Готовый перевод My Rival's Biggest Fan / Тайная фанатка моего злейшего врага: Глава 10

— Цяо Хуэйхуэй, подойди на минутку, мне нужно преподать тебе кое-какие основы вокала.

Будучи выделенной отдельно, Цяо Хуэйхуэй всё же чувствовала себя довольно неловко; с покрасневшим лицом она последовала за преподавательницей в другой конец класса.

Однако отношение преподавательницы было очень мягким:

— Не бойся. Для новичка ты поёшь неплохо, у тебя приятный голос, и ты не фальшивишь. Просто метод звукоизвлечения неверный, дыхание неустойчивое, да и эмоций малейших нет.

Слушая, как наставница разбирает её сильные и слабые стороны, Цяо Хуэйхуэй усердно закивала.

Увидев это, преподавательница вокала осталась ещё более довольна. Ей уже было за сорок или пятьдесят, у неё даже внуки имелись, так что к послушным и милым детям она относилась более снисходительно.

Цяо Хуэйхуэй обладала поистине располагающей к себе внешностью, к тому же выглядела очень юной — как раз из тех девочек, что так нравятся старшим.

Вот так: одна усердно учила, другая усердно училась, — и сами того не заметив, они провели за этим занятие всё утро.

Лишь когда в дверях их класса показалось лицо Ся Няо, Цяо Хуэйхуэй с удивлением осознала, что её желудок слегка проголодался.

Преподавательница проследила за её взглядом, понимающе улыбнулась и произнесла:

— Ладно, на сегодня закончим, иди к себе и хорошенько потренируйся.

После этого было объявлено об окончании занятия. Участницы одна за другой стали выходить из класса, и Ся Няо тоже вбежала внутрь вихрем.

— Что вам только что препод сказала?

— Ничего особенного, просто всё утро учила меня основам вокала.

В глазах Ся Няо мелькнуло сочувствие:

— Чуть не забыла, что ты новичок... Тебе ведь приходится учиться всему с самого начала, это же просто ужас как тяжело!

Цяо Хуэйхуэй склонила голову набок, размышляя об этом. Ей казалось, что всё не так уж плохо: преподавательница была добра и ласкова, а сама она, не считая лёгкой жажды, вовсе не чувствовала себя уставшей.

Пока она думала об этом, Шэнь Наньцин вдруг подошла с другого конца класса, протянула ей бутылку воды и лаконично бросила:

— Попей.

Это было поистине спасение среди засухи.

Лишь подтвердилось то, о чём она догадывалась: та девушка на самом деле обладала лишь холодным и неприступным нравом в сочетании с молчаливостью, а на деле была очень заботливой и нежной девчонкой.

Цяо Хуэйхуэй приняла бутылку, её глаза буквально сияли. Сладким голоском она поблагодарила:

— Спасибо, сестрица Цин-Цин~

Взгляд Шэнь Наньцин чуть дрогнул, она бросила взгляд на полумесяцы улыбающихся глаз девочки.

— А! — взвизгнула Ся Няо, привлекая к себе внимание Цяо Хуэйхуэй.

На её лице отразилась вина:

— Какая же я никудышная подруга, мне ведь даже в голову не пришло купить тебе воды.

— Ничего страшного.

Ся Няо всегда отличалась простодушием, да и её характер Цяо Хуэйхуэй прекрасно знала — с чего бы той обижаться из-за такой мелочи?

Напротив, это лишь ещё ярче подчёркивало заботливость Шэнь Наньцин, которая всегда умела заметить то, что ускользало от внимания остальных.

— Ну что, пойдём поедим, — Ся Няо потянула её за руку.

Цяо Хуэйхуэй хотела позвать с собой и Шэнь Наньцин, но, обернувшись, обнаружила, что классная комната опустела — та ушла неизвестно когда.

Сжимая в руке бутылку с минеральной водой, она почему-то почувствовала легкую утрату.

— Хуэйхуэй, что такое? — озабоченный голос Ся Няо вернул её к реальности, и она покачала головой.

— Думаю, что бы съесть на обед.

...

Во второй половине дня учительницей танцев оказалась живая и весёлая девчонка. Проверив гибкость каждой из участниц, она пришла от Цяо Хуэйхуэй в полный восторг и даже отдельно похвалила её:

— У Цяо Хуэйхуэй отличный талант, она просто создана для танцев.

На самом деле Цяо Хуэйхуэй и сама немного растерялась. Раньше она никогда не пробовала танцевать и не испытывала к этому никакого интереса; когда преподавательница велела ей сделать наклоны и шпагат, она даже немного испугалась, как бы ненароком не потянуть спину. Кто же знал, что в итоге всё пройдёт как по маслу и эти движения не составят для неё ни малейшего труда.

*Неужели*, — думала Цяо Хуэйхуэй, — *я та самая особа с исключительными природными данными, о которой вечно пишут в романах про уся?*

Занятия танцами были делом крайне утомительным и отнимающим много сил. Однако поскольку Цяо Хуэйхуэй столкнулась с этим впервые, она нашла процесс довольно забавным и потому всё время бодро прыгала и скакала. Когда остальные пили воду и отдыхали, она продолжала тренироваться, словно в её теле был неиссякаемый запас энергии.

Преподавательница танцев прониклась к ней симпатией и не переставала её хвалить:

— Цяо Хуэйхуэй схватывает на лету.

— У Цяо Хуэйхуэй очень точные движения.

— У Цяо Хуэйхуэй отличная выносливость.

Короче говоря, урок танцев едва ли не превратился в её бенефис. Поначалу ей самой было немного неловко, но, заметив завистливый взгляд Сяо Нинлу, она затанцевала ещё веселее.

Сяо Нинлу кисло процедила:

— Тьфу, подумаешь, велика важность.

Она говорила очень тихо, и услышала её лишь сидевшая рядом Шэнь Наньцин. Та тотчас бросила на неё холодный взгляд и обронила:

— Вместо того чтобы язвить попусту, лучше бы потренировалась.

Сказав это, она отошла в другой конец зала отрабатывать движения.

Сяо Нинлу осталась сидеть на месте, и её захлестнуло чувство унижения от публичного выговора. Сверля взглядом спину Шэнь Наньцин, она яростно стукнула кулаком по полу, а затем перевела взгляд на танцующую Цяо Хуэйхуэй.

*Подумаешь, велика важность... Одна ледышка, другая святоша.*

Она опустила ресницы, скрывая завистливый взгляд, а пальцы её руки за спиной чуть шевельнулись — и бутылка минеральной воды тихонько покатилась в сторону Цяо Хуэйхуэй.

Поскольку все в этот момент усердно занимались, этой сцены не заметил абсолютно никто. Пока Цяо Хуэйхуэй случайно не наступила на неё и не поскользнулась, а упражнявшаяся рядом Ли Хуэйсинь не испустила испуганный визг, привлекая всеобщее внимание.

— Осторожно! — испуганно крикнул кто-то.

Зрачки Шэнь Наньцин сузились, она в два-три шага преодолела расстояние до падающей Цяо Хуэйхуэй, подхватила её со спины и вместе с ней рухнула на пол.

Всё произошло настолько быстро, что никто, включая саму Цяо Хуэйхуэй, не успел сообразить. В мгновение, когда она поскользнулась, её уже прижали к груди, и, услышав донесшийся из-за спины сдавленный стон, она в испуге поспешила подняться.

Шэнь Наньцин лежала на полу, её лицо выражало боль.

Это Шэнь Наньцин спасла её...

Однако у Цяо Хуэйхуэй совсем не оставалось времени на раздумья. Встревоженная, она схватила девушку за руку, её глаза наполнились слезами, а голос дрожал:

— Ты как? Очень больно? Я... я отвезу тебя в больницу.

Тут и остальные пришли в себя, обступив их со всех сторон и расспрашивая, что случилось. Лишь в глазах Сяо Нинлу мелькнуло разочарование: она-то рассчитывала, что в конце концов Цяо Хуэйхуэй покалечится, а оказалось, найдется дура, готовая пострадать самой, лишь бы спасти другую.

Впрочем, лучше уж так — в конце концов, Шэнь Наньцин ей тоже жутко не нравилась.

Она ядовито протянула:

— Ой, Цяо Хуэйхуэй, ну как же ты так неосторожна, да ещё и Шэнь Наньцин за собой потянула.

Услышав это, Цяо Хуэйхуэй расстроилась ещё сильнее. Слезинка скатилась по её лицу и упала на руку Шэнь Наньцин, а сама она принялась безутешно извиняться:

— Прости, прости, во всём моя вина.

Видя, что малышка сейчас разревевется пуще прежнего, Шэнь Наньцин посильнее сжала её руку и успокоила:

— Это не твоя вина, ты ведь тоже пострадавшая.

Она медленно приподнялась и села:

— Я в порядке, просто сначала было больно от падения, а сейчас уже намного лучше.

Она спасала её не вслепую: хотя ситуация действительно была критической, падая, она выбрала правильный угол и распределила силу удара, так что всё оказалось не так серьёзно, как думали остальные.

Шэнь Наньцин окинула всех ледяным взглядом и холодно произнесла:

— А вот кое-кто не умеет следить за своими бутылками — неужели это было сделано намеренно, чтобы кому-то навредить?

Слова прозвучали слишком тяжело. Намеренно подстроить травму для участницы команды — такой груз ответственности не вынесет никто, и в комнате мгновенно воцарилась тишина, девушки испуганно переглядывались.

Лицо Сяо Нинлу оставалось совершенно спокойным, она ничуть не боялась. Подобное она проделывала уже не раз, к тому же угол обзора камер она загородила — никто и никогда не догадается, что это была она.

Поскольку виновника найти так и не удалось, дело пришлось замять. Ли Шань даже заглянула от лица съёмочной группы, чтобы узнать, не нужно ли съездить в больницу на осмотр.

Шэнь Наньцин прислушалась к своим ощущениям и, поняв, что всё уже в порядке, отказалась.

А вот Цяо Хуэйхуэй весь вечер носилась вокруг неё туда-сюда, ухаживая за ней так, будто та была хрупкой фарфоровой куколкой.

Стерпев это некоторое время, Шэнь Наньцин с досадой остановила её:

— Хватит суетиться, со мной всё хорошо, иди лучше танцуй.

Только тогда Цяо Хуэйхуэй угомонилась, хотя всё равно продолжала каждые несколько минут подбегать, чтобы проверить, как та себя чувствует.

День тренировок подошёл к концу, и смертельно уставшие девушки еле доплелись до спальни, мечтая лишь рухнуть на кровати и больше никогда с них не вставать.

Но стоило им закрыть дверь, как Ся Няо тут же набросилась с расспросами:

— Хуэйхуэй, у вас там на тренировке ЧП какое-то случилось? В чём дело?

Шу Байлянь тоже молча обратила на них своё внимание.

Похоже, слухи о том, что произошло днём, уже разнеслись повсюду. Цяо Хуэйхуэй в подробностях пересказала им всё случившееся, при этом виновато поглядывая на Шэнь Наньцин.

Шэнь Наньцин: «...»

С ней действительно всё было в порядке, хватит уже смотреть на неё таким взглядом.

Выслушав рассказ, Ся Няо тут же прониклась к Шэнь Наньцин глубоким чувством:

— Раньше я была о тебе худшего мнения! Не думала, что под твоей ледяной броней скрывается такое тепло. Ты спасла Хуэйхуэй, отныне ты — моя старшая сестрица!

Шэнь. *Старшая сестрица*. Наньцин: «...» Большое спасибо, но этот титул ей даром не сдался.

Тихо слушавшая их до этого Шу Байлянь внезапно спросила:

— Вы что, в одной группе с Сяо Нинлу?

Цяо Хуэйхуэй опешила, не понимая, к чему та вдруг заговорила об этом, но всё же кивнула.

На лице Шу Байлянь промелькнула холодная усмешка:

— Точно она. Подлости из-за угла — это её любимый метод.

Ся Няо:

— Я понимаю, что ты её терпеть не можешь, в конце концов, вы вчера только в пух и прах не разругались, но вешать на неё все грехи подряд — это ведь нехорошо, да?

Шу Байлянь закатила глаза, не желая продолжать:

— Ну, считай тогда, что я просто завидую её богатству.

— Кто же виноват, что её семья такая богатая, меня это бесит.

Цяо Хуэйхуэй, чья семья была ничуть не беднее: «...» Промолчу.

Ся Няо и сама растерялась:

— Ты тоже ведешь себя жутко неразумно, к тому же...

— Разве тебе не кажется, что твой образ в наших глазах окончательно рухнул?

Куда подевался образ внешне доброй и хрупкой, а в душе злобной и эгоистичной белой лилии?

Шу Байлянь презрительно хмыкнула и посмотрела на неё свысока:

— Это лишь доказывает, что ты даже не стоишь того, чтобы мной манипулировать.

Ся Няо: «...»

Прекрасно, просто класс.

Проявив завидную рассудительность, она тут же сменила неловкую тему, рухнула пластом на кровать и слабым голосом простонала:

— Ой, как же устала, как устала... Нагрузка больше, чем у меня на стажировке в агентстве, спина отваливается.

Услышав это, Шу Байлянь, не оборачиваясь, швырнула ей какую-то бутылочку:

— Масло для суставов и связок, специально от ушибов и растяжений.

Ся Няо поймала флакон, чувствуя себя так, будто ей оказали невероятную честь, и подозрительно спросила:

— Тут часом не серная кислота?

— Ха! И какой смысл тебе вредить?

— Слишком уж щедрые дары...

— Я просто полна человеколюбия, нельзя?

Ся Няо всё ещё не верила, но тут Шу Байлянь прямо озвучила свои мотивы:

— Заткни свой рот и не болтай обо мне всякую чушь на стороне.

А... Вот оно что, оказывается, она просто боялась разрушить свой имидж. Теперь Ся Няо всё поняла.

Она изобразила пальцами жест застёгивающейся молнии и пообещала:

— Пока ты не лезешь к нам, язык у меня за зубами удержится мёртвой хваткой.

Благодаря таким перепалкам в комнате 401 наконец воцарилась непринуждённая и гармоничная атмосфера, а не та мрачная тишина, когда все четверо разбились по парам и молчали.

Жить в дружном общежитии было исключительно полезно для физического и душевного здоровья. Настроение Цяо Хуэйхуэй тоже немного улучшилось, и она подошла к подруге со словами:

— Ну-ка, ладно, пора продемонстрировать моё мастерство массажистки.

Ся Няо взвыла так громко, что чуть не подпрыгнула на кровати, судорожно вцепилась в Цяо Хуэйхуэй и чмокнула её в щеку со словами:

— Детка, папа не зря тебя кормил.

Услышав её попытку занять главенствующую роль, Цяо Хуэйхуэй презрительно фыркнула:

— Ничего страшного, я вообще-то привыкла делать массаж свиньям на нашей ферме.

Шэнь Наньцин, закончив умываться, пораньше забралась в постель и, прислонившись спиной к изголовью, читала книгу. При этих словах в её глазах мелькнула улыбка.

На нижней полке Ся Няо оглашала комнату воплями, умоляя Цяо Хуэйхуэй давить помягче.

Шу Байлянь постучала расчёской по столу:

— Прекрати орать, не то в других комнатах подумают, что мы тут свинью режем.

Цяо Хуэйхуэй не удержалась и хихикнула.

Ся Няо смотрела на неё с абсолютным неверием: её собственная напарница только что предала её и переметнулась в лагерь врага!

— Ты чего смеёшься?!

С улыбкой на лице Цяо Хуэйхуэй надавила на её плечо ещё сильнее:

— Просто вспомнила одну смешную вещь.

Шу Байлянь тоже усмехнулась, и Ся Няо, резко повернувшись к ней, свирепо потребовала:

— А ты над чем хихикаешь?

Та прикрыла рот рукой:

— Я тоже вспомнила кое-что смешное.

http://bllate.org/book/32302/3940503