Готовый перевод Spring Deep, No Snow / Глубокая весна, где нет следов зимы: Глава 3

Огромный горный валун застрял в узком углублении, оставив лишь крошечное пространство, где можно было поместиться.

— Ли Цзя? Ты в порядке? — Ли Чуньшэнь перевела дыхание и с тревожной поспешностью спросила.

Густой и удушливый запах крови внезапно заполнил ее нос.

— Я… — только начала Ли Цзя, но тут же мучительно застонала.

Углубление оказалось слишком тесным, движения Ли Чуньшэнь были скованы. Она опустила голову и зубами сорвала фонарь с головы Ли Цзя.

Когда свет вспыхнул, она прищурилась и боковым зрение заметила, как на поясе и животе Ли Цзя проступила кровь — ее распорол острый выступ горной породы.

— Я в порядке, — Ли Цзя легко выдохнула, чуть приподняла голову и, заметив сдвинутые брови Ли Чуньшэнь, с трудом искривила губы в подобии улыбки.

— Спасибо тебе, товарищ Ли, иначе меня бы завалило камнями.

— Разве время сейчас для вежливых слов?

Запах крови становился все сильнее, Ли Чуньшэнь хотела заняться раной, но стоило ей хоть чуть-чуть пошевелиться, как это отзывалось болью в теле Ли Цзя, заставляя ту судорожно хватать ртом воздух.

— Потерпи.

Она достала из кармана штормовки бинт и медленно присела на корточки, чувствуя, как в спине отзывается острой болью удар тяжелого валуна, который намертво вжался ей в спину, сдавливая грудную клетку.

Наконец ее пальцы коснулись липкой крови, и она наспех перевязала рану, чтобы остановить кровотечение.

— Вжжик.

Поисковый фонарь после удара забарахлил: проработав пару минут, он погас, и обе снова погрузились во тьму.

Ли Чуньшэнь протянула руку, притянула пострадавшую к себе и тихо произнесла:

— Прислонись ко мне, не напрягайся, скоро прибудет спасательный отряд.

— Ли Цзя, обязательно запомни: ни в коем случае не спи.

— Хорошо, я не буду спать, — тихо отозвалась Ли Цзя, однако ее тело постепенно начало терять силы.

Ощущая тяжесть обмякшего тела Ли Цзя, Ли Чуньшэнь прикусила губу. Подумав немного, она снова заговорила:

— Ли Цзя, спать нельзя. Когда захочется спать, вспомни Сяо Лэ.

— Сяо Лэ ведь все еще ждет тебя.

— Сяо Лэ… — голос Ли Цзя стал чуть тише.

— Верно, если твоя младшенькая узнает, что ты не дождалась ее, она непременно рассердится.

Видя, что та отзывается, Ли Чуньшэнь продолжила:

— Молодые девчонки ведь такие… кхе-кхе.

Ли Цзя попыталась улыбнуться, но тут же тяжело зашлась кашлем.

— Вот именно, моя младшая сестра точно такая же, она терпеть не может людей, которые не держат обещания.

— У товарища Ли… тоже есть сестра?

— Да, ее зовут… — Ли Чуньшэнь на мгновение замолчала, — ее зовут Ли Цзяньсюэ. Она такая послушная.

— Иногда, правда, упрямится. Раньше, когда я уходила на подработку, она злилась и переставала со мной разговаривать.

— Приходилось обязательно ее задабривать, тысячу раз признавать свои ошибки — только тогда она соглашалась улыбнуться.

Пока Ли Чуньшэнь говорила, ее глаза смягчились, а уголки губ сами собой тронуты были непроизвольной улыбкой.

— Сяо Лэ… кхе-кхе…

Тоже так делает, но когда она послушная, от этого сердце начинает щемить…

Голос Ли Цзя звучал тихо, но в нем тоже сквозило подобие улыбки.

Ли Чуньшэнь изо всех сил старалась говорить о том, что могло бы заинтересовать Ли Цзя, а время шло секунда за секундой.

Во тьме она чувствовала, как дыхание Ли Цзя становится все более и более прерывистым.

— Ли Цзя?

Не дождавшись ответа и ощутив ладонью леденеющий холодок кожи Ли Цзя, сердце Ли Чуньшэнь рухнуло вниз — наступало переохлаждение из-за массивной кровопотери.

— Ли Цзя, не спи, — она слегка похлопала ее по щеке. — Вспомни, когда ты отправлялась в путь, не обещала ли ты что-то Сяо Лэ?

— Я… я пообещала ей вернуться живой и невредимой.

Ли Цзя снова отреагировала, ее голос сделался совсем слабым, и она пробормотала:

— Товарищ Ли, я… я хочу кое о чем тебя попросить.

— Я ни о чем таком не буду слушать, ты сама должна выполнить свое обещание перед Сяо Лэ.

— Помоги мне… передать Сяо Лэ, что се… сестричка любит ее, — упрямо повторяла Ли Цзя.

В тесном пространстве Ли Чуньшэнь почти не ощущала ни дыхания, ни тепла Ли Цзя, а бесконечная темнота поглотила ее, оставив лишь гробовую тишину.

— Я обещаю тебе.

Если удастся выжить.

Неизвестно было, когда прибудет помощь, а кости уже пробирал лютый холод.

Ли Чуньшэнь почувствовала, как по лбу струится липкая кровь — каска до определенной степени выполняла свою защитную роль, но возможности ее были не безграничны.

Ее веки тяжело затрепетали, накатила дремота.

В этот момент, когда сама жизнь могла оборваться в любую секунду, Ли Чуньшэнь внезапно отчетливо уловила запах сильного снегопада.

В полубреду ей показалось, что она очутилась в зимнем Мочэне: она толкает знакомую дверь, играет старенький радиоприемник, а из кухни доносится шкворчание жареных блюд.

Инстинктивно сделав несколько быстрых шагов, она видит маленькую фигурку, стоящую на табуретке — это Ли Цзяньсюэ.

Почуяв движение за спиной, девочка оборачивается, и в тот самый миг, когда она замечает Ли Чуньшэнь, ее круглые глаза ярко вспыхивают.

Она бросается прямо в объятия Ли Чуньшэнь.

Ли Чуньшэнь крепко-крепко прижимает Ли Цзяньсюэ к себе и думает: оказывается, перед смертью у людей и правда перед глазами проносится вся жизнь.

В этот миг, бесконечно близкий к гибели,

ей отчаянно хотелось,

до боли хотелось увидеть Ли Цзяньсюэ.

Эта мысль дико разрослась в ее голове, пробудив яростную жажду жизни. Она резко распахнула глаза, до крови искусав губы — боль помогала ей удерживать рассудок.

Она не может умереть.

Она хочет жить, хочет выжить во что бы то ни стало.

Если ей удастся выбраться отсюда живой, она отправится в Пекин.

Хотя бы одним глазком взглянуть — ей хватило бы и одного взгляда.

В следующее мгновение Ли Чуньшэнь ощутила свежий порыв ветра.

Ветер разогнал смрадный дух крови и смешанной с ней земли, возвращая ее обратно в мир людей.

— Товарищ! Товарищ!

Небо прорвало первыми лучами света, тяжелые камни оттащили в сторону — подоспела помощь.

— Сначала спасайте ее.

Зажмурившись от яркого света, Ли Чуньшэнь слегка опустила голову, уступая дорогу и выпуская из объятий ту, которую до последнего оберегала.

— Кровотечение в брюшной полости, сильная кровопотеря, переохлаждение!

Только когда спасатели подхватили Ли Цзя, Ли Чуньшэнь позволила себе наконец выдохнуть.

— Я сама смогу, спасибо вам, товарищ.

Она вежливо отказалась от поддержки спасателя, самостоятельно выбралась из узкого щелистого завала и одиноко встала на ноги.

Она слегка вскинула голову, чувствуя легкое дуновение ветерка.

Солнце пробилось сквозь череду пасмурных дождливых дней, и небо сияло невероятной, чистой синевой.

В глазах Ли Чуньшэнь плескалась радость чудом уцелевшего человека, а в уголках стояли слезы — то ли от физиологической реакции на яркий солнечный свет, то ли переполнявшие ее изнутри, они искрились мелкими бриллиантами, и она тихонько усмехнулась.

В этот самый миг раздался отчетливый щелчок.

Она медленно опустила голову и увидела, что кто-то ее фотографирует.

Тот человек находился неподалеку, у подножия склона, насыпанного из обломков щебня, но стоило ей взглянуть в ту сторону, как силуэт словно вкопали на месте — он замер.

Ни звука, ни движения: незнакомец лишь держал фотоаппарат прямо перед лицом, загораживая объективом все лицо, так что разглядеть его было невозможно.

— Ты… — Ли Чуньшэнь слегка нахмурилась, однако силы все еще покидали ее тело.

Она пошатнулась, чуть не скатившись со склона, но чья-то сильная рука наотмашь ухватила ее за локоть.

Ли Чуньшэнь подняла взгляд.

В тот самый миг, когда их глаза встретились, ее дыхание оборвалось.

Ли Чуньшэнь бесчисленное количество раз представляла во сне момент воссоединения с Ли Цзяньсюэ, но наяву даже не смела об этом мечтать.

Она слишком хорошо знала, как сильно провинилась.

Губы Ли Чуньшэнь задрожали, слова застряли в горле комком.

— Сяо Гуай? — хрипло выдохнула она, всерьез думая, что всё еще погребена под завалами, а стоящая перед ней девушка — лишь посмертная галлюцинация.

Убедившись, что Ли Чуньшэнь стоит твердо, Ли Цзяньсюэ тут же отпустила ее руку и резко повернулась, собираясь уйти.

Ее движения были столь стремительны, что Ли Чуньшэнь в панике, не успев даже толком сообразить, инстинктивно протянула руку, чтобы остановить ее, но успела ухватить лишь за полу плаща.

Ли Цзяньсюэ чуть дернула плечом, и мягкая ткань молниеносно выскользнула из пальцев Ли Чуньшэнь.

— Цзяньсюэ, — тихо позвала она, бросаясь следом.

Ли Цзяньсюэ словно не слышала ее — не оборачиваясь, она широким шагом шла вперед.

— Ли Цзяньсюэ! — голос Ли Чуньшэнь сорвался на дрожь. Сделав пару шагов в погоне, она ощутила, как в грудной клетке, сдавленной до того камнями, вспыхнула разрывающая боль.

— Кхе-кхе!

Она выплеснула сгусток алой крови.

На земле пятно ярко-красного цвета быстро впиталось в раскисшую от грязи почву, темнея и превращаясь в бурую жижу.

Эта боль отчетливо давала понять: все происходящее — правда.

Спустя четыре долгих года она наконец-то увидела Ли Цзяньсюэ.

Только вот на этот раз позади всех бросили ее саму.

Пригнувшись и тяжело дыша, Ли Чуньшэнь смахнула кровь с уголка рта.

Неужели она ушла?..

Конечно. С какой стати Ли Цзяньсюэ вдруг оборачиваться?

Сердце рухнуло в самую бездонную пропасть, а остатки сил испарились вместе с ним.

С усилием приподняв голову, Ли Чуньшэнь обвела всё затуманенным, расфокусированным взглядом.

Посмотреть на нее еще хоть секундочку — и то было бы благом.

Внезапно мир перед глазами погрузился во мрак. Перед тем как сознание окончательно угасло, ей послышался топот торопливых шагов, рассекающих встречный ветер.

Открыв глаза во второй раз, Ли Чуньшэнь увидела брезентовый потолок палатки. Голова кружилась, в ушах стоял шум, а память услужливо отбросила ее к той самой секунде перед потерей сознания — к тем самым знакомым глазам.

В панике она попыталась приподняться, но от малейшего движения плечи и всю спину пронзила тупая, ломящая боль.

Опираясь на дрожащие руки, она все же села на постели и окинула взглядом окружение: в палатке лежало немало раненых, но нужного лица среди них не было.

Спустившись с койки, Ли Чуньшэнь торопливо зашагала к выходу.

— Товарищ, вы очнулись? — в этот момент спасатель как раз откинул полог палатки, заходя внутрь.

Ли Чуньшэнь в мертвой хватке вцепилась в ее руку:

— Она где?

— Вы о ком?

— Та девушка, которая привезла меня сюда. Ростом примерно метр шестьдесят семь, волосы собраны на затылке, глаза круглые, очень красивая.

Ей хватило всего одного взгляда, но образ врезался в память Ли Чуньшэнь намертво.

— Не видел такой, — покачала головой та.

— Эй! Товарищ, вы куда?!

Стоило Ли Чуньшэнь услышать ответ, как она со всех ног бросилась наружу. Босиком, не разбирая дороги, она распахивала полог за пологом в каждой палатке.

Острые камешки резали ступни, но шаг ее становился лишь быстрее.

Отыскать ее. Отыскать Ли Цзяньсюэ.

Эта единственная мысль пульсировала в голове Ли Чуньшэнь.

Палатки распахивались одна за другой и тут же падали обратно.

Когда рухнула последняя капля надежды, Ли Чуньшэнь бесцельно побрела вперед, и ее вечно прямая спина заметно ссутулилась.

— Сестрица Ли! — чья-то рука резко перехватила ее за локоть. Ли Чуньшэнь не остановилась, и по инерции спутница протащила ее за собой еще пару шагов.

Затормозив, она заторможенно подняла веки: перед ней стояла встревоженная Сяо Лэ.

— Сестрица Ли, что с тобой?

— Сяо Лэ?

В памяти Ли Чуньшэнь словно что-то щелкнуло. Она судорожно перехватила Ли Лэ за руки и с отчаянной поспешностью спросила:

— Сяо Лэ, скажи, ты не видела у въезда в поселок девушку? Она вот такого росту.

http://bllate.org/book/32015/3909449