Готовый перевод The Millionaire Wu / Игра в безразличие: Искушение наследника: Глава 8

— Это… это… — Режиссёр сжимал в руках незнакомый сценарий, и из его рта один за другим вырывались бессмысленные звуки. Он украдкой глянул на Чэнь Чжо, затем перевёл взгляд в сторону Лу Шаохэня и какое-то время не знал, к какому же берегам примкнуть словно травинка на ветру.

Сам же зачинщик всего этого беспорядка, Лу Шаохэн, похоже, вовсе не замечал бушующих на площадке страстей. Сидя перед зеркалом в гримёрной в самой развязной позе, он с исключительным вниманием сопровождал Сюй Лоцзя на процессе нанесения макияжа и время от времени отпускал какие-то нелепые мелкие замечания, от которых молоденькая гримерша не то хотела рассмеяться, не то не смела.

Цзян Сяобо постучал в дверь и с каменным лицом произнёс:

— Генеральный директор Лу, директор Чэнь просит вас зайти.

Лу Шаохэн приподнял веки, чуть откинулся назад и через дверной проём бросил взгляд на сидевшего неподалёку Чэнь Чжо.

Раз уж Чэнь Чжо позвал его к себе в этот момент, значит, он наверняка уже успел ознакомиться со сценарием. Судя по всему, новый вариант пришёлся ему не слишком по душе.

— В чём дело? — Лу Шаохэн выпрямился и задал вопрос, прекрасно зная ответ заранее.

— У Чэнь Чжо есть к вам разговор, — бесстрастным тоном ответил Цзян Сяобо.

Услышав, что у Чэнь Чжо возникли вопросы к генеральному директору Лу, Сюй Лоцзя слегка занервничал. Хотя прямо сейчас он добился своего, Чэнь Чжо был человеком далеко не мягким, и подобный манёвр Лу Шаохэня заставлял его чувствовать себя не совсем уверенно.

Лу Шаохэн мягко похлопал его по плечу, давая понять, что не стоит беспокоиться, после чего поднялся на ноги и вышел из гримёрной вслед за Цзян Сяобо.

Появление Лу Шаохэня не произвело на Чэнь Чжо никакого впечатления: он неотрывно смотрел в монитор, на котором как раз выстраивали ракурс для реквизитного бронзового курильницы для благовоний.

Реквизитор повертел курильницу туда-сюда и наконец добился нужного угла наклона. Чэнь Чжо отвёл взгляд от экрана и спроил:

— Что это значит?

— Что значит, что значит… Разве ты не находишь его данные весьма неплохими? — Лу Шаохэн уже устроился рядом с Чэнь Чжо, прекрасно понимая, о чём тот хочет поговорить. — Сейчас в тренде добавлять в любые IP элементы однополых отношений, а в нашем сценарии как раз есть для этого подходящая почва, всё идеально совпадает.

— Кого тебе вздумается продвигать — твоё личное дело, — сказал Чэнь Чжо, глядя на Лу Шаохэня. — Но не лезь и не мешай моей работе.

— Я тебе не мешаю, я действительно высоко оцениваю его потенциал. — Лу Шаохэн небрежно полистал лежавший рядом режиссёрский сценарий по кадрам и небрежно бросил: — Всего лишь фильм, какая разница. К тому же ты не актёр и не режиссёр, так что давай просто следовать за трендом и спокойно заколачивать деньги.

По ходу разговора Лу Шаохэн бросил взгляд на мечущегося по площадке режиссёра, похожего на потерявшего голову муравья, и с издевкой добавил:

— А если вдруг репутация рухнет и на нас обрушится швал критики, ну, так этот глупый паренёк за всё и ответит.

В конце концов, в нынешние времена качество фильма и кассовые сборы далеко не всегда стоят в прямой пропорции друг к другу. Бизнесмены превыше всего ценят выгоду, а всё остальное можно обсудить и потом.

— Лу Шаохэн. — Чэнь Чжо повернулся к нему, понизив голос: — Даю тебе время разобраться с этим человеком. Чтобы никаких задержек съёмочного процесса.

Заметив, что Чэнь Чжо разозлился, Лу Шаохэн словно нарочно дразнил тигра за усы и расплылся в улыбке:

— Чэнь Чжо, говоришь так, будто мы знакомы всего один день. Разве это не излюбленный мой приём для ухаживаний?

С этими словами он подался ближе к Чэнь Чжо, без тени смущения заглядывая ему прямо в глаза, и произнёс с двусмысленными нотками в голосе:

— Не забывай, между нами всё начиналось ровно точно так же.

* *

Людей, желающих стать режиссёрами и снимать кино, в этом мире условно можно разделить на две категории. Одни рассматривают режиссуру лишь как трамплин для попадания в киноиндустрию, в то время как другие искренне и страстно хотят именно снимать фильмы.

Чэнь Чжо явно относился ко второй категории. Его отец, Чэнь Гуанъюй, был одним из ведущих режиссёров страны, и сам Чэнь Чжо с самого рождения находился на самой вершине киноолимпа. С малых лет он снимался в крупнобюджетных картинах именитых мастеров и был стопроцентным баловфем судьбы, купающимся в безграничных ресурсах.

Съёмки в кино, слава, звание киноактёра года — для Чэнь Чжо всё это становилось чем-то само собой разумеющимся.

Семь лет назад Чэнь Чжо впервые встретил Лу Шаохэня на роскошном круизном лайнере. В том году полнометражный художественный фильм с его участием не только собрал умопомрачительные два с половиной миллиарда кассовых сборов, но и завоевал премию за лучшую кинокартину. Продюсеры, пребывая в полном восторге, закатили на лайнере грандиозный банкет в честь победы.

Помимо ключевых создателей фильма, на этом празднике присутствовало множество кинозвёзд и светских знаменитостей — поистине ярмарка тщеславия, сжатая до предельной концентрации.

Когда лайнер вышел в нейтральные воды, множество привыкших скрываться от дневного света развлечений вышло на сцену. В просторном зале один за другим выстроились ряды овальных столов. Чэнь Чжо сидел напротив темноволосой красавицы с голубыми глазами, а стопка фишек перед ним возвышалась подобно маленькой горе.

В тот вечер фортуна благоволила Чэнь Чжо: едва сев за стол, он начал громить соперников направо и налево и в итоге остался единственным победителем. И в тот момент, когда все уже решили, что он сорвёт поистине баснословный куш, Чэнь Чжо просто толкнул свои фишки в центр стола и, повернувшись к Цзян Сяобо, бросил:

— Раздай фишки остальным.

Сказав это, Чэнь Чжо поднялся и направился к выходу, прекращая игру. Заметившая это соблазнительная красавица, которая с самого начала стояла у него за спиной, тут же семенила следом и с обожанием обвила его руку.

Чэнь Чжо ещё не успел покинуть игорный зал, как Цзян Сяобо, сжав зубы от досады за разданные сокровища, догнал его мелкой пробежкой. Именно в этот момент совершенно неожиданно появился Лу Шаохэн и преградил им дорогу.

В тот день на Лу Шаохэне был тёмный костюм от кутюр, но без галстука. Пара верхних пуговиц рубашки была расстегнута, обнажая резкие линии ключиц.

Подобный наряд среди толпы облачённых по протоколу «элитных» персон неожиданно привносил нотку распущенной чувственности. Первой мыслью Чэнь Чжо при виде него было: а парень-то чертовски хорош собой.

Но от этого человека исходила настолько мощная аура агрессии, что Чэнь Чжо, который сам привык всегда занимать доминирующую позицию, почувствовал лёгкий внутренний дискомфорт. Естественно, его вторая мысль оказалась куда проще: хорошая собака не должна стоять на дороге.

— Лу Шаохэн. — Лу Шаохэн с лучезарной улыбкой протянул Чэнь Чжо руку и назвал своё имя, представившись.

Тогда Чэнь Чжо ещё не знал Лу Шаохэня. Красивых оболочек в этом мире пруд пруди, и приятная внешность сама по себе вовсе не означала, что мужчина заслуживает особого внимания.

К тому же этот человек с первого взгляда казался воплощением неприятностей.

И потому Чэнь Чжо, не сбавляя шага, намеревался просто обойти его стороной.

http://bllate.org/book/32239/3933413