Готовый перевод The Millionaire Wu / Игра в безразличие: Искушение наследника: Глава 7

Затем он открыл список контактов, и его взгляд задержался на имени Лу Шаохэня, но в конце концов он пролистал дальше и позвонил Сюй Лоцзе.

Мелодия на звонке у Сюй Лоцзе была из хита какого-то популярного мужского поп-корпоратива — прилипчивая и орущая, от неё прямо-таки раскалывалась голова. Терпение Чэнь Чжо сегодня вечером было на высоте: вскоре после того, как первый звонок смолк, телефон зазвонил снова.

Лу Шаохэн опередил Сюй Лоцзю, выключил надоедливый гаджет, небрежно бросил его на прикроватную тумбочку и опустил взгляд на человека под собой.

— Чэнь Чжо ведь так дорожит тобой, — с улыбкой произнёс Лу Шаохэн.

Сюй Лоцзя не смел ответить на этот вопрос — казалось, что любой ответ, будь то да или нет, прозвучит как-то неправильно.

К счастью, Лу Шаохэн не стал зацикливаться на этой теме и быстро перевёл разговор. Но сердце Сюй Лоцзе ещё не успело опуститься на место, как Лу Шаохэн подкинул новую сложную задачку.

— Как именно тебя трахает Чэнь Чжо? — спросил Лу Шаохэн. — Вот так или вот так?

Сердце Сюй Лоцзе колотилось от паники, он не смел смотреть прямо в глаза Лу Шаохэню. В этот момент Лу Шаохэн казался совершенно другим человеком, его взгляд был полон невыразимой, странной демоничности.

Он уже начинал верить городским слухам о том, что у этой парочки действительно есть какие-то нездоровые наклонности.

— Нет, — Сюй Лоцзя попытался припомнить ту ночь. — Куда, куда грубее. В тот вечер он был, кажется, не в духе.

— О? — Лу Шаохэн на мгновение замер, похоже, этот ответ его сильно заинтересовал.

Набравшись храбрости, Сюй Лоцзя продолжил:

— Разве у него в тот день был не день рождения? Казалось, он весь вечер кого-то ждал, но так и не дождался.

Лу Шаохэн усмехнулся и дал оценку:

— Барские замашки.

Глава четвёртая. Снеговик (1)

То, что Чэнь Чжо мог ставить все условия в съёмочной группе, объяснялось вовсе не тем, что он кичился положением инвестора и притеснял людей, пытаясь диктовать профессионалам, как им работать. До того как основать кинокомпанию, он сам начинал актёром, а позже, добившись успехов на экране, сменил амплуа и стал режиссёром.

Чэнь Чжо родился в потомственной актёрской семье и начал сниматься ещё до того, как научился говорить. За два с лишним десятка лет он создал столько классических экранных образов, сколько некоторые актёры не набирают за всю жизнь. Сам он до сих пор остаётся самым молодым обладателем звания «кинокороль» за всю историю премии «Летающий орел». В те годы, когда его карьера была в самом зените, люди шутили: в человеческом дне не миновать трёх вещей — поесть, поспать и увидеть Чэнь Чжо в рекламном ролика.

Даже теперь, когда он отошёл за кулисы, у него остаётся огромная армия фанатов всех возрастов.

Семь лет назад он попробовал себя в роли режиссёра и снял свой первый фильм, добившись впечатляющих успехов. Так что, когда он внезапно объявил об уходе из кино, заявив, что больше не будет ни снимать фильмы, ни играть роли, а полностью переключится на киноинвестиции, это заставило многих горько вздохнуть.

Уйти в пик формы — на такой шаг способны немногие, и им трудно было это понять. Но, пожалуй, для такого человека, как Чэнь Чжо, родившегося с золотой ложкой во рту, всё доставалось слишком легко, и то, ради чего другие борются всю жизнь, в его глазах было лишь баловством.

Подобно тому, как обычные люди относятся к видеоиграм: добился всех достижений и вышел из игры, ни о чём не жалея.

Цзян Сяобо только что вернулся после телефонного разговора и застал Чэнь Чжо за тем, что тот с абсолютно серьёзным видом допытывался у актрисы, играющей женщину-киллера: как ты думаешь, этот персонаж после каждого убийства предпочитает выпить вина или чаю?

Этого не было в сценарии, и по мнению Цзян Сяобо, к фильму это не имело никакого отношения.

Но раз уж режиссёр спрашивает, то как бы ни противилось сердце, актрисе приходится с каменным лицом нести откровенную чушь.

Подумать только, мысленно закатил глаза Цзян Сяобо, теперь ему приходится лично заниматься даже муштрой актёров. Если у него такие высокие требования к картине, шёл бы сам в кадр режиссировать, чего ради изображает здесь босса.

Конечно, это Цзян Сяобо думал про себя. Хотя он и был одноклассником Чэнь Чжо по старшей школе, а заодно исполнительным продюсером съёмочной группы и некоторое время даже работал у Чэнь Чжо личным менеджером, смелости высказать это в лицо у него не хватало.

Заметив появление Цзян Сяобо, Чэнь Чжо отвлёкся и бросил:

— Всё ещё не приехал?

Цзян Сяобо покачал головой и ответил:

— Сделал уже несколько звонков, никто не отвечает.

После завершения натурных съёмок в Гуйчжоу съёмочная группа вернулась в город для нового этапа работы. На очереди стояла сцена противостояния Сюй Лоцзе и главной героини, однако до сих пор его не было на площадке, и он даже не брал трубку.

— Позвони ему в последний раз.

Задержка длилась уже почти два часа, съёмочная группа роптала и жаловалась. На лице Чэнь Чжо не читалось никаких эмоций, но слова прозвучали без малейшего намёка на старую дружбу:

— Если всё равно не ответит, на эту роль берём другого.

Цзян Сяобо взял на себя эту задачу, подумав с тревогой: всё, конец, Чэнь Чжо намерен свести все старые счёты разом.

Словно в ответ на слова Чэнь Чжо, едва он умолк, как у ограждения остановился чёрный минивэн Alphard. По меркам развращенного роскошью шоу-бизнеса эта машина не считалась суперкаром, но череда восьмерок в номере ясно давала понять, кто владелец.

Вскоре кто-то из зевак среди толпы узнал один из личных автомобилей Лу Шаохэня.

Эта догадка быстро подтвердилась: автоматическая дверь плавно отворилась, и в окружении свиты из суетливых помощников, в огромных тёмных очках, закрывавших пол-лица, из салона вышел Сюй Лоцзя. На его лице застыло надменное выражение, а рука цеплялась за локоть Лу Шаохэня.

Глядя на это зрелище, напоминающее визит императорской наложницы к родителям, крепкое ругательство так и рвалось у Цзян Сяобо с языка, но из уважения к авторитету Лу Шаохэня его пришлось проглотить — и не выплюнешь, и не выругаешься.

В конце концов с позеленевшим лицом он лишь отрывисто велел гримёрам забрать человека и заняться его образом.

Вместе с прибытием Сюй Лоцзе всем создателям фильма раздали абсолютно новые сценарии. В этих пахнущих типографской краской страницах роль Сюй Лоцзе была поднята с четвёртого мужского плана почти до уровня второго, и с первого же взгляда в этом угадывалось модное нынче веяние двойного главных героев.

Во время съёмок фильма одно движение тянет за собой всё остальное, и этот свежий сценарий походил на глубинную бомбу, которая в два счёта взбудоражила всю съёмочную площадку, лишив покоя абсолютно всех причастных.

http://bllate.org/book/32239/3933412