Готовый перевод Amnesiac Wife's Strange Contract / Моя холодная жена после амнезии: контракт на любовь: Глава 8

Слишком весомо, тяжело произнести вслух, невозможно легкомысленно выболтать.

Особенно перед лицом потерявшей память Цзи Ушэн.

Поэтому Сюэ Эрбай немного помедлила, выпрямилась, отвела взгляд от сидящей напротив Цзи Ушэн и посмотрела на появившийся в программе силуэт.

— Мы женаты.

— К тому же, в этом доме изначально должны были находиться вещи, принадлежащие тебе.

Слова прозвучали двусмысленно, но в них сквозила едва уловимая искренность и сама суть происходящего.

Чем больше говорила Сюэ Эрбай, тем прямее становилась её спина, и в конце концов она посмотрела прямо на Цзи Ушэн, чьи щеки после душа ещё не остыли от румянца.

Незаметно поддавшись на дюйм вперед, она произнесла мягким, тихим голосом:

— К тому же, у тебя такой красивый голос, кому он может не нравиться?

В этом прозвучало ещё больше искренности, но Цзи Ушэн от этого стало лишь немного грустно.

То, что на экране телевизора появился её собственный образ, само по себе вызвало у неё легкий шок.

Тут было замешано и любопытство, и еще раз любопытство.

Ей было любопытно, как она выглядит, и любопытно, как она выглядит в глазах Сюэ Эрбай.

Но этот ответ оставил её в подвешенном состоянии.

У неё не осталось никаких воспоминаний о том, как она работает.

Но раз уж баллы по специальности за годы учебы в университете были налицо, она живо представляла себе, какой должна быть.

И это почти ничем не отличалось от того, что показывали по телевизору.

Диван просел под их весом, и расстояние между ними снова сократилось.

Аромат лайма и чая в свете теплых оранжевых ламп тихо смешался воедино.

Какое-то время в комнате раздавались лишь звуки из телевизора. Сюэ Эрбай смотрела очень сосредоточенно, а Цзи Ушэн, помимо сосредоточенности, то и дело погружалась в раздумья.

Потому что какой бы профессиональной она ни была, у неё совершенно не было этого трехлетнего опыта работы.

И дело было не только в этом: после окончания университета и поступления на телеканал у неё не было ни трех с половиной лет стажировки, ни трех лет опыта работы ведущей.

Поэтому она смотрела еще внимательнее и запоминала еще тщательнее.

Пытаясь отыскать хоть какие-то воспоминания в речи и движениях.

Полуторачасовая программа пролетела быстро.

Цзи Ушэн, казалось, кое-что нашла.

Сюэ Эрбай же, напротив, смотрела так… будто ей было мало?

Потому что после окончания передачи Сюэ Эрбай скрестила руки на груди, сменила позу, достала телефон, открыла приложение доставки и совершенно естественным тоном спросила:

— Можно транслировать твои прошлые программы с телефона на телевизор.

— Хочешь посмотреть еще?

— Мм, может, купим еще фруктов и поедим за просмотром?

Цзи Ушэн не имела ничего против, тихонько угукнула и опустила взгляд на лежавший у нее на коленях блокнот.

Она всегда привыкла записывать всё от руки, ей казалось неудобным использовать холодные электронные устройства.

И она снова углубилась в чтение.

Пока она читала, прошло минут двадцать. Сюэ Эрбай забрала доставку, зашла на кухню, и вскоре перед ней оказалась тарелка с блестящими от капель воды ягодами голубики.

Цзи Ушэн слегка скосила глаза, протянула руку, чтобы взять ягоду, но Сюэ Эрбай по привычке запустила трансляцию с экрана и поднесла голубику прямо к ее губам:

— Очень сладкая.

Это движение выглядело так, будто повторялось уже бесчисленное количество раз.

Цзи Ушэн на мгновение растерялась, приоткрыла губы и надкусила ягоду. Когда во рту разлился сок, она не удержалась и спросила:

— Мы часто смотрим сериалы вместе?

— Нечасто.

— По выходным, если есть свободное время.

Голос Сюэ Эрбай звучал без особой теплоты, а в самом конце фразы нотки и вовсе упали.

Она вспомнила прошлый раз.

Это было примерно полмесяца назад.

Их с Цзи Ушэн момент нежности.

Если не считать телесного контакта, на самом деле они заключили соглашение устраивать совместный досуг раз в полмесяца.

Они обе стремились быть идеальными партнерами по договору.

Обязательно встречаться, когда есть свободное время, и иметь уважительную причину, когда его нет.

Никогда не переходить черту.

Казалось, любое действие воспринималось с пониманием, лишь бы оно было разумным.

Поэтому последняя встреча состоялась полмесяца назад, но за три месяца новобрака это была лишь вторая подобная возможность.

Сама погода благоволила им: стоял прекрасный солнечный день, и лучи, падая на диван, отражали их силуэты.

Вот только расстояние между ними было огромным.

Даже больше, чем сейчас.

Близился к концу очередной выпуск программы «Мерцание страниц», Цзи Ушэн зевнула, захлопнула блокнот, а заодно заблокировала планшет, который принесла с собой для работы.

Она медленно поднялась на ноги и слегка опустила взгляд на Сюэ Эрбай:

— Я пойду отдохну.

Сюэ Эрбай перевела на нее взгляд и легко кивнула.

Эти три часа легкого молчания помогли ей многое понять в каком-то туманном озарении.

И вопросы Цзи Ушэн, и её серьезный настрой — всё это говорило об одном.

Цзи Ушэн изо всех сил старалась слиться с этими чужими для неё воспоминаниями и в её поведении даже пробивалась капелька самостоятельности.

Совсем не так, как в больнице или прошлой ночью, она уже постепенно привыкала ко всему.

— Мао Инь только что прислала мне расписание съемок в шоу, завтра утром встану и изучу его повнимательнее.

Цзи Ушэн сказала это Сюэ Эрбай, словно отчитываясь о проделанном.

Но Сюэ Эрбай прекрасно понимала.

Это был вовсе не отчет.

— Хорошо, тогда мы сегодня… — Сюэ Эрбай на секунду умолкла, наблюдая за выражением лица Цзи Ушэн.

Та оставалась абсолютно невозмутимой и естественно подхватила:

— Хорошенько выспимся этой ночью.

После чего направилась в главную спальню.

Вскоре поднялась и Сюэ Эрбай. Свет в гостиной погас, а в главной спальне остался гореть лишь мягкий свет ночника.

Если бы не эта госпитализация, Сюэ Эрбай никогда бы в жизни не увидела коллег Цзи Ушэн и тем более не получила бы возможности посмотреть, как та готовится к работе.

Пусть даже это и происходило после потери памяти.

Поэтому она перенесла свою работу в гостиную и целыми днями наблюдала, как Цзи Ушэн то хмурится, то о чем-то переживает, снова и снова пересматривая собственные выпуски.

Мягкий голос доносился не только из телевизора — он звучал в гостиной, на балконе и даже на кухне.

Иногда Сюэ Эрбай сама заслушивалась и запускала собственные дела.

Так вышло и в этот раз: она поздно легла и поздно проснулась.

Одна сторона постели уже остыла, и как бы она ни ворочалась, согреть ее не удавалось, зато до нее донеслись негромкие звуки с кухни.

Она тут же резко села на кровати.

Разве Цзи Ушэн умеет готовить?

В последние дни завтраки заказывала либо Цяо Ю, либо сама Сюэ Эрбай. Она вставала пораньше, и Цзи Ушэн ела сразу после пробуждения, всё было совсем не так, как сегодня.

Поэтому, чтобы убедиться наверняка, ей стоило пойти и проверить!

Выйдя из комнаты в несколько растрепанной ночной сорочке, она увидела, что Цзи Ушэн вовсю хлопочет на кухне в фартуке.

Утреннее солнце падало на профиль Цзи Ушэн, заставляя приближающуюся Сюэ Эрбай замедлить шаги. Она шла всё медленнее и медленнее, а затем прислонилась плечом к косяку двери.

С легкой ноткой упрека в голосе она произнесла:

— Ты должна была разбудить меня и попросить приготовить завтрак.

Из-за этого она выглядела совершенно неприспособленной заботиться о других.

Хотя, по правде говоря, она действительно не умела о ком-то заботиться.

Но ведь она специально попросила Цяо Ю подключиться к проекту в провинции Y и выкроила полмесяца свободного времени именно ради того, чтобы ухаживать за Цзи Ушэн!

Если не умеешь, можно научиться!

Она засучила несуществующие рукава и протиснулась к Цзи Ушэн.

Бросив взгляд на плиту, она слегка изумилась.

Завтрак, приготовленный Цзи Ушэн, выглядел аппетитно и пах великолепно.

Пусть это были всего лишь простые яичница с ветчиной, аромат стоял на всю кухню.

Вот только внешний вид немного хромал.

Похоже, она готовила левой рукой.

— Завтра больше не готовь, я сама буду. А ты научи меня, хорошо?

Говоря это, Сюэ Эрбай немного качнулась вперед, сокращая расстояние, и заметила, как уши Цзи Ушэн снова покраснели, а всё тело мгновенно напряглось.

Только тогда до нее постепенно дошло, что эти слова прозвучали как-то… излишне приторно.

Совсем не так, как она выражалась раньше.

Возможно, причиной тому была та отстраненность, которую Цзи Ушэн снова продемонстрировала в последние дни.

Люди действительно никогда не бывают довольны: стоит только сблизиться, а затем снова столкнуться с холодом, как становится ужасно неуютно.

Сюэ Эрбай чувствовала себя именно так.

Цзи Ушэн же вела себя с точностью до наоборот: она слегка отступила назад и бросила:

— Я пойду в душ, а ты пока поешь.

С этими словами она поспешно направилась в ванную.

Причем не в ту, что была в спальне, а в гостевую.

Сюэ Эрбай вздохнула, сочтя, что поступила слишком опрометчиво, перенесла две порции завтрака на обеденный стол и стала ждать Цзи Ушэн.

Спустя добрых десять минут Цзи Ушэн вышла из ванной.

Хотя швы ей уже сняли, резких движений делать по-прежнему не стоило, поэтому она двигалась очень и очень медленно — настолько медленно, что заметила Сюэ Эрбай лишь тогда, когда почти прошла мимо обеденного стола.

В ее глазах мелькнуло удивление:

— Почему ты не ешь?

— Жду тебя.

Они ели в полном молчании — в таком тихом, что Сюэ Эрбай временами начинала сомневаться, сидит ли напротив вообще кто-то живой.

В этот момент она вновь отчетливо почувствовала, что что-то здесь не так.

Прежде чем потерять память, Цзи Ушэн была холодна — холодна настолько, что к ней не хотелось приближаться, теперь же от неё исходило какое-то ощущение зыбкой прозрачности.

Стоило пройти времени, как ее взгляд на мгновение становился пустым.

— Тебе невкусно?

Негромко спросила Сюэ Эрбай. Цзи Ушэн слегка вздрогнула и покачала головой:

— Нет, очень вкусно.

И взгляд снова опустел.

Сюэ Эрбай на мгновение растерялась.

Врачи предупреждали, что нынешнее состояние Цзи Ушэн требует бережного обращения, никаких потрясений, всё должно быть мягко и плавно.

Но она так боялась, что эта бесконечная мягкость приведет к тому…

Что они обе превратятся в два бесплотных облачка воздуха.

И при этом она совершенно не знала, что делать.

После завтрака Сюэ Эрбай принялась мыть посуду, а Цзи Ушэн немного походила по гостиной и вдруг произнесла:

— На следующей неделе мне нужно записывать передачу, так что сегодня вечером я планирую подняться наверх, чтобы подготовиться.

Руки Сюэ Эрбай замерли на месте. Она глубоко вздохнула и лишь спустя пару секунд вымолвила:

— …Хорошо.

Проведя здесь несколько дней, Цзи Ушэн уже успела во многом разобраться.

Например, в том, что все вещи в этой квартире на самом деле подготовила Сюэ Эрбай — они были одновременно и подходящими, и неподходящими.

Ей хотелось вернуться наверх и посмотреть, как выглядит тот уголок мира, который принадлежал ей по праву.

Поэтому сразу после еды она поднялась наверх.

Шли годы, но ее вкусы почти не изменились: гостиная, спальня, кабинет и даже гардеробная в точности повторяли то, о чем она когда-то мечтала.

Даже стиль одежды полностью соответствовал ее идеалу.

Цзи Ушэн примерила несколько комплектов, и в конце концов, прижав к груди трикотажный джемпер, замерла в задумчивости посреди гардеробной.

На экране телефона высветилось сообщение в WeChat, отправленное Сюэ Эрбай несколько минут назад.

[Что хочешь на обед?]

Она не знала, чего хочет, к тому же ей всё равно предстояло спуститься вниз, поэтому отвечать она не стала.

http://bllate.org/book/31880/3893764