Готовый перевод Future Insectoid Race / Будущее инсектоидов: Повелитель роя: Глава 3

На марше конвоя.

Доклад: впереди по курсу разведка угроз не выявила, можно разбивать лагерь на месте. Круглолицый, нахмурив брови, доложил мужчине, сидевшему на валуне.

Мда, отдать приказ обおвдохновении... кхм, об отдыхе на месте. Тан Е бросил беглый взгляд на пленных в клетках из материала МС, только что выгруженных из броневика, и снова перевел взгляд на хмурого парня перед собой:

— Что ты нос повесил, будто отца хоронишь? Ты у нас новенький, учись у остальных товарищей, посмотри на них...

— Капитан... вы про тех господ и дам, что ведут себя так, будто прибыли на морской курорт? — Круглолицый уныло оглядел разношерстную группу товарищей по команде. О, были еще несколько человек, которые испарились с самого начала; капитан говорил, что они плетутся в хвосте из-за своей отсталости... неужели правда? Как ни посмотри, а в окрестностях даже воробьиного перышка не видно!

— Тсс, не называй меня капитаном, зови меня и. о. капитана, спасибо, я вовсе не горю желанием переходить в постоянный штат. — Тан Е дал понять, что если бы не жуткое невезение при жеребьевке, его бы ни за что не загнали под палку на эту смертоносную должность. Эта стая неблагодарных волков — кто знает, не сживут ли они его со свету за эти два месяца срока... О нет, только не это, так что он должен стать невидимкой, самым настоящим невидимкой.

— Есть, исполняющий обязанности капитана. — Круглолицый не до конца всё понял, но, будучи новичком, все же преданно соблюдал армейскую дисциплину, пусть они и были всего лишь гражданским ополчением, набранным из студентов.

Сказав это, Круглолицый все же не удержался и посмотрел на лицо и. о. капитана, с которым они познакомились всего неделю назад. Хоть они все и носили защитные скафандры, а лица больше чем наполовину скрывали черные шлемы, стоило лишь вспомнить возраст этого человека... всего три7 лет. В наши дни, когда средняя продолжительность жизни людей достигает трехсот лет, тридцать семь — это совсем мало. По законам Альянса совершеннолетие наступает только в пятьдесят, то есть он несовершеннолетний, понимаете ли! Хотя физическое развитие в основном завершается к тридцати пяти годам, на освоение некоторых других навыков требуется определенное время, поэтому в мирное время несовершеннолетних тщательно оберегают — в конце концов, сейчас размножение превыше всего, иначе их давно бы полностью истребили Зерги. Подумав о том, что ему самому в этом году уже исполняется пятьдесят семь, он мысленно посочувствовал себе: совершеннолетен уже семь лет, а все еще зеленый новичок в ополчении. Хотя он пошел сюда добровольно, он слышал, что и. о. капитана мобилизовали насильно. В воображении Круглолицого всплыл образ человека с серьезным, видавшим виды лицом — иначе как бы его заставили служить по принуждению? Он обязан выглядеть более зрелым и надежным.

— Строиться, всем приготовиться! Снежный Заяц, ты отвечаешь за обустройство лагеря для отдыха; Очкарик и Наоки — за охрану и патрулирование; Элиза, ты врач, ступай проверь состояние пленных, чтобы они не откинули концы еще до прибытия в лагерь, а то нам потом отдуваться; Круглолицый, веди остальных на охоту. Те идиоты наверху опять ошиблись в расчетах маршрута, мы слишком долго тащимся по этому дождевому лесу, питательных растворов почти не осталось, братишки.

Капитан, нельзя ли выражаться чуточку серьезнее? И еще это «братишки»... — Круглолицый мысленно закатил глаза и сам того не заметив, снова назвал его капитаном. Ничего не поделаешь, так язык привычнее.

— Капитан Тан, вас вызывает главный командующий, — к нему подошел солдат и передал приказ начальства.

Поскольку эта миссия была довольно важной, а среди пленных, судя по всему, находился высокопоставленный генерал Зергов, штаб Альянса Человечества принял решение отправить конвой в составе трех отрядов. Помимо их собственного пушечного мяса — гражданского отряда, в операции участвовали тяжелый бронетанковый отряд и подразделение специального назначения, состоявшее сплошь из элитных регулярных войск. Если бы не тот факт, что их собственный отряд лучше ориентировался в дождевом лесу, эти регулярщики наверняка бы свысока смотрели на них как на сборище сброда. Впрочем, во время марша кадровые военные все равно то и дело демонстративно игнорировали ополченцев, так что все задачи по привалу, патрулированию и разведке их отряд решал своими силами, что, впрочем, было даже к лучшему и избавляло от лишних хлопот.

Хотя правила и дисциплина в гражданском ополчении были не столь строги, как в регулярной армии, бойцы каждого гражданского отряда использовали какие-нибудь кодовые имена — то тут, то там порхали всякие Матушки-Свинки, Большие Деревья или Дюймовочки. Впрочем, некоторые использовали и настоящие имена, все равно другие не обязательно верили, что это правда... Вот и он взял себе имя Тан Е, но было ли оно его настоящим именем? Хм, этот вопрос требует отдельного обсуждения. Тан Е отозвался и неспешно побрел к пленнику, чьи конечности были закованы в кольцо ограничения энергии и привязаны цепями из материала МС к прутьям клетки. Это была его первая встреча с регулярными войсками лицом к лицу, а заодно и с главной целью текущей миссии. Он холодным взглядом окинул нескольких командиров и их ближайших подчиненных, которые в обычное время выглядели образцами добродетели, а на деле оказались сущими мародерами.

Один из плененных Зергов был привязан снаружи клетки, его военная форма сорвана подчистую. Высшие Зерги появились перед людьми лишь несколько десятилетий назад. Вне боевого режима их тела напоминали человеческие, разве что отличались большей стройностью и плотной мускулатурой, а черты лица были точеными и холодными. Их кожа чаще всего была белесой или медовой, с легким нежным отливом, а по телу, в зависимости от разновидности Зерга, проходили узоры разных форм и цветов, что при первом взгляде придавало им странную, колдовскую притягательность. Зерги делились на самок и самцов, но по своему телосложению обе разновидности походили на человеческих мужчин. Проведя множество наблюдений и исследований врага в ходе войны, люди выяснили: несмотря на то, что самки несли на себе тяжелое бремя размножения, редчайшие самцы были настоящим сокровищем Зергов. Вероятность их рождения составляла почти один к ста, из-за чего статус самцов внутри расы приравнивался к императорскому. И хотя во внутренней политике и военных делах подавляющую часть контроля удерживали властные самки, в быту и вопросах продолжения рода самки оказывались в подчиненном положении по отношению к самцам. Пока самец не угрожал ее жизни, он мог обращаться с самкой как угодно, а в определенных ситуациях даже решал, жить ей или умереть. Люди, разумеется, давным-давно поняли, что стоит захватить хотя бы одного самца, и это позволит в огромной степени сдержать Зергов, однако самцов обычно тщательно оберегали в самом сердце логова Зергов, и даже самкам было трудно хотя бы мельком увидеть их, не говоря уже о людях. Всё это касалось исключительно Высших Зергов, поэтому при всей их свирепости численность их оставалась мала, в то время как низшие зерги, не имеющие гуманоидного облика, плодились подобно тараканам, заставляя людей ломать голову над тем, как с ними справиться.

Тела Зергов отличались невероятной прочностью, а способность к регенерации поражала воображение, однако их чувствительные зоны были уязвимы точно так же, как у людей; обычную же кожу порой не удавалось прорезать даже ножом.

Тан Е легко кашлянул, давая понять, что он здесь. Хотя давным-давно он тоже безжалостно истреблял Зергов, в те времена Высших Зергов с человеческим обличьем еще не было, а теперь, глядя на существ, столь похожих на него самого, он уже не мог относиться к ним как к бессловесной скотине.

— О, Сяо Тан, а вот и ты, — главнокомандующий, господин Когис Салман, протянул хлыст стоявшему рядом подчиненному.

В этот момент Зерг слегка откинул голову назад, серебристые длинные волосы рассыпались по плечам. Из-за того, что область ударов была невероятно чувствительной, на его точеном лице проступало выражение сдержанной боли, а губы были искусаны до крови, но он так и не издал ни единого стона. Его пронзительно-синие глаза оставались неподвижными и холодными, излучая ледяной блеск. От этого зрелища несколько офицеров, уже собиравшихся в нарушение всякой дисциплины надругаться над этим Зергом, невольно вздрогнули и отказались от мысли довести дело до конца, хотя и продолжали со злорадством стегать хлыстами его вздымавшуюся грудь, уже распухшую и покрытую багровыми следами, наблюдая ради забавы за непроизвольными судорогами чужого тела. Заметив, как из мест ударов временами сочится капель белесой жидкости, Тан Е слегка прищурился: оказывается, он беременен. Неужели именно поэтому офицеры открыто, не заботясь о репутации, нарушали воинскую дисциплину? Ученые подозревали, что беременные особи Зергов источают особый запах, обладающий смертельной притягательностью для противоположного пола.

— Сэр, зачем вы меня звали? — Тан Е заговорил без прежнего беспечного, безобидного тона, его голос прозвучал сурово и холодно.

Один из адъютантов командующего, который крутился рядом и сгорал от нетерпения присоединиться к развлечению, обладал на редкость чутким слухом и мгновенно уловил перемену в интонации. Тан Е прекрасно знал этого адъютанта по кличке Толстяк Ким, чье настоящее имя было Райко Риварт. Его отец являлся магнатом, у которого от денег не осталось ничего, кроме самих денег, и в этот раз он тоже выложил кругленькую сумму, чтобы пристроить сынка на безопасную синекуру ради красивой записи в послужном списке. По правде говоря, Толстяк был одновременно толстым, богатым и крайне разговорчивым, за что и пользовался особой милостью этого свиноподобного командующего. Вот только храбрости ему недоставало, и хотя похоть кипела вовсю, смелости действовать у него не было, поэтому он лишь околачивался рядом в качестве зрителя.

Толстяк Ким, разумеется, тоже прекрасно знал Тан Е. Они вместе учились на одном курсе в университете, и после того как Тан Е преподал ему N уроков, Ким крепко усвоил, что с этим парнем с детским лицом шутки плохи, а потому ни за что не осмелился бы бесчинствовать в его присутствии.

— Командир, хе-хе, эта красотка никуда не денется, давайте лучше развлечемся вечером, не спеша, тогда и вкуса будет больше, хе-хе, — хихикая, зашептал Толстяк Ким на ухо Когису. — Сейчас всё же лучше разобраться с лагерем, на голодный желудок дела не делаются, хе-хе.

Подумав, Когис счел это разумным. Похлопав себя по пухлому животу, он махнул рукой, приказывая подчиненным выстроиться в шеренгу. Что же до этого Зерга, то он по-прежнему оставался привязанным к внешней стороне клетки совершенно голым — с кольцом ограничения энергии можно было не бояться, что тот вырвется, однако возвращать его в клетку или хотя бы позволить надеть одежду никто и не думал.

— Сяо Тан, ха-ха, извини, что рассмешил тебя. В походах ведь нужно как-то расслабляться, сам понимаешь? — с улыбкой произнес Когис, полностью игнорируя ледяные, полные ненависти взгляды других Зергов изнутри клетки.

Ну и совести же у вас хватает, — подумал Тан Е. — Высшие Зерги обычно лишены всяких эмоций на лицах, но ухитриться довести их до такой ярости — это ж какой талант надо иметь! И неужели вам совсем не страшно спиной чувствовать этот взгляд, свиная ваша морда?!

Конечно, он не был каким-то святошей или праведником, просто ему всё это претило. Как-никак, а это существо было самкой — то есть женщиной... хотя, судя по всему, так думал он один.

http://bllate.org/book/31442/3835047