — старейшину Пика Сючжу Пу Синьланя. Впрочем, Пу Синьлань всегда был неуловим, словно дракон, скрывающийся в облаках. То, что он не любил показываться на людях — одно дело, а то, что остальным было на это глубоко плевать — совсем другое. По правде говоря, он был вечным невидимкой, чье присутствие или отсутствие никак не влияло на ход дел. Только его верный младший соученик вечно вспоминал о нем не к месту, на что сам Пу Синьлань обычно отвечал: «В этом нет никакой нужды».

Линь Бэйчжэ, в отличие от остальных, относился к своим обязанностям главы серьезно и всегда был в курсе того, где находятся старейшины. Посмотрев на Юй Сяоли, он ответил:

— О, Синьлань... Он отправился на полигон еще на рассвете. Он все равно не берет учеников и не занимается делами секты, так что, раз уж он все равно без дела, я поручил ему патрулировать зону испытаний.

Юй Сяоли задумчиво кивнул и больше ничего не сказал.

Один из старейшин скептически заметил:

— Он патрулирует? На него можно положиться?

Линь Бэйчжэ слегка улыбнулся:

— Если магический барьер надежен, то и он справится.

Все сочли это разумным. В конце концов, барьер, возведенный старейшинами вокруг всего испытательного полигона, был главной защитой и мерилом способностей будущих учеников, а прочие меры — лишь украшение. Пу Синьланю выпала честь стать этим самым украшением.

Юй Сяоли молча вздохнул и сел на свое место.

— Начинайте.

Тем временем упомянутое украшение дремало на ветвях тысячелетней софоры посреди полигона. Его длинные халаты цвета облачной воды свисали с высокой ветки, плавно покачиваясь на горном ветру.

Как только испытание началось, врата Бессмертных Гор распахнулись, и магический барьер полигона задрожал, словно поверхность воды, когда заработали первые звенья заклинаний. Однако колебания духовной энергии ничуть не потревожили того, кто спал на дереве. На самом деле, он даже не почувствовал внешней активности, лишь сонно перевернулся на другой бок и продолжил спать без задних ног.

Когда солнце уже клонилось к закату, Пу Синьланя разбудили — кто-то дергал его за полу халата. Он в полудреме приоткрыл глаза и, приподнявшись, увидел ребенка лет семи-восьми, который карабкался по ветвям на высоте нескольких чжанов. Мальчишка, ухватившись за толстый сук, тянул руку и крепко сжимал край его одежды.

Пу Синьлань: ???

Ребенок, судя по всему, испугался, дрогнул всем телом, разжал пальцы и, не удержавшись, полетел вниз.

Пу Синьлань: !!!

Он на мгновение опешил, но тут же спрыгнул с дерева, на лету схватил мальчишку за ногу и, приземлившись, перевернул его вверх тормашками, удерживая в руке. Ребенок в замешательстве поболтался в воздухе.

— Ах, прости, прости, — Пу Синьлань поспешно перевернул его и поставил на землю.

— М-м... уже стемнело, — он взглянул на сгущающиеся сумерки и, не обращая внимания на присутствующих, от души потянулся. — Надо же, проспал столько времени.

— Б-бессмертный братец!

Услышав это, Пу Синьлань опустил взгляд и увидел перед собой чумазого мальчишку, который смотрел на него так, будто его зачаровали лисы-оборотни. Ребенок глупо и восторженно выкрикнул приветствие.

Впрочем, Пу Синьлань не подумал, что обращаются к нему — в глубине души он считал, что они принадлежат к разным поколениям. Он упер руки в бока, огляделся по сторонам и спросил:

— Где? Дай-ка мне тоже взглянуть.

Не найдя никого вокруг, он снова перевел взгляд на мальчишку, окинул его загадочным взглядом и недоуменно произнес:

— Ты ведь не меня имеешь в виду? Небеса, какой ты вежливый, хороший мальчик, но...

— Учитывая мой возраст, ты должен звать меня бессмертным дедушкой, — Пу Синьлань одарил ребенка ласковой улыбкой.

Мальчик недоверчиво вытаращил глаза:

— Д-дедушка...

— Да, верно, хороший мальчик, — Пу Синьлань с чистой совестью воспользовался моментом и удовлетворенно погладил растрепанную голову ребенка.

Мальчишка сморщил лицо, явно усомнившись в устройстве мира. Заметив у него за спиной увесистый узелок и следы от долгого пути, Пу Синьлань наконец осознал ситуацию:

— Ты пришел на вступительное испытание?

Мальчик робко кивнул.

— Так ты дернул меня за одежду, чтобы я указал тебе верный путь? — спросил Пу Синьлань.

Мальчик сначала энергично закивал, а потом замотал головой и пробормотал:

— На де-дереве вырос... бессмертный братец... я подумал, что это иллюзия. Они говорили, что здесь много иллюзий, и если поддаться им, то никогда не доберешься до горы.

Пу Синьланю стало любопытно:

— А как ты понял, что я не иллюзия?

— Потому что бессмертный братец-дедушка меня спас! — гордо заявил мальчик.

— Постой, что? — дернулся уголок губ Пу Синьланя. — Какой еще братец-дедушка?

Мальчик с самым серьезным видом объяснил:

— Вы выглядите как братец, но на самом деле вы дедушка. Значит, вы и братец, и дедушка, поэтому Гоудань будет называть вас братец-дедушка!

У Пу Синьланя задергался глаз. Он озадаченно посмотрел на ребенка:

— Гоу... дань?

Услышав свое имя, мальчик радостно вытянулся в струнку:

— Здесь!

Пу Синьлань: Ха?

Он долго молча смотрел на мальчишку по имени Гоудань и в конце концов, смирившись, сказал:

— Ладно, ладно. Гоудань — это хорошо, братец-дедушка — тоже хорошо, всё хорошо...

Мальчик решил, что его похвалили, и громко отчеканил:

— Гоудань благодарит бессмертного братца-дедушку!

Пу Синьлань остался без слов: «Да благодарю я твою бабушку, дедушку и всех прабабок за такого братца-дедушку».

— И всё же... я не спасал тебя, я просто дернул тебя за ногу, понимаешь? — проворчал он, скрестив руки на груди и глядя на мальчишку сверху вниз. — Я как раз проголодался. Веришь, что я могу тебя съесть?

Пу Синьлань состроил злобную гримасу и, протягивая слова, добавил:

— Съе-е-ем тебя-я-я!

Мальчик был явно напуган столь резкой переменой в выражении лица старейшины и невольно отступил на два шага назад.

— А ну, беги, — Пу Синьлань наклонился, продолжая корчить рожицы, — а то я тебя сейчас съем!

Мальчик, глядя на это искаженное лицо, вдруг громко разревелся и бросился наутек. Пу Синьлань весело выпрямился и, ничуть не чувствуя вины, пожал плечами:

— Ай, такая плаксивость — один в один как у Синьлань в детстве.

Он на мгновение предался воспоминаниям, но тут же схватился за живот:

— Эх... как же есть хочется... Проклятый Линь Бэйчжэ, даже поесть не дал, отправил меня сюда сторожить, веришь — я ведь реально могу съесть этого ребенка, если он попадется под руку, а!

Где-то далеко в Зале Главы Линь Бэйчжэ внезапно чихнул.

Да, Пу Синьлань, старейшина Пика Сючжу, так и не достиг состояния полного отказа от пищи. Другие старейшины порой ели из прихоти, но Пу Синьлань просто не обладал достаточным уровнем культивации для того, чтобы перестать питаться земными плодами.

Что же делать? Раз уж духовного уровня не хватает, придется компенсировать это едой. Пу Синьлань обиженно отправился искать пропитание. К счастью, духовной энергии в Бессмертных Горах было в избытке, и растения здесь росли в изобилии. Найдя первое попавшееся фруктовое дерево, он запрыгнул на ветку и, уплетая плоды, принялся наблюдать за ходом испытания.

К этому времени совсем стемнело. Испытуемым предстояло провести полную опасностей ночь в дикой местности. Те, кто не выдержит, будут безопасно перемещены магией к подножию горы, потеряв шанс стать адептами секты. Но стоило Пу Синьланю присмотреться, как он внезапно почувствовал, что что-то здесь не так.

http://bllate.org/book/32513/3971211