Лань Нин посчитал, что момент настал, и перевёл разговор на тему смены деятельности:
— Давайте я сразу всех предупрежу: через несколько дней мне, скорее всего, придётся на какое-то время прекратить трансляции.
— Что случилось? Больше не будешь вести стримы?
— Я не смогу жить без Сяо Нинмэна!
— Тебя прибрал к рукам богатый дяденька из топа донатеров?
— Сбежавший из элитного клуба мажор, которого загнали обратно на работу. Спорим, в тот раз в кабинеке я видел именно тебя?
— На стримах денег не заработаешь, вот и возвращается к старой ремеслухе. Такой, как он, за двести может ночь отработать.
Лань Нин вовсе не удивился подобным комментариям — раньше, когда он вёл трансляции, ему прилетало нечто подобное едва ли не каждый день.
В прошлой жизни он старался не замечать подобных вещей, а после эфира забивался в угол и горько плакал.
В прошлой жизни он всё терпел, но после перерождения решил сойти с ума.
Достав телефон, он нашёл авторов только что написанных гадостей, зашёл к ним на страницы и заскриншотил как их профили, так и те самые слова.
Кое-кто, заметив, что он целенаправленно записывает содержание комментариев, занервничал:
— Ты что творишь? Тратишь наше время на то, как ты в телефоне залипаешь?
— Сяо Нинмэн, не обращай внимания на этих людей, у тебя есть мы.
Закончив со сбором улик, Лань Нин отложил телефон, посмотрел в камеру и, изогнув брови, мягко улыбнулся:
— Остальные, чьи имена я ещё не назвал, могут не спешить. Я уже сделал скриншоты всех, кто оставил здесь жёлтые слухи и помои. Как только эфир закончится, я разошлю скриншоты в личные сообщения тем, с кем вы взаимно подписаны — пусть ваши друзья посмотрят на вашу другую, скрытую от посторонних глаз сторону.
Хотя комментариев в чате трансляции заметно поубавилось, количество зрителей онлайн подскочило вдвое.
— Сяо Нинмэн, ты так и не сказал, куда уходишь!
— Надолго стримы прерываешься? Когда вернёшься?
Лань Нин и сам пока не знал, сколько проддутся съёмки в реалити-шоу, поэтому мог назвать лишь примерные сроки:
— Я буду участвовать в реалити-шоу, так что перерыв составит, наверное, месяц или два.
Но трансляции не прекратятся насовсем — если появится свободное время, я всё равно буду выходить в эфир, просто расписание окажется не слишком постоянным.
Как только он объявил об участии в реалити-шоу, чат снова ожил, хотя не обошлось и без тех, кто намеренно пришёл поскандалить:
— С такой мелкой фанбазой — и в реалити-шоу?
— Хвастаешься небось. У блогеров с десятками миллионов подписчиков и то шансов нет, а ты куда лезешь?
— Даже если пойдёшь, будешь просто фоном, за весь выпуск пару раз в кадр мелькнёшь.
— Все эти интернет-звезды в жизни не выдерживают критики. Он даже в трансляциях лицо бояться показать, а перед камерой его в порошок сотрут.
Лань Нин спокойно посмотрел на комментарии пользователей, даже не разозлившаяся:
— Давайте так, сыграем в игру.
Сейчас я опубликую пост. Те, кто мне не верит и считает, что я хвастаюсь, могут оставить под ним комментарий. Если популярность реалити-шоу, в котором я буду участвовать, не пробьёт отметку в сто миллионов просмотров, я признаю вас всех своими папашами — сколько будет комментариев, столько раз назову каждого из вас папой. Но если просмотров окажется больше — это вы будете звать меня папочкой. Сыграем?
Экран чата мгновенно заполнился словом «играем», и Лань Нин сдержал слово: сразу после окончания стрима он выложил пост. В разделе комментариев тут же хлынул огромный поток жаждущих зрелищ пользователей — количество сообщений моментально перевалило за тысячу и продолжало стремительно расти.
Посмотрев на это какое-то время, Лань Нин отложил телефон. От долгих разговоров в горле пересохло, и он вышел набрать воды.
Проходя мимо лестницы, он заметил, что в кабинете на первом этаже горит свет, а дверь приоткрыта.
До слуха как раз долетел голос Линь Цзиншэня:
— Пап, нельзя разрешать ему участвовать в реалити-шоу. Если благодаря программе он станет популярным, потом его будет еще труднее контролировать.
Линь Сяньюань ответил:
— Ты прав. Узнай, как называется шоу, в котором он собирается участвовать, задействуй связи, придумай что-нибудь, но замени его.
Похоже, во время сегодняшней трансляции Линь Цзиншэнь и Линь Сяньюань оба сидели в чате и шпионили за ним.
Лань Нин не сбавил шага и направился прямо мимо двери на кухню, делая вид, что вовсе не слышал разговора отца с сыном.
Хм, захотели заменить старого папашу?
Уж если старый папаша решил разбогатеть, его никто не остановит! В это реалити-шоу он точно пойдёт!
Напившись воды и возвращаясь с кухни, он столкнулся у лестницы с Линь Цзиншэнем:
— Чего это ты среди ночи шатаешься без сна!
Лань Нин бросил на него косой взгляд и проигнорировал.
Но Линь Цзиншэнь не собирался отступать:
— Я же предупреждал: не пытайся подражать Сяо Е, тебе с ним всё равно не сравниться! Твой цвет волос — чистый признак отморозка, завтра же перекрасься обратно в черный!
— Разве цвет волос определяет, хороший человек или нет? — Лань Нин изогнул губы в улыбке, а его взгляд лениво скользнул по волосам собеседника. — Век живи, век учись.
— Если завтра же не вернёшь чёрный цвет волос, я лично возьму машинку и остригу тебя налысо! — Линь Цзиншэнь был дерзок до невозможности.
— Ой, мамочки, как же ты меня напугал, — бросил Лань Нин, не обращая внимания на перекошенное лицо Линь Цзиншэня, и повернулся, направляясь в свою комнату.
Сначала Лань Нин думал, что Линь Цзиншэнь просто сотрясает воздух и скоро успокоится.
Но вскоре он понял, что тот намерен приставать до конца и специально портить ему жизнь.
Мало того, что тот каждый день отпускал насмешки, так он ещё и подговорил Линь Сяньюаня с Тан Ман: стоило им пересечься, как все трое заводили шарманку насчёт цвета волос Лань Нина, используя это как повод для придирок.
Тогда Лань Нин отправился в магазин и купил ярко-красную краску для волос.
На следующее утро после покупки дом семьи Линь превратился в «оперу ужасов».
Глава 8
Около семи часов утра из спальни на третьем этаже донёсся первый пронзительный визг Тан Ман:
— А-а-а!
Хотя голос дрожал, он звучал чрезвычайно высоко и пронзительно.
Спавший рядом Линь Сяньюань проснулся от страха еще до того, как успел открыть глаза; в один миг соскочив с постели, он в ужасе уставился на жену.
Тан Ман замерла с поднятыми руками, уставившись на огромные красные пятна на простынях и подушках под собой. Её глаза выкатились от ужаса до размеров лампочек, она растерялась, а губы тряслись от страха.
http://bllate.org/book/32012/3909178
Готово:
