Готовый перевод Personality Mask: Matsunaga Wakes Up / Маски личности: Забытое «Я: Глава 3

Лань Цзювань без особого выражения в голосе спросил:

— Хочешь спуститься и подождать в машине?

— Нет, ещё разминемся — не заметим друг друга.

— Ладно, мне подняться к тебе?

Ши Хуэй, жуя жвачку, ответил:

— Как хочешь, можешь и возвращаться. Думаю, я тут надолго.

— Пожалуй, останусь. Твой отец умер, по стандартной процедуре ты тоже под подозрением. Буду тебе свидетелем, а то потом ничего не докажешь.

— Угу.

Лань Цзювань припарковал машину и поднялся наверх. На лестничной площадке у входной двери он увидел Ши Хуэя: тот сидел на ступеньках, обнимал планшет, играл в игру и жевал виноградную жвачку.

— Чего сидишь на улице?

Ши Хуэй, не отрывая глаз от экрана, бросил:

— А зайди — куда садиться? Вдруг на месте преступления что-нибудь испорчу, потом не отмоюсь.

Лань Цзювань кивнул, прислонился спиной к стене и принялся ковыряться в телефоне, заодно отправив сообщение Лань Цзиньпину, что сегодня вернется поздно.

Кэ Цзинсин вел служебную машину, в которой ехали замначальника Чан Юй и еще несколько оперативных сотрудников, направляясь к месту происшествия.

— Место преступления находится в жилом комплексе в Центральном районе, Чжуюнь Юэфу, — докладывал с переднего пассажирского сиденья Чан Юй. — Заявитель — Ши Хуэй, студент-магистрант психологического факультета Ваньчэнского университета, парень, двадцать два года. Вернувшись домой, он обнаружил своего отца мертвым. Погибший — Ши Тянь, мужчина, сорок девять лет. С женой, Инь Вэньлань, они развелись восемь лет назад, и после этого Ши Хуэй воспитывался в основном матерью. Обнаружив тело отца, Ши Хуэй сразу же позвонил в полицию. Все подробности узнаем уже на месте.

Заметив унылые лица подчиненных, Кэ Цзинсин ободрил их:

— Думаю, дело не слишком сложное. Как только закончим, сможете нормально отдохнуть — в Центральном районе уже сколько лет не случалось по-настоящему запутанных громких преступлений.

Гэ Тань тут же проворчала:

— Шеф, не накаркайте! Стоит вам такое сказать, как непременно жди беды. Уж у кого-кого, а у главного невезунчика страны нет права голоса.

Кэ Цзинсин возмутился:

— Это мой многолетний опыт и профессиональная интуиция, а не везение или невезение.

— Ха-ха, — Гэ Тань выразительно закатила глаза ему в затылок. Человек, который умудряется встретить грабителя, когда идет в магазин за овощами, угодить в массовую драку во время общего ужина и едва не загреметь за пьяное вождение по пути из караоке, — с какой стати он вообще произносит такие слова с видом знатока?

Кэ Цзинсин вздохнул:

— Думаете, мне самому охота торчать на сверхурочных? В последнее время такой завал, горы итоговых отчетов не написаны. Еле-еле наладил личную жизнь, как вчера опять всё пошло прахом. У меня уже на телефонный звонок развивается посттравматический синдром: только зазвенит — внутри всё сжимается.

Стоило зайти на эту тему, как сидящие сзади оживились. Бай Ян с любопытством вытянул шею, расплывшись в ехидной улыбке:

— Ой, шеф, чего там стряслось? Расскажите братьям, дайте посмеяться.

Если бы не необходимость вести машину, Кэ Цзинсин непременно отвесил бы ему подзатыльник. Он тяжело вздохнул:

— Человек считает, что я слишком занят, вечно пропадаю на работе и уделяю ему недостаточно внимания. На прошлой неделе прислал сообщение о расставании. Только я был настолько загружен, что даже в телефон заглянуть некогда было. И главное, эта паршивая железяка еще и сообщения сожрала — о разрыве я прочитал только позавчера.

Бай Ян скривился:

— И только-то? Что за капризы? Еще и внимание ему подавай! Неужели нельзя войти в наше положение, мы же людям служим!

Гэ Тань воспользовалась моментом, чтобы подколоть его:

— А тебя самого раньше разве не бросали? Ты тогда из-за расставания чуть жизни не лишался, а теперь смеешь над другими смеяться.

Бай Ян покосился на коротко стриженую сослуживицу, сидевшую нога на ногу:

— Ой, да ладно тебе, старший офицер Гэ, способная вырубить с одного удара десяток мужиков, ты-то сама в свои годы ни с кем не встречалась.

Гэ Тань одарила его ледяным взглядом, а затем повернулась к Кэ Цзинсину:

— Не в обиду будь сказано, капитан. Вы, конечно, и лицом не дурны, и происхождением, и ростом, и ноги от ушей, и пресс кубиками... но почему к вам вечно липнет всякая дрянь? Сколько я вас знаю, пересчитайте сами: сколько было этих зеленочайных штучек? Сколько поддельных невинных цветочков?

Кэ Цзинсин отмахнулся:

— Думаете, я сам напрашиваюсь? Мать наседает, требует скорее остепениться. Знаете, теперь мне кажется, что карьера — это лучшее, что есть на свете, а вся эта романтика — собачий бред.

— Ваши предки еще очень прогрессивные, раз смогли принять, что вы по мальчикам, — поддакнул Бай Ян. — Но вам уже двадцать девять, если сейчас же не найдете кого-нибудь, то точно...

Заметив в зеркале заднего вида убийственный взгляд Кэ Цзинсина, Бай Ян тут же благоразумно замолк.

Вскоре машина Кэ Цзинсина и остальные экипажи прибыли к жилому комплексу Чжуюнь Юэфу. Следуя указаниям охранника, они нашли нужный дом и все вместе поднялись наверх.

Добравшись до лестничной площадки между третьим и четвертым этажами, Кэ Цзинсин увидел Ши Хуэя, который сидел на ступеньках и играл на планшете, а также Лань Цзюваня, стоявшего у него за спиной и листающего телефон.

— Ох ты ж... — в наступившей тишине тихо вырвалось у Гэ Тань традиционное ругательство.

Оба парня были чертовски хороши собой! Пожалуй, тут уже не помогали привычные эпитеты: утонченные, интеллигентные, элегантные, изысканные, статные, с благородной выправкой... Гэ Тань перерыла весь свой скромный лексикон, но поняла, что этого недостаточно для описания их внешности, к тому же они разительно отличались от грубоватых качков из отдела полиции.

Она машинально ухватилась за краешек одежды Бай Яна — да так крепко, что тот испугался за свою футболку с Таобао за двадцать пять юаней.

Кэ Цзинсин достал удостоверение:

— Я — капитан отряда уголовного розыска Ваньчэнского городского управления Кэ Цзинсин. Кто из вас заявлял о преступлении?

Ши Хуэй поднялся на ноги:

— Я.

Только теперь Кэ Цзинсин смог получше разглядеть его. На Ши Хуэе была простая одежда: белая футболка под распахнутой свободной рубашкой цвета хаки, просторные темно-синие рабочие брюки подчеркивали его худощавую фигуру. За плечами висел спортивно-повседневный рюкзак цвета хаки. От парня веяло абсолютной свежестью, выглядел он так, словно только что поступил на первый курс университета.

— Почему вы сидели снаружи?

— Боялся нарушить обстановку на месте преступления.

— А вы сообразительны, — Кэ Цзинсин перевел взгляд на стоявшего позади парня: — А это кто?

Ши Хуэй ответил:

— Это мой друг. Сегодня я был у него в гостях, и он меня подвез.

Лань Цзинвань — как лицом, так и стилем одежды — производил яркое впечатление. На нем была бледно-зеленая рубашка и белые прямые брюки с принтом, на затылке был собран в небрежный хвост длинный пучок волос, конторые падали на плечо, а уголки губ, казалось, неизменно трогала легкая улыбка.

Кэ Цзинсин кивнул, показывая жестом следовать за ним:

— Нам нужно осмотреть место происшествия.

Ши Хуэй ответил:

— Прошу вас.

Стоило сотрудникам полиции перешагнуть порог, как в нос им ударил густой запах алкоголя. Натянув бахилы и перчатки, они вошли внутрь.

http://bllate.org/book/32502/3969147